Часть 1

      В этом году весна в Уилтшир пришла уверенно, казалось, одномоментно, с какой-то щедрой небрежностью. Воздух стоял ясный, немного влажный и тёплый, а вдали над лугами прозрачной дымкой дрожало марево. Мэнор принимал долгожданную гостью с истинным величием старинного поместья древнего рода.       Драко восседал за массивным столом красного дерева, низко склонившись над толстой книгой учёта. Он с упорной настойчивостью сверял счета, проверял списки, перечитывал пометки, но взгляд то и дело скользил через распахнутые резные двери вглубь сада. Где-то там мерно и призывно журчала в фонтане вода. Лучи яркого солнца пробивались сквозь молодую листву, отбрасывая ажурные тени на мраморную плитку террасы.       – Пятнадцать флаконов смеси для полировки серебра. Кто вообще столько тратит? – в сердцах пробормотал Драко, возвращаясь к проклятым записям.       – Леди Малфой всегда не нравилось, как блестят подсвечники в малой столовой, – спокойно отозвалась Астория, не отрываясь от работы.       Она устроилась у открытого окна и увлечённо вышивала заговорённой золотой нитью то ли будущий пояс, то ли шарф.       – Этим должен заниматься отец! – Драко с досадой оттолкнул от себя книгу. – Хорошо ему сейчас в Грасе, без этого экономического кошмара.       – Подозреваю, что у лорда Малфоя в вашем французском особняке где-то в кабинете лежит ровно такая же книга, – тихо рассмеялась Астория.       Разумеется, лежит – Драко знал. И понимал, почему родители предпочли уехать из Британии. У него самого здесь были вполне приемлемые перспективы, у них – нет. Но всё это не унимало раздражения. Ему ещё слишком рано было принимать управление поместьем. Сейчас он должен был прогуливаться под руку с невестой по ровному гравию дорожек вдоль безупречно подстриженных деревьев, вдыхая опьяняющий аромат сирени и черёмухи. Он мог бы провести Асторию боковыми тропинками за восточное крыло туда, ближе к оранжерее, где цвела дикая яблоня. Почему-то мама строго-настрого запретила её вырубать. Он хотел бы…       Драко заметно вздрогнул, когда раздался резкий звон – домовые эльфы приводили в порядок дальние клумбы. Астория решительно отложила пяльцы на подоконник и поднялась.       – Пойдём, – позвала она, протягивая руку. – Преступление – упускать настолько чудесный день.       Драко улыбнулся, тоже вставая. Камин вдруг вспыхнул зелёным светом. Из него раздался срывающийся, немного истеричный голос:       – Малфой! Драко!       – Грейнджер? – он неловко замер на середине движения. – Что?..       – Астория у тебя?       – Да, но…       – Сними защиту. Я вхожу.       – Похоже, день перестаёт быть чудесным, – обратился Драко к хмурящейся Астории, но палочкой махнул.       В следующее мгновение в комнату буквально вывалилась Гермиона, споткнувшись о кованую решётку. В испачканной мантии, с растрёпанными волосами и пылающими щеками. Едва удержав равновесие, она суетливо оправила рукава, оглядываясь вокруг с выражением, в котором причудливо смешались решимость, растерянность и паника.       – Не в силах передать словами, как я рад тебя видеть, Грейнджер, – закатил глаза Драко, – но вынужден сообщить, что мы крайне заняты и не принимаем гостей. И, вообще, мы уходим.       – Гермиона, что случилось? – встревоженно спросила Астория.       – Я… я не знаю, – Грейнджер сделала глубокий вдох, потом ещё один и ещё. – Я не знаю, как это получилось. Я не собиралась. Правда, не собиралась. Ой, не спрашивай меня ни о чём! Хотя нет, мне надо выговориться. Но подожди минутку. Мне нужно с мыслями собраться.       Она прошла к дивану и неэлегантно плюхнулась на него, будто ноги перестали её держать.       – Только не на итальянскую тахту! – страдальчески простонал Малфой, закашлявшись от поднятых в воздух клубов сажи. – Объясни наконец почему ты решила брать штурмом мой дом.       Гермиона уткнулась лицом в ладони и яростно замотала головой. Астория подошла ближе и ласково обняла подругу за плечи.       – Гермиона?       Так и не дождавшись ответа, Драко надавил:       – Почему мой, Грейнджер? Почему ты не пошла к своей несостоявшейся сестре? Она была бы рада помочь. Даже в восторге.       – Джинни нет на Гриммо. А в Нору я… ну, ты знаешь, – пробормотала Грейнджер, так и не отнимая рук.       – Забавно, – насмешливо хмыкнул Малфой, – Ты уже и со своим Уизелом помирилась, а его мамочка по-прежнему активно тебя не одобряет.       – Он не мой! – возмутилась Гермиона, вскинув на него убийственный взгляд. – Но не могу же я перечеркнуть семь лет дружбы и всё, через что мы прошли. Мы…       – Лучше расскажи, что случилось, – мягко перебила Астория.       Гермиона открыла рот, потом закрыла и опять покачала головой.       – Судя по её состоянию, Грейнджер как минимум кого-то убила. С особой жестокостью, – предположил Драко, стоически игнорируя укоряющий взгляд невесты.       – Хуже, – траурным тоном признала Гермиона. – Намного хуже. Я совершила страшную глупость. Нечто опрометчивое. Совершенно безумное!       – Драко, кажется, нам понадобится подкрепление, – ровно заметила Астория. – Пожалуйста, свяжись с Гарри. Попроси, чтобы он пригласил к нам Джинни. И вели домовику подать вино. То, в чёрной бутылке.       – Коллекционное? Из-за какой-то ерунды? Ни за что, – воспротивился тот и с неохотой кинул дымолётный порошок. – Гриммо, двенадцать. Поттер.       – Малфой? Что ещё у тебя случилось? – в огне появилось удивлённое лицо Гарри.       – Не у меня. У твоей ненаглядной Грейнджер. У неё… – он обернулся, окидывая её оценивающим взглядом, – эмоциональный срыв.       – Что ты несёшь, Хорёк?       – Хватит задавать нелепые вопросы. Просто иди сюда. И прихвати с собой Уизли. Самую младшую, конечно же. Поторапливайся. Мы ждём.       Гарри нахмурился, но кивнул:       – Будем через пару минут.       Драко выпрямился и с удобством устроился в любимом кресле. Пламя в камине вспыхнуло снова, из него выбрался Гарри, отряхивая мантию, а за ним – Джинни, мгновенно окинувшая цепким взглядом всех присутствующих.       – Рассказывай, – велела она Гермионе, уперев руки в бока.       – Нечего рассказывать, – попробовала отнекиваться та, нервно прикусив губу, но передумала, – То есть… Я такая дура! Я поступила так глупо! Не подумав! Абсолютно безрассудно!       – Это мы уже слышали, – фыркнул Драко.       – Умолкни, Малфой, – вступилась Джинни и тут же опустилась на диван по другую сторону от расстроенной подруги, тоже обняв её за плечи.       – Эй, Гермиона. За всё время, что я тебя знаю, ты ни разу не делала ничего такого, – попытался подбодрить её Гарри с лёгкой улыбкой. – Мне кажется, ты вообще на подобное не способна.       – А сейчас сделала. Я поцеловала Северуса.       – Наконец-то! – в один голос радостно воскликнули Астория и Джинни.       Гарри медленно сел. Прямо на пол.       – Ты что? В смысле, кого?       – Профессора Снейпа, – любезно пояснил Драко.       – Погодите! Что значит «наконец-то»? – в недоумении моргнул Гарри. – Вы что, знали?       – Как интересно, – произнёс Малфой, ни к кому не обращаясь, и позвал: – Твинки, неси вино, про которое говорила мисс Гринграсс, и бокалы.       – Не знали, – хладнокровно ответила Астория.       – Но догадывались, – с хитрой улыбкой подхватила Джинни.       – Всё было более чем очевидно.       Гарри уставился на них так, словно его только что оглушили.       – Очевидно? Что именно было очевидно? Мы же говорим о Снейпе! Гермиона, это же Снейп!       – Спасибо, Гарри, – сухо отозвалась она. – Без твоего уточнения я могла бы и не вспомнить.       – Это ведь… – он беспомощно развёл руками. – Я просто… Я понимаю, что вы очень сблизились за последние месяцы, много времени проводите вместе, но он же наш профессор!       – Бывший профессор, – защищалась Грейнджер.       – А ты встречаешься с сестрой лучшего друга, – парировала Джинни. – Так что у всех свои слабости.       Драко в это время разливал густое рубиновое вино, наслаждаясь представлением.       – Кстати, Поттер, если тебе нравится мой ковёр, то у тебя не так плохо со вкусом, как кажется. Он, к слову, персидский. Но я не стану возражать, если ты займёшь какое-нибудь более цивилизованное место.       Гарри покраснел, вскочил на ноги, отряхивая джинсы, и опустился во второе кресло.       – Ладно, – невозмутимо вмешалась Астория. – Гермиона, начни с начала.       – Мы работали над тем экспериментальным зельем, про которое я вам рассказывала, – немного сумбурно объяснила она. – Я пришла к нему как всегда. Всё было нормально. Редкие книги, несколько образцов, сводные таблицы... Мы поспорили: он сказал, что я «слишком эмоциональна для исследовательской работы». Я сказала, что он просто не переносит, когда кто-то с ним не соглашается.       – Звучит как ваша обычная встреча, – лениво отметил Малфой, передавая всем бокалы.       Гермиона сразу сделала огромный глоток и продолжила:       – Мы разбирали записи. Кажется, я что-то уронила, наклонилась, он хотел помочь и тоже наклонился. Он вдруг оказался так близко. Что-то говорил, но я ни слова не расслышала – просто пялилась на его губы. Кажется, у меня мозг отключился. Это такое странное чувство.       – Это странное чувство называется влюблённость, Гермиона, – рассмеялась Астория, слегка встряхивая её.       Щёки Гермионы ярко вспыхнули, она смущённо отвела взгляд.       – Мерлин, Грейнджер, ты хоть представляешь, какое это на самом деле безвкусное клише? – насмешливо сказал Драко.       – Я правда не знаю, как так получилось. Я просто его поцеловала.       – Безумству храбрых, – он отсалютовал в её сторону бокалом и пригубил напиток.       – А что дальше? – восторженно блестя глазами, поторопила Джинни. – Что он сказал? Как отреагировал?       – Никак. Я убежала.       – Беру свой тост назад, – исправился Малфой. – Очень отважно, по-гриффиндорски.       – Но почему, Гермиона? – всплеснул руками Гарри, искренне недоумевая. – Раз уж так получилось. Я имею в виду, если вы…       – Потому что я испугалась! Понимаешь?! Северус теперь меня возненавидит, – шмыгнула носом она.       – Он не станет тебя ненавидеть, – попыталась утешить Джинни.       – Он меня проклянёт при первой встрече, – не унималась Гермиона.       – Ошибаешься, Грейнджер. Профессор не горит желанием отправиться в Азкабан, – заверил Малфой и, помолчав, добавил: – А вот отравить может.       – Не смешно, Драко, – сурово обронила Астория и, обращаясь к Гермионе, ласково пообещала: – Всё будет хорошо. Вот увидишь.       – Мы что-нибудь придумаем, – уверенно присоединилась Джинни.       – Да, – всё ещё слегка ошарашенно кивнул Гарри. – Мы все поможем. Как-нибудь…       А Малфой, откинувшись в кресле, рассеянно потёр виски, словно у него разболелась голова.       Внезапно пламя в камине взметнулось зелёным вихрем, ослепительным и яростным, будто кто-то метнул туда целую пригоршню порошка, и в комнату вошёл слегка помятый Северус Снейп собственной персоной. Чёрные глаза метали молнии.       Побледневшая Гермиона смело поднялась ему навстречу. На лице у неё застыло выражение человека, которого ведут на эшафот. Поттер сжал кулаки, дёрнулся, словно хотел заслонить её собой, но усилием воли остался на месте. Джинни и Астория подались вперёд, испытывая одновременно и восторг, и ужас. Они понимали, что сейчас произойдёт нечто грандиозное.       – Мерлин, за что мне всё это? – глухо буркнул Малфой, залпом допивая вино.       – Ты полагаешь, что от меня можно просто так сбежать? Не сочтя нужным объясниться? – произнёс Снейп опасно тихим голосом, даже не замечая остальных невольных зрителей. – Я считал, что ты умнее, Гермиона.       Она попыталась что-то сказать: оправдаться, возможно, попросить прощения. Но Северус не дал ей возможности, горячо продолжив:       – Я искал тебя у всех твоих друзей, – он подошёл почти вплотную, – у Лавгуд, Поттера, даже у Лонгботтома!       – Бедный Невилл. Он, наверное, до сих пор в ужасе, – не сдержался Гарри.       Снейп метнул в него гневный взгляд, и он мгновенно осёкся.       – За кого ты меня принимаешь? За своего рыжего кавалера? Я давно уже вышел из подросткового возраста, Гермиона, чтобы носиться за тобой по всей Британии!       Он смотрел на неё так пристально, так интенсивно, что Гермиона чувствовала, как у неё подгибаются колени, а слова застревают в горле. Но всё же она постаралась выдавить:       – Рон мне не…       Второй раз за день ей не дали договорить про Рона. Северус резко, совсем не бережно дёрнул Гермиону на себя и почти грубо прижался своими губами к её. Прикосновение не было ни робким, ни нежным, ни осторожным, но в нём было столько страсти, отчаянной потребности и невысказанного желания, что Гермиона невольно ахнула. Чем не преминул воспользоваться Снейп, сразу же углубив поцелуй.       Джинни и Астория, торжествуя, соединили бокалы с мелодичным звоном. Гарри зажмурился. Драко вздохнул и, когда эмоции новоиспечённой пары немного улеглись, вежливо произнёс:       – Здравствуйте, профессор. Не желаете вина?       – Благодарю, мистер Малфой, – в тон ему отозвался Северус, беззастенчиво и крепко обнимая Гермиону за талию, – но вынужден отказаться. Мы с мисс Грейнджер на сегодня ещё не завершили работу, поэтому прошу нас извинить. И, Поттер, – исключительно серьёзным тоном добавил он, – закройте рот, а то пикси залетит.       Под громкий смех Снейп и Гермиона, тесно прижавшись, словно боясь потерять друг друга, исчезли в пламени камина.       – Мне срочно нужно выпить, – категорично заявил Гарри. – Малфой, тащи что-нибудь покрепче.