Часть V

Прошли пара дней с той встречи Инко с Сатору и их разговора на кухне дома Мидории, свидетелем которого пусть и случайно, но стал Изуку. И тема этого разговора заставила его задуматься. Не желая быть замеченным за подслушиванием, мальчик вернулся в свою комнату до того как Годжо вышел с кухни и покинул их дом. Он пытался уснуть, ворочался под одеялом, меняя позы, но сна не было ни в одном глазу. Все его мысли занимал кухонный разговор. Пусть Изуку и не всё понял до конца, например, чем отличается маг от героя, и есть ли это самое отличие, но если становление этим самым магом поможет ему на пути становления его как героя... В итоге уснул Изуку лишь спустя час, изрядно вымотавшись морально. И проспал без малого одиннадцать часов, а когда проснулся, поблагодарил бога за то что были выходные и не нужно было никуда идти. Если поначалу у него ещё была надежда, что, может быть, мама расскажет ему о вчерашнем разговоре, то по прошествию целого дня, когда они ни одним жестом или словом не поднимала этой темы, у Изуку закрались сомнения. Могло ли так быть... что мама не поверила? Но у них в мире существуют причуды! Мало ли какие суперсилы могли существовать, было же возможно такое что есть причуда способная наделять этими самыми суперсилами других людей? Изуку не понимал, почему мама не стала общаться с ним по этому поводу. Она же знала... знала как сильно он мечтал о собственной причуде. И теперь, когда появилась пусть и маленькая, но надежда... разве было не лучше попытаться и пожалеть, чем даже не пытаться, а потом мучаться вопросами "что бы" и "если"? Когда и на второй день мама не стала поднимать эту тему, с ученичеством у Сатору Годжо, Изуку решил начать действовать сам. И, наверное, правильнее было бы подойти к маме и самому начать с ней разговор, но он этого не сделал. Вместо того чтобы пойти к маме, мальчик решил найти Сатору. После обеда, сказав маме что он пойдёт гулять, Изуку пошёл на ту площадку где они впервые встретились. Идти было не слишком далеко, поэтому уже вскоре он был на площадке и занял место на качелях. Которые стояли в том же месте как ни в чём не бывало. Изуку удивился, но долго ломать голову над тайной восстановленных качелей не стал. Лениво раскачиваясь, Мидория разглядывал редких детей, что приходили на площадку. Некоторые были с родителями, некоторые же одни. В основном это были те кому уже было больше десяти лет и родители могли полагаться на их благоразумие. На Изуку внимание обращали постольку-поскольку, в основном из-за того что тот только и делал что качался на качелях, не делая попыток подойти к кому-нибудь и завести знакомство. Сам Мидория больше старался высмотреть в мелькавших вокруг лицах знакомого седого мужчину с закрытым лицом. Один час, второй, третий... когда начало вечереть и небо окрасилось в красный, Изуку наконец заметил искомый субъект. Сатору Годжо неторопливо приближался к детской площадке, неся в руках белый пакет и грызя какую-то булочку. Он был одет всё в тот же чёрный пиджак с длинным воротом, длинные брюки и туфли в цвет пиджаку. Из-за повязки волосы мужчины стояли торчком. Он видимо тоже заметил Мидорию, потому что направился прямиком к нему. Через несколько секунд Сатору уже стоял перед раскачивающимся мальчиком. — Йоу, малец! Годжо отсалютовал Изуку пальцами от виска и ухмыльнулся. Изуку не сдержал улыбки в ответ. Это было выше его сил. Постояли немного, помолчали, а потом, кивнув головой, Сатору предложил Мидории занять скамейку. Мальчик, особо не раздумывая, согласился. Они отошли к скамейке, самой удалённой, и заняли её. От предложенной булочки Изуку отказался, вместо этого он решил сразу брать быка за рога и признался в том, что подслушал кухонный разговор Годжо с его матерью. Сам Сатору слушал не перебивая, иногда откусывая кусок от булочки и пережёвывал. Изуку говорил не долго, минуты две, в течении которых выложил почти все свои мысли и в конце добавил, не слишком уверенно: — Пусть я и на знаю о каком потенциале вы говорили, но я буду рад, если вы возьмёте меня в свои ученики, Годжо-сенсей. Изуку встал со скамейки и поклонился Сатору, прикрыв глаза.