Женская дружба

      Когда раздался настойчивый стук в дверь, белокурая хозяйка вмиг почувствовала себя скрипкой, у которой нервы выступали вместо струн. Дорианна никого не ждала этим вечером. Близкие уже находились рядом, друзьям давно высланы поздравительные открытки. Было, правда, ещё двое людей… Да вот только они спали крепким, вечным сном и вряд ли посетили бы дом с чёрными ставнями в рождественскую ночь.       Хэйзел с опаской подхватила столовый нож и неспешно прошла в прихожую. Она не желала причинять боль невинному человеку, но в последние дни слишком много личностей искренне планировали навредить ей. Необходимо оставаться наготове.       На пороге ожидал статный незнакомец, припорошенный снегом. Завидев девушку, тот расплылся в улыбке и поправил поля цилиндра, открывая взору знакомые острые черты лица и старый шрам на левой щеке.        – Давно не было столь холодной зимы, не правда ли, милая моя? – Дорианна коротко вскрикнула и, не отдавая себе отчёта, кинула нож в восставшую из мёртвых подругу. Та едва успела сделать шаг в сторону, уклоняясь от холодного оружия. – Дорианна?!       Блондинка стремительно захлопнула дверь и прислонилась к ней лбом, чуть царапая поверхность ногтями. Чарльз ведь предупреждал, что Валентайн Смит не примкнула к стану призраков… Девушка корила себя за несообразительность, но в прошлое не воротишься. Позже она обязательно принесёт извинения мистеру Блэку.        – Дорогая, откройте. Пожалуйста! – в голосе компаньонки проскальзывала лёгкая нервозность. – Если вы этого не сделаете, я умру от холода. На этот раз по-настоящему!        – Так умирайте! – воскликнула Хэйзел, зажмурившись. – И будьте уверены, что я не пожелаю видеть даже ваш призрак!        – Ха-а-а… Понимаю, вы вольны обижаться, пташечка моя ненаглядная, но ведь всё хорошо закончилось, – от беззаботного смешка у белокурой девушки перехватило дыхание. Она снова дёрнула за ручку входной двери, чем воспользовалась непрошенная гостья, дабы пробраться в дом.       Тепло внутреннего убранства тёрлось возле озябшей Смит ласковым котом. Брюнетка рада, что не решилась прийти сюда в платье. Всё-таки мужчины знали толк не только в комфорте, но и в практичности.        – Всё хорошо закончилось?.. Вы на самом деле так считаете? – тихо переспросила Хэйзел.       Подойдя вплотную к компаньонке, она схватила её за грудки и трясла при каждом произнесённом слове:        – Разыграли эту карикатурную сцену смерти, заставили присутствовать на ваших похоронах и заявляете теперь, что всё хорошо закончилось?! Вы должны были рассказать мне обо всём сразу! Это предательство, Валентайн. Вы предали меня и предали бюро!.. – сдерживала слёзы, но, не страшась охрипнуть, давала волю крику.        – Только не плачьте, молю вас. Я не умею утешать плачущих, – призналась с усмешкой Валентайн и тыльной стороной ладони провела по щеке подруги. Та напоминала нахохлившегося под окном воробушка. Недовольного, но терпящего непогоду.        – Как по-мужски… – блондинка хлопнула по руке в чёрной перчатке. Смит, обладая резкими чертами лица, высоким ростом и широкими плечами, не являлась эталоном женственности. Её никогда не беспокоили чужие перешёптывания и смешки, чему хозяйка дома не единожды завидовала.        – Ненавижу вас, – прошептала Дорианна, отпуская пальто и отступая на шаг.       Она выдохлась. Пальцы ныли. Гнев всё ещё бушевал в сердце. Он соблазнительно предлагал повалить на пол эту наглую особу и всласть поколотить. Только воспитание леди останавливало от исполнения безрассудных и порочащих честь поступков.       Обогнув попавшую в немилость компаньонку, девушка направилась в сердце дома подобно гордому лебедю.        – Заслуженно. Вы так не считаете? – мистер Ч.М. Блэк возник под боком Валентайн. Призрак приоткрыл вуаль и смерил гостью давящим взглядом. – Ваше отсутствие должно было пойти ей на пользу.        – Однако мы больше не сможем существовать друг без друга, – брюнетка передала верхнюю одежду вместе с цилиндром в руки подоспевшей к ним миссис Раджани.        – Валентайн, вам требуется особое приглашение?! – из глубины дома послышался жестокий тон Хэйзел.       Смит прислонила руку к груди, прося её простить, и прошмыгнула в гостиную, где хозяйка любезно разожгла камин.        – Оставьте их наедине, мистер Блэк. Им нужно о многом поговорить, – развесив влажные вещи на крючки, улыбнулась экономка, воспитавшая двух дочерей, и вернулась в столовую. Ей необходимо подготовить ещё один набор посуды.       Говорить о ненависти, но не отпускать от себя человека. Образовать крепкие узы за считанные месяцы, когда обычно на это уходили годы. Женская дружба – явление многогранное и отравляющее. Чарльзу не дано постичь её сути, но он не желал обрекать свою девочку на страдания. Тем не менее если понадобится помощь, мужчина сделает всё, дабы вычеркнуть непочтительных личностей из её окружения. – Воробушек мой, подскажите, что вы сотворили с Сидом? – Валентайн нежилась на коленях компаньонки после разрешённого конфликта. Дорианна медитативно перебирала тёмные пряди. – Когда вас «убили», он попытался удержать меня. В попытках вырваться я едва не сломала ему нос, – призналась Хэйзел. Она смутно помнила, как её, опустошённую с ободранными до крови ногами, передали в руки экономки и бывшего гробовщика. Смит цокнула: – Лучше бы сломали… Пташечка моя, если кто-нибудь передаст вам букет, отдайте его мне незамедлительно. Я найду ему лучшее применение, – её глаза, серый и белый, коварно блестели. Ясно одно – невинные цветы долго не проживут в руках брюнетки. Их отправитель, вероятно, тоже.