Часть 3

Секко хмыкнул и с силой захлопнул окно. Которое с треском рассыпалось по всему полу и часть попала на пациента. Секко: "Наконец-то" Названный Доппио испуганно зажмурился и сьежился, стараясь быть меньше, дальше от окна, и в принципе вообще подальше от сюда. Однако Секко это заметил и по его лицу расползалась улыбка. Он решительно побежал в другой конец комнаты и включил камеру направив на испуганное лицо своего первого испытуемого. Давно Секко не был один на один с пациентами, ему редко выпадала такая возможность поиздеваться над несчастными, в основном этим занимался Чоколатто. Он подошёл к старому шкафу и достал из коробки скальпели, он на мгновение поморщился от запаха, но потом с гордостью достал и покрутил их перед носом пациента. Его глаза блестели толи от возбуждения, толи от нетерпения приступить к работе. Инструмент который достал Секко, с трудом был похож на скальпель, весь в грязи или крови, бурая ржавчина от самой ручки до кончика лезвия. Вид инструмента не принимал доверия. В глаза Доппио ударил свет операционной лампы, ослепив его. Заново открыв глаза он не мог ничего видеть кроме цветных пятен света, а перед ним уже был его кошмар. У Доппио снова начала болеть голова, шум в ушах стал возобновляться. Туманное состояние отчаяния и безнадёжности. Неумело и медленно Секко начал разрезать на Доппио одежду, разрезая вместе с ней и верхний слой кожи, грубо царапая ржавым предметом гордости. Разрезав майку, он отбросил тряпки в сторону, смутно, но он припомнил как Чоколатто проводил операции и взял первую попавшуюся банку в руки и вылил ее на живот для "обезвреживания" или как Секко понимал часть непонятного ритуала. По кабинету раздался отчаянный вопль Доппио. В банке оказалась концентрированная кислота, он начал брыкаться и пытаться освободиться от стягивающих его руки и ноги ремней. Длинную и корявую рану, от скальпеля на животе, начало жечь, а потом уже начала пузыриться и омертвевать, кода вокруг стала почти бурой. Секко же был в восторге от неожиданного результата своей деятельности, приближая на камеру изуродованное криком лицо. Секко: "Чоколатто бы гордился мной!!!" С гордостью прокричал он, вылил и разбрызгал остатки жидкости из банки на своего мученика. В этот раз кислота попала и на сдерживающие ремни. Это был шанс. Доппио начал захлёбываться в собственных слезах, горло охрипло от крика в голове на мгновенье прояснилось. Он снова дернулся и с надеждой и бьющим адреналином разумом, понял что ремни расслабились и у него освободилась одна рука. Доппио осторожно стал вытаскивать её. Секко в триумфе счастья не заметил своей промашки. Он снова поднял скальпель и теперь уже воткнул его грубым и резким движением в живот жертвы. Раздался крик, Секко продолжал крутить скальпель внутри живота, начиная медленно вытаскивать. Про допрос и наставления он напрочь забыл ещё давно, увлекшись своей игрушкой. Доппио в порыве боли, снова дернулся, его рука окончательно освободилась, пытаясь хоть что-то понять, он остекленевшими глазами смотрел на мучителя, холодный порыв ветра привел в чувства, тогда как он заметил осколки от разбитого окна у себя на коленях. Когда Секко снова отошёл к камере и сфокусировался на рассматривание перекошенного болью заплаканного красного лица пациента, рука Доппио нащупала кусок стекла и сжала его. Внезапно у Секко зазвонил телефон. Он забыл.