Сюрприз от Тамары Игоревны

День не задался с самого утра, и Тамара Игоревна не пыталась это скрыть, потому что запланированный завтрак в новом летнем кафе у реки из высококультурного мероприятия превратился в третьесортное «Шапито». А все потому, что благоверный Сергей Геннадьевич имел неосторожность пригласить на завтрак их совместную дочь Наталью. Нет-нет, Тамара нисколько не была против семейной трапезы, дочь у нее прелестная, хоть и с полнейшим отсутствием вкуса в выборе мужчин. И сейчас Наташа, абсолютно не догадалась, что звали исключительно ее. С содроганием и ужасом, Тамара Игоревна, услышала от Наташеньки страшное: - Коля, пошли! - Куда? – вылезла неотесанная обезьяна в засаленной футболке не первой свежести. - Нас родители на завтрак позвали. - О! Ништячки! Тамаре Игоревне было поздно что-либо предпринимать. Теперь она не могла просто послать эту обезьяну в Африку жрать бананы при Наташе, это накалило бы и без того непростые отношения, когда едва-едва все устаканилось. К тому же, Сергей Геннадьевич давно высказал свою позицию, защищая этого болвана. Что ж, видимо, так будет теперь всегда – единым фронтом, против нежной и хрупкой Тамары. Оставалось лишь улыбаться, распрощавшись с мечтой о прекрасном завтраке, и вытерпеть выходки этого неотесанного отребья. Но даже это был далеко не конец начавшихся злоключений. Уже выходя из дома, на лестнице первого этажа, Наташе надо было столкнуться со своей подругой и по совмещению коллегой - Ариной. Апофеоз балагана! Наташа была просто вынуждена пригласить это убогое существо, которое именно в это утро было грустное и одинокое в результате расставания с очередным несостоявшимся женихом. Теперь это создание продолжало всхлипывать над чашечкой эспрессо, окончательно действуя на несчастную нервную систему Тамары. Сама по себе Арина была неплохим человеком, поэтому Тамара допускала дружбу Натальи с этой плачущей особой, к тому же, Арина весьма симпатична, хоть и совершенно безмозгла. Этот цирк в летнем кафе «На берегу» уже подходил к своему пределу, запредельно раздражая несчастную Тамару Игоревну. Как и ожидалось, обезьяна с человеческим именем Николай уже умудрилась заляпать коричневую футболку сладким эклером, а бедная Наталья разрывалась между утешением Арины и спасением футболки своего тридцатилетнего карапуза. А Сергей Геннадьевич… Что Сергей Геннадьевич, как обычно, погрузился в свой внутренний мир, посредством свеженькой газеты. Тамара все еще отчаянно старалась улыбаться и держать язык за зубами, но она не могла избавиться от острого ощущения переполнения, готового выплеснуться через край и прожечь всех присутствующих… И переполнение было не только ментальным. - Я на минутку, - как можно дружелюбнее произнесла Тамара Игоревна, выходя из-за столика. Пытаясь быть галантным, Николай втянул пузо, дернулся вперед к столу, освобождая хоть немного пространства для прохода и конечно, в результате разлил свой чай, что в очередной раз подтверждало теорию Тамара обратной эволюции в криворукую обезьяну. - Коля! – раздался отчаянный возглас Наташи, сразу бросившейся ловить чай стопкой салфеток. - Ну что я… - Да как обычно. Зайдя в дамскую комнату Тамара, с облегчением, выдохнула. Здесь было тихо и спокойно. Лаконичный интерьер темно-коричневой и белой плитки, бра, развешенные вдоль стен и зеркала в дорогом обрамлении вдоль кафельного стола с вмонтированными раковинами. Надо признать, такая уборная больше подходила респектабельному ресторану, а не летней забегаловке. Промелькнувший огонек хорошего настроения тут же затих, когда Тамара обнаружила, что новаторская щеколда туалета совершенно отказывается закрываться, а туалетные кабинки разделены лишь открытыми перегородками. - Да что за день-то такой! – не выдержав, уже вслух выругалась она. Что ж, выбора не оставалось. Еще раз попробовав закрыть замок, Тамара смирилась с неизбежностью своего положения и плотнее закрыла дверь в надежде, что никакой дуре в ближайшие пару минут не приспичит сюда вломиться. Ведь если приспичит… Тамара тряхнула головой, отгоняя прочь дурные мысли. Это было недопустимо. Свой секрет, о котором знает лишь Сергей Геннадьевич, она унесет в могилу. Либо отправит в могилу того, кто секрет ее узнает. Зная себя, второе было ближе к истине. Тамара еще раз огляделась, убедившись, что здесь нет живых людей и непрошенных глаз. Она встала у фаянсового товарища, ощущая себя буквально какой-то преступницей, хотя никоем образом такой не являлась. Подняла подол бежевой юбки в пол и приступила к процессу облегчения потребности, посредством совсем не естественного для дамы, но весьма внушительного, органа. - Тамара Игоревна?.. Внезапно раздавшийся за спиной голос Арины пробил леденящим ужасом. От страха Тамару буквально парализовало, но остановиться в процессе она просто не могла физически. Пару бесконечных секунд спустя, когда Тамара Игоревна немного отошла от шока и таки завершила начатое, она резко одернула юбку, повернулась в сторону опешившей Арины, все еще стоявшей в дверях и зло рявкнула: - Дверь закрой или так и будешь стоять. Арина дернулась, но послушно прикрыла дверь. - А теперь, мы с тобой серьезно поговорим. Арина захлопала ресницами, щеки красные от недавних слез, а теперь и от неловкости сложившейся ситуации. Она вмиг развернулась и уже надумала бежать прочь, нервно пролепетав: - Я ничего не видела. Я пойду. - Стоять! – громогласно раздался голос Тамары Игоревны и буквально пригвоздил дрожащую от страха бедняжку. Тамара сделала несколько шагов в сторону Арины, заставляя ту отступить от двери и попятится к стене, точно хищник, загоняющий добычу. - Если хоть одна живая душа узнает, - голос звучал сталью, и это было не пустое предупреждение. Арина замотала головой, губы ее дрожали. - Никто не узнает! Я ничего не видела. - Ты не представляешь, что я с тобой сделаю. И в это мгновение по своей наивности, дернул черт Арину произнести вслух: - А Наталья, она вам… дочь? Еще немного и Тамара не сдержит свой гнев. Как вообще эта пигалица посмела такое спросить! - Конечно! Она моя плоть и кровь! - То есть, вы ей как бы мама, и как бы папа? – несмотря на страх, уголки губ Арины едва заметно подернулись в легком подобии улыбки, и на ее горе Тамара это заметила. В это мгновение плотина, сдерживавшая накопившийся гнев за все это злополучное утро, прорвалась, и уже ничто не могло остановить хлынувший поток. - Да как ты смеешь! Арина от страха подпрыгнула на месте. Тамара внезапно оказалась так близко, что между ними осталось всего несколько миллиметров свободного пространства. Напряжение ощущалось физически. - Суешь свой нос куда не следует! Подглядываешь за приличными женщинами в туалете. - Ничего я не подглядывала! – пыталась оправдаться Арина, но Тамару Игоревну было уже не остановить. Хищник загнал свою добычу в угол, оставалось ее только растерзать в клочья. - Конечно! – Тамара надменно взглянула на Арину сверху вниз. – Оно и понятно, что мужики бегут от нее, как от чумной. Ходит, как ищейка, подглядывает, разнюхивает. Козни строит. Это была последняя капля. Арина уже давно находилась на пределе. Все это чертово утро, после расставания с инструктором по йоге, который просто заблокировал ее номер. Сработал медиатор, ударивший по самому больному месту – неудавшейся личной жизни. Щеки Арины налились краской от злости, она отважно посмотрела Тамаре Игоревне в глаза и произнесла: - У меня хотя бы не болтается между ног бесполезная пипирка! Арина успела испугаться собственных слов и тысячу раз пожалеть о сказанном вслух. Глаза Тамары округлились. Такой наглости она в жизни не слышала! Будто красная пелена ярости наползла на глаза. - Бесполезная пипирка?! А это мы сейчас посмотрим, насколько она бесполезна. Арина вся вжалась в стену от страха. Внезапно руки Тамары обхватили ее талию и прижали к себе крепко и властно. - Т-тамара… - едва успела ахнуть Арина, как ее подхватили на руки, словно пушинку, будто она и не весила ничего. Руки инстинктивно легли на плечи, оказавшиеся на удивление такими твердыми и крепкими, под нежной тканью бежевого кардигана. С поразительной ловкостью Арину усадили на стойку у раковины, прижимая к себе за талию. И надо бы Арине начать сопротивляться, крикнуть, позвать на помощь… но она была слишком ошеломлена происходящим. Даже когда Тамара Игоревна развела в стороны ее коленки, заставляя подскочить вверх и без того короткую джинсовую юбку и оказалась между раздвинутых ног. - Не надо… - прошептала Арина, обвивая руками шею Тамары и резко придвинувшись ближе, вплотную, ощутив сквозь тонкую ткань белья то самое, не свойственное обыкновенным женщинам достоинство. Не успела Арина опомниться, как Тамара быстро закатала свою струящуюся в пол юбку одной рукой, а другой – отодвинула ниточку ее тонких черных стрингов. Горячий и твердый орган замер в нескольких миллиметрах, едва коснулся нежной кожи, помедлил секунду и резко вошел в нее. Стон сорвался с ярких красных губ Арины. Ее тело поддалось подалось напору, впуская в себя разгоряченный чужеродный предмет. Тамара сделала резкий толчок, входя в самые глубины. А потом прижалась своими губами к красным губам в поцелуе, и Арина ответила на этот поцелуй, нежно и робко, и вновь двинулась навстречу, обхватив Тамару ногами за талию. Арина остро ощущала движение внутри, каждой клеточкой своего жаждущего тела. Снова и снова и ей безумно хотелось, чтобы движение это не заканчивалось никогда. Она поддавалась на встречу, то прижимаясь, чтобы ощутить его как можно глубже, то отдаляясь, чтобы через мгновение прочувствовать снова этот грубый и резкий толчок в нее. Руки Тамары скользнули под блузку, властно сдвинули бюстгалтер, и пальцы сомкнулись на плотных сосках. Арина застонала вновь, запрокинула голову назад, но Тамара резко притянула ее к себе обратно, впиваясь в губы страстным поцелуем. Движения стали резче. Арина крепче держалась за шею. Ее стоны становились громче, и сейчас никому не было дела до того, что их могут услышать. Внезапно тело Арины дернулось, ноги сильнее прижали Тамару к себе, оргазм эмоций накрыл ее, громкий стон, шумный выдох. Арина погрузилась в волны накатившего наслаждения. И через мгновение с очередным сильным и мощным толчком, во все еще сокращающееся от оргазма тело, Тамара Игоревна выплеснула все накопившееся напряжение. Сердцебиение постепенно успокаивалось, дыхание приходило в норму. Арина стерла с себя все следы произошедшего, накрасила губы красной помадой. Тамара поправила юбку, привела в порядок прическу. Они не сказали друг другу ни слова, только едва заметно улыбнулись, выходя из уборной. Пожалуй, им обоим в равной степени, была физически необходима эта внезапная разрядка. Как и ожидалось, их отсутствия никто особо не успел заметить. Наталья пыталась объяснить Николаю, как правильно пользоваться ножом. Сергей Геннадьевич лишь на миг оторвался от своей газеты, мельком глянул на Тамару и спросил: - Все хорошо? - Все просто замечательно, - на удивление искренне ответила Тамара, посмотрев на Арину. Та взглянула на нее в ответ, и едва заметная улыбка появилась на губах, а щеки чуть порозовели.