Помнишь, как были с тобой, счастливее нежели щас

Глеб

      Серый цвет казался куда мрачнее чёрного. Абстракционные картины сводили меня с ума, пока я пытался собрать мысли воедино.       - Порой мне кажется, что моё существование в этом мире напрасно. Я порчу всем жизнь, в первую очередь себе, - я осмелился посмотреть в глаза психологу, который внимательно изучал меня, что-то фиксируя в блокноте.       -Поясните.       -Начнем из детства. Люди, которые меня окружали, не горели грёбаным желанием со мной дружить. Я бесил их, - первое, - мои родители. Они хотели примерного сына без татуировок на лице, ни алкаша ебаного, ни мефедронового торчка, - второе, - Даша.       Она знакомилась со мной нормальным, начинала встречаться с нормальным, выходила замуж тоже за нормального, а в итоге получила зависимого биполярника, который не может управлять собой, - третье.       -Но, как Вы говорили ранее, Вы желаете работать над своими проблемами, и это уже огромное достижение. Расскажите, что пошло не так с нашей крайней встречи.       -Я сорвался. Набухался и нанюхался, потому что моя жена меня кинула в очередной раз, - я истерически усмехнулся.       Эти слова дались мне крайне тяжело, потому что я до сих пор не видео истину в этом.       -Причиной ухода Дарьи является что-то весомое?       Я снова ускоренно прокрутил в голове наш последний разговор. Причиной ухода Дарьи был я и мои многочисленные косяки, и я сейчас не только про травку.       -Она бросила меня, потому что я встречался со своей бывшей, в которую влюбился на нашей свадьбы. У неё снесло крышу, и она просила у меня прощения, чтобы ей можно было быть со своей второй личностью, я в рот ебал это, сам нихуя не понимаю, - честно признался я, сжав в руке стакан воды.       -Разрыв отношений – это всегда сложный жизненный момент, но в вашем случае, если я правильно понимаю, между вами и вашей бывшей девушкой ничего не было, верно?, - психолог сделал какие-то пометки в своём коричневом блокноте, цвет которого никак не гармонировал с серым ремонтом кабинета.       -Ничего не было, мы просто встретились, - я ответил достаточно вспыльчиво, но психолог никак на это не отреагировал, - она кинула меня, потому что я снова её обманул, - я был уверен в этом.       -Но до этого у Вас всё было хорошо?       -Да блять. Всё было прекрасно, - я нервно вцепился руками в колени.       -Какова вероятность того, что Дарья не простила Вам эту девушку? У женщин это обычное явление, они говорят, что всё в порядке, но на самом деле это не так.       Я пожал плечами, случайно бросив взгляд на свои руки, сначала на любимый цветок Анжелы, потом на её имя. Так и не записался, чтобы свести это к чёртовой матери.       Ну мы же с Дашей сто раз говорили о том, что Анжела в прошлом, и она говорила, что всё простила, но в слова психолога, чисто гипотетически, могут быть правдой.       -Допустим это так, но можно же было поговорить и всё обсудить, а не так кидать меня в очередной раз!       -Это вы так думаете, но ей, как девушке, пережившей такое, тоже очень тяжело. Тем более она беременна.       Я схватился за голову. Да, она беременна, а я, как последний торчок, не сдержал своё обещание, отдавшись кайфу снова.       Пора признать, хотя, я сделал это уже давно. Я – наркоман и алкоголик, и это не лечится.       -Глеб, если вы хотите спасти свою семью, вы должны победить свои зависимости, а потом выкинуть из своей жизни и жизни вашей жены эту девушку.       -Доктор, я выкинул её, но мои треки, мой контракт, не позволят мне это сделать. Я бы закопал всё это, но не могу, - и это была правда.       -Начните с лечения. Пройдите полный курс, не такой, что был летом. Вам нужно полгода, - психолог одарил меня пронзающим взглядом.       Я понимал, что это единственный и рабочий вариант. И, признаясь честно, проснувшись вечером после той ночи, когда Даша меня бросила, это была первая мысль. Рехаб, встречай меня снова.       Но, никто меня туда не положит. Слем, у которого на уме одни бабки, а слова про семью – пустой ветер? Или, может быть Даша, которая хуй на меня положила.       -Да, доктор, вы правы, - я больше не стал слушать ни слова, просто встал и покинул этот серый мрачный кабинет, мысленно готовясь к такой же серости рехаба.       Оказавшись на свежем воздухе, первое, что я сделал – это записался к Вадику на сведение тату, который, к счастью, найдёт на меня время сегодня вечером.       Следующей задачей был звонок в старую добрую ребу, в которой моё имя было в списке топов блять. Сумму лечения обозначили в шесть миллионов рублей за пять месяцев лечения, потому что примерно через пять месяцев рожает Даша, а к этому моменту я должен быть с ней, хочет она этого или нет.       Далее по плану был звонок Слему сейчас состоится разговор, который откладывался достаточно долго.       -Привет, брат, - он ответил спустя пару гудков.       -Ты чего наговорил моей жене зимой?, - зло фыркнул я, наблюдая за пролетающей Москвой из окна такси.       -Не понял, - ну конечно.       -В общем, не смей лезть в мою личную жизнь и что-то говорить про меня Даше. Мы сами разберемся!       -Да я о тебе заботился, или ты забыл, чем закончились ваши отношения весной?, - меня заебало то, что он вечно мне этим тычет. И после этого изба – это семья?       -Благодаря тебе я помню об том всегда. В общем, мой счёт переоформи на Дашу, прямо сейчас, - фыркнул я.       -Ты с катушек слетел? – Возмутился Серега.       А я походу реально слетел. Мой энтузиазм бил через край и, благодаря своей биполярности, я пожалею об этом очень скоро.       -Переоформи счёт на мою жену, - не отступал я.       В итоге, Серега дал добро, он пообещал приехать к Даше, чтобы она поставила роспись на паре важных бумаг.       Даше я лишь отправил сообщение:       «Вечером к тебе приедет Слем, он переоформит мой счёт на тебя. Скажи, что так надо, потому что за все ремонтные расходы отвечаешь ты. Прошу, сделай так, как я сказал, это важно».       Я очень надеялся, что на этот момент Даша забудет о нашем разрыве и сделает всё так, как нужно.       Уже в девять вечера она написала, что Всё получилось, но у неё много вопросов.       А я, вместе со своим телом, которое освободилось о памяти об Анжеле, попросил встречи с бывшей женой. Я пообещал ей всё объяснить, не переходя никакие границы.       «Хорошо» - от моей жены значило больше всех слов мира. Я ехал на крайнюю встречу перед долгой разлукой.