Часть 1

- сука как я обожаю всратую географию ебаного Парадиза. Диаметр стены Мария 960км! - три года на оленях, полгода на поезде, месяц на лошадях, а там и рукой подать, неделю пешком? (с) из диалогов к Письмам Размеры их небольшого острова с недавних пор вгоняли Леви в состояние меланхолии. Как только он выбрался из Подземного города, насмотрелся на звезды и наелся нормальной еды, то начал изучать окрестности под командованием Смита. Окрестности никак не заканчивались, и Леви начал тихонько ненавидеть верховую езду как явление. Когда же Эрвин сообщил, что до стены Мария им ехать месяц верхом, Леви мягко говоря удивился. Нет, он предполагал, что мир сверху велик, но чтоб настолько? Да и перспектива провести столько времени в седле вообще не вдохновляла. Уже через пару дней задница болела дико. Упражнения на УПМ не шли ни в какое сравнение с этим ужасом. Через неделю тело окончательно потеряло чувствительность, и они втроем на очередном привале просто мешками плюхнулись на землю. Фарлан шипел, что если бы знал, что им предстоит, остался бы в подземелье. Изабель молчала, но в ее глазах тоже не читалось восторга. Появилась мысль о том, что седла – это пыточный инструмент. Как потом оказалось, размеры Парадиза были… Огромны. Даже так. ОГРОМНЫ. Дорога от столицы до штаба показалась бесконечной. В Лес Гигантских деревьев, благо, от штаба добирались за три-четыре дня. Галопом можно было быстрее, но лошадей было велено беречь. Потом на них же еще обратно ехать. В голову начала закрадываться мысль о том, что смерть в пасти титана в принципе не так и ужасна. *** Бодрый голос Эрвина, излагающий гениальный план добраться из Стохеса в Сигансину, заставил Леви выругаться максимально неприлично. Судя по удивленным глазам девчонки рядом, часть слов он все-таки сказал вслух. – Сэр, – девчонка была темноволосой, темноглазой и взъерошенной, как воробей. И смотрела на него довольно злобно. – Ездить верхом умеешь? – поинтересовался он, вспомнив, где видел это чудо в перьях. – Умею, сэр, – четко сообщила она. – Хорошо, – оповестил он и ушел собираться. Эх, не сбыться его мечте увидеть высоченные горы, которые, как ему рассказывали, были недалеко от нового места тренировок кадетов. Конечно, можно было взять отпуск, который накопился за годы службы, но задница пыталась отвалиться при одной только мысли о том, что туда ехать верхом около месяца, и это в одну сторону. *** Плотность населения Сигансины составляла один человек на два квадратных километра, и капитан уже второй день пытался найти хоть одну живую душу, чтобы сообщить, что они вернулись из экспедиции. Пока не удавалось, но он не терял надежды, даже привлек к поискам остальных членов отряда. *** По возвращению из Марлии Ханджи позвала Леви к себе. – Отвезешь Зика в Лес Гигантских Деревьев, – сообщила она. Леви изо всех сил пытался не выругаться. Вышло не очень. – Очкастая, ебанулась? – Да ладно тебе, всего сутки на поезде да дня четыре верхом. – Сколько нам еще ехать? – спросил Зик, вальяжно потягиваясь в телеге. Леви его и раньше не любил, а теперь собирался в скором времени лично убить. Но сейчас возникло особенно страстное желание нарушить приказ и порубить макаку в фарш без промедления. – Дня три, – откликнулся кто-то из его отряда, и капитан подавил тяжелый вздох. – Нихера себе, – сообщил Зик и потер затекшую задницу. Железная дорога и правда сильно сокращала время. Но от стены Роза до леса еще было ехать и ехать. И ехать. Четыре дня, причем этот засранец едет в телеге, а он, Леви, снова трясется в седле. Он, который ненавидел верховую езду вот уже долгие годы и в последнее время делал все, чтобы избежать лишнего контакта с конями, предпочел бы и дальше с ними не сталкиваться. Черт бы побрал этот приказ. Когда пришлось убить своих бывших однополчан, Леви осознал, что ему снова придется тащиться куда-то верхом. Так что он был зол. Очень зол. Очень-очень зол. Увидев Зика, Леви обрадовался ему, как родному. Ну, если точнее, не Зику, а возможности спустить пар. Кажется, эта макака-переросток даже не сразу поняла, что происходит. *** – Вставай, падла! Леви очнулся, ощутив, что его бьют по лицу. Спасибо, что не ногами, с Ханджи бы сталось. Приоткрыл глаз. Рядом стояла очкастая, в руках у нее был букет из подорожника и ромашки. Этим букетом ему и досталось повторно. – Я тебя вылечила! – бодро заявила она и пошла собирать телегу из говна и веток. Громовое копье Леви сперва хотел воткнуть старому врагу в задницу. Но подумал и обошелся бочиной. Повезло, что копье явно было бракованное, потому что изобретение очкастой дуры на его глазах пробивало броню их каменного друга, стены и даже защиту Молотобойца. Взорвись эта херотень в метре от него – и Ханджи бы не нашла ни его, ни Зика. Только обугленный фарш. Наверное, стоило просто отрубить ему руки, ноги и засунуть в рот кляп. Или, что гораздо проще, ебнуть по башке, чтобы отрубился. И повторять упражнение при малейших признаках жизни. Гораздо больше пугало, что тащиться им теперь в Митру хер пойми сколько. Очкастая сообщила, что Эрен запустил Дрожь Земли, и колоссы покоцали железную дорогу. В Митре оставалась часть его отряда. Шансы встретиться по дороге были не то, чтобы минимальны, а стремились к нулю. До столицы предстояло проехать более 400км. *** На удивление Леви, отряд их встретил уже через пару недель. То, что им удалось найти друг друга на такой огромной площади родного Парадиза, было не иначе как чудом. Зато за это время Леви сильно полегчало, да и остальные выглядели вполне живыми и бодрыми. – Мы тут подумали, – начал Армин. – Ребятки, я надеюсь, вы не собираетесь героически останавливать Эрена? – поинтересовалась Ханджи, демонстративно доставая календарь. – А толку? – Микаса пожала плечами, опускаясь на их телегу. – Вы видели, как эти колоссы шли? Это по городу у них скорость черепашья, а так – они как вышли за пределы, так и понеслись. В три раза быстрее поезда. – В пять, – педантично поправил Армин. Леви нахмурился. Так вот что это была за красная полоса за лесом. Он-то думал, у него глюки перед смертью. – Столько времени прошло, нечего уже спасать, – констатировал Армин. – А если он решит и Парадиз осчастливить, то нам не придется лишний раз шевелиться, – добавил Райнер. – И какие теперь идеи? – Да какие идеи? Надо половину территорий отстраивать для начала. Сами видели, что творится. Руки нужны. Нам предлагают работать в Митре. – Только не говорите мне, что мы туда поедем на лошадях, – взмолился Леви. – На телеге, – ответила Микаса. – Никаких больше «верхом». Знала бы, что столько придется трястись на лошади, никогда бы в разведку не пошла. Леви посмотрел на девчонку с симпатией. *** Эрен появился через год, сам. В форме Прародителя. Аккуратно протопал в центр Митры, подошел к дворцу. На крыше дворца сидела компания из королевы и его бывшего отряда из Разведкорпуса. Компания жадно поглощала вино, на коврике были разложены закуски. – Вылазь, недотитан. Так и быть, не буду тебе лицо ломать, – мрачно сообщил Леви. Недоумение на лице Прародителя смотрелось очень забавно. Эрен вылез изо рта своего титана и отряхнул рубашку. – Вы почему меня не остановили?! – заорал он, и Леви только поморщился. Ханджи хихикнула, ее все это ужасно забавляло. – Скажи мне, дорогой братик, – Микаса с наслаждением сделала глоток. – Ты считать умеешь? – В каком смысле? – Ну смотри, – протянула она. – От Митры до побережья нам на поезде ехать сутки. А на лошадях – несколько недель. Ну мы же добирались, должен помнить. Эрен кивнул. – Железную дорогу твои огромные друзья превратили в труху. И двигаются они в пять раз быстрее лошади. Как, скажи мне, мы должны были тебя останавливать? – Но… Но я… Почему вы такие спокойные? – А смысл переживать? – пожала плечами Микаса. – Мы все равно ничего не успели бы изменить. Эрен моргнул. Армин обнял Энни. Конни растянулся на крыше, блаженно жмурясь под солнцем. От мира остались воспоминания, но, похоже, всем тут на это было глубоко насрать. Он сел рядом с остальными, Хистория тут же подсунула ему бокал. – Эй, недотитанчик. С тебя ремонт железной дороги, – от ледяного тона его бывшего капитана по спине Эрена пробежал табун мурашек. Он просто решил гордо заявить, что вообще-то он титан прародитель», но внутренний голос задавил желание в зародыше. – Вот еще… – буркнул он. – Я тебе сама челюсть сломаю, если не сделаешь! – прошипела Микаса. – Сам разъебал – сам теперь чини! — добавил капитан. – Ненавижу ездить верхом! – хором заявили они, и Эрен на всякий случай отодвинулся к краю крыши.