Любит ли Бог троицу?

      Амрит сидел за столом в кабинете, раньше принадлежавшем его отцу, но вот уже почти год как его собственном, рассеянно глядя перед собой.       С той роковой битвы его жизнь сильно изменилась — руководство Дюжиной накладывало свои обязательства — хотя Амрит не мог не признать, что всё начало меняться ещё с появления в его жизни Амалы. И не только в его.       Подумав об этом, Амрит невольно улыбнулся: встретив её, он почувствовал, что всё в его жизни наконец становится на свои места. Амрит был не из тех, чья жизнь скучна и бессмысленна, до появления в ней женщины, и всё же, никогда раньше он не чувствовал себя более живым.       И он знал, что то же самое происходило с Рэйтаном, недавно ставшим обычным смертным, если слово «обычный» было вообще применимо к нему.       Амрит в очередной раз ощутил укол стыда за то, что при всех его теплых чувствах к аватару Порядка, он никогда не верил, что тот сможет изменить свою судьбу. Но она поверила. И заставила самого Рэйтана поверить и действительно рискнуть.       Несмотря на своё настороженное отношение к Дубеям, Рэйтан был всегда благосклонен к Амриту, а тому, в свою очередь, нравилось проводить время в обществе Рита-Шивы.       Амрита передернуло от воспоминания о том, как они чуть не возненавидели друг друга, когда между ними встала Амала. Теперь это казалось смешным — то, что они действительно считали, что она их разделит, а не сблизит, как в итоге произошло.       Следующим днём он собирался отправиться в Норвегию, где его уже ждали двое самых близких ему людей.       Они не виделись с самого окончания битвы, пока Амрит наводил порядок в Дюжине, а Амала, с помощью Рэйтана, поправляла дела в своём магазинчике в Лондоне, поэтому он уже предвкушал их скорую встречу и то, что за ней последует.       Все дела были сделаны, а долго предаваться мечтаниям было не в характере Амрита, поэтому, взглянув на часы, он решительно поднялся и вышел из кабинета, чуть не столкнувшись в дверях с Джаей, видимо, всё не решавшейся постучаться.       — П-прошу прощения, господин Дубей — пролепетала она, опустив глаза.       — Ничего страшного — рассеянно отмахнулся Амрит и собирался было обойти Джаю, как вдруг она схватила его за рукав.       — Господин Дубей, вы же едете к ней? — выпалила она, кажется, сама ужасаясь своей дерзости.       — В чём дело, Джая? — поднял брови Амрит, немного раздраженный тем, что его задерживают, и в полном непонимании того, какое дело Джае до их с Амалой отношений, и уж тем более до его личных планов.       — Возьмите меня с собой! — неожиданно взмолилась она, подняв на него взгляд — Мне так нужно увидеть его…       «Ах вот в чём дело» — догадался Амрит, и на его лице расцвела понимающая ухмылка. — «Что ж, Джая — неплохая партия для Кирана. Конечно, после событий Кали-Юги, Банерджи не в чести, но сама Джая, в конце концов, была на нашей стороне. Да и кто я такой, чтобы препятствовать такой любви?» — с долей насмешки подумал он.       — Хорошо, Джая, поедешь со мной —произнес он, отмечая, как загорелись её глаза — Я договорюсь с твоим отцом — успокоил он её, предупредив её следующий вопрос — А теперь иди собирайся.       — Спасибо, господин Дубей! — чинно ответила Джая, из последних сил сдерживая рвущееся наружу ликование, и чуть ли не вприпрыжку побежала к себе.       Амрит добродушно усмехнулся ей вслед. ***       Норвегия встретила Амрита морозным ветром, от которого тут же закололо лицо, и крупными хлопьями снега, которые опускались на его волосы и купленную заранее теплую куртку, которая, впрочем, теперь не казалась такой уж теплой.       — Никогда бы не подумал, что существует такой холод — пробормотал Амрит, отыскивая глазами такси.       Рядом стояла Джая, в шубке, которая смотрелась на ней просто очаровательно, и накинутом на голову дорогом платке, из под которого выбивалась непослушная прядь волос. Она завороженно смотрела на летящие снежинки, совершенно не обращая внимания на холод.       «Неужели не мёрзнет?» — удивился Амрит, совершенно не разделяя её восторга.       Наконец такси подъехало, и они отправились в гостиницу, где остановились Рэйтан и Амала с остальными.       Несмотря на сугробы, они добрались довольно быстро, и с облегчением войдя в тепло, Амрит направился к стойке регистрации.       — Дубей? — раздался за его спиной недоверчивый мальчишеский голос.       — И тебе привет, Басу — усмехнулся Амрит, разворачиваясь, и отступая в сторону, чтобы открыть Кирана и Джаю друг другу.       Киран хотел было что-то сказать, но умолк на полуслове, не веря своим глазам. Джая смущённо улыбалась.       — Что ж, разрешите вас оставить — произнес Амрит, невольно улыбнувшись этой картине.       Зарегистрировавшись в гостинице, он предоставил Джаю с Кираном самим себе и отправился в кафе, где в этот момент находились Амала и Рэйтан, о чём он знал, потому что всё это время был на связи с последним, чтобы устроить сюрприз Амале.       Амрит увидел их ещё на подходе: Рэйтан, в красивом чёрном пальто, со снежинками в блестящих чёрных волосах, прижимал к себе стройную фигурку Амалы, одетой в чудовищно тонкий для такого холода пиджак, с такими же снежинками в густых волосах, кончики которых слегка серебрились, заиндевев, и с румяными от мороза щеками.       Амрит засмотрелся на их идиллию, невольно засомневавшись в том, не лишний ли он для них.       «Ерунда, Амала любит меня, иначе и быть не может» — сказал он себе, и подойдя ближе ехидно произнёс:       — А ещё холоднее страну вы выбрать не могли?       Услышав его голос, Амала вскинула голову, находя его глазами.       — Амрит! — радостно воскликнула она, и отпустив Рэйтана, кинулась ему на шею.       Улыбнувшись её реакции, он подхватил её за талию, поднимая на воздух, и вынуждая вцепиться руками в его плечи, и закружил вокруг себя.       — Ну здравствуй, Невестушка — усмехнулся он, глядя в её сияющие глаза и невольно подумал о том, что им всем троим нужно будет обсудить вопрос о том, чтобы он официально мог называть её «женушкой».       Опустив Амалу на землю, он встретился глазами с подошедшим за это время ближе Рэйтаном. Тот стоял молча, не вмешиваясь в их приветствие, и безмятежно улыбался, но Амрит всё равно почувствовал укол вины.       — Амрит — меж тем тепло кивнул ему Рэйтан — рад тебя видеть.       — Взаимно — не сдержал облегченной улыбки Амрит — Но может уже пройдём тепло? — добавил он — у меня зуб на зуб не попадает, а Амала вообще раздетая!       — Вот именно! — подхватил Рэйтан, выразительно посмотрев на Амалу — иди внутрь, пока не окоченела, Июньская Лилия — попросил он её.       — Я пойду только вместе с вами! — заявила Амала, и подхватив обоих мужчин под руки, решительно потянула их в кафе.       Рэйтан и Амрит обменялись улыбками и покорно последовали за ней.       Через некоторое время подошли Киллиан и Лима с детьми, и вся компания не могла сдержать хитрых и понимающих улыбок, глядя на не отрывающихся друг от друга Кирана и Джаю.       Англичане встретили Амрита напряжённо, но когда поняли, что он не собирается кидаться на них и насылать бхутов, немного расслабились, и совместный вечер прошел наполненным почти семейной атмосферой, а с лица Амалы, сидевшей между двумя своими любимыми мужчинами не сходила счастливая улыбка. ***       Ночью, засыпая в слишком тесной для троих кровати гостиничного номера, Амрит думал о том, что наверное, так и выглядит счастье.       И неважно, что все трое такие разные: Амрит жить не может без жаркой Индии, Амала предпочитает дождливую Англию, а сердце Рэйтана и вовсе здесь — в морозной Норвегии, неважно, что их отношения не похожи, и никогда не станут похожими на обычные, неважно, что они пока ещё не очень хорошо понимают, как жить в этом новом статусе отношений на троих…       Ведь они любят друг друга и счастливы вместе, а значит, преодолеют любые трудности.