Но я не буду

Я уже была окончательно готова покинуть дворец Селестии на весь предстоящий день. Зубы почищены? Готово. Прическа в порядке? Готово. Корона? На месте, — пускай я всё еще никак не привыкну к её весу. Полагаю, это привычка, которая со временем придёт сама собой. Оставалось завершить лишь одно: три... два... один... Прямо надо мной полыхнула вспышка света, и на спину мягко опустился пушистый зелёно-белый комочек. — Принцесса Твайлайт, вы же не собирались уходить без меня? — Сапфир Сюрпрайз жалобно заскулила, а затем обиженно надула губки и состроила «щенячьи глазки». Было просто несправедливо, насколько милой она умела казаться. Самое же ужасное заключалось в том, что она, кажется, прекрасно осознавала, как это действует на окружающих. — Я и помыслить не смела о подобном, — ответила я. Она так и осталась лежать на моей спине, в своей привычной манере. Помнится, раньше она говаривала, что мир выглядит куда занятнее, когда едешь верхом на принцессе. Глупость, разумеется, но если это делало её счастливой, я не собиралась сетовать. — А куда мы, собственно, держим путь? — полюбопытствовала Сюрпрайз. — О, у тебя назначена какая-то важная встреча? — Вовсе нет. Я просто собираюсь навестить старых друзей, — этого объяснения вполне хватило, чтобы унять её любопытство. — А мы сможем позавтракать перед тем, как вернемся? — Разумеется. Мы купим всё, чего ты только пожелаешь, — мы миновали парадные ворота и пошли по тропе, ведущей к дальней части дворцового ансамбля, к месту под названием «Сад Героев» — участку земли, посвященному памяти великих деятелей прошлого. К этому времени я уже выучила маршрут наизусть и, пожалуй, могла бы дойти туда с завязанными глазами, если бы только стражники, патрулирующие окрестности, не считали, что принцессе не пристало разгуливать с повязкой на лице. Здесь высилось множество изваяний знаменитых пони минувших эпох, и все они отбрасывали длинные, густые тени в лучах утреннего солнца. Сапфир Сюрпрайз увлеченно читала надписи на табличках, пока мы проходили мимо. Потребовалось совсем немного времени, чтобы добраться до заветной цели моего пути. Мы вышли к монументу — группе из шести статуй, объединенных общим замыслом, перед которыми красовалась надпись: «Носители Гармонии». Каждая фигура застыла в динамичной позе, призванной приковывать взоры. Я едва сдержала смех, вспомнив статую Флаттершай в момент её создания. Она бы в мгновение ока сменила свой желтый окрас на пунцовый, узнай она, что после смерти её станут почитать как великого героя. Впрочем, похоже, я была не единственной, кто решил навестить их этим утром. Пожилая пегаска оранжево-фиолетовой масти сидела в тишине, не отрывая взгляда от статуи Радуги Дэш. Она обернулась ко мне, стоило нам подойти ближе. Она приветливо помахала копытом: — Привет, Твайлайт. Давненько не виделись. — Вы знакомы с ней, Принцесса Твайлайт? — шепотом спросила Сапфир. — О, я знаю её более чем хорошо. Она совершала поступки, которые я вовек не смогу забыть. Скуталу коротко рассмеялась, но смех её прервался сухим кашлем: — Стоит совершить пару глупостей, вроде поджога замка принцессы, и об этом тебе уже никогда не дадут забыть. Сапфир громко ахнула и указала на неё копытом: — Ты что же, преступница?! — Вообще-то, ты поджигала мой замок дважды, — уточнила я. Сапфир ахнула еще громче: — Так ты рецидивистка?! Мы со Скуталу не смогли сдержать смеха над её реакцией. — Сапфир, познакомься — это моя подруга Скуталу. Скуталу, это Сапфир Сюрпрайз. Сапфир вспыхнула в телепортации и возникла прямо перед Скуталу: — Привет! — выпалила она, весело помахав копытом. — Э-э, привет, — Скуталу озадаченно наклонила голову сначала в одну сторону, разглядывая Сапфир, затем в другую, задумчиво постукивая копытом по земле. — Почему мне кажется, что это имя звучит так знакомо? — Она младшая внучка Пинки и по совместительству моя новая ученица. — П-погоди, она внучка Пинки Пай? Серьезно? — Ага, ага, ага! — Сапфир запрыгала на месте. — Ты знала бабушку Пай? Это же просто невероятно! — Так что привело тебя сюда, Скуталу? — спросила я. Она неопределенно пожала плечами: — Просто подумала, что стоит в последний раз взглянуть на её статую, прежде чем настанет и мой черед. — Тебе не стоит так говорить. Я убеждена, что у тебя в запасе еще немало добрых лет. Она скептически закатила глаза: — Полно тебе, Твайлайт. Я никогда не берегла свое тело. Я прекрасно осознаю, что, скорее всего, мне осталось недолго. Но что есть, то есть. — Справедливо, — спорить было бессмысленно, и я вынуждена была признать её правоту. Хотя внешне она выглядела неплохо для своих лет, я знала, через какие испытания ей пришлось пройти. Я подошла ближе и вгляделась в лик статуи Дэш. На её губах застыла та самая самоуверенная ухмылка, которую она носила при жизни. Думаю, ей бы пришелся по нраву такой образ. — Как поживают Свити Белль и Эппл Блум? — Сдается мне, у Свити Белль начинает понемногу «ехать крыша», совсем как у Рарити под конец. Что же до Эппл Блум, то она на редкость здорова. Клянусь, ей ведомо какое-то тайное зелье, замедляющее старость. Жаль только, что она не спешит делиться рецептом. — Эм, ты же помнишь, что земные пони стареют медленнее. Особенно те, в чьих жилах течет кровь семьи Эппл. — Зекора и она постоянно проводили какие-то странные ритуалы. Эппл Блум всегда твердила, что ей запрещено болтать о происходящем. Я лишь хочу сказать: меня ничуть не удивит, если она и впрямь научилась чему-то подобному. — Полагаю, это вполне вероятно. Мы обе погрузились в молчание, созерцая изваяния, пока Сапфир резвилась позади нас. Когда над садом пронеслась тень от набежавшего облака, Скуталу негромко заговорила: — Послушай, Твайлайт... как ты со всем этим справляешься? — С чем именно? — С тем, что теряешь их всех. Когда не стало Радуги Дэш, я переживала это невыносимо тяжело. Я даже думать боялась о том, что стану делать, если Эппл Блум и Свити Белль покинут меня раньше срока. Я бы, верно, сошла с ума, знай я, что пройдут тысячи лет, прежде чем я смогу вновь воссоединиться с ними. — ...Следуй за мной, — я развернулась, усадила Сапфир себе на спину и зашагала вперед. Скуталу последовала за мной. У самой кромки Сада Героев мы остановились перед древнейшей статуей, что была старше самого города. Её перевезли из старого замка Селестии и Луны еще во время строительства нынешнего дворца. Монумент изображал пегаса в старинных доспехах, какие носили воины еще до объединения трех племен. — Ты узнаешь его? — спросила я. — Нет, но мне знакомо его имя, — она прочла надпись, высеченную на постаменте: — Лайтнинг Страйк. Мы проходили его по истории. Это он помог отразить натиск драконов, напавших на Эквестрию. — Верно. Примерно на десятом году правления принцессы Селестии шесть драконов атаковали наши земли, требуя выдать им все имеющиеся драгоценные камни. Именно Лайтнинг Страйку пришла в голову мысль разделить их силы. Возглавив небольшой отряд, он навязал им бой и заставил троих пуститься в погоню за собой, позволив принцессам и страже разобраться с оставшимися. Его находчивость спасла сотни жизней. — Да, именно так нам и рассказывала Чирили. — А знала ли ты, что он был из рук вон плохим поваром? Скуталу несколько раз озадаченно моргнула, переводя взгляд с меня на изваяние и обратно: — ...что, прости? — Да-да. Он не мог приготовить решительно ничего, чтобы не сжечь или не пережарить блюдо до неузнаваемости. Как-то раз у него было назначено свидание с одной очаровательной кобылицей, и он страшно нервничал. Ему не удалось заказать столик в приличном ресторане, и он понимал: попытка приготовить ужин самостоятельно погубит все его шансы. Однако на помощь пришла Селестия. Она распорядилась накрыть для них романтический ужин в столовой своего замка. Маленький жест признательности за его верную службу. — Э-э, спасибо за экскурс в историю, конечно, но... какое это имеет отношение к моему вопросу? — Десятилетие назад я задала Селестии тот же самый вопрос: как она выносит бремя утрат, которое мне пришлось разделить с моими друзьями лишь однажды. Мне довелось пережить уход одного поколения, ей же — сотни. И тогда она привела меня сюда и поведала эту самую историю. Она сказала, что со временем я всё осознаю, но в тот момент я была в таком же замешательстве, как и ты сейчас. — И ты поняла? Я кивнула: — Мне потребовалось время, но да, я уловила смысл её слов. История полнится легендами и преданиями, но в ней редко остаются живые пони. Те, кто скрывается за величием легенд — настоящие личности со своими причудами, — почти всегда предаются забвению. — Возьми ту же Радугу Дэш. Пройдут века, и пони будут знать лишь то, что она была одной из быстрейших в истории, что она совершила Соник Рейнбум, спасая жизни своих будущих друзей, и что она была бесстрашным капитаном «Вондерболтов». Легенда о Радуге Дэш будет жить в веках. Однако та Радуга, которая едва не провалила состязание из-за дрожи в коленях; та Радуга, что однажды покинула ряды «Вондерболтов», сочтя их методы небезопасными; та, что всегда находила время для своей названой младшей сестры и с трогательной нежностью заботилась о домашней черепахе, — эта настоящая пони будет забыта уже через два-три поколения. Всё, что делало её живой, — той, кого мы с тобой так любили, — будет вычеркнуто из памяти мира. Останется лишь холодный блеск легенды. — То же самое ждет и остальных моих друзей. Для прочих они станут лишь именами в книгах, но не для меня. Я стану той, кто сбережет истинную память о каждом из них. Об их сокровенных мечтах, об их милых недостатках, о нелепых шутках и о тех временах, когда мы до хрипоты спорили, — всё это останется со мной. — Воспоминания вихрем пронеслись в моем сознании: жаркие дискуссии с Дэш о поступках Дэринг Ду, безумные розыгрыши Пинки, настойчивые требования Рарити, чтобы я как принцесса подобающим образом следила за гривой, забота Флаттершай о моей Совушке во время болезни и уроки Эпплджек по выпечке идеального пирога. — Пока я жива, жива и память о том, кем они были на самом деле. Я даже смогу поведать будущим поколениям о том, как однажды певица, алхимик и маленькая сорвиголова навели шороху в Понивилле просто потому, что не понимали, как работают кьютимарки. — Ого... я никогда не смотрела на это с такой стороны, — Скуталу застала меня врасплох, внезапно заключив в крепкие объятия. — Я буду ужасно скучать по тебе, Твайлайт, когда пробьет мой час. — Я тоже буду скучать, Скуталу. Она разомкнула объятия и произнесла: — Что ж, мне, пожалуй, пора. Не хочу, чтобы дети начали волноваться. — Как долго ты пробудешь в Кантерлоте? — Еще пару дней, — она продиктовала мне адрес дома своего сына, где остановилась на время визита. — Завтра я пришлю гонца, чтобы пригласить всё ваше семейство во дворец. Мы сможем поужинать и всласть наговориться. — Звучит чудесно, — она развернулась и медленно пошла прочь. Видеть её старой, покрытой морщинами кобылой было невыразимо странно. Всякий раз, когда я воскрешала в памяти образ Скуталу, предо мной представала юная кобылка, неудержимо мчащаяся на своем самокате. Интересно, сохранился ли он у неё до сих пор? Пока я раздумывала над этим, меня обняли во второй раз — на сей раз за шею. — Принцесса? — Да, Сапфир? — Не могли бы вы поведать мне ту самую историю о бабушке Пай? Я обернулась и вновь взглянула на изваяние Пинки: — У меня есть одна... о том, как мы с Пинки распутывали великую тайну: кто же всё-таки откусил кусок от того самого особенного пирога...