Ответственность за бытовое бессмертие

      Я как-то где-то услышала про эффект бабочки, и это, конечно, очень интересно, но так ли важно бабочке менять мир, если она живёт один день?       А что, если сказать бабочке, что она бессмертна? Но не как в фильмах или играх, а так, по-бытовому?       Я стояла и думала об этом на воображаемых полях, потому что моя телесная конструкция и температура за окном плохо сочетаются. Но даже и не это главное, а то, что и выйди ты на поля, нет никаких бабочек, чтобы сказать им, что, раз они были однажды, значит были и навсегда, и что они бессмертны.       Видимо, они нашли поля получше, они нашли не просто настоящие, а большие настоящие: яркие настоящие цветы, радостных настоящих детей, чтобы играть с ними, настоящее тёплое лето… Видимо, бабочки, появившиеся в жизни однажды, а значит — однажды и навсегда, теперь «однажды и навсегда» в чужом детстве.       И я открываю на компьютере чужих бабочек, пиксельных, что здорово, но не то, и играю, но не как ребёнок, что тоже здорово, но тоже не то. Ищу бабочек в играх про фей, в казуале (это, если что, как одежда casual, но от мира игр), ищу в инди фэнтези (а это вообще опасно, потому что игры, сделанные одним человеком, это почти общение, как книга). Я ищу в жанре «я ищу», в интерактивных историях, в RPG, в рогаликах, а потом и в настолках… Но я искала там не игр самих, не их втягивающих в себя текстов, я искала там бабочек.       А тот, кто хочет ромашкового чая, не заказывает чёрный кофе. Тем более, если хочет ромашкого чая у бабушки на даче.       И я всё это время хотела ромашкового чая. Потому что моё «однажды и навсегда детство» больше не то, каким я его хочу.       Полагаю, нужно самим выбирать вид своего бессмертия. Своё «однажды и навсегда».