Нужно бежать.

Уже прошло несколько месяцев с тех пор, когда я сел за решётку. На самом деле меня подставили в очень ужасном преступлении, а на следующей неделе — смертная казнь. Вот наступил день, когда меня планировано казнить. Я шёл со завязаными руками, так что был почти беспомощен. Но я и не сопротивлялся. Я уже принял свою участь. Да и бежать некуда. На пол пути моим глазам предстали огромные торговые судна. В голову пришла идея забежать на одно из них, и как раз они уже отходили от берега. В моей груди вспыхнула надежда на спасение. Я пнул в живот надзирателя, идущего сзади, и рванул на вот-вот уже отплывавший корабль. Пришлось запрыгнуть за бочки и притаиться, молясь чтоб меня не заметили. Моряк уже шёл убирать сходную, как услышал, что ему кто-то кричит. —Стой! — Проорал тюремный надзиратель с лёгкой отдышкой. — На судне преступник! Дай мне пройти! Морячок посмеялся над ним. — С чего бы это? И какой ещё преступник? Что за чушь ты несёшь? —Поверь ему, иначе эта скотина сбежит! — подбежал второй тюремщик, ухватившись за свой живот. Но матрос уже не слушал и убрал сходную. —Вишняков! — с яростью прокричал первый охранник. Корабль поплыл, а я наблюдал за удивлёнными и злыми лицами моих надзирателей... На корабле все были заняты своим делом. Царил один шум и гам, пока я не услышал : "Отбой!". После этого слова все угомонились, повисло неловкое для меня молчание, будто за мной опять началась охота. Наступила глубокая ночь. Тьма поглотила всё вокруг. Было так тихо, будто на судне вовсе никого и не было, были слышны лишь морские волны, разбивающиеся о нос корабля. Все служащие на корабле уже отдыхали в своих каютах. Пока они спали, я смог перерезать какой-то острой железякой верёвку, которая крепко стягивала мои руки. Я даже не сразу адаптировался. Так себе удовольствие ходить со связанными руками весь день. Я пробрался в одну из кают, нашëл форму для экипажа, такую всю красивую и аккуратную. Рядом с висящей одеждой, на койке крепко спал моряк. —Что ж... Прости, дружище, — тихо проговорил я, — но мне придëтся занять твоë место. Я переодел этого бедного матроса, который даже ничего не подозревал, идя спать, в свою старую одежду и крепко связал, что даже пошевельнуться было невозможно. А тот даже не дернулся! Наверное, бедняга сильно устал. Я стал думать — куда же его можно спрятать? Не за борт же бросать! А потом вспомнил, что на корабле есть трюм. Туда то уж точно почти особо никто не лазает — отличное место! Пришлось тащить связанного на руках, впрочем, он был довольно лёгким. Поместив моряка среди бочек и коробок в дальнем углу, я порвал один рукав на его одежде, чтобы этим же куском ткани связать рот несчастного. А то мало ли ещë заорëт и разбудет всех. —Эй! — Послышался возмущëнный возглас — Что за!.. — Он замолк, когда я занянул кусок ткани. Серце ушло в пятки, я думал, что меня обнаружили, да и ещë в таком положении... Но всë обошлось. Оказывается, это просто матрос проснулся. Что он мне может сделать? Связан же! Я шикнул на него, прислонил палец к губам — тихо! Развернулся и пошëл на своë "законное" место — в "мою" каюту. Я подменил одного из членов экипажа, но никто так и не заметил подвоха, ибо на борту было слишком много людей. А за день нельзя было знать уже всех. Прошло четыре дня, я уже успел влится в коллектив, познакомился и подружился почти со всеми. На борту я стал некой "знаменитостью". А в один из дней кто-то всë-таки нашëл того бедолагу. Мягко говоря, он был в не лучшем состоянии. Я уже и забыл про него. Когда ему развязали рот он заорал из последних сил : "Это он! Это он! Он меня связал!", кивая в мою сторону. Но тут вперëд ступил тот самый матрос, который когда-то не пустил на борт тюремщиков. — Братцы, кажись, это тот самый преступник, о котором заливали те мужики в порту. Я вам рассказывал, помните? Все робко закивали головами и задакали. "Нужно высадить его! Посадить в тюрьму!" — послышалось из толпы. "Да, да, да." — повторяли остальные. Этот гул продолжался, пока не показался капитан. —Тихо! — скоманлировал главный на корабле, — что тут у вас случилось? Почему не работаем? —Товарищ капитан, мы обнаружили преступника на судне! — отозвался один из моряков. —Преступника? — удивлëнно переспросил капитан. —Да, да! — ответил другой, подходя к командиру с этим самым "преступником". —Нет, нет же! — вяло говорил связанный, ели держась на ногах — Это он меня подставил! Вот тот, рыжий! — он посмотрел в мою строну, и все повернулись ко мне. —Я? — возмущенно спросил я. —Вишняков? — с ещë большим, но уже неподдельным удивлением спросил капитан. —Посмотрите! Мало того, что он к нам на корабль залез, так ещë и на наших гонит! — снова раздался голос матроса. —Поверте, пожалуйста!.. — умолял тот, кого я подставил. Но, естественно, никто ему не верил. Все думали, что именно это и был тот самый преступник, злодей! Ведь одежда то у него была как у заключëнных, а на то, что он был связан и почему, никто не обратил должного внимания. Моряка высадили на сушу и отправили в ближайшую тюрьму. С одной стороны это несправедливо, с другой — своя жизнь дороже. Прошла неделя. Я уже полностью вжился в свою роль, но не забывал о самом главном— побеге. Корабль уже подбирался к суше. Капитан приказал быть готовыми для высадки, потому что завтра утром мы должны выдвигаться в город. Днëм ко мне подошëл какой-то мужик. На вид ему было лет тридцать пять, мрачный тип. У него был шрам над губой, что делало его ещë более устрашающим. Он тронул меня за плечо и спросил, — Вишняков, верно? Я вздрогнул, но не растерялся, — Да. — ответил я с опаской. —Раньше я тебя здесь не видел, ты ещë один новенький на корабле, так ведь? — тот поставил секундную паузу, — А ты хорошо тут устроился, только о тебе все и говорят. —Правда? — удивился я. —Да, представляешь, каждый второй разговор о тебе и том мужике, который из тюряги сбежал. Надо же, как он тебя мог обвинить в такой подставе, хотя сам то в тюремной форме! Я не уверено кивнул. Никто даже и не подозревал, что тот мужик, оказывается, правду говорил. —Ах да, — снова начал тот — забыл представится... Я Виктор Агапов. —А меня... — начал было я, но Виктор меня перебил. —Да знаю я, как тебя зовут, Коля! — усмехнулся новый знакомый. —Точно, — подтвердил я, вспомнив, что буквально каждый на борту знает обо мне. — Ну... Тогда рад знакомству, — я протянул руку. Виктор крепко пожал еë, так что пальцы свело. За этот день мы не плохо так разговорились и стали, как мне казалось, какими-никакими друзьями. Теперь для меня он был не таким уж и злым, но всë ещë вселял небольшой страх. Небо ушло во мглу. Все разошлись по каютам и я в том числе. Нужно набраться сил, завтра трудный день... Нас разбудили раньше чем обычно, солнца не было видно, вместо ярких и тëплых лучиков был туман. Уже в далеке красовалась земля. Я смотрел и любовался пейзажем, как сзади на моё плечо кто-то положил тяжёлую руку. Я вздрогнул. Это был Виктор. —Ну что, готов, Колька? Мы скоро пойдём в город! — воскликнул приятель. Было видно, что он светился от счастья. И что же Виктор такого нашёл в этих примитивных домишках? Я лишь закатил глаза и по-доброму улыбнулся, — И тебе доброе утро. Конечно готов, Вить... А как же иначе? Странно, вроде бы, я наконец-то сбегу, буду на свободе! Но... В груди играла непонятная тоска. За эти две недели я успел привязаться к этой "семье моряков"? Хах, смешно! Они же мне никто! Хотя... Они так хорошо относились ко мне... Не как к животному, а как к человеку... Впервые в жизни я почувствовал, что такое признание от других людей. Тут у меня появился новый друг. И вообще, так не хочется уходить, но надо. Надо быть выше своих чувств! Надо думать трезво! Ведь, что будет, когда все узнают правду? Что я должен сидеть за решëткой. Что я тот самый заключëнный. Что это меня посадили. Хоть и по ошибке... Корабль коснулся берега. Все радостно побежали со своими вещами на сушу, а я искал место, чтобы спрятаться. —Ты что-то ищешь? — знакомый голос прозвучал сзади. —А? — резко обернувшись, я только и успел произнести эту злощастную "а". —Ищешь что, говорю? — повторил Виктор всë с тем же интересом. —Да, да. Ищу... — с ноткой нервозности произнëс я. —Ты какой-то сам не свой с утра. Всë нормально? — поинтересовался друг, — Тебе нужна помощь? —Нет, не нужна... Иди, я скоро догоню, — ответил я, а в мыслях крутилось "какие же тут все добрые, а я так поступаю..." Виктор удалился, а я спрятался и дождался, пока все покинут корабль. После этого побежал к судовому рулю. Я притронулся к нему и тихо вздохнул, — Спасибо, за всë время, что вы провели со мной... Пора прощаться. Мне ещë не доводилось управлять кораблëм, но я сотню раз видел, как это делает капитан. И к счастью, у меня всë получилось! Я начал разворачиваться. Виктор везде звал меня и спрашивал у всех : "А где Коля?", "Вы не видели Вишнякова?" Конечно, все отвечали отрицательно. Тут, один из матросов открыл рот, — Смотрите! — он глядел в сторону моря, показывая пальцем на разворачивавшиеся судно. Вся команда была в шоке. В отчаянии все пытались догнать меня, но, у них, что очевидно, ничего не вышло. А я всë плыл и плыл, скрываясь в дали тумана...