Часть 2

Темные, как каштаны, волосы лежали волнами на шелковом постельном белье, лучи солнца ласково касались нескольких прядей, но лицо их обладательницы оставалось в тени. Хозяйка комнаты не спала уже долгое время, скрутившись калачиком, она глядела в пустоту. С самого рассвета и до настоящего момента она едва ли шевелилась. Андромеде не требовалось ничего — не было жажды, чувства голода или даже желания жить. Только бесконечная усталость наполняла ее. Средняя Блэк знала, что пора вставать, или хотя бы наложить заклинание темпус, чтобы узнать время. Маленькая надежда тлела в ее сердце, что семейный завтрак отменят, и она сможет провести все утро в постели. Видеть их лица, слушать их разговоры было выше ее сил. –Юная леди, ваши благородные тетушки с дядюшкой прибудут через десять минут. Вы же не хотите, чтобы им пришлось ждать? — проговорил потрет, исполняя роль смотрителя и нарушая удушающую тишину. Скрипучий голос выразил свое недовольство, начиная подгонять хозяйку комнаты своими надоедливыми советами. Поднимаясь с постели, Андромеда лишь размышляла о том, как бы ей избавиться от них всех. Надев первое, что ей попалось под руку, она заплела себе косу одним заклинанием, даже не беспокоясь взглянуть на себя в зеркало. Она знала, что там увидит — ненавистные фамильные черты лица. Девушка не считала себя красивой. Как можно считать себя таковой, когда все те люди, что причинили тебе вред, обладали точно таким же внешним видом? Спускаясь по лестнице в гостиную, где ей полагалось поприветствовать семью, она ощущала, как ее ноги тяжелеют, а в голове туманится. Вела Андромеду туда не голова, а мышечная память. Спроси, как туда пройти, и она не вспомнит. Шум голосов уже доносился до нее, и с огромным усилием воли она заставила себя расправить плечи, нацепить на себя маску идеальной дочери, сестры и племянницы. Поднимая руку к двери, она уже ощутила себя марионеткой в этом театре. Кукла, предназначенная для игры. Никаких настоящих эмоций, только искусственные, соответствующие ожиданиям. –Доброе утро. – От простых слов горло Андромеды сдавило, но этого было достаточно, чтобы привлечь внимание семьи. –Ох, это же моя любимая племянница. – Тетя Вальбурга была первой, кто заметил девушку – Иди ко мне, я тебя обниму. Андромеду заключили в объятия, и гладили по волосам так нежно, что можно было подумать, что ее здесь любят и ценят. Однако девушка утратила веру в прочные семейные узы довольно поздно. Ранее ей казалось, что постоянные наказания за проступки — это норма. Андромеда также ошибочно считала, что в каждой семье допустимо получать удары по лицу за неверные слова и даже подвергаться действию Круциатуса за плохие оценки. –Ты что, не рада меня видеть? — Вальбурга поцеловала ее в щеку и отошла. –Как вы такое могли подумать? Я очень рада — улыбка исказила лицо Андромеды. –Сириус и Регулус, поприветствуйте свою кузину! — командный голос вызвал мурашки у вышеупомянутых. –Рад видеть вас, — бойко проговорил Сириус, а за ним тихим голосом последовал его младший брат. Андромеда взглянула на них с высоты своего роста и снисходительно улыбнулась. Сириус напоминал ей ее саму, и было любопытно, сломается ли он так же, как и она. У него было то же желание освободиться, что и у Андромеды. Регулус же казался покорным, как никто другой в их семье, и, вероятно, Вальбурга не будет и этим довольна. От этих мыслей хотелось поскорее завершить фарс с счастливым семейным завтраком. –Пройдемте в столовую. Завтрак уже накрыт. — еще одна марионетка в семье Блэков, ее мать Друэлла. Бездушная и мертвая внутри. – Все уже заждались. –Друэлла, не стоит переживать. Мы уже идем. — Вальбурга улыбнулась ей и похлопала по плечу. Иллюзия близости. Действительно, все уже сидели. Орион во главе стола, с одной стороны Вальбурга, затем Сириус и Регулус. С другой стороны — Сигнус, Друэлла, Андромеда, заменяющая отсутствующую Беллатрису в этот момент, и последняя — Нарцисса. Первое время никто не нарушал тишину, кроме звуков столовых приборов. Все были поглощены изысканным завтраком. Лишь Андромеда и Друэлла создавали вид, а на самом деле даже не притронулись к еде. –Друэлла, благодарю за этот чудесный завтрак. Пришло время поговорить о делах. Дети, идите, поиграйтесь. — Орион таким образом показал, что завтрак окончен, и больше уже никто не притронется к еде. –Отец, мне тоже? — Нарцисса обратилась к Сигнусу, мило надувая губы. Папина любимица могла запросто выпросить у него что угодно. –Да, к сожалению. Покажи мальчикам, какого забавного разговаривающего хорька я тебе купил. — Мужчина улыбался, только ей так. Пока дети уходили со стола, Андромеда оставалась на месте, взгляд дяди говорил о том, что разговор будет о ней. Пока эльфы убирали еду и заваривали чай, взрослые неспешно обсуждали дела предприятий. Средняя из сестер Блэк даже не имела представления, где находятся эти предприятия, чем они занимаются, и законны ли. Очевидно, ей не доверяли, чтобы вводить в курс дел. –Нам нужно заключить новый договор на юге, Сигнус.— Орион поставил фарфоровую чашку, переводя взгляд на Друэллу. — Поезжайте вместе. Отдохните, навестите родственников. — Очевидно, Орион нуждался в членах семьи Друэллы Блэк, бывшей Розье, для какого-то дела. — Поведайте им о предстоящей помолвке также. –Дядя? — Андромеда сжала в руках платок и перевела взгляд на главу рода. –Андромеда, мы приняли решение. — Вальбурга взяла на себя роль той, кто приносит радостные новости. –Мы ответили согласием на обед у Пруэттов. Сама понимаешь, это не обычный обед, а сватовство. Мы выдвинем условия, и если Джейсон Пруэтт согласится, то в течение года ты станешь миссис Пруэтт.— Вальбурга улыбнулась. –Мне все же больше был по душе наследник Нотт, а не второй сын Пруэттов. — от слов дяди Андромеда начала еще больше мучить вышивку платка. – Хоть ты и не окончательно меня разочаровала, выбрав богатый и чистокровный род. Пусть только Джейсон попробует отказаться от наших условий. –Как он посмеет? — Вальбурга приподняла бровь. —По слухам, младший без ума от нее. Раз Джейсон сам написал и прислал дары, он пошел на поводу у сына. –Верно, повезло, что она еще на что-то способна — цокнул дядя, разговаривая так, будто Андромеды здесь не было. –Дядя, если вы собирались ответить согласием, зачем вы говорили те вещи? — у внешне спокойной Андромеды тряслись руки от нахлынувших эмоций облегчения и злости на них. –В последнее время больно много ты себе позволяешь. — Глава рода смотрел в глаза Андромеды и, увидев в них то, что хотел, улыбнулся. — Теперь же мы и знаем, что те извинения были не от всего сердца. — Орион вновь взял чашку в руку и перевел взгляд на Сигнуса.—Тебе стоило быть с ней строже, братец. –Что ж, время упущено. — отец Андромеды пожал плечами и продолжил вести неспешный разговор о делах. Андромеду никто не отпускал в свою комнату, поэтому ей приходилось продолжать сидеть с ровной осанкой и делать вид, что все нормально. Как будто бы не она две недели назад стояла на коленях и умоляла, чтобы они одобрили помолвку. Будто не Андромеда пережила срыв из-за того, что дядя сказал, что не отдаст ее в другой род. Сидя среди своей семьи, чувство, что она здесь как птица в клетке, поглотило ее. Смотря на них, она чувствовала себя мерзко, Андромеда тонула в болоте, носящем по ошибке имя Блэк. Андромеда осталась невнимательной к тому, как все покинули столовую. В комнате, где она сидела одна перед французскими окнами, её мысли терялись в пустоте. Словно в вакууме, неспособная двигаться, она задумывалась о несбыточном. –Сестра? — Нарцисса дернула её за руку, отвлекая от самобичевания. — Почему ты не идешь в свою комнату? Мы уже с отцом даже пообедали. — Белокурая девочка имела сказочную внешность, детского очарования ей добавляло мишка в ее объятиях, которого она крепко держала одной рукой. –А мне отец никогда не покупал игрушек — прошептала Андромеда, выдернув руку с некрепкой хваткой ребёнка, и направилась в свою комнату, не прощаясь. До конца дня, она не покидала свою комнату. Не притронулась к еде, которую принесли эльфы. Не приняла, подготовленную ванну. Даже не взглянула на платье, которое Вальбурга выбрала ей на завтрашней день. Просто лежала в постели и смотрела в стенку. –Если завтра все пройдет хорошо, обещаю, я вновь начну жить, Тед. Как мы и договаривались. — обещания было сказано шепотом и предназначалось не только мертвым, но и живым. Сон настиг девушку рано. Впервые за этот месяц Андромеда проснулась не от панического страха, а от ощущения, что её организм хоть немного отдохнул. Этот месяц оказался чрезвычайно тяжёлым, и восстановление займет ещё долгое время. Однако радость предстоящей встречи с Фабианом заставила Андромеду встать с постели и направиться в ванную. Девушка не помнила, когда последний раз она мылась, чистила зубы или расчесывала волосы. Такие простые действия были ей не по силам на протяжении всей разлуки с Пруэттом. Глядя на себя в зеркало первый раз за последнее время, пришло понимание, что от вида Андромеды жених начнет сильно волноваться. Цвет ее лица потускнел, круги под глазами стали настолько заметными, что никакой чудодейственный крем не поможет. А сама она так сильно похудела, что, скорее всего, придется все платья под себя подгонять. Нанося на лицо крем, Андромеда старалась улыбаться. Это была маленькая репетиция перед большим событием. Фабиан просил не волноваться по поводу условий брака. Убеждал её, что Лорд Пруэтт пойдет на все условия Блэков. Её глаза слегка увлажнились, когда она достала из своего тайника в ванной цепочку, на которой висело кольцо. Подарок, который дороже ей всего золота и шелка. Это было единственное, что удалось Андромеде спрятать во время проверок её комнаты. Девушка бережно одела украшение на шею и спрятала под платье. Это был талисман, который должен был с ней быть в радостные моменты. Время до обеда тянулось как резина, заставляя Андромеду думать лишь о плохом. Отвлечь её было некому и ничему. Приготовившись и сделав макияж, она вновь просто смотрела в окно, ища в себе силы бороться. Хлопок от прибытия эльфа отвлек девушку. –Мисс Андромеда, глава Рода, велел Вам спуститься. — лопоухое существо, как только передало приказ, сразу исчезло. Девушка в последний раз подошла к зеркалу, пригладила платье кофейного цвета, убедилась, что макияж идеальный: губы равномерно накрашены, тон лица искусственно совершен, а глаза сверкают ярким светом. Волосы волнами лежат на спине. Искусственный румянец украсил её щеки, делая её фарфорово идеальной. Идя к главному камину, Андромеда ощущала, что становится чуть ближе к счастливой жизни. Её сердце молилось о том, чтобы все прошло гладко. –Выглядишь прекрасно, дорогая. — вновь первой её заметила Вальбурга. Отец и дядя лишь махнули головами в ответ. Матери нигде не было видно, однако она и не ожидала, что ее возьмут с собой. Хоть Друэла по закону и по магии является частью семьи, она все равно чужая. Вальбурга подошла ближе, смахнула невидимую пыль с плеч Андромеды и прошептала ей на ухо. –Помалкивай, когда взрослые будут говорить. Давать ответы на вопросы буду я. И… — женщина еще ближе придвинулась к уху девушки. — Тайны семьи остаются в семье. Андромеда никак не отреагировала, лишь отодвинулась от тети. Процессия двинулась, называя по очереди адрес Пруэттов. Девушка, оставшаяся последней, чувствовала, как сердце стучит в ушах, пальцы онемели, но ни один мускул на ее лице не дрогнул. Зажмурив глаза, она назвала адрес и бросила порох. Когда Андромеда вышла, она уже была в Пруэтт-Холл. Первым, что она увидела, был Фабиан. Средняя из сестер Блэк не обратила внимания на обстановку особняка, не взглянула на Лорда и Леди Пруэтт, а лишь уставилась на одного из близнецов. Андромеда никогда не могла понять, как их можно спутать. Они были настолько разные: Фабиан — словно солнце, вокруг него все оживало, и иногда ей казалось, что если она приблизится к нему слишком близко, то непременно сгорит. Пока семья перекидывалась стандартными фразами, Фабиан уже приблизился к ней. Сначала молча поцеловал ее руку, а затем понизил голос до шепота, чтобы спросить. –Почему не отвечала на письма? Я волновался, — он говорил без обиды в голосе, просто хотел знать, почему все его письма были проигнорированы. –Она была в Испании, гостевала у наших родственников, — несмотря на шепот парня, Вальбурга все услышала и не дала шанса ответить девушке. –Вот как, — Фабиан потрепал себя по медным волосам, в его глазах было недоверие к словам старшей женщины. –Не будем здесь вести разговоры, пройдемте к столу, —вмешался Джейсон Пруэтт, понимая, что если его сын наломает дров сейчас, его женитьба обойдется еще дороже. –Конечно, пойдемте, — ласковая улыбка женщины исчезла, в ее глазах был только расчет. Андромеда совсем не запомнила, как запоздало приветствовала Лорда и Леди Пруэтт, в памяти также не отложилось, как они садились за стол и что говорили. Девушка не могла сосредоточиться ни на чем, в чувство привела рука тети, впившаяся в ее ногу. Только тогда она осознала, что подали обед, и все разговоры стихли. Девушка, хоть и ела под настороженным взглядом Фабиана, она не понимала, что именно попадает ей в желудок. Старшие вновь погрузились в разговоры, однако Андромеда ожидала момента, когда они уже обсудят реформы, свои предприятия и настроение народа, чтобы перейти к главному. Леди Пруэтт первой прервала эти незначительные беседы. –Дети, может, покажете Андромеде наш сад. Уверенна, мисс Блэк оценит наши певучие розы, — Леди Пруэтт была весьма деликатна, не желая, чтобы молодое поколение слушало, как взрослые торгуют ихними жизнями. –Пойдем, Меда. — Девушка позволила Фабиану помочь ей встать со стола только после кивка тети. Парень положил ее руку на изгиб локтя и двинулся. Гидеон помог своей сестре Молли выйти со стола, и вчетвером они направились к саду. Младшая сестренка мальчиков постоянно оборачивалась на взрослых; ей, видимо, было очень интересно, что и как там. Милая и солнечная девочка не понимала, что под этим благородным фасадом может скрываться грязь мира аристократии. Лорд и Леди Пруэтт, неплохие люди, но они явно не согласятся на все условия Блэков. Будет борьба: Блэки предложат завышенную цену за девушку, Джейсон вспомнит слухи о Андромеде, чтобы сбить цену, а затем Блэки вновь будут настаивать на изначальных условиях. Джейсон вспылит, пойдут оскорбления, шантаж, но в конце концов, вероятно компромисс. Фабиан и Андромеда были счастливы, что им не пришлось слушать всю ту чушь. Намного лучше было погреться на солнышке и насладиться видом цветов. Они не обсуждали, почему девушка пропала, почему она выглядела так, словно ее морили голодом. Их молчание было уютным, так называемая минута покоя. Цветы были прекрасны, и говорили о том, что певучие розы растут только в том месте, где царят любовь, спокойствие и доброта. В ни одном поместье Блэков не росли цветы; Вальбурга лишь выращивала редкие ингредиенты для зелий, не более того. Мысль о том, что когда она выйдет замуж и сможет также, как Леди Пруэтт, заняться садоводством, вызвала улыбку. Она будет хозяйкой своей жизни, принимая все решения самостоятельно. Девушка почувствовала, как Фабиан накинул на нее пиджак со спины и тихо прошептал на ухо: –Скоро все закончится, продержись еще немного, ради нас. Скоро мы втроем будем счастливы. — Фабиан говорил это сквозь улыбку, но сразу отстранился, услышав шаги брата. –О чем разговариваете? — Гидеон обратился к брату, игнорируя Блэк. Андромеда поняла намек. Здесь ее не жаловали, и если Лорд и Леди Пруэтт притворились, что все в порядке, то Гидеон не смог или не захотел скрыть свои чувства. Тогда как, младшая дочь семейства быстро потеряла интерес; ее, явно, больше занимали гномы, бегающие по саду, выводящие ее из себя. Расположенная справа от Фабиана и напротив Гидеона, Андромеда ощущала себя одинокой. Братья, казалось, общались большей частью без слов, и девушка не могла разобрать, о чем идет речь, кто те люди, мелькающие в их диалоге. Однако, глядя на непринужденную улыбку Фабиана, она чувствовала себя крайне хорошо. Уверенность в том, что их будущее будет счастливым, укреплялась с каждой секундой. Да, они будут вместе. Против всех…