Глава 5. Переменные бедствия

      «Вот что не меняется, так это засушенный городок»       Кажется, время словно обходит стороной этот каменный пригород, не подчиняясь общим законам, по которым всё должно меняться. На этих улицах можно увидеть удивительные явления, которое выпадает из эпохи.       В голове Мульпана уже множество часов повторялась слова Ян, о том как он якобы предал свою подругу детства, как он всех бросил ради собственной выгоды, и наконец, как Маффака ловко перевёл внимание на себя, выставив бывшего детектива за дверь. Чувство агрессии и жажда мести брала над ним вверх и он всё чаще не мог контролировать свои действия. Если так пойдёт и дальше, цепь слетит с велосипеда.       Пока есть время, было бы неплохо найти звонок, которым можно позвенеть для привлечения внимания. Порой возможность посигналить спасает от внезапного столкновения, и ещё может послужить «палочкой-выручалочкой» в местах с большим скоплением людей, где шум и суета охватывают со всех фронтов.

***

      Солнце продолжало освещать дороги жаркого солнечного пригорода. Людей на улицах стало заметно меньше. Час пик подходил к концу, а люди либо возвращались домой, либо шли на работу после перерыва. Когда поток пешеходов заметно уменьшился, юноша с облегчением вздохнул и после долгой дороги, которая ещё продолжается, расслабил ноги. Теперь можно спокойно ехать на велосипеде, не пытаясь виртуозно маневрировать и проскакивать между прохожими. Можно просто наслаждаться видом улиц, залитых жарким солнцем. Тот ехал по извилистым улочкам, получая удовольствия просто от свежего воздуха и затишьем. Подсознательно напрашивался вопрос, затишье ли это перед бурей, или нет?       Вдалеке виднелись высокие здания, казавшиеся в лучах солнца еще более величественными. Он думал о том, как много времени прошло с тех пор, как он последний раз просто так катался по пригороду, никогда не меняющийся со временем.       Каменный пустынный пригород раскинулся на плоской, как стол, местности. Солнце палило безжалостно, отражаясь от многочисленных окон старых зданий. Дома, построенные из известняка и мрамора, стояли рядами, как солдаты на параде. Их фасады выкрашены в яркие цвета, но краска давно облупилась, обнажив трещины.       Каждая деталь пригорода лишена индивидуальности. Крыши домов, покрытые шифером или черепицей, просели и покосились, придавая вид заброшенности. В воздухе витал запах пыли, а редкие птицы, пролетавшие над зданиями, казались чужеродными элементами в полуживом пространстве. Состояние проезжей части оставляло желать лучшего. На поверхности виднелись многочисленные ямы и трещины. Когда по дороге проезжали автомобили, раздавался шум, а дорога под ними дрожала и жёстко вибрировала.       В некоторых местах дорога настолько повреждена, что по ней не могли проехать даже крупногабаритный транспорт как грузовики и автобусы. Из-за жары асфальт стал ещё более неустойчивым. Даже небольшие углубления на дороге превратились в глубокие ямы. Водители вынуждены ехать медленно и быть предельно внимательными, чтобы избежать аварий.       Конечно, ездить на велосипеде по тротуару не разрешалось, но и не запрещалось! Иногда можно заметить тряску из-за узоров на поверхности каменной или мраморной плитки у зданий. Например, такая плитка есть у автосервиса, куда Мульпан отправился в поисках чего-нибудь полезного для своего транспорта. Давно надо уже поставить другие колёса, более прочные и лёгкие, или даже фонари и стоп-сигналы установить. Тоже очень полезная вещь, поскольку велосипед — его основной средство передвижения, и порой к нему приходится прибегать и в ночное время. Дополнительные крепежи для безопасности тоже пригодятся, чтоб никакие воры не могли так легко угнать железного коня с места, когда его оставили на время, куда на колёсах не заедешь.       Жители этого пригорода двигались по улицам, как роботы, выполняя свои ежедневные обязанности. Они не разговаривали друг с другом, не смеялись и не улыбались. Их лица были серыми и усталыми, а глаза — пустыми. Казалось, что они живут по какому-то заранее установленному сценарию, не имея возможности изменить свою жизнь.       Доезжая до нужного здания, он заметил, что построение выделялось среди ряда других, хотя и является частью общего ряда. Здания здесь однотипные, созданные по одному шаблону. Все они построены из камня, преимущественно известняка, который придавал им строгий и однообразный вид. Стены зданий грубые, острые и неприветливые, но в то же время они создавали ощущение надёжности и долговечности.       Некоторые постройки ещё находились на стадии строительства. В их окнах виднелись пустые рамы, а на фасадах — неоконченные ряды кирпичей и цементные разводы. Рабочие должны были трудиться здесь, но они исчезли, оставив после себя только лёгкий беспорядок. Возможно, они решили сделать перерыв и перекусить, оставив свои инструменты и материалы.       Вдали виднелись горы, покрытые густым лесом, казавшиеся мрачными и неприступными. Их контуры выделялись на фоне неба, создавая впечатление суровости и вечности. Возможно, из-за своего величия и удалённости они выглядели загадочными и недосягаемыми.       Автосервис, к которому тот подходил, не мог похвастаться своей красотой и блеском на солнце, но точно мог помочь по поводу механики, например, велосипеда. Здание хоть и не отличается яркостью и оригинальностью, назвать его уродским никак нельзя. Вход в комнату оформлен в традиционном для пригорода стиле, и всё украшено желтыми оттенками. От них создаётся атмосферу уюта и яркости. Вокруг входной двери установлены деревянные рамки, придающие особый шарм и подчеркивая деревенский стиль, осталось понять, зачем такой стиль здесь нужен.       Вывеска на входе соответствует общей концепции оформления и легко читается. Фасад хоть и не украшен яркими красками или современными дизайнерскими решениями, обладает своей привлекательностью. Общий вид создаёт надёжность и практичность, как самый обычный деревенский гараж.       Даже остановившись и слезая из транспорта, Мульпан не мог перестать думать о недавней встрече с Ян. Тот знает художницу уже давно, ведь они жили на одной улице в детстве, и рано или поздно им пришлось бы пересечься. Раньше юная художница была более открытой к людям и не пугалась внезапного приближения незнакомцев. Сейчас же любое неожиданное появление человека сзади может вызвать у неё кратковременный шок и даже несколько микроинфарктов.       Кто же знал, что у неё всё это время имелись врождённые неувязки с здоровьем.       Заходя в автосервис, Мульпан по фрагментам вспоминал те времена, когда жил в пригороде. Есть вещи, которые не меняются спустя года, и это место — яркий пример. Автосервис представляет собой небольшое помещение с крайне слабым освещением. Стены, да и в принципе обстановка, выглядят так, будто совершенно не изменились с течением времени. В помещении ничем не примечательно стоят панели, обеспечивающие всё вокруг светом, но их мощности недостаточно, чтобы осветить комнату, несмотря на небольшой объём окружения. У входа работает вентилятор, создающий лёгкий ветерок и напоминая о себе за спиной.       Полки вдоль стен хранят инструменты и запчасти. Интерьер даёт ощущения стабильности и неизменности, что выделяется на фоне с современными тенденциями в обустройстве таких помещений. Помещение затемнено, и даже не смотря на лампы, их мощности недостаточно. Менять их вряд ли соберутся.       Во всяком случае, Мульпан сюда пришёл не для того, чтобы рассматривать освещение и трещины в стенах. Он забыл сделать что-то важное. Очень досадно, он ведь не хотел позориться перед Ян. Однажды тот уже дал себя провести.       Ян неправильно понимает его действия. Он просто хотел сделать как можно лучше не только для себя, но и для окружающих. В его родном краю не так много перспектив, и это понимают многие, кроме, возможно, самой Ян. Работу найти сложно, а если и получится, что сомнительно, то оплата труда несоизмерима с затратами. Если и есть какие-нибудь продавцы в мелких заведениях, то не везёт таким людям по умолчанию. Просто не везёт.       На глаза попадись самые разные предметы техники. На полках и стеллажах лежали запасные части и расходные материалы: фильтры, тормозные колодки, свечи зажигания, масла и жидкости. В углу комнаты стояла мойка высокого давления, используемая для очистки автомобилей перед ремонтом и после него. Самое то, чтоб поделиться с местным своим личным транспортом. Так и было, пока Мульпан не понял, что натворил. Он забыл пристегнуть велосипед специальным ключом к стойке, чтобы железный конь не пропал или уехал в руках кого-то другого.       Осознание ошибки пришло с внезапной ясностью.       Как только его заметил мастер, которого Мульпан не сразу узнал, тот показал жестом, что скоро вернётся, и развернулся на выход. Владелец автосервиса стоял в недоумении, что побудило человека зайти и выйти так же резко, как гроза и сопутствующий ветер. С другой стороны, мастер навидался за время работы странных случаев, так что долго заострять внимания не стал. Потерев руки, тот вернулся к себе в комнату.       Интуиция не могла подвести, от чего юноша сразу же глянул то место, где оставлял велосипед. Верно. Никакого транспорта в стойке больше нет. Вор уйти далеко не мог, точнее, ухать, он теперь на колёсах. Среди каменного пригорода и блеклых зданий спрятаться трудно, а Мульпан знает местность как свои пальцы на руках и ногах.       Орлиный взор помог разглядеть что движется вдалеке и в какую сторону. Чутьё вновь помогло понять, что тёмно-синее пятно на другом конце улицы становится всё меньше. Судя по силуэту, стало понятно, что именно тот человек стоит за кражей. Время для следующего шага: нужно его поймать и опознать, кто прячется за маской вора.       Мульпан без задней мысли побежал за ним, игнорируя и прохожих, и жару, и здравый смысл. А каком рациональном решении может идти речь, когда на своей родной улице тот чуть не позволил оставить себя без способа преодолевать большие расстояния?       Прохожие, удивлённые его внезапным порывом, с искренним любопытством провожали его взглядами. Кто-то останавливался, чтобы понаблюдать за этой сценой, кто-то ускорял шаг, стараясь не отстать. Мульпан совершенно не обращал на них внимания. Он бежал, чувствуя, как мышцы ног горят от напряжения, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Пот стекал по лицу, заливая глаза, но тот продолжал бежать, несмотря на усталость. Жаркий воздух обжигал лёгкие, но это не имело значения.       Тем больше продолжались догонялки с вором, тем более увеличивалась дистанция между ними. Казалось, что угонщик не просто хитёр, но и знал каждую улочку и переулок ничуть не хуже, чем сам Мульпан. Но это только на первый взгляд, ведь со временем вор начинал накручивать круги. Логичная догадка нашла своё косвенное подтверждение — этот угонщик не местный. Мульпан себя детективом не считает, бросив это дело, но что-то в душе всё же осталось из прошлого. От старых воспоминаний невозможно избавиться, даже если очень постараться. Случай с логическим мышлением с натяжкой можно приписать сюда.       Угонщик и не думал сдаваться, напротив, придумал новый план: свернул на узкую улочку между домами и скрылся из виду. Мульпан как можно быстрее не тормозя подобрался к улочке, от чего по инерции его занесло в известняковую стену и тот немного содрал штукатурку руками, крепко цепляясь за камни как хищник за тело жертвы.       Улица становилась всё более узкой и тёмной, а высокие стены домов закрывали собой небо. В воздухе витал запах грязи и пыли. Если сейчас упустить вора, тот исчезнет в лабиринте переулков и дворов, и найти угонщика будет практически невозможно. Юноша часто терпеть не мог короткие дороги из-за таких узкий путей. Никакого солнца, никакой чистоты, никакого порядка. Ему приходилось двигаться не сколько быстро, сколько и осторожно, чтобы не споткнуться об лежащие на земле камни, доски, кирпичи и строительный мусор.       Внезапно впереди мелькнул свет — выход на другую улицу. Вор, не теряя времени, выскочил из узкой улочки, и, свернув за угол, снова исчез из виду. Мульпан выбежал следом, но увидел только пустую улицу, мало чем отличающуюся от прошлой. Все дороги похожи друг на друга как капли дождя. Высокие каменные здания, чьи окна занавешаны плотными шторами, полумёртвые подворотни и изредка проходящие мимо местные жители, служащие скорее декорацией для окружения, нежели настоящими людьми. Ветер гонял по тротуару сухие листья и мелкий мусор, фантики и опилки со стройплощадок.       Мульпан медленно двинулся вперёд, пытаясь найти хоть какие-то следы. Улица слишком пустынная и однообразная, перемешиваясь в поле зрения. Каменные построения стоят монолитом, скрывая за собой всё живое. Рядом с ним установлен знак ограничения по скорости — не более 30 километров в час, но люди решили выразить на нём протест. Железное основание знака погнуто в сторону, от чего обозначение криво направлено не в небо, а на одной из зданий, а также сам знак разрисован чёрным маркером, на поверхности вандалы оставили никому неизвестные символы, беспорядочные чёрточки и даже немного неприятных слов.       Оглядываясь по сторонам в надежде уцепиться следом за вором, его взгляд упал на старую калитку в заборе, захлопнувшаяся подозрительно быстро и издавшая единый стук. С такой силой, учитывая нынешний ветер, калитка никак не могла закрыться, и тем более, сопровождаться звукам удара древесины и железных прутьев. Мульпан осторожно подошёл к ограде и заглянул внутрь.       За калиткой начинался узкий переулок, уходящий в глубину частного сектора. По обеим сторонам тянулись невысокие заборы, за которыми виднелись ветхие деревянные дома с покосившимися крышами. Между домами пусто, а переулок оставался открытым для посторонних глаз. На территории почти не росло никакой зелени, будучи жертвой опустынивания. Несмотря на открытость и безнадёжность переулка, свет, проникавший из окон домов, создавал атмосферу... уюта?       На дороге виднелись ямы и следы от колёс, в центре находится общий двор, где когда-то стояла старая детская площадка. Сейчас от неё остались лишь ржавые качели и сломанные горки. В воздухе витал запах пыли и заброшенности, а деревянные конструкции скрипели от жары и и лёгкого ветра. Мульпан заметил, что краска на качелях облупилась, а песок на площадке стал почти чёрным, от времени и грязи, как чернозём.       Тени от домов и кустов создавали причудливые узоры на земле, а в некоторых местах можно заметить старые, потрескавшиеся фонари, которые уже давно не работают. Мульпан шёл осторожно, стараясь не шуметь, и его шаги эхом раздавались вокруг него. Он чувствовал, как холодный пот стекает по спине, а сердце колотится всё быстрее. Тот внимательно смотрел по сторонам, пытаясь найти малейший признак присутствия жизни помимо него самого.       Переулок казался слишком пустым и заброшенным. Только ветер, гуляющий между домами, нарушал эту тишину скрипом старых досок.       Здесь когда-то располагались уютные магазинчики, местные жители покупали свежие продукты и ремесло. Местные приходили сюда за свежими продуктами, аромат разносился по всему переулку. Вдоль дороги стояли деревянные лавочки, выкрашенные в яркие цвета. На них каждое утро можно было увидеть стариков, которые сидели, обсуждая новости и попивая тёплый чай из термосов. Их рассказы о прошлом и мудрость, которой они делились, создавали особую атмосферу уважения и тепла.       Вечером переулок преображался. Дети играли в прятки между домами, их смех разносился по всей округе, наполняя воздух радостью и весельем. Молодёжь устраивала шумные вечеринки, и музыка разносилась далеко за пределы переулка.       Всё изменилось после сильного землетрясения, которое разрушило жизнь. Разрушило всё. Жизнь ушла из этого места. Оно стало заброшенным и покинутым, как будто время остановилось, всё живое исчезло в один миг. Сердце сжимается от грусти, ведь я помню, каким живым и ярким был этот переулок.       Трещины в земле, покосившиеся дома и обрушенные стены стали символом того, что здесь больше не место для жизни. Власти не торопились восстанавливать район, и постепенно он превратился в заброшенное место, где ветер был единственным живым существом. Этот переулок стал символом безжизненности и полного одиночества, давая ощущения, словно все жители вымерли и ты остался один. Больше никого здесь нет.       Я часто думаю о том, что произошло, и о том, как мы можем вернуть нашему району былую жизнь. Но пока что всё остаётся таким же мрачным и безжизненным, как и в первые дни после землетрясения.       Юноша шел по переулку, внимательно осматривая каждый угол, каждую трещину в стене. Его глаза скользили по полуразрушенным домам, пытаясь уловить малейшие признаки присутствия.       Из неоткуда резко возник нож, сверкающий на свете палящих солнечных лучей, привёл его в ужас и рефлексом отбросил назад. За доли секунды тот успел увернуться, прежде чем лезвие пролетело в нескольких миллиметрах от его шеи. Юноша мгновенно отскочил назад, приближаясь к стене одно из полуразрушенных зданий. Времени на осознание нет. В распоряжении всего-лишь несколько секунд.       Незнакомец быстро перегруппировался и с удивительной скоростью убрал руку с ножом чуть назад, чтоб приготовиться сделать удар в живот и отточенными умениями так же резко сделал выпад вперёд. Мульпан чувствовал, как холодный воздух коснулся кожи, где только что был нож. Он уклонился в последний момент, а лезвие лишь слегка задело футболку, которая развивалась на ветру и мешала прицелиться и измерить на глаз, где начинается кожа, а где просто пролетел поток воздуха.       С помощью рефлексов юноша мгновенно сделал рывок вправо, отойдя сперва на то расстояние, где рука с ножом не достанет. Его рука молниеносно метнулась вперёд, перехватывая запястье нападавшего. Мульпан пытался удержать руку с ножом, используя всю свою силу, пока вор попытался вырваться, но Мульпан не ослаблял хватку. Его пальцы впивались в запястье противника, словно стальные тиски. Они оба чётко ощущали как напряжены мышцы и как быстро бьётся сердце. Каждая секунда может стать решающей. В воздухе повисло напряжение, и каждый из них был сосредоточен только на борьбе.       Мульпан чувствовал, как противник пытается ослабить его хватку своими движениями, но тот не сдавался. Его пальцы ещё сильнее впились в запястье, не давая оппоненту сопротивляться и вынуждая продолжать мериться силой, немного отклоняясь в стороны, словно бы играя. Играя в извращённый вид армрестлинга без стола.       Другая рука резким как молния движения, предстала в положение готовности нанести хуг слева, но Мульпан вовремя уловил момент и поставил второй рукой блок, сперва переместив руку, которую держал за спиной чтоб опираться на стену сзади. Вор этим ловко воспользовался, отшагнув назад, а Мульпан применял всю свою физическую силу в обе руки, немного наклоняясь вперёд, а шаг оппонента пошатнул его, заставляя падать вперёд. Он также рефлексом попытался поставить ногу вперёд, чтоб удержаться, но кусочек территории, где росла высокая трава, тянущаяся чуть ниже коленей, имела другое мнение. Трава тормозила перемещение, от чего Мульпан пошатнулся, чем открыл защиту для врага, и чем уже пожалел.       Ловким движение оппонент изменил положение своего тела и используя инерцию, воспользовался моментом, Так голова Мульпана встретила перед собой что-то твёрдое, жёсткое и немного даже острое из-за особенностей покоцанной формы. Он получил тяжёлый удар коленом, а реальная боль в носу и верхней губе заглушились болевым шоком. Вор уже готовился праздновать победу, собираясь мощным замахом нанести удар ножом в живот, но на пути встала рука Мульпана, которой тот в панике махал чтоб хоть как-то защититься в те несколько секунд, когда он потерял бдительность, а вокруг ничего не было видно, всё размыто и непонятно. Он пытался защититься как мог, но пропускал удар за ударом, в каждую часть тела, кроме лица, вор намерено пытался не оставить побоев, а лишь оглушить.       Пока он скручивался от боли, враг воспользовавшись его слабостью, с силой толкнул его в грудь, и Мульпан полетел вперёд. Его тело врезалось в высокую траву, и он покатился вниз по склону, кувыркаясь и переворачиваясь несколько раз, а считать сколько оборотов уже произошло не представлялось возможным.        С трудом подняв голову, он осознал, что оказался в глубоком овраге. Его склоны настолько крутые и высокие, что выбраться из него ползком практически невозможно. Снизу доносился шум воды, а дно оврага покрыто густой грязью и камнями. Он попытался встать, но ноги не слушались его. Боль в голове становилась невыносимой, словно ему в темечко вбивали гвозди, даже не смотря на то, что удар пришёлся по большей части в нос.       Никого рядом уже не было. Тишина.       Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в высокой траве и редким плеском воды, окутала его. Он лежал неподвижно, пытаясь осмыслить произошедшее и восстановить дыхание. Боль постепенно утихала, но слабость и головокружение оставались. Время тянулось медленно, словно вязкая смола. Мульпан лежал не в силах пошевелиться, а его сознание то и дело проваливалось в полудрёму, в ушах звучали отголоски недавней драки.       Даже не смотря на жизнерадостность неба, которое в этой части пригорода быстрее уходит за горы, он не чувствовал тепла. Когда в голове всё затихло, он осознал, что ещё не всё потеряно, хотя казалось бы, куда хуже чем лежать в овраге ни имея ровным счётом ничего. Но его это не волновало.       Сначала это казалось невозможным, но постепенно, собрав всю свою волю и силы, он смог сначала приподняться на локтях, а затем и на колени. Далеко не с первого раза, но получалось долгим упорством и попытками, пытаясь, даже не смотря на падения в грязь. Множественные падения в грязь.       Голова кружилась, но он упорно продолжал двигаться. Опираясь на руки, он медленно начал ползти вверх по склону оврага. Каждый метр давался с трудом, но он знал, что должен выбраться. Оставляя за собой грязные следы и с трудом переставляя руки и ноги. Склон был крутым, и каждый раз, когда он пытался подняться, его ноги скользили по грязи. Он падал, снова вставал и полз дальше. Силы покидали его, но он не сдавался. Оставляя за собой грязные следы и с трудом переставляя руки и ноги, тот продолжал двигаться всё дальше, пытаясь достигнуть своей цели - конца оврага, точнее, его начала, но с его перспективы овраг не начинался, а заканчивался, вместе с грязью и серым песком. Каждый раз, когда он пытался подняться, его ноги скользили по грязи. Он падал, снова вставал и полз дальше.       За это время, помимо мыслей как бы выжить, он размышлял о драке. Зачем вор велосипедов сперва применял нож, но потом переключился на избегание даже обычных заметных синяков? На этот вопрос ответ точно сейчас не стоит ждать.       Он лежал на холодной земле, тяжело дыша и глядя в небо, когда солнце перебежало в другую сторону горизонта, от чего можно было смотреть вверх без прищуривания. После долгих усилий он наконец смог выбраться из оврага. Собрав остатки сил, тот поднялся на ноги и, пошатываясь, направился искать помощь.       Такой инцидент не может остаться в пригороде незамеченным. Вопиющий случай имеет потенциал всколыхнуть общественность, ведь преступность города, от которой пригород раньше был так долго изолирован, уже пришла и сюда, размывая границу дозволенного. Безопасность больше не гарантирована. Жителям придётся столкнуться с реальностью