Часть 2

      Упрямый Чонгук, конечно же, добился своего третьего шанса. Ну и ещё несколько. В определённый момент счёт потерял свою значимость. Да и не слишком Нахён сопротивлялась, полностью одобряя его сокрушающее давление на неё. Нахён обозначила тесное общение с младшим братом подруги небольшим приключением, которое она заберёт с собой в чужой город.       Секундная грусть порой проскальзывала сквозь лёгкие, когда Чонгук очередным напористым поцелуем отбирал возможность вдохнуть. Но девушка умело абстрагировалась от этого давящего чувства безысходности, стараясь не оставаться надолго наедине с собой и своими мыслями. С Сонэ она тоже проводила много времени, предусмотрительно общаясь на темы, в которых упоминания Чонгука было минимизировано. Пронизанные воспоминания о котором оставались лишь у неё и в свободных стенах первого попавшегося мотеля для влюблённых парочек. Там, где тело Нахён настойчиво дрожало, когда из приоткрытых губ предательски срывалось его имя, вызывая несвойственное для Нахён смущение.       Ни Чонгук, ни Нахён не обсуждали её предстоящий отъезд. Не было на это должной смелости. Их тела словно отталкивали то, что неминуемо расстроит их по итогу, и просто молча притягивались магнитом, оставляя в тихих стонах больше слов, чем могли бы произнести уста.       Нахён не приезжала, чтобы найти какие-либо отношения. А Чонгук, в принципе, в свои двадцать лет не думал об этом, хоть и делал многое благодаря прошлым словам Нахён. При этом он никогда не рассматривал её как нечто особенное, пусть и выделял в некоторых случаях. Лучшая подруга старшей сестры — это человек, к присутствию которого привыкаешь слишком быстро и принимаешь как должное. И если Сонэ для Чонгука была примером правильного человека, которым он вдохновлялся, хоть и не говорил ей об этом вслух. То Нахён для Чонгука была той, на которую он смотрел, как на олицетворение всего женского пола. Когда он учился понимать девушек, всегда вспоминал её. И даже, сам того не замечая, сравнивал. Поэтому ему так легко было сорваться в ту ночь.       Алкоголь. Сигарета. И согласная на авантюру Нахён — то, что полностью поменяло его.       Чонгук даже имел смелость смеяться над собой о том, что Нахён отняла у него девственность, но взамен отдала гигантский стимул, провоцирующий его рост, как идеального молодого человека для таких ярких и сильных личностей, как она. Сестра тоже была такой, но какие бы напутствия не звучали от неё, полностью контролировать порыв Чонгука она не могла. Он не видел в ней девушку.       Нахён, сама того не ведая, запустила процесс, который рано или поздно повлиял бы на её жизнь. Чонгук не планировал банальных «долго и счастливо». Сперва это было не про чувства. За этот год он спокойно общался с другими девушками и не отказывал себе в интрижках и обычных отношений для секса. Но он часто представлял реакцию Нахён, когда она увидит его. Ведь её приезд был лишь вопросом времени. Именно это было ему стимулом для того, чтобы закрыть свой профиль в социальных сетях, да и в целом не показывать своих изменений. От сестры он потребовал того же, прикрываясь обычным: без моего разрешения никаких фото в интернет.       План Чонгука сработал как никогда удачно. Действовать на Нахён подобным образом было непозволительной роскошью и в какой-то мере ответственностью. Нельзя было упасть лицом в грязь перед той, которая сотворила всё лучшее в нём. Поэтому каждая тайная встреча, проведённая с Нахён, опечатывалась на подкорке сознания, вызывая в Чонгуке определённые чувства.       Но настал день, когда время обезоружило их, оставляя в компании собственных переживаний и размышлений.       Нахён находилась в комнате Чонгука, в которой жила последние несколько недель. Незакрытый чемодан около кровати, словно точка, которую она не в силах поставить. Безмолвное отрицание срывалось с каждым вздохом, когда очередная попытка опустить руки и закрыть багаж была провалена. Даже нескончаемые звонки Чонгуку, которые он беспричинно игнорировал, не придали ей нужного стимула. Внутри теплилась надежда, что этому есть логичное оправдание.       — Идиотка! Бож... — иронично фыркнула Нахён, испытывая раздражение к самой себе. Сама ведь хотела уехать по-тихому. И внезапные соревнования Чонгука в другом городе приняла как идеальную возможность для реализации плана.       Но его: «я обещаю успеть, сокровище», представляло момент, где он действительно смог промолвить ей обычное прощание.       Но вместо этого — протяжные гудки, напоминающие о том, во что они ввязались.       Короткий стук в дверь развеял самобичевание Нахён, и через несколько секунд к ней в комнату вошла Сонэ. Абсолютно ничего не подозревающая о состоянии подруги. Со стороны это казалось обычной грустью из-за того, что время прошло слишком быстро, и им снова приходится расставаться на неопределённый период.       — Заказываю такси? — поинтересовалась Сонэ, когда остановилась около подруги. Девушка разблокировала свой мобильный телефон и быстро нашла нужное приложение.       — Угу, — коротко кивнула Нахён, наконец-то закрывая чемодан.       — Оки... — Сонэ быстро ввела данные для поездки. — Готово. У нас есть ещё минут двадцать.       — Чонгук так и не приехал?.. — Нахён надеялась, что её вопрос прозвучит как обычное любопытство.       — И трубки, гад, не берёт! — эмоционально отреагировала Сонэ, представляя, как отругает брата за то, что заставлял её переживать.       — Ничего, — натянутая улыбка приподняла уголки губ. — Попрощаешься с ним вместо меня.       — Было здорово вспоминать прошлые деньки, — Сонэ присела на кровать, неосознанно поддаваясь грустным эмоциям. Нахён была её единственной близкой подругой. И им вновь доводилось прощаться. — Я буду скучать, — девушка тоскливо сжала губы и не отрывала глаз от Нахён, которая робко примостилась рядом.       — Ну, ты можешь приехать ко мне на Соллаль, — Нахён уложила голову на хрупкое плечо подруги, искренне гордясь, сколько силы она хранила в себе.       — Мы правда можем сделать так, — словно внезапное осознание быстро проговорила Сонэ.       Ей нравилось то, что Нахён всегда находила нужные слова. Даже оповещение о том, что такси скоро прибудет, не испортило момент. Теперь Сонэ знала, что это лишь небольшая пауза перед очередной встречей.

***

      Нахён стояла у стойки регистрации, когда её телефон без остановки вибрировал в кармане джинсов. На очередной покосившийся взгляд от сотрудника аэропорта ей пришлось отвлечься и достать гаджет. Моментальная дрожь растеклась по телу, стоило увидеть имя Чонгука на дисплее. Звонки и сообщения словно скандировали эхом в её голове. Из-за этого Нахён не сразу отреагировала на то, когда её позвали вернуться к заполнению бланка. Девушка наспех извинилась и полностью убрала звук на мобильном, оставляя Чонгуку напряжённую тишину.       Точно такую же, в которой она провела весь день.       Оказавшись в зале ожидания, Нахён нашла свободное место подальше от всех и снова взяла в руки телефон. Количество сообщений и пропущенных звонков стало ещё больше. Девушка торопливо открыла чат с Чонгуком и также быстро изучала текст.       Облегчённая улыбка оживила лицо.       Он просто не успел.       А плохая связь не доставила ни одного сообщения вовремя.       — «Нуна, я его сейчас голыми руками задушу...»       Автобус, на котором они с командой ехали, сломался. Быстрой починки не получилось из-за рассеянного водителя, что порядком разозлило Чонгука.       — «Сокровище, я хотел так много тебе сказать.»       И расстроило.       — «Пожалуйста, возьми трубку!»       Пока Нахён пыталась распознать свои эмоции от реакции Чонгука, он снова пытался до неё дозвониться.       И на этот раз удачно.       — Алло... — тихим голосом ответила Нахён.       — Наконец-то! — а вот Чонгук встретил её более оживлённым тоном. — Нахён... — но он мгновенно успокоился, когда услышал её.       — Всё в порядке. Тебе не стоило так изводиться, — аплодисменты, Нахён. Давай соври ему о том, как ты изрядно накрутила себя.       — Но я хотел попрощаться. Точнее... поговорить. Нам нужно...       — Зачем? — поспешно перебила его девушка, впервые принимая свой страх перед важным диалогом.       — Что значит зачем? — эмоциональность и злость снова слышались в голосе Чонгука. — Ты это так и оставишь?       — Это?       — Нас Нахён! — окончательно вскипел парень. Его взгляд упал на ту самую кровать, где они, прошлые и теперешние, встретились. — Или сделаешь вид, что всё было сном? Опять.       — Это было прекрасно, Чонгук-и. Но мы, кажется, не обсуждали ничего на будущее. Так что... — девушка нервно облизала губы, почему-то чувствуя злость к себе, ведь её внутренний монолог не совпадал с тем, что говорилось во всеуслышание.       Она проговорила слова настолько ровно, словно ей действительно было плевать на всё. Если бы Чонгук увидел её лицо, не поверил бы, но сейчас... она верила себе.       Это расстроило и насторожило.       — На этот раз хотелось бы обсудить, — Чонгук старался быть не столь резким в своих высказываниях, но от одного удержаться не смог: — Ты же меня знаешь. Твои отказы действуют на меня ровно наоборот, — Нахён расслышала его самонадеянный смешок. Это её не оттолкнуло. Напротив, хотелось, чтобы он именно так и сделал. Действовал и не соглашался с ней.       Потому что она тоже была в борьбе с собой.       — Я обещала тебе третий шанс. И, кажется, у тебя их было тридцать три за всё это время.       — Намного меньше. Но спасибо, что веришь в меня, — Чонгук искренне улыбнулся, надеясь, что у Нахён тоже был повод сделать это. Ведь раскалённый диалог теперь не казался таким устрашающим.       — Ты на что-то намекаешь? — Нахён действительно слегка отпустила ситуацию и дала Чонгуку повод произнести что-либо вслух.       — Адрес скинь.       — Какой?       — Соседа своего, Нахён! — незлобно цокнул Чонгук. — Свой адрес, сокровище.       — А тебе недостаточно лишь названия города? — взволнованное дыхание девушки прорывалось сквозь каждую букву.       Но она по-прежнему в него верила.       — Понял. Принял, — спокойно проговорил Чонгук, расслаблено присаживаясь на кровать. — Только с условием.       — Конечно, как я могла подумать, что ты не выкрутишься подобным образом.       — Ну так?       — Говори.       — Ты не убегаешь от разговора.       — А это будет?..       — Мне без разницы, когда это будет. До секса или после, — с довольной ухмылкой перебил её Чонгук, возбуждая одним лишь уверенным произношением.       — Секс, говоришь? — девушка тихонько закусила нижнюю губу, чувствуя, как ладошки вспотели, а вся боязнь разговора, которая кружила вокруг них все эти дни, испарилась под давлением молодого человека.       И она тоже безоглядно растаяла. Так неизбежно и без шума.       — Тебя никто не тянул за язык. Сама сказала: тридцать три шанса. Уверен, там есть в запасе.       — Тогда тебе лучше поторопиться, Чонгук-и. Потому что дома меня ждёт надёжный друг, который всегда справляется со своими обязанностями...       — Сейчас не понял, — резко отозвался Чонгук. — Это какие-то неделикатные намёки?       — Скорее стимул, — Нахён стыдливо хихикнула, пребывая в приятном шоке. Общение с Чонгуком не только не остановилось, но и привело к очередной авантюре, на которую она снова согласилась из-за него.       — Ах, это, — Чонгук плюхнулся на кровать, мечтательно прикрывая веки. — Это у тебя хорошо получается.

***

      Работа Нахён часто вынуждала её ездить в другие города и отсутствовать дома несколько дней и даже больше. По возвращении девушка обычно не замечала никаких изменений в себе, но в последнее время пустая квартира слишком интенсивно давила, словно перетянутый ремень. Но воздух неизменно проникал в лёгкие, освобождая от тяжести, стоило услышать голос Чонгука или прочитать короткое сообщение от него.       — Это провал, — неизбежно вырвалось у Нахён после очередного звонка. — Мне просто нравился секс с ним. Как я оказалась здесь? — было легко произнести это вслух, но в ответ она услышала лишь тишину, не найдя решений даже в самой себе.       Маленькая квартира Нахён теперь казалась ей ещё меньшей. Поэтому, оклемавшись от некого ступора, она поставила чашку с недопитым чаем на кухонный стол и прошла к шкафу. Девушка быстро нашла там свои леггинсы и удобный худи с капюшоном. Отправиться на вечернюю пробежку оказалось единственным её решением на данный момент. И Нахён очень верила, что правильным. Свежий ветер быстро ворвался в её сознание, тем самым утихомиривая спорные мысли касаемо её быстрого привыкания к Чонгуку. Но внезапная преграда в лице соседа с букетом цветов снова загнала Нахён в пучину размышлений.       — Привет... — еле слышно произнесла девушка, остановившись напротив парня, который появился вдруг из ниоткуда. Нахён пыталась выровнять сбившиеся дыхание и интуитивно приложила ладонь к груди.       — Не пугайся, — почесав свой затылок, застенчиво проговорил парень. Казалось, что он был не менее удивлённым, чем сама Нахён. — Тут такое дело... Попросили тебе передать.       — Мне?.. — вопросительный взгляд остановился сперва на парне, затем на букете, который он любезно держал в своей руке, неспешно протягивая. Словно он и сам не прочь как можно скорее избавиться от него.       — Вряд ли у меня ещё есть одна соседка с именем Нахён, — от парня послышался лёгкий вздох, когда цветы оказались там, где им и место.       — Здесь нет записки, — констатировала неугодный ей факт Нахён.       — Это уже не ко мне вопросик, — быстро ответил парень, поднимая руки ладонями вверх.       — Но... — Нахён плавно приоткрыла рот, вскоре накрывая его ладонью.       Кажется, она догадалась, чьих рук это дело.       — Вижу... мысли имеются, — подытожил парень, прежде чем развернуться в сторону дома.

***

      На следующий день Нахён завалило работой настолько сильно, что она заметила отсутствие привычного сообщения от Чонгука лишь по возвращении домой. Девушка задумчиво заперла дверь и включила свет в прихожей. Рандомные мысли пульсировали в висках, заставляя Нахён тревожно нахмуриться. Присев на пуфик, девушка скоро избавилась от туфель, так и оставляя их валяться на полу. Руки поспешно достали мобильный телефон из сумочки, а изучающий взгляд в очередной раз прошёлся по экрану. Но ничего не изменилось. Даже Сонэ всё ещё не ответила на сообщение, отправленное Нахён.       — Видно, что родственнички, — раздражённо пробубнила себе под нос девушка, отбрасывая гаджет подальше.       Уставшая от работы, собственных мыслей и непонимания самой себя, Нахён утвердила для себя одну роль — это быть наблюдателем собственной истории. Пусть кто-то вместо неё найдёт ответы. А она планировала отдохнуть в ванной, включая расслабляющую музыку, а закрепить результат рассчитывала романтической комедией. Есть вероятность заплакать, конечно, но Нахён готова на эти риски. Завтра был выходной день. Если потребуется, она будет освобождать слёзы всю ночь, не боясь, что завтра кто-то увидит её опухшее лицо.       И с первой половиной своего плана Нахён справилась на твёрдую пятёрку. Спокойная музыка, ароматизированные свечи и полумрак в ванной комнате сотворили нужную атмосферу, удачно влияющую на девушку. Приподнятое настроение, которое ранее пыталось ускользнуть от неё, вновь вернулось. Улыбчивая Нахён прошла к шкафу с одеждой и нашла свой любимый пеньюар чёрного цвета. Ей удалось настолько удачно абстрагироваться от вездесущих проблем и размышлений, что впору бы похвалить саму себя.       Девушка оставила распущенные волосы сушиться естественным путём, лишь нанесла немного гигиенического бальзама на губы. Осмотрев собственное отражение в зеркале, Нахён согласно кивнула и развернулась в сторону гостевого дивана, включая телевизор, когда пульт оказался в её руке. Девушка убавила громкость до комфортной отметки и отправилась на кухню, дабы отыскать какие-либо снеки для просмотра фильма.       Но настойчивый стук в дверь помешал всем её планам.       Следом за ним последовал ещё один. И ещё.       Сердце Нахён отдавало такие же громкие удары. Время было не позднее, но всё же страх легко пробрался под кожу. Девушка тихонько прошла в прихожую, останавливаясь около своей сумки как раз в тот момент, когда очередной стук в дверь погрузил её тело в ступор.       — Нахён! Почему я всякий раз должен выбивать дверь к тебе.       Знакомый голос прозвучал словно спасение.       — Чонгук?.. — Нахён была настолько ошарашенной, что не спешила открывать дверь. Вдруг это игры её разума, и она впустит в свой дом опасность.       — Ты кого-то другого ждала? — послышалось явное недовольство от парня. — Открывай, сокровище, — голос непроизвольно стал нежным, — я промок, как пёс.       — Промок? — озадаченно произнесла девушка, открывая дверь.       И правда, опасность постучалась в её дом.       Потому что на пороге стоял Чон Чонгук с влажными волосами, букетом цветов в руках и в облегающей его потрясающее тело тёмной рубашке, виднеющейся из-под джинсового пиджака. Опустить глаза ниже казалось для неё катастрофой и полной капитуляцией перед ним.       Он будто собрал все её фетиши. И намеренно вызывал привыкание.       — Там дождь, — Чонгук указал головой в сторону улицы. — А я стоял под подъездом достаточно, чтобы...       — Господи! — наконец-то Нахён пришла в себя и быстро притянула его к себе, несдержанно цепляясь за рукав его пиджака.       — Просто твоя мечта, — подмигнул ей Чонгук, ощущая, как сладкая дрожь брала над ним контроль.       Невыносимо скучал.       — Ты сумасшедший, — изумлённый взгляд Нахён задержался на его лукавой ухмылке, а затем медленно поднялся к тёмным глазам.       — Ты не спрашиваешь, а констатируешь. Да?       — Угу.       — Возьмёшь? — Чонгук осмотрел девичью руку, которой она продолжала держаться за него, и протянул букет.       — Ещё один? — Нахён умышленно произнесла подобное, но цветы приняла, наблюдая, как молодой человек запер входную дверь.       Слабый гул скользнул вдоль стен, а горячее дыхание Чонгука глушило её собственное, стоило ему сократить дистанцию между ними.       — Эх, — Чон иронично качнул головой. — Так быстро догадалась?       — Надеялась, — девушка отложила букет на комод, стоящий в прихожей, не отрываясь от лица парня.       — Значит, я оправдал твои надежды? Это мне зачтётся в?..       — В чём? — поторопила его Нахён, когда длинные пальцы Чонгука, касающиеся её мокрых прядей, отвлекли его от разговора.       Её по правде сказать тоже.       — В решении? — будто и сам до конца не знал, как обозначить ситуацию, несмотря на то, что в нём бурлила непоколебимая решимость.       — Ты приехал сюда поэтому? — Нахён растерянно ухватилась за низ его пиджака, безмолвно призывая оставаться сейчас с ней рядом.       — У меня дежавю, — Чонгук позволил себе довольный смешок, опуская глаза туда, где по-прежнему ощущались уловимые касания Нахён. Ладони парня осторожно обняли её за лицо, внимательно всматриваясь в него. — Не только поэтому. Но... раз уж ты тоже ждала...       — Я выбираю после, — вдруг перебила его девушка.       — После? — Чонгук нахмурился в недоумении.       — Разговор. После секса, — с едва заметной улыбкой произнесла Нахён, приподнимая руки чуть выше.       Несмотря на мокрую одежду, от тела Чонгука исходил жар, позволяя её внутреннему огню вспыхнуть.       — Ох, нуна. Мне нужно будет научить тебя выдержке, — ладонь парня накрыла её.       — Думаешь пригодится?       — Безусловно, — полушёпотом отозвался Чонгук, притягивая Нахён к себе с тихой настойчивостью. Он обнял её за талию и склонился чуть ниже. — Я тоже скучал, кстати.       — Но... я не сказала, что скучала, — говорить было всё труднее с каждой близостью Чонгука. Чувственные губы плавно скользили вдоль скулы, опускаясь со временем ниже.       — Тебе необязательно это говорить, чтобы я понял, — его уверенность в своей правоте подкосила ноги Нахён. Это заметил и Чонгук, крепче стискивая её в своих объятиях.       — Поцелуй, — неожиданно проговорила девушка, запрокидывая голову назад, следуя напору Чонгука.       Молодой человек отстранился, чувствуя, что терпение сегодня не его союзник. Снова одно её слово слишком губительно действовало на него. Импульсивный поцелуй отозвался обоюдным громким стоном сквозь полуоткрытые уста. Крепкие руки парня вальяжно расположились на девичьих ягодицах, развязно переплетая их языки, не стесняясь издавать возбуждающие звуки причмокивания. Чонгук нетерпеливо сжал пальцами ткань пеньюара, мечтая избавиться от него как можно скорее.       Нахён непроизвольно потянулась к парню ещё ближе, когда ощутила первые опасные скольжения по обнажённой коже после того, как Чонгук приподнял ткань ненужной сейчас вещи. Девушка порывисто запустила тонкие пальцы в его влажные волосы, углубляя поцелуй, несмотря на нехватку воздуха.       Любое касание — словно принуждение.       Подчинение не отталкивать его.       Именно так Нахён себя ощущала сейчас, медленно растворяясь в Чонгуке.       Чон расставил ноги чуть шире и согнул их в коленях, делая себе надёжную опору для следующего движения. Нахён пришлось впопыхах разомкнуть их уста и крепче ухватиться за шею Чонгука, после того, как ощутила, что земля ушла из-под ног. Молодой человек едва заметно усмехнулся, замечая, как усердно девичьи бёдра обвили его талию, пока он тёплыми ладонями касался ягодиц.       — Вправо, Чонгук-и, — еле слышно произнесла девушка, увидя, как Чонгук засомневался, в каком направлении двигаться.       Пока Чонгук преодолевал путь до кровати, губы Нахён снова оказались на его, жадно сминая их. Поэтому девушка недовольно захныкала, когда молодой человек уложил её на постель, а сам отстранился, наспех скидывая с себя джинсовый пиджак.       — Может, лучше поговорить, пока ты слегка не в себе? — с лукавой усмешкой проговорил Чонгук, прожигая возбуждённую Нахён таким же пылающим взглядом. Чон присел на её бёдра, а руки намеренно кропотливо избавляли пуговицы от петель.       — Ты знаешь... — Нахён приподнялась и помогла ему побыстрее расстегнуть рубашку. Совсем скоро вещь была откинута в сторону, а дыхание парня дрогнуло, вылившись в сдавленный стон. Момент, когда её горячие ладони коснулись груди, участил сердцебиение и лишил всякой возможности произнести внятный ответ. — Твой язык создан не только для того, чтобы болтать.       — Чертовка... — простонал Чонгук, не скрывая удовольствия. Он невольно закусил нижнюю губу, скользя взглядом по Нахён сверху вниз и следя за тем, как девичьи руки опускались ниже.       — Ты запомнил, какие я люблю цветы? — разговор нисколько не мешал Нахён. Ловкие пальчики умело ослабили ремень на джинсах Чонгука.       — Угу, — рука парня плавно опустилась в распущенные волосы Нахён.       — Это потому что?..       — Сокровище, — нетерпеливо перебил её Чонгук, — твой язык тоже создан не только для разговоров, — передразнил её же словами, когда услышал короткий звук от расстёгнутой ширинки.       Нахён промолчала, лишь наградила парня лукавой ухмылкой, крепче цепляясь за кромку джинсов, неторопливо приспуская их.       — Отодвинься, — тихонько проговорила девушка, сглатывая вязкую слюну. Чонгук послушно встал на пол, придерживая при этом штаны. Парень слегка рассмеялся, когда получил укоризненный взгляд от Нахён.       — Так лучше? — не удержавшись, поинтересовался Чонгук.       — Определённо, — мужские джинсы присоединились к рубашке на пол, а Чонгук остался в одном нижнем белье. — Хотя это нам тоже не понадобится, — Нахён быстро исправила ситуацию и опустила боксеры к ногам парня, не переставая наблюдать за моментом, когда Чонгук вконец избавился от них.       Девушка так увлеклась этим процессом, что не заметила того, как Чонгук резко схватил её за локоть, буквально стаскивая с краю постели. Тёплая ладонь непринуждённо придерживала затылок, пока губы успешно сократили дистанцию. Прерывистое дыхание бессильно растворилось в воздухе, оставляя частичку себя в комнатных стенах. Одна ладонь Нахён расположилась на плече Чонгука, а вторая мягко опустилась ниже.       — Блять! — прошипел сквозь поцелуй Чонгук, ощущая горячее сжатие пальцев Нахён на своём члене.       — Чонгук... — задыхаясь от переизбытка эмоций, имя парня прозвучало довольно чувственно, поднимая градус обоюдного возбуждения до максимально опасной отметки.       Чонгук попытался избавиться от пеньюара на теле Нахён, хватаясь за край атласной ленты, служащей поясом, но девушка ловко перехватила его руку, тем самым останавливая и вызывая недоумения. Молодой человек нехотя отстранился, быстро облизывая собственные губы, и с неким непониманием посмотрел на Нахён. Девушка сделала глубокий вдох, возвращая себе возможность равномерно распределять воздух в лёгких, а затем медленно обошла Чонгука, разворачивая его спиной к кровати, уверенно цепляясь пальчиками за предплечье. Одно умелое движение — и Чон сидел на краю постели. Теперь Нахён могла страстно наблюдать за ним сверху вниз.       — Сейчас мы проверим твою выдержку, мистер спортсмен на воздержании, — тихий голос девушки неотступно взволновал его.       Чонгук завёл руки за спину, упираясь ими в кровать, и бесцеремонно следил за тем, как Нахён собственноручно развязала поясок, а затем неспешно распахнула халат, приоткрывая взору её обнажённое тело. Чонгук толкнулся языком в щёку, широко раздвинув ноги. Нахён молчаливо опустилась перед ним на колени, медленно скользив ладонями по упругим мужским бёдрам. Девушка не прекращала жадно смотреть в глаза Чонгука, искушая не только его своим восхищённым взглядом, но и себя.       В этот момент она словно абстрагировалась от всего: собственное ускоренное сердцебиение подавляло уличный вечерний шум из приоткрытого окна, а расфокусированный взор распознавал лишь Чонгука.       Всё было совершенным. Они были идеальными. И спрятаны от всех.       Первое скольжение кончиком языка вдоль возбуждённого члена и её тело покорно пронзил глухой стон Чонгука. Ладонь парня тотчас схватила волосы Нахён, а голова постепенно опустилась. Чонгук с удовольствием рассматривал, как её губы трепетно касались полового органа, целуя заметные вены на нём.       — Господи, Нахён! — беспомощно прохрипел Чон, сильнее прикусывая нижнюю губу и утопая в безумной эйфории.       Тело изнывало от приятной боли, стискивая каждую мышцу размеренной пульсацией. И причина была лишь в Нахён.       Девушка с победной ухмылкой ещё раз неспешно зацепила кончиком языка головку члена, отчётливо ощущая естественную смазку на своих губах, а затем неторопливо вобрала половой орган полностью в рот, медленно прикрывая веки.       Нахён посасывала тягуче, а затем жадно.       Опять медленно... И снова с похотью.       Запоминая самонадеянные попытки Чонгука сдержаться и не застонать слишком громко.       Позволяла себе расслабляться при движении вверх, создавая эффект вакуума, оттягивая язык к нёбу, и заставляла дыхание Чонгука сбиваться от наслаждения, когда головка его члена ощущала щекочущую вибрацию от её действий. Но самый блаженный вздох от парня был в моменте, когда Нахён снова полностью заглатывала половой орган, не стесняясь сжимать его при этом и обдавать кожу горячим дыханием через ноздри.       Девушка ускорила свои усилия, замечая то, как ритмично приподнимались бёдра Чонгука, а его ладонь, с каждым заглатыванием всё крепче зажимала девичьи волосы. Нахён осторожно отстранилась, ловя воздух ртом, но не прекращала надрачивать Чонгуку рукой, периодически опускаясь к мошонке для более нежных касаний. Молодой человек чуть придвинулся, засматриваясь в лицо Нахён, особенно тщательно — в покрасневшие и влажные губы. Большой палец непринуждённо скользил по устам, а затем ладонь обхватила кисть её руки. Чонгук притянул Нахён поближе к себе, заставляя её приподняться на ноги, а вскоре и вовсе оказаться сверху него.       — Сними это, — сдавленно прошептала Нахён, пытаясь скинуть со своего плеча пеньюар.       Чонгук успешно избавился от вещи, ловко отбрасывая её в сторону, пока девичьи руки покорно обнимали его за шею. Молодой человек теснее прижался к Нахён, ощущая, как их тела вздрагивали от горячих соприкосновений, будто безмолвно умоляли не останавливаться и дойти до конца. Девушка плавно качнула бёдрами и сильнее упёрлась ладонями в грудь Чонгука, буквально заваливая его на спину.       — Твою мать... — выдохнул Чон, сжимая её тонкую талию крепче, задавая им нужного ритма после того, как она умело оседлала его. Взгляд парня заискрился, а затем жадно устремился вниз, где можно было рассмотреть соединение их тел.       — Всё ещё не можешь замолчать, — девушка приподняла его ладонь и расположила на своей груди, тут же глубоко вздыхая от напористых касаний. Нахён не прекращала своих чувственных движений бёдрами, упираясь одной рукой в крепкие грудные мышцы Чонгука. Девушка обессиленно прикрыла веки, получая удовольствие от сладкой дрожи, охватывающей её нутро.       Молодой человек молча приблизил её к себе, обнимая за спину таким образом, чтобы Нахён склонилась к нему. Губы Чонгука неминуемо нарушили её личное пространство, вовлекая в быстрый поцелуй, идеально подходящий к его ускоряющемуся ритму. На каждый интенсивный подъём таза Чонгука из уст Нахён освобождался громкий стон. Парень тяжело выдохнул, нехотя отрываясь от влажных губ Нахён, и мгновенно перевернул её на спину, чутко поддерживая за талию.       Девушка инстинктивно обхватила его корпус ногами, ощущая первый заполняющий её толчок. Чонгук приподнял её руки над головой и сомкнул пальцы вокруг запястья, глубже толкаясь в горячее лоно Нахён, пока вторая ладонь служила ему опорой.       — ... чёрт, — усиливающиеся рывки парня стянули девичье тело сладкой истомой, а импульсивные поцелуи, которыми он украшал её шею, словно лишали воли. А она и не против. Чонгук заигрывающе прикусил кусочек шелковистой кожи на плече Нахён, заполняя её до самого основания, оставляя сдавленный стон около её уха.       Плавное движение языка у хрупких ключиц изрисовало капельный узор, оставляя его мерцать, словно алмаз.       Парень почувствовал, как рука начинала неметь от не совсем удобного расположения. Чонгук разомкнул пальцы, которыми удерживал Нахён, и прочно ухватился ими за её подбородок, грубо впиваясь в полуоткрытые уста и глубже толкаясь вперёд.       Затем ещё. И ещё. Вдалбливаясь в неё со всей силой, о чём свидетельствовал громкий скрип кровати.       Молодой человек сделал ещё несколько поступательных движений, ощущая, как тело Нахён вот-вот встретит оргазм. Чонгук резко отстранился, бегло осматривая, как грудь девушки часто приподнималась из-за сбившегося дыхание. Он медленно склонил голову на бок, с удовольствием вкушая каждый изгиб её тела и возбуждённое состояние, в котором она находилась из-за него.       — Это было подло, Чонгук-и... — голос Нахён был слаб.       Приятная усталость полностью завладела её телом. Но ей по-прежнему было его мало.       Девушка неспешно прикоснулась к груди Чонгука. Тело парня было горячим и напряжённым. Каждый его мускул был задействован в том, чтобы доказать ей и показать силу своего верного слова.       — Потом спасибо скажешь, — хрипло отозвался Чонгук и по-хозяйски похлопал девушку по бедру. — Развернись, сокровище.       Нахён без промедления исполнила просьбу, предвкушая момент, когда снова почувствует его в себе. Но Чонгук в очередной раз сумел её удивить. Молодой человек лёг на спину и подполз к Нахён таким образом, чтобы девушка смогла сесть к нему на лицо. Удивлённая Нахён крепко схватилась руками за изголовье кровати, откровенно постанывая после того, как ловкий язык Чонгука без промедления коснулся клитора, а пальцы оставляли багровые следы на нежной коже девичьих бёдер. Нахён плавно извивалась, непривычно сильно краснея от собственных развязных движений и хлюпающих звуков, рождаемых из-за умелых решений парня.       — Не смей... останавливаться, — умоляюще проговорила Нахён, сильнее выгибаясь ему навстречу, и наконец-то ощутила долгожданный оргазм, изящно миновавший каждую клеточку её тела.       Искушающее пламя вырвалось на свободу, накрывая Нахён ослепительной вспышкой, пока в висках медленно застывала тягучая пульсация.       Будто этот ритм отзывался эхом её сердцебиения, а Чонгук постепенно лишал её последних сил.       Сдержанный выдох из девичьих уст рухнул как раз в тот момент, когда Чонгук приподнял её за бёдра и, ловко отползая, поменял своё местоположение. Он мгновенно оказался сзади и так же быстро заполнил её собой. Нахён устало опустила голову, ловя каждый ритмичный рывок парня.       Сиплый стон Чонгука словно выстрел, сокрушающий тишину.       Руки парня цепко держались за талию Нахён и сильнее сжимали кожу пальцами, войдя на всю длину члена.       Изящное скольжение порождало возбуждающие звуки шлепков.       Следом за ним ещё один. И ещё.       Подушечки пальцев горели от соприкосновения с обнажённой кожей.       Липкой. Горячей.       Каждая капелька пота на теле Нахён была под контролем ласк Чонгука. Молодой человек опустил одну руку и властно коснулся промежности Нахён, беспощадная дрожь протянулась вдоль позвоночника, ускоряя его и без того резкие фрикции. Он сильнее сцепил зубы и дразняще поглаживал клитор, задыхаясь от податливости Нахён и того, насколько она влажная. Чонгук упруго двинулся вперёд, налегая всем весом своего тела, а движения его ладони обрекали Нахён на усталые выдохи. Девушка запрокинула голову на его плечо, чувствуя прерывистое горячее дыхание у уха. Чонгук медленно выдохнул и ощутимо упёрся бёдрами, глубже толкаясь в Нахён. Пальцы плавно скользили к упругим полушариям, плотно сдавив их на финишный толчок, с которым Чонгук блаженно кончил, оставляя капли своей спермы на ягодицах Нахён.       Чонгук обронил низкий вздох, заключая мгновение в памяти, и устало завалился на спину. Он мигом придвинул Нахён к себе, а она абсолютно не противилась, поэтому удобно расположила голову на крепком плече Чонгука, закидывая ногу на его бедро.       В ушах по-прежнему стоял гул. Словно вихрь подавленных эмоций пытался освободить её от этого. Губы медленно разомкнулись, подготавливая очередные слова, к которым Нахён не привыкла.       Роль Чонгука слишком быстро изменилась в её жизни, и именно это собиралась произнести девушка. Но инициатива и в этот раз досталась не ей. Чонгук резко приподнялся, будто прочитал её тревожные мысли, и навис над Нахён, упрямо смотря в глаза. Расфокусированный взгляд девушки льстил, но то, как интуитивно её тело отвечало на его близкое присутствие угодило прямиком в цель.       В самое сердце.       Желающее преодолевать любые километры, если Нахён будет встречать его подобным образом. Будто прирученная кошка, ожидающая своего хозяина.       Даже не догадываясь о том, каким верным псом был для неё Чонгук.       — Уже готова к разговору?.. — он наконец-то избавился от собственных размышлений и сосредоточился на Нахён. — Или мне нужно получше закрепить результат?       Мускулистые бёдра мягко вдавили тело девушки в кровать. Без боли. Это было для неё желанным. Как маленькая тайна, которую загадывают в канун Рождества.       Нахён молчаливо посмотрела на ожидающего ответа Чонгука и окончательно осознала, что именно он готов озвучить что-либо гораздо быстрее неё.       Решительнее.       С размашистыми шагами, которыми преодолел расстояние между ними. Невзирая на города.       — Каких ты ждёшь ответов, когда твой член находится между моих ног? — снова пыталась оттянуть время с помощью шутки? Или же сомнения смягчились под очередным нетерпеливым натиском Чонгука.       — Во-первых, ему там и место, сокровище, — ещё одна хмельная слабость от Чонгука, грозившая выявить привыкание у Нахён. — Во-вторых, положительных жду.       — Думаю, ты знаешь больше меня.       Быстрый взгляд упал на предплечье парня, где виднелся багровый след от её ногтей. Та самая яркая точка, располагающаяся в правильном месте, основательно закрепляя уверенные слова Чонгука.       — Знать и слышать — это разные вещи, — молодой человек склонился ниже, соприкасаясь своим лбом с её, мгновенно замечая учащённое дыхание у Нахён. — Я бы не приехал. Ты бы не впустила.       Ноль колебаний. Она ему верила. И своему сердцу, беззвучно сжимающемуся на его слова — тоже.       Нахён не обладала такой явной смелостью, чтобы проговорить всё вслух. Но она была полна решимости для неминуемого поцелуя, как и в тот самый вечер. Когда их тела впервые изучали друг друга.       Не боясь. И не спеша.

***

      — Ты всё ещё одна?.. — нужно уточнила Нахён, выслушивая по телефону негодования Сонэ на то, что Чонгук снова задержался на своих выездных соревнованиях.       Совершенно не догадываясь о том, что её младший брат вот-вот доберётся к сладкому финишу. Ведь влажные губы Чонгука столь надменно ощущались на бархатистой коже Нахён, замеряя путь изящным следом на внутренней стороне её бедра.       — Сонэ, прости... — резко перебила её Нахён, судорожно зарываясь свободной рукой в чёрные волосы Чонгука.       «Сонэ, прости, но твой брат слишком буквально принял фразу про язык», — хотелось бы ей сказать и остаться живой после истерики подруги.       — Скажи ей, что через секунд пять ты будешь громко стонать, — угрожающий шёпот Чонгука подстрекал. Не иначе. А указательный палец, которым он плавно оказался внутри Нахён, умело обозначил её будущее.       — Я тебе перезвоню... У меня тут сосед... стучит, — девушка отключила звонок и откинула телефон в сторону. — Ты меня разбалуешь, и мой верный друг больше не справится с моими прихотями, — кокетливо проговорила Нахён, приближая Чонгука поближе к себе. Она сильнее обняла его за массивную шею, пока рука парня продолжала находиться между её ног.       — О! Это комплимент?       — К сожалению, у него нет такого же умелого языка...       — Ах! Разврат какой, нуна, — остановил её молодой человек, приближаясь к губам максимально близко. — Ничего не могу с собой поделать. Хочется тебя трогать во всех местах и попробовать во всех позах.       — Очень похоже на сексуальную одержимость. Знаешь ли, — костяшки пальцев бережно прошлись вдоль виднеющейся скулы.       Фраза не звучала, как что-то страшное. Вместо страха — желание продлить то, что так нравилось.       — Можешь в следующий раз привязать меня к кровати.       — Дурачок! — звонкий смех девушки вынырнул наружу, а широкая улыбка Чонгука коснулась лица.       Молодой человек отстранился и поправил домашнее платье Нахён, чувствуя, как лёгкость всё прочнее осваивала её. Ему это нравилось. В каждом её движении было всё больше спонтанности. Поэтому ему захотелось соответствовать ей ещё больше.       Нахён освободилась от крепких объятий Чонгука и направилась на кухню, где стояли две тарелки с заваренным рамёном, прежде чем Сонэ перебила их совместный обед.       — Ты идёшь? — громко поинтересовалась девушка, присаживаясь за стол и беря палочки для еды в руки.       — Вечером сходим в тот маленький ларёк с острой курочкой? — Чонгук разместился около девушки и придвинул тарелку поближе к себе. За эти несколько дней, проведённых с Нахён, ему удалось привязаться не только к ней, но и к одному местному заведению с вкусным меню.       — Пхах. Не знаю, кем ты больше заинтересован. Мной или едой?       — Эх. Трудный выбор, — театрально ответил парень, тут же ощущая лёгкий удар кулочка по плечу.       — Сходим, — вкрадчиво прозвучал голос Нахён, оставляя тягостную недосказанность. Что, конечно же, заметил Чонгук.       — Хочешь о чём-то спросить? — парень осторожно повернул голову в её сторону. Задумчивый взгляд Нахён, которым она сверлила собственные пальцы, держащие палочки для еды, добавил нотки тоски. Словно безумное настроение, которое у них было, осталось в стенах спальни.       — Честно? — карие глаза рассеянно осмотрели Чонгука. — Да.       — И?       — Ты... уедешь...       — И вернусь, — мягко перебил её Чонгук, подкрепляя сказанное улыбкой.       Он, в отличие от Нахён, не имел таких весомых переживаний. Ни грамма сомнений не поселилось в его сознании.       Ускоряющийся ритм его сердцебиения рядом с Нахён не врал, а её неозвученные ощущения он прочёл на каждом миллиметре хрупкого тела и в том самом взгляде, которым она смотрела на него в эти дни.       — То есть мне больше нельзя ходить на свидания с другими парнями? — очередная её трусливая неуверенность улетучилась.       Нахён снова ему верила. Каждому слову.       — Что?.. — его резкой реакции тоже. Уголки девичьих губ приподнялись в довольной улыбке. — Нет, нельзя, сокровище!       Присвоил её себе.       — Сонэ убьёт нас, — озвучила свой вердикт Нахён.       Чонгук отодвинул тарелку и встал из-за стола. Оказавшись позади Нахён, крепкие руки заключили её тело в самые нежные объятия. Кто бы мог подумать, что он вообще способен на подобное.       — Возьму весь удар на себя, — приглушённый голос Чонгука слился с её коротким вздохом. — Меня она любит немножечко больше... наверное.       — Не могу поверить, что мы обсуждаем это с тобой.       — А в то, что мой первый секс будет с тобой, ты верила? — тело безмолвно вздрогнуло, покрываясь меланхоличной дрожью прошлого.       — О боже... Сонэ точно меня убьёт! — Нахён закрыла лицо ладонями, улавливая сдерживаемый смех парня.       — Сейчас проверим, — Чонгук потянулся за своим телефоном, который был на столе, и снова сел около девушки.       — Нет... Не говори, что ты... — расширенные зрачки Нахён следили за решительным Чонгуком.       — Собираюсь позвонить сестре. Что здесь такого? — триумфальная ухмылка парня выглядела так, словно он готовился к этому много лет.       — Да, действительно. Ничегошеньки такого, — иронично фыркнула Нахён, но не предприняла попытки избежать своей участи.       Пальцы Чонгука ловко скользили по экрану мобильного телефона, и совсем скоро квартиру наполнили гудки, и на каждую паузу между ними ладошки Нахён предательски потели. Чонгук же, наоборот, ощущал абсолютную гордость за свои решения. Ладонь парня утешительно коснулась девичьего плеча, совсем скоро приближая её к себе. Поэтому, когда Сонэ приняла видеозвонок от брата, увидела, как Чонгук обнимал Нахён.       — Я вчера не пила, чтобы у меня были галлюцинации, — нескрываемое удивление Сонэ рассмешило Чонгука. Чего нельзя было сказать о Нахён. К тому же цепкий взгляд подруги то и дело останавливался на ней.       Затем на руке Чонгука.       И снова поднимался к глазам Нахён.       — Скажи, ты же нас любишь? — парень привычно взял инициативу в свои руки, бегло осматривая молчаливую Нахён.       — Вот сейчас уже не уверена.       — Брось, Сонэ, — недовольно цокнул Чонгук. — Ты не помогаешь.       — Ты обещала принимать каждый мой выбор. Помнишь? — наконец-то отозвалась Нахён, придвигаясь поближе к экрану. — Даю слово привезти тебе самый вкусный соджу от господина Квона и всё рассказать.       — То есть это реально не шутка? — Сонэ не ощущала злости или обиды. Но часть её отрицала то, что видели её глаза.       — Нет, — мгновенно качнул головой Чонгук и слегка коснулся губами макушки Нахён, будто подтверждая.       — Не дави на неё, Чонгук, — прокомментировала Нахён его порыв нежности.       — Быстрее осознает, сокровище.       — Сокровище? — тут же проговорила Сонэ, снимая очки для чтения, в которых она была ранее.       — Не переживай. Она в надёжных руках... Ну и не только.       — Фу-у-у! — поспешно остановила его Сонэ. — Избавь меня от этого.       — Стерва, — с улыбкой произнёс Чонгук, зная, что не обидит сестру.       — Это мне расскажет Нахён, — вдруг проговорила Сонэ, в очередной раз всматриваясь в руку, которой брат обнимал Нахён. — Под соджу. И желательно скоро, — наконец-то на лице девушки появилась лёгкая улыбка.       — Я привезу её тебе, — у Чонгука было своё решение, и он надеялся, что Нахён последует за ним.       — Было бы неплохо. Потому что вы, блять, оба должны мне объясниться, — Сонэ поочередно указала пальцем на подругу и брата и глубоко вздохнула.       — Главное помни, что ты нас любишь, — Чонгук крепче обнял Нахён со спины, предвкушая новый этап в своей жизни. В его голове легко появлялись кадры того, как он, безумно скучающий по Нахён, сокращает километры. Даже разные города и совмещение учёбы, тренировок, работы и отношений с Нахён не пугали его.       — Обидишь её — убью, — шуточная угроза от Сонэ прогнала часть напряжения, в которое они окунулись, даже будучи на расстоянии.       — А ты говорил, что она тебя больше любит, — благодарная улыбка Нахён попала в самую точку, рассказывая подруге гораздо больше, чем она могла произнести.       — Где-то я просчитался, — смешливо сощурился парень.       — Я в ахуе, конечно! Но меня там ждёт тридцатилетний красавчик. Так что... — Сонэ поставила телефон на маленький столик с зеркалом, за которым она сидела, и сняла заколку, распуская волосы.       — Что?! Это кто? — наступило время Нахён удивляться услышанному.       — Позвони мне завтра, детка. И надеюсь, мне будет что рассказать, — Сонэ явно была в хорошем настроении и ожидала приятного времяпровождения. Возможно, это смягчило то, что преподнесли ей самые родные люди.       Законченный разговор наполнил квартиру на некоторое время неловкой тишиной. Худенькие плечи Нахён постепенно опустились, избавляясь от эмоционального груза в эти дни. Казалось, даже объятия Чонгука теперь чувствовались ярче.       — А ты боялась, — выждав паузу, проговорил Чонгук. Сильные ладони парня сомкнулись под грудью Нахён, плавно скользив чуть ниже, когда девушка расслаблено закинула голову на его плечо.       — Это не тебе придётся рассказывать ей, насколько хорошо ты удовлетворяешь меня в постели.       — Значит так это у вас происходит? — воскликнул Чонгук, резко разворачивая девушку к себе. — Тогда пойдём, сокровище, — молодой человек ловко поднял Нахён, поместив руки под её колени. — Закрепим результат, чтобы тебе было что рассказать.       — Чонгук, а как же... — девушка крепче обхватила его за шею, наконец-то не боясь собственных мыслей о том, что не прочь побыть с ним как можно дольше времени, откидывая грустные эмоции от расставания на потом.       — Острая курочка? Ну, мой выбор пал сразу на десерт.       Волнующий поцелуй Чонгука подтвердил его выбор. А Нахён тихо верила.       Как делала это всякий раз, когда он писал такое значимое: «Сокровище, я возвращаюсь»       И пусть ей приходилось отпускать его слишком часто, её вера в Чонгука — словно храм, в котором он отчаянно нуждался.