Начало

Прошёл месяц с тех пор как Андрей и Юля стали жить под опекой Ирины Сергеевны в ее собственной квартире. Всё шло довольно хорошо, к удивлению самой Иры, которая по началу сама сомневалась по поводу того, стоит ли ей брать на себя такую большую ответственность. У Ирины с детства было доброе сердце, она привыкла не оставлять без помощи тех, кто в ней остро нуждается, так её воспитали родители, вместе с которыми они часто помогали людям в беде. Возможно и этим ее привлекала работа в пдн, ведь она верила, что когда-то справедливость восторжествует. И поэтому она не могла не помочь двум детям, попавшим в такую сложную жизненную ситуацию, их мать в психушке, а сам Андрей все ещё состоит в этой ужасной группировке. Где-то в глубине души Ира искренне верила, что ему можно помочь. Вспоминая его невинные голубые глаза, взгляд из-под сомкнутых бровей и светлые волосы, она порой просто не могла осознать, что настоящий Андрей уже кажется не совсем такой. Но все же, Ирина все чаще стала замечать проблески старого Андрея в его поведении с тех пор как они стали жить вместе. Когда он возвращался со школы, Юля бежала ему навстречу со словами: 《Ирааа, Андрюшка пришел!》 — он подхватывал её на руки и кружил в воздухе, затем обнимал, заправлял выбившиеся из двух хвостиком пряди за ухо и целовал в лоб. Ирина обычно наблюдала за этой сценой с широкой улыбкой. Когда Ира сказала, что они смогут навещать его маму почти каждую неделю и подольше в смену ее подруги, Андрей тоже был очень счастлив. На эмоциях он крепко обнял Иру, что было очень неожиданно, и так же быстро отстранился смутившись. — И-извините, — пролепетал он, отводя взгляд. Ира лишь улыбнулась, умиляясь юношеской застенчивости. Ирину очень радовали изменения в характере парня. Хоть она и не была строгая с ним, но чувствовала, что Андрей очень благодарен ей за все, что она сделала для их семьи и из этого чувства он стремился отплатить ей чем-то взамен. Возвращаясь домой, он всегда предлагал ей помощь по дому, следил за Юлей и в общем старался не подводить Иру. Ирина очень сильно привязалась к Андрею с Юлей и всегда сильно переживала за них, все таки перед ней есть долг, ведь она их настоящий опекун. Кроме этого она действительно привязалась к этим двоим. Андрей все никак не выходил из группировки, это очень сильно настораживало Иру, но сделать она ничего с этим не могла. Когда Андрей задерживался по вечерам, Ирина порой не могла найти себе место и не могла сосредоточиться ни на чем. — Ира, а это мне читать?— детский голос вновь приводил в чувство Ирину Сергеевну. — Эм, нет, Юля, давай-как иди умываться, пора уже ложиться спать. — Хорошо, но только потом приди меня уложить. — Конечно. Сама Ира в такие моменты посматривала много раз в окно. 《Ну где же он...》 — обеспокоенно вздыхала она. После того, как Ира уложила Юлю спать и направилась в другую комнату, послышался стук в дверь. Ирина открывала дверь и на пороге стоял Андрей, виновато глядевший ей в глаза. — Андрей, ну ты меня понервничать заставил, договаривались же с тобой что до восьми вечера не задерживаемся, — чуть нахумуршившись, сразу выдавала Ирина Сергеевна. — Извините меня, по-другому никак нельзя было, — смотря куда-то в пол говорил он. В такие моменты он напоминал Ире первоклассника, получившего двойку. — Проходи давай. Раздевайся. — Может я посуду помою или ещё что? — Я помыла уже, ты лучше давай спать иди, завтра в школу тебе. На следующее утро Андрей вставал раньше Юли и Ирины и готовил всем завтрак. Через час поднимались и они и позавтракав, все без спешки собирались по своим делам. На выходе, когда все одевались и обувались. Ирина всегда бросала какую-то фразу, призванную для того, чтобы Андрей задумывался о ней весь следующий день. — Давай, Андрей, сегодня без происшествий, держи планку, встретимся с тобой в обед. — Без происшествий, Андрейка! — весело подхватывала Юля. — Хорошо, хорошо, понял я, — Андрей улыбался и трепал её по волосам и затем надевал на неё шапку, — Пока Юля. Пока...Ирина Сергеевна. — Пока, Андрей. За дверью скрывалась худая фигура. И дверь захлопывалась. 《Лишь бы только делов не натворил》 - проносилось всегда в мыслях Иры.