Пиковый джокер и человек в форме

Пролог: Город пожирал сам себя. Ночью он сиял неоновым ядом, а днем дышал смогом равнодушия. В этом аду Влад чувствовал себя одним из немногих, кто еще пытался подмести авгиевы конюшни. Он стоял на крыше заброшенного склада, вглядываясь в подзорную трубу в грязные переулки, где всего час назад нашли тело криминального авторитета по кличке «Паук». Смерть чистая, профессиональная – один выстрел в лоб. Ни свидетелей, ни улик. Только визитная карточка. – Опять он, – старший следователь Морозов, грузный мужчина с лицом, изборожденным морщинами и усталостью, протянул Владу прозрачный пакет. Внутри лежала карточка из плотной бумаги, а на ней – стилизованное изображение джокера в пиковой масти, пронзенное шпагой. Пиковый Джокер. – Двести жертв, – прошептал Влад, сжимая пакет. – Двести. И мы ни на шаг не приблизились к нему. Он призрак. – Призраков не бывает, Орлов, – хрипло ответил Морозов. – Есть только умные ублюдки. И этот – самый умный. Но каждый делает ошибку. И он сделает. Ты будешь тем, кто его поймает. Это твое дело теперь. Влад кивнул, глядя на город. Он был создан для порядка. Высокий, широкоплечий, с честными голубыми глазами и упрямым подбородком, он выглядел как воплощение закона. Его темно-русые волосы были коротко стрижены, а форма сидела на нем безупречно. В двадцать пять лет он был одним из самых перспективных следователей в управлении. Но Пиковый Джокер был его навязчивой идеей, его неудачей. Тенью, которая смеялась над ним из темноты. Он не знал, что тень смотрела на него в этот самый момент. С противоположной крыши, за щитком вентиляционной решетки, Саша убрал свой снайперский винтовку в чехол. Его карие, почти черные глаза, холодные и безжизненные, скользнули по фигуре полицейского. «Новый? Настойчивый», – мелькнуло в голове. Он повернулся и бесшумно растворился в темноте, его тонкий черный хвост едва заметно шевелился за спиной. Рожки, скрытые под капюшном, слабо горели от адреналина. Они были охотником и добычей. Но в этой игре роли имели свойство меняться. --- Лаборатория... Первый звук, который он запомнил, – это не материнский голос, а металлический скрепт открываемой двери и равнодушные голоса в белых халатах. – Объект 07. Показатели стабильны. Инъекция №147. Его звали Саша. По крайней мере, так называла его одна из лаборанток, женщина с добрыми глазами, которую через неделю уволили. Больше он ее не видел. Ему было пять лет. Комната была стерильно-белой, без окон, с мягкими стенами, чтобы он не мог поранить себя. Если только его не уводили в другую комнату – с жесткими столами и ярким, режущим светом. Боль была его постоянной спутницей. Жгучая боль от уколов, ломота в костях, мигрени, заставлявшие его плакать по ночам. Они вводили ему что-то. Чужеродный код, вирусы, сыворотки. Говорили что-то о «потенциале», «эволюции», «новом витке биологического оружия». – Интересно, проявится ли фенотип? – слышал он сквозь туман боли. –Шанс 0.3%. Но если проявится, проект будет признан успешным. В семь лет он впервые понял, что он – не человек. Проснувшись, он нащупал на голове две маленькие, болезненные шишки. А у копчика что-то шевельнулось. Он в ужасе закричал. Ученые были в восторге. Начались новые, еще более жестокие тесты. Его подвергали экстремальным температурам, лишали сна и пищи, проверяя пределы выносливости. И он выживал. Его тело адаптировалось. Шишки стали твердыми наростами – рожками. А отросток превратился в гибкий, послушный хвост. Он был демоном. Чудовищем. Так ему и говорили. – Ты особенный, Саша, – говорил главный ученый, доктор Смит. – Ты будущее. Но будущее должно быть послушным. В двенадцать лет он впервые убил. Не нарочно. Охранник, который особенно жестоко с ним обращался, ударил его дубинкой. Саша, в приступе ярости и страха, толкнул его. Раздался глухой хруст. Охранник упал и не двинулся. Саша смотрел на свои руки, дрожа. Он не чувствовал ничего, кроме леденящего холодка внутри. Ни капли сожаления. Доктор Смит улыбнулся. – Превосходно. Инстинкты обостряются. В ту ночь Саша впервые задумался о побеге...