Выступление

      С инцидента на вечеринке Сеяна прошло несколько месяцев. Кориолан долго не мог расслабиться, беспокоясь, что Мэйфэр и Билли не отстанут, а резкое затишье — как перед бурей. Когда время приблизилось к Рождеству, Сноу всё же удалось, хоть и немного, но убедить себя, что ни его, ни Люси Грей эта противная парочка больше не тронет. Тогда он вздохнул полной грудью.       После уроков Кориолан задерживался в актовом зале, помогая театральном кружку и «Певчим птичкам» готовиться к мероприятию, которое академия решила провести перед праздниками, и соответственно, каникулами. Сноу согласился помогать нехотя; никакого интереса к школьным выступлениям у него не было. Предпочтительнее было бы после уроков отдохнуть дома, или же готовится к завтрашнему дню, но никак не торчать в школе допоздна, делая снежинки из бумаги. Пусть руководство благодарит Люси Грей, ведь если бы не она, то ноги Кориолана Сноу здесь и в помине не было бы! Вот и чёрт её дёрнул вызываться петь на празднике…       — Боже, Корио, я так волнуюсь! Хотя это не первый раз, когда я выступаю, но всё же…каждый раз нервничаю! — Последнюю неделю Люси Грей только и делала, что трепалась о предстоящем мероприятии. Слава богу оно уже завтра, и девушка про него сразу же забудет, стоит ей выступить.       — Я буду сидеть в первых рядах и аплодировать громче всех. — Усмехнулся Кориолан, доделывая последнюю снежинку и приклеивая её к окну. Монотонные и нудные действия вымотали Кориолана больше, чем прошедшие за день контрольные, и виски начали болезненно пульсировать, предупреждая о головной боли, усиливающейся с каждой секунды.       — Что-то мне нехорошо. Я выйду, подышу свежим воздухом, ты не против? — Люси Грей кивнула, и Сноу тут же вылетел из актового зала, наслаждаясь перерывом. Далеко уходить не пришлось, Корио останавливается у ближайшего окна, приоткрывая его.       Наконец-то удалось побыть одному.       В это время в академии народу мало — скорее всего, только театральный кружок и ошивается в полупустых стенах учебного заведения. Слышимость каждого шороха только подтверждало полумертвую обстановку коридоров, и Кориолан старался быть тише, стесняясь даже шмыгать носом; в такой тишине столь мелочное действие будет звучать подобно сирене. С соседнего крыла слышались голоса, с каждым шагом становившиеся всё громче, и Кориолан тут же притаился, будто считал, что быть его здесь не должно, и нужно скрыть своё присутствие.       «Зачем я это делаю? Что за идиотизм». — Обдумав свои порывы спрятаться, Кориолан почувствовал себя глупо, и только собирался вылезти, как скрывается обратно: источниками звука оказались Билли Бурый и Мэйфэр, и гадкая парочка уже была слишком близко. Кориолан уже успел нахмуриться и сжать кулаки, предвещая беду: зачем эти двое идут в сторону актового зала, где сидит Люси Грей? У Сноу была четкая уверенность, что сейчас эти двое сделают что-то плохое Люси, и только он собрался подорваться с места, как те проходят дальше — на лестничную клетку, ведущую на чердак. Дальше юноша действовал на чистом любопытстве, мешкаясь между тем, чтоб последовать за ними, и тем, чтоб подождать, когда парочка уйдет и посмотреть, что же такого на чердаке. Кориолан предпочёл второй вариант, и засел как в засаде, ожидая своих «любимых» знакомых.       Со стороны чердака слышалась возня, смешки, и перешептывания, которые Корио, увы, расслышать чётче не мог. В какой-то момент юноша подумал, что те просто решили уединиться, и засмущался, снова почувствовав себя глупо. А потом послышалось, как что-то упало, — судя по отбившейся поверхности, уронили железное ведро или что-то похожее. — и следом донеслось недовольство Мэйфэр:       — Идиот! Ты можешь быть аккуратнее? Нас могут услышать. — Голос затих, и дальнейших фраз слышно так хорошо не было, как и ответа Билли Бурого. Недруги проверили на чердаке ещё пару минут, а после спустились и наконец, отправились вниз по лестнице, к раздевалкам. Когда те проходили мимо, Кориолану удалось ещё немного услышать обрывки разговора:       — Ты уверен, что Люси Грей будет стоять именно там? Впрочем… глянем завтра, и если что — передвинем. — Слова снова принадлежали Мэйфэр; от них у Кориолана прошлась дрожь по телу.       Они упомянули Люси Грей. Они точно что-то задумали. И ждать хорошего — глупо. Когда Мэйфэр и Билли не было ни слышно, ни видно, Кориолан вылез из своего укромного местечка и поспешил в актовый зал.       — Тебя долго не было… Я уже подумала, что ты домой ушёл. — Люси Грей резко встала со своего места, но юноша накрыл девичьи плечи своими ладонями и чуть надавив, посадил девушку обратно. Воровато оглянувшись по сторонам, Корио подмечает, что в актовом зале никого кроме него и Люси нет. Тогда он и поспешил рассказать об увиденном и услышанном:       — Билли Бурый и Мэйфэр крутились возле актового зала. Они что-то делали на чердаке и говорили о тебе. — Лицо Люси Грей помрачнело; впрочем, и у Кориолана лик приобрёл тёмные оттенки.       Бэйрд снова попыталась встать с места и отправилась к выходу, цокая небольшим каблуком. Кориолан, подобно тени, последовал за девушкой. Люси Грей без каких-либо сомнений и страха поднимается на школьный чердак, включая фонарик на телефоне и осматривая каждый угол.       — Слышал громыхание, когда они были здесь. — Кориолан накрывает своей рукой руку Люси, и направляет фонарик на место, с которого, предположительно, возились Билли Бурый и Мэйфэр. Как Сноу и предполагал: стояло железное ведро и рядом небольшое ведро с краской. Подойдя ближе, Люси Грей схватила краску и стала прокручивать в руках, подмечая то, что у той истёк срок годности и теперь та будет дурно пахнуть. Вместе с просроченной краской обнаружилась небольшая щель, вид из которой падал прямо на сцену; Люси Грей нервно сглотнула, понимая замысел Мэйфэр и Билли Бурого.       — Они хотели вылить на меня краску во время завтрашнего выступления… — Сначала на лице Люси отражались шок и разочарование, а после брови хмуро свелись на переносице, и полученная гримаса выражала гнев. — Сволочи! — Железное ведро грубо пинают, и то снова соприкасается с ненадёжным, скрипучем полом чердака. — Успокойся, Люси Грей… — Кориолан обнимает сзади и крепко жмётся; девушка и вправду начала успокаиваться. — У них ничего не выйдет. Мы им не позволим. Я не позволю. — Последняя фраза прозвучала жутковато, и Люси немного напряглась, чего не мог заметить Корио, ослабив хватку. — Сейчас мы с тобой спрячем это ведро и краску, а после запрём чердак, сказав охране, чтоб никому ключи не выдавали.       Люси Грей согласилась, и так пара и поступила, убрав все вещи и предупредив охрану, после, почти со спокойной душой отправляясь по домам.

***

      До выступления «Певчих птичек» оставалось минут десять. Вся группа была расслаблена, привыкнув к публичным выступлениям после дебюта в одном из клубов; да и школьные выступления не так пугают, как отдельные, более масштабные. На нервах была только одна Люси Грей. Девушка засела в углу и перебирала пальцами по струнам, играя довольно пресную мелодию. Ребята не понимали стресса их главной звёзды, а Бэйрд не спешила делиться переживаниями, считая, что так будет лучше. Наверно.       Люси Грей только обрадовалась тому, что Кориолан обрёл спокойствие и больше не гудит про Мэйфэр и Билли, как те снова объявились, ещё и с очередной пакостью. Конечно, она и Корио её вроде как предотвратили, но чёткой уверенности не было. Не разозлятся ли они ещё больше от этого...? Ясного ответа не было.       За одно Люси Грей благодарна точно — если бы не Кориолан, в одиночку она бы не справилась со всей травлей, устроенной бывшим и его подружкой. Мысли о Сноу всегда вызывали у Люси улыбку и покрасневшие щёки; и вот сейчас, на лице расплылась улыбка, а руки невольно обнимают и прижимают к себе гитару.       — Наконец-то ты улыбнулась. — Над ухом лепетала Мод Бэж. — Идём, наш выход с минуты на минуту. — Девочка счастливо поскакала в сторону сцены, аккуратно выглядывая из-за бордовых штор, посматривая на пришедших гостей и скрывая себя. Люси Грей подкралась сзади и упёрлась подбородком об макушку подруги, рассматривая пришедших гостей вместе с ней.       Взгляд тёмных глаз тут же находит в толпе Кориолана, и он, словно почувствовав сердцем, устремляет свой взгляд в ответ. В его руках покоилась одинокая белая роза, завернутая в розовую матовую обёртку.       Не хотелось прерывать зрительный контакт с любимым, но нужно было искать Билли Бурого и Мэйфэр... да и время поджимало, о чём теперь поспешила напомнить Барб Лазурь, выталкивая девочек на сцену. Теперь Люси Грей вместо укромного уголка за шторами оказывается посреди сцены, щуря глаза от световых прожекторов, направленных на неё одну. Все на неё смотрят, а она — все никак не может отыскать обидчиков среди пришедших. Остальные участники «Певчих птичек» тут же выбегают следом, представляясь и затмевая актёров представления, оставляя их позади. Мероприятие подходит к концу, и теперь его нужно красиво завершить песней.       Люси Грей пару раз брынкнула на гитаре. Весь зал затих. Медленные движения пальцев начали ускоряться, и мелодия плавно расходилась по залу, обвивая собой каждого присутствующего. «Певчие птички» подхватывают ритм и игру, добавляя свои нотки, давая зелёный свет Люси Грей, и та устраивается удобнее у микрофона. Теперь к энергичной музыке присоединилось ангельское пение Бэйрд, очаровывающее каждого. А Люси всё смотрит на Корио, будто посвящая песню ему одному. Тот, в свою очередь, достал телефон и снимает девушку крупными планами; оставит себе на память и поделиться со всеми родственниками и друзьями, не скрывая свою гордость за любимую.       В первых рядах сидели дети и те сразу же начали пританцовывать, пока их родители хлопали в ладоши и также снимали выступление на камеру. Люси Грей расцвела; девушка всеобщее внимание любила, особенно когда она привлекает своими умениями и заслугами. Улыбка на лице ширилась от уха до уха; до момента, пока сквозь толпу гостей не начали просачиваться Мэйфэр и Билли Бурый, следующий за девушкой как пёс. Улыбка с лица исчезла сразу же.       — Нравится быть в центре внимания, да, Люси Грей? — Мэйфэр будто читала мысли и выносила их на всеобщее обозрение. Музыка затихла, а зрители притихли в ожидании; только Кориолан пытался подобраться к Мэйфэр и Билли, желая с ними разобраться. — Можешь не отвечать, я прекрасно знаю твои ответы и мысли. Милая, я пришла тебя обрадовать — я сделаю так, что о твоей персоне забудут не скоро! — Мэйфэр вытягивает руку вперёд. Девушка держала мусорную корзинку: обычную плетённую корзинку, стоящую в углу класса.       — Дура! Не делай этого! — Неожиданно, голос принадлежал Билли Бурому. Юноша пытался остановить Мэйфэр, и, схватив её за свободную руку, тянет на себя. Но это не помогло.       Корзинка за считанные секунды оказывается на сцене, а её содержимое — на голове Мод Бэж. Девочка растерянно смотрит на всех присутствующих, а после визжит, убегая со сцены с криками. Мэйфэр тут же кривит лицо и громко материться, злясь, что объедки и отходы из корзины не попали на Люси Грей. Пару девчонок тут же скручивают Липп и вышвыривают из зала; следом вышвыривают и Билли Бурого, только сделал это уже Кориолан. Поднялась суматоха: половина народу бросилось прочь из помещения, желая посмотреть, как разбираются с Мэйфэр, а остальные участники «Певчих птичек» побежала в гримёрку за Мод Бэж.       Люси Грей продолжала стоять на сцене, посреди полупустого зала, и всё никак не могла переварить случившиеся. Если бы Билли Бурый не дёрнул Мэйфэр в последний момент, то вся эта грязь полетела бы на неё… Конечно, благодарить его не стоит, ведь юноша наверняка это сделал исключительно из своих целей; к примеру, он прекрасно осознавал, что такой поступок приведёт к проблемам. Девушка начала медленно пятится назад, а после поспешила следом за остальными участниками, желая успокоить Мод Бэж.       Сейчас нужно думать только о ней. Бедная девочка получила ни за что. И всё из-за Люси Грей…