Выходя из контроля

Солнце не видел, куда он бежал, но он чувствовал прохладу, значит рядом основной зал. Он внутри кричал. Его ноги в районе бедëр сильно болели, но он продолжал бежать в темноту спотыкаясь. А глаза то и дело мылились, перед ними пробегали все ужасные картины здесь: поломанная банда, тот человек около стены, та куча трупов… И Мун — главный страх Сана сейчас. Он был готов сделать всë что угодно лишь бы тот ему не навредил. Если раньше он чувствовал себя безопасно, общаясь с ним, то сейчас Луна отнял всю эту защиту. Ведь сейчас, совершенно обезоруженный и напуганный до смерти Солнце бежит вслепую, опираясь лишь на обоняние и сенсоры. Вдруг он слишком сильно спотыкается и неловко размахнув руками в воздухе, падает на какой-то штырь. Он царапает корпус и оставляет сильную вмятину на индикаторе температуры и давления, от чего чувствует, что тело очень быстро нагревается. В тот же миг он встаëт и продолжает бежать дальше. Его охватывает облегчение когда он видит слабый свет с улицы. И вот он уже почти видит эту дверь как вдруг. Он слышит как опускается железный занавес перед дверью и звон ключей. Он уже ожидал увидеть Луну но… Он увидел девушку. Точнее кролика… Или девушку?.. Его глаза не могли распознать субъект, так как он мелькал и вечно исчезал на половину. Было ощущение будто это дым. Она начала бешено смеяться и подходить к Солнцу. Он нелепо попятился назад. Вдруг ощутил на себе холодные руки и услышал рваное дыхание позади себя. -Тук-тук. Хэ-хэ-хэ-хэ-хэ~э Раздался скрипучий звук, который резал уши — Луна двумя когтями процарапал полоски на корпусе Солнца, где будь он человеком, были бы ключицы. Солнце хотел упасть в обморок. Отключится и не видеть всего этого. Но если он упадëт, Луна снова оттащит его не пойми куда. Кролик подходила ближе и ближе, она ладонью потянулась к мокрому от бесшумных слëз лицу Солнца, как вдруг еë перехватила когтистая, большая, холодная и длинная рука Луны. -Не~ет… Это моë Солнышко. И никто. Никто!.. Не будет к нему прикасаться со злыми намерениями)… Гхе-хе-хнм. Девушка лишь недовольно выдохнула, а после исчезла совсем. Солнце взяли за плечи и повели обратно, пусть он это и не видел. Его тело нагревалось всë больше и больше, и лишь холодные руки хоть как-то остужали горячие плечи. Солнцу было адски плохо. Он не мог получить ожог или типо того, но он чувствовал как горит тело, как перенагрелись процессоры и датчики. Ощущение было буд-то у него температура 47,9. Голова не нормально кружилась, он еле шëл под пристальным взглядом Луны. Как вдруг ему подставили подножку. Он упал, но уже в обморок. Последнее что он почувствовал — это как его подняли ледяными руками, и как Мун начал на кого-то ругаться. Луна принёс Солнце в какую-то комнату, которая не была похожа на ту, в которую он посадил его в первый раз. Он включил ночник. Любой свет оставлял на Муне ожоги, но не свет ночника, ночника Солнца. Он усадил его на подушки, а голову облокотил на мягкую стену сзади. Мун чувствовал, какой Сан горячий и видел, какой он раскрасневшийся из-за этого. На роботов не действовало жаропонижающее и что-то в этом духе. Зато можно было положить на голову лëд, но Солнцу это сейчас не поможет. Ему надо либо к механику, либо заменять индикатор. Но Луна умеет чинить что сломано, поэтому он открыл отсек и легко и аккуратно выпрямил механизм. Солнце потихоньку начал остывать, но не очнулся, поэтому Мун, закрыв глаза на то, что у Солнца работают сенсоры, начал ходить когтями по корпусу, иногда задевая шарниры. От резких царапин Солнце вскрикнул, дëрнулся и проснулся. Но увидев что делает Луна, сразу навзрыд завопил: -Нет! Нет! Не надо! Пожалуйста! Мун зажёг красные глаза и жадно улыбаясь начал пристально смотреть на Солнце, но руку его не отпускал. Сан рвано дышал, чуть ли не задыхался из-за страха. Он в надежде найти что-нибудь полезное мотал головой, но всë четно. Бедное, бедное Солнышко... Голова начала болеть от напряжения. Но Солнце, приняв свою безысходность, расслабил тело. Пусть будет, что будет. Мун не переставая глядел на Сана, но вдруг сел на коленки и подполз ближе, хватая за щëки. Глаза снова стали алыми и не так больно светили. Острые зубы скрылись за синтетическими губами, которые растаяли в спокойной улыбке. Солнце смотрел на него грустными глазами, которые буд-то говорили "отпусти", но Муну было всë равно. Перед ним сейчас наконец-то спокойно, сидит то, что он ждал. Но вот только, если это " что" начнëт не слушаться, пытаться убежать или что-то типо того, то он конечно будет наказан, а наказания у Муна очень, очень, очень, очень строгие и больные. Поэтому, стоит ли? А если и правда сдаться, то Мун станет добрее, как сейчас? Что же будет...