***

***       Заседание прошло достаточно быстро, но с некоторыми бумагами еще предстояло разобраться.       Ханджи же куда-то запропастилась. Сбежала после заседания, обещая вернуться быстро, чтобы они успела дойти до детей, которые проводили время друг с другом, пока взрослые занимались делами.       И когда Зоэ вернулась, то, даже не задумываясь, завернула в ванную комнату, что Ривай и слова вставить не смог.       Аккерман сидел за столом, перебирая надписи, которые они сделали, пока слушали Марлийские говоры. Он услышал, как позади открылась дверь.       Ханджи не подходила, но он слышал, как она топталась на месте.        — Ривай… — Почти промычала она. И мужчина обернулся, и глаза его округлились. — Я тут… Купила.       Она стояла в кружевном, белом и утонченном белье, которого до этого никогда не видел.       — Тебе… Нравится? — Неловко спросила она, вся заливаюсь краской.       — Нравится.       Он чуть ли не подскочил на месте, кажется, сгорая в моменте. Аккерман подошел к ней медленно, положил руки на голую, холодную талию. Ханджи и впрямь нервничала, как девочка.        — И все же я думаю, что будет краше, если мы это снимем. Хотя, покупка неплохая.       Ханджи усмехнулась, чуть смелея. У них давно не было общей ночи из-за количества дел в отношении Марли, Зоэ очень скучала по нему и его теплу, пускай спали они давно в одной кровати. И все же они были такие уставшие, что сил не хватало даже расслабится в любовном экстазе.       Ханджи первая потянулась к его губам, ужасно соскучившись. Он принял ее, словно забыв, как она целуется.       Ее мягкие, теплые губы, но холодное тело. Большая разница. Ханджи всегда была такой… Разносторонний. Даже в плане температуры тела.       Она чувствовала, как Ривай возбуждался, целуя ее все более остервенело. Она знала, каким он становился в постели… И да, ужасно любила это.       Ривай оторвался от ее рта, принимаясь целовать шею, оставляя там грубые красные отметины. Ханджи оставалось только извиваться под ним, и гладить мужскую напряженную спину, которая все еще была спрятана под одеждой.       Да, Ханджи купила это белье для него. Ничерта в этом не смыслила, потому что на Парадизе такого не было, но она сама посчитала его красивым. Ривай разделил ее взгляды.       Он дотронулся до женщины внизу, и она моментально вздрогнула, вцепившись пальцами в его плечи. Да… Она скучала по нему.       В этой всей суматохе, ей так просто не хватало этого… Что становилось тоскливо.       Мужчина принялся растирать, пускай и через ткань белья, Ханджи ощущала все слишком остро. Его губы на шее и ключицах, а руки меж бедер… Она уже сходила с ума, хоть к главному они все еще не перешли.       Только Ханджи хотела вставить свои два слова, пускай и через стоны, он остановил движения. Она была готова возмутиться, а потом услышала, как щелкнула застежка ее собственного бюста.       — Уж извини. Каким бы красивым оно не было, без него все равно лучше.       Ханджи усмехнулась, но после ойкнула, когда он подхватил ее на руки, попутно лишая остатков белья.       Да, купила покрасоваться, а в итоге оказалось голой. Ну, вообще, на это она и рассчитывала.       Мужчина кинул ее на кровать, надвисая над ней. Сам стянул с себя рубашку, пока Ханджи разбиралась с ремнем. Она громко сглотнула, стянув с него и белье.       Все происходило достаточно быстро, но учитывая то, какие сейчас испытывали желания оба, им это разрешено было.       И все же, мужчина крутанул пальцем в воздухе, намекая, чтобы она перевернулась на живот. Ханджи моментально почувствовала, как покраснели уши, потому соотнести считала эту позу… Еще более интимней, чем весь процесс.       А Аккерман не выдержал и встал, уложив все их вещи в аккуратные стопочки, пускай в паху нещадно ныло. Ханджи была готова рассмеяться такому действию, если бы он не вернулся обратно быстро, поднимая ее за талию, поднимая бедра под себя.       Зоэ отерлась об него, слушая тяжелее дыхания позади, предвкушая тот миг, когда почувствует его внутри.       К слову, Ривай медлить не любил. Он вошел в нее быстро, резко, и до упора, когда Ханджи громко простонала и вскрикнула.       Внутри было ужасно туго и горячо, а сама женщина поняла, что ей надо привыкнуть.       Сколько уже месяцев не было секса в ее жизни? Пять?       Ривай почувствовал это тоже, понимая, что она не растянута. Дал ей немного привыкнуть, не двигаясь вовсе, а после начал совсем медленно, под ее стоны.       Ханджи все равно хотелось большего, но она была благодарна, что он давал ей эти моменты, чтобы все произошло приятно для них обоих.       Когда Зоэ сама принялась насаживаться, то Ривай двигаться начал быстро и жестко, вбиваясь в нее остервенело, что на Ханджи не останется ни одного места.       В комнате раздавались звуки звонких хлопков, женским стонов, и слышалось тяжелое мужское дыхание.       Ханджи хваталась руками за простыню, сжимала ее, чувствуя, как внутри все горит из-за того, как сильно мужчина ее ласкает.       Ханджи почти срывалась на крик, осознавая, что голос завтра, скорее всего, охрипнет.       Мужчина, словно побуждая быть ее еще громче, все наращивал амплитуду, и принялся массировать клитор. Ханджи вздрогнула от этого действия, чувствуя все слишком ярко, что поднялась на секунду, прислонившись спиной к его груди, но потом опять упала обратно.       Она сжимала его изнутри, пока он все не останавливался. Да Ханджи и не хотела… Была бы возможность, она будет только рада, если эта ночь никогда не закончится.       Но даже удовольствие имеет свой пик. От резких толчков и обильных растираний Ханджи кончила быстро, слыша звон в ушах и видя танцы пятен перед глазами.       Ривай излился в нее через минуту, и она почувствовала, как горячая семенная жидкость наполнила ее до самого конца.       Когда Ханджи пришла в себя, мужчина целовал ее взмокшие виски и щеки.       Да, хорошая была покупка… ***       Ханджи держала его за руку, потому что ноги поистине были ватными. А когда они увидели, насколько пьяными были дети, что ей аж стало страшно, что их теперь тащить до комнаты.       — Бездельники. — Сказал недовольно мужчина, но не отпускал свою женщину из-под руки ни на секунду.       Ханджи усмехнулась. Кажется, ее саму надо нести обратно в комнату, вместе с детьми…