?

            31 декабря может когда-то и был весёлым праздником, наполненным чудесами и исполнениями желаний, но все это было давно в детстве, когда и в Дед Мороза верилось, и салюты под окном радовали, а не мешали спать добро порядочным гражданам, которым, между прочим, утром на работу! Сейчас же это был праздник одиночества.             Арсений этот праздник любил всегда, а теперь особенно: ему не нужно было дарить подарки, ведь из друзей у него остался только Сережка да родители. Им он просто деньгами отправляет и не думает много. Никто не пристает со своими новогодними угощениями, украшениями квартиры и "Обязательно улыбайся родственникам, они что, чужие тебе что-ли? Ещё в комнате закройся!". Теперь и родственников нет, угощений на огромном столе из натурального дерева и кучи мишуры по всей квартире. И веника-венка, так похожего на кладбищинский, над дверью тоже нет.             И кажется - все же так хорошо, Арсений, ты же об этом только и мог мечтать: чтоб работа стабильная, чтоб зарплата волшебная, чтоб спокойствие было. Только вот счастья нет. Одиноко. До смешного просто, так хотел всего этого, что упустил самое главное, казалось бы, идущее в придачу ко всему. Но, оказывается, нет.             За окном начинают пускать салюты самые одаренные люди, ведь зачем дожидаться боя курантов? Соседи за стенкой поют свои громкие веселые песни, а он один. Смотрит уже, наверное, раз тысячный «Иван Васильевич меняет профессию», ест оливье из доставки и думает о насущном. Как же его жизнь до этого докатилась? Неужели он так навсегда один и останется?             Время бьёт пол двенадцатого, и, не выдержав, мужчина откладывает салат, выключает телевизор и идет в спальню. Чего он ждет? Очередного поздравления от президента? Так повидал их много, очень. Зачем же тогда дожидаться боя курантов, если можно просто пойти спать? Там он расправляет свою двухспальную кровать, переодевается в пижаму и, вздохнув горько, ложится спать. Свет выключает лежа в постели, умный дом, все таки. Отворачивается к окну, за которым медленно падает пушистый снег, и закрывает глаза в попытке уснуть.             В момент, когда Арсений уже почти видит, как он, в рыцарских латах, спасает какого-то облезлого кота из лап коварного лифта, раздается оглушающий звонок в дверь. Открывает глаза и, не услышав дальше никаких шумов, думаем, что ему это вовсе показалось. А не бессмертные соседи пришли к нему за фиг пойми чем. Сон снова заковывает его в свои цепи, как вдруг шум повторяется и, оказывается, не показалось. Проклиная всех и все, что стоит на белом свете, мужчина поднимается с кровати и, матерясь, плетется к входной двери.             За дверцой в дверном глазке виднеется его двухметровый сосед из квартиры напротив. И Арсений совсем не может предположить, зачем же он идет к нему? Он смотрит в зеркало у входа, поправляет упавшую на глаза челку, осматривает себя с ног до головы, понимая, что он, черт возьми, в пижаме (!!!!) и сокрушается от собственного вида. Ну кто его потянул ложиться спать? Негоже же гостя в таком виде встречать! Звонок посторяется уже в третий раз и, делать нечего, открывает дверь.             — Здравствуйте! — слишком радостно привествует его сосед. — Извините за такой поздний визит, но у Вас случайно не найдется этой штуки... которая еще банки эти открывает.. консервы?             — Здравствуйте, — устало улыбается Арсений. — Вы имеете ввиду консервный нож?             — Да! Именно он. У тебя он ест...Извините, конечно же «у Вас», — он бьет себя по лбу за такую оплошность.             — Нет, ничего страшного. Можно и на «ты». Я же все-таки еще не такой старый.             — Я же и без намека!.. Совсем не подумал, что ты старый! Ты, даже, совсем молодой еще! — он замолкает на секунду, замечая недоумение в глазах напротив. — Боже мой, извини, такой бред несу! У меня и в мыслях тебя оскорбить не было! Я же...             — Так, ладно-ладно, остановись, — прирывает, улыбаясь. — Тебе нужен консервный нож?             — Да, пожалуйста.             — Ну, все тогда. Постой тут, я сейчас принесу.             — Жду, — говорит сосед вслед, заглядывая немного в квартиру, чтобы оценить убранство.             Квартира наполнена тьмой и тишиной, что немного удивляет парня, ведь новый год «елка, шарики, хлопушки», а здесь будто померли все давным давно. В его собственной квартире сейчас кричит и празднует куча людей: его друзья, родственники, близкие знакомые. А тут лишь перекати поле и Арсений. И тот, кажись, уже спал.             — Вот, держи, — появляется из-за ушла сосед, держа в руках ту самую штуковину, которая так нужна была парню.             — Спасибо большое, Арсений! Даже не знаю, что бы без тебя делал, — принимает он "оружие" и, уже было разворачивается, как поднимает указательный палец вверх и с обворожительной улыбкой вновь поворачивается к Попову.             — Еще чего?             — Нет, просто думаю... Ты один празднуешь, что-ли?             — Один. Не праздную, — ага «Арсений, 32 года, не алкоголик».             — Так, может, ты с нами будешь? — чуть хмурится. — Раз тебе все равно не с кем, а у нас компания хоть и большая, но добрая, радушная. Может, познакомишься с кем? Один точно не останешься.             — Даже не знаю, Антон. Неудобно как-то...             — Да ну, Арс! Не думай об этом даже. Все, я жду тебя! — улыбается он и уже через пару секунд скрывается за дверью своей квартиры.             Арсений в шоке. Он что, согласился? Серьёзно? Он разворачивается, закрывает свою дверцу и снова осматривает себя с ног до головы в зеркале. Ну и как он в таком виде может куда-то пойти? Это же и в душ надо, и волосы уложить, и переодеться, и... вообще никуда не идти. Легче так будет. Но почему-то тянет... Хочется прийти в эту компанию, которую он никогда даже в глаза не видел, веселиться и улыбаться. Хочется счатливым быть.             Арсений уходит в спальню, включает свет и открывает шкаф. Там он долго и кропотливо выбирает себе наряд, потом укладывает волосы, подумав, что в душ он сходит завтра утром. Садится на кровать и глупо так волнуется: как его примут? что скажут? а нужно ли это вообще? Но встает, натягивает тапочки, чтобы по площадке пройти, выключает во всей квартире свет и уходит. На праздник. Туда, где даже на лестничной клетке слышны крики смеха, веселые песни и радость. Он топчется у двери несколько минут, решаясь, но все же звонит в звонок и ему открывает все тот же Антон, улыбаясь, как солнце. Он провожает его в гостиную, где его встречает огромное количество гостей. Шастун представляет его всем присутствующим, а те, в свою очередь, приветливо обнимают, целуют в щеки и зовут к себе.             Этот Новый Год в жизни Арсения Попова явно станет самым необычным, самым счастливым и тёплым. Таким, который каждый год будет вспоминать.