Заложница прошлого

Это не я сошел с ума, это весь мир сошел с ума.

***

И вот всё начинается сначала, Шаг за шагом ты услышишь, За мольбу я упрекала, Но сердце стук ты всё равно услышишь. Улыбка на лице, что ярче звезд скоплений, Мысль томлю, я влипла — знаю, Но после долгого молчания, размышлений, О надежде не мечтать я забываю. Искры тьмою полетят из глаз, Как слёзы, но давно, забыто, Откровенно я скажу, без никаких мною прикрас «Если не рискну?», а слез было пролито... Спокойствие душой мне подарок, Или это наказание? Сколько слов пустых, ремарок, Это не больней того молчания. Я не стону, не плачу, не рыдаю, Это уже в глубинах подсознания, Я медленно, но верно, кровью на бумаге истекаю, Губы улыбкой увековечат все страдания.

***

      И вот всё начинается сначала. Вновь излюбленный до тошноты свет лаборатории, которую Алису учили считать своим новым домом. Светлая, на первый взгляд незнакомая комнатка, а вот двенадцать лет назад она оказалась в ней же. Алиса хмыкнула, вспоминая, как возле маленького ребенка бегали всевозможные опекуны, те, кто играл роль докторов, и остальные. Сейчас же тишина. Никого. Ослепляющий белый свет, от которого нет чувства дома, только тошно смотреть.       Алиса рассматривала искалеченное тело, хотя боли как таковой уже не было. Искажённая левая рука, где теперь отсутствовал мизинец, выглядела будто кукольная, не своя, ненастоящая. Лицо на удивление оттерли от крови, нос был в целости и сохранности, так что выглядело вполне неплохо, пока девушка глядела с ужасом на неровно срезанные волосы в зеркало. Срез был косым, рваным, Алиса не могла отвести взгляд от этого. Переводя взгляд с покалеченной руки на волосы и обратно, она не знала, как восстановить это. Сглотнув, увидела перебинтованное плечо и вновь уставилась в зеркало возле кровати. Бинт поверх всей грудной клетки напомнил о грубом ударе в рёбра, но Алиса догадалась, что любые внутренние повреждения уже успели исправить. В ушах стоял шум тишины, по лицу прокатилась скупая слеза. Ей не было жаль, но своё тело было впервые непривычно видеть. Как будто она простая игрушка, которою в случае повреждения можно заменить. А где же душа? Которая скрипит от боли пережитого.       Алиса просидела в тишине ещё несчитаемое количество времени, иногда пугаясь резких вспышек. Порой видела лицо Нян. На душе скреблись кошки, особенно вспоминая подругу. Все их пережитые события... Остров Чи Джу До, дворец... Алиса в силу сильно затянутого бинта поперек тела с трудом дышала. В горле стоял ком потери, потери, потери и ещё раз потери!       Сколько людей было убито? Алиса ведь только обрела дом. И тут же его потеряла. Тревога начала охватывать тело, чувство, что она не справится, когтями начало дереть горло. Наспех она раз бинтовала повязки на теле, да смогла наконец сделать полноценный вдох. Слезы замылили глаза, хотелось всего того, что ей снилось. А снилось ли ей это? — Мэрген?       Алиса приподняла голову, протёрла мокрые глаза от слёз, всматриваясь в дымку Нян.       С другой стороны послышался иной шёпот. — Я не знаю, о чём вы, госпожа, но буду на вашей стороне.       От этого голоса горло сковало, родной облик всё ещё живого Тал Тала, так захотелось его обнять, да покрепче...       Ярость кипела в Алисе, уровень жалости к себе истёк. Атмосфера изменилась. Теперь слезы, текущие и оставляющие соленые дорожки на лице, были не из жалости и боли. Это были слёзы ярости. Гнева. Желания вернуть, то что принадлежит ей по праву. Вернуть своё.       Дымка рассеялась, хотя шум в ушах со временем нарастал. Иногда слышала голос Ён Би Су, порой Ван Ю. Возможно, слышался голос даже императора. — Заткнитесь!       Завопила Алиса, сжимая руками волосы, от осознания, что их теперь осталось просто минимальное количество, она взвыла сильнее, когда не смогла даже полностью поврежденной рукой сжать то, что теперь она смело назвала бы «патлами». — Замолчите, замолчите же!!       Девушка встала с кровати, и тут же упала на колени. Эфемерные шум и голоса усилились. Они обращались к ней, не как у Алисе, не как к Мэрген, а как к той мертвой девушке. Одновременно два сознания в одном. Открывая глаза, она мигом видела кого-то или что-то, уже не в такой обыденной и привычной форме. Теперь фигуры стали страшнее. Изуродованные и гнилые.       Алиса закричала, пытаясь отгородиться от них руками. На лице, на теле и руках начали ощущаться горячие прикосновения. Липкий страх смешался с дикой яростью. — Отстаньте!       Лицо застилали слезы, Алиса как в бреду махала руками, вот только ощущение прикосновений никуда не делось. Словно они въелись под кожу. — Не трогайте меня!!       Голос срывался на крик. Она ощутила себя грязной, неправильной, не такой. Всё шло не так, как должно было, или так и было предначертано? — Нет! Нет, нет...       Вопила Алиса, то сжимая волосы, то вставая с пола и буквально сразу падая. Голову плавила боль, но девушка подметила, что шрам больше не болел. На коже не было почти ничего кроме тонкой, едва видной полоски, напоминающей о прошлом.       Стены качались, мерещилось, будто кровь текла отовсюду, Алисе чудилось мёртвое тело Тал Тала, но подбежав, оно рассеивалось. Её рук касались самые разные люди, которые смотрели на Алису уже не как на человека, а как на отродье.       В голове мелькали и свои мысли, Алиса сопротивлялась, кричала. Тело переполняло чувство боли и неисчерпаемой ярости. То, что подавляло так долго — всплыло. Девушка начала крушить всё, что окружало её в этой комнате. Полетели бинты, стакан с водой, а затем шатенка разломала зеркало. Подошла ближе, глядя на кровь из носу. Снова. Подумала девушка, схватила осколок разбитого зеркала и резанула по волосам, делая срез ровным. А затем закричала и откинула его в стену с характерным звуком бьющегося стекла. Алиса уставилась на себя в зеркало. Потрёпанная шатенка смотрела на себя да не могла сфокусировать взгляд. Руки горели огнём. Глаза выглядели безумными. Лицо выглядело растерянно, но решительно. Алиса ударила кулаком в и без того разбитое зеркало. От всей свалившейся на неё информации девушка попросту потеряла рассудок.       Алиса дико кричала, боль в голове не давала ей возможности заткнуться. Голоса не стихали, лишь усилились. Перед глазами мелькали не те страшные фигуры, это были скорее смазанные, недоброжелательные пятна. Страх победил ярость. Место не было наполнено спокойствием. Алису одолела истерика, истошная, наполненная страхом. Сознание не выдержало такого наплыва информации. — Алиса сошла с ума в самом прямом смысле этого слова, — наблюдающий за этим, бывший наставник ухмыльнулся. — Доигралась, Алиса.

***

— Сиди смирно, — голос Талахая в тишине казался громче, нежели сам обладатель говорил.       Девушка, прикованная к стулу, сидела с каменным лицом, после десяток попыток вылезти из цепкой хватки бывшего наставника. Мужчине удалось примирить на время хаос бушующий изнутри шатенки, но с какой целью, девушка так и не поняла. Талахай посадил её на стул, но после побега девушки, закрепил руки и ноги в более устойчивом положении. Относительно трезво мыслить Алиса начала совсем недавно, после того как один из, в нынешний период, подчинённый Талахая, вколол успокоительное. Голоса стихли, стены перестали истекать образной кровью, а горячие прикосновения исчезли. Внутри погасло всё, что бушевало в девушке получасом ранее. Гнев потух, а страх перестал быть критично сильным. Осталось замешательство, так что девушка как только перестала кричать, а затем после долгого молчания, поинтересовалась. — И на кой черт ты меня сковал и тут держишь? — спокойно заговорила Алиса, с плохо скрываемой опаской. — Ну во первых, мы не всё решили. Во вторых, я всё ещё имею некую власть и планы на тебя.       Алиса сглотнула, такой разворот событий ей абсолютно не нравился. Имелось множество вопросов, а нужно ли задавать их шатенка не знала. Положение девушки совсем её не устраивало, но как всё изменить тоже не было идей. В глубине души даже было что-то подобное благодарности. После введённого препарата ей правда стало легче, но признавать это, в тем более выражать словами, девушка не планировала. — И поделись своими планами, — хмыкнула она, слыша, как стучит сердце. Это всё ещё было непривычно. — Ну давай побеседуем, ты всё равно ничего сделать не сможешь.       Сидящий напротив бывший наставник, рассматривал прикованную к стулу девушку с долей удовольствия. В голове у Алисы был вопрос, неужели у него нет как таковой подноготной, что бы могла объяснять его кровожадность. — Знаю вопросов много, но давай по порядку, — начал Талахай. — Во первых, ты и я все ещё в лаборатории, так как оба знаем теперь, что связывает нас с ней. Ты уже догадалась, что если умрёшь на земле, ты всё равно вернёшься в лабораторию. И то, что «высших миров» тоже не существует. Догадалась, так?       Мужчина замолчал, рассматривая лицо шатенки. Алиса кивнула, ощущая лёгкость на голове, после срезанных волос. Это казалось таким облегчением, такой тяжести на душе не было. — Вот и славно. Значит поняла, что я, как ты выразилась, держал твоё сознание под ключём? — спросил мужчина, зная, что ответ положительный. Иначе он бы не спрашивал. Завидев ещё один кивок, он продолжил. — Мучит вопрос почему? — А то, — Алиса выгнула бровь, показывая недовольство. — А ещё я жду подобный рассказ с самого твоего начала, ясно? — Ты не в том положении, чтобы выдвигать условия, Алиса. Но я тебя могу понять, — Талахай рассматривал реакцию на свои слова. Алиса же лишила его удовольствия лицезреть желаемые эмоции и с безразличным лицом молча ждала ответ. — Я был человеком второго сорта, со мной не считались, никогда не считались. Мои достижения присваивались всем, кому не попадя, но только не мне.       Алиса молча смотрела на рассказывающего бывшего наставника, паралельно думая, что делать со всей информацией, которая ляжет в и без того искалеченное сознание. — Я подавлял агрессию, жажду мести, жажду признания. В конце концов, я сдался. Ни своей армии, которая будет на моей стороне и станет каменной стеной и защитой. Ни отцовской любви, мать погибла при родах Танашири. Ни своих достижений, ведь все они не имели возможности олицетворять меня. Ни власти — всё досталось Тан Ке Ши, ведь он старший наследник, и Танашири, ведь она императрица. Ни сил, всё шло на учебу сестры и брата, им ведь важнее. А потом в конце концов даже любви я лишился, ибо струсил и не успел. Я винил себя, долгое время винил за всё, что было. А потом со временем ненависть и вина переросла в навязчивую идею мести. Я жил местью. Хотел отомстить брату, отцу, сестре, Ван Ю. Даже Тал Талу и Баяну. Всем служанкам и евнухам, всей армии, всем людям на свете. Ненависть направилась изнутри наружу, я начал нести смерть. Жестокость завладела мною раз и навсегда, и я уже не смог быть милосердным. Меня грызла вина каждый раз, когда я оставлял кого-то в живых, зная, что мог убить. Люди были недостойными.       Алиса смотрела на рассказывающего Талахая, с недоумением и горьким осознанием. Наравне быть нельзя, он подавлял всех, кто был сильнее, а стань сильнее она — подавит и её. Хотя, он собственно это и делал всё это время... Неужто у неё есть то, чего не достать ему? — И я таки взял своё. Немного позже дворцового переворота, который устроила Ки, я сбежал, как и Тан Ке Ши, когда отца и сестру казнили. Я не испытал горечи от их смерти, и даже стало жаль, что их убил не я. Затем искал Би Су, долго, но нашёл. Дом Орла помог, всё-таки они сотрудничали с моим отцом. И вот я нашёл её, вот только узнал, что она до ужаса влюблена в Ван Ю. Тогда всё, к чему я вёл снова уничтожилось, мне хотелось подчинить её себе, — с безумным блеском вёл разговор Талахай, а девушка всё сильнее испытывала отвращение к нему. — Тал Тал выдал её личность, хотя я и не знал, что он знает об этом, а потом ранил её стрелой. Её и Ван Ю поймали недалеко от трактира, люди Тан Ке Ши, она просила не убивать Ван Ю, но убить её, по словам одного воина Тан Ке Ши. Они убили её, догадываюсь, она умерла у него на руках.       Алиса шумно дышала, слушая на Талахая, который прервался от своего рассказа. Она всё сильнее поняла, что ничего кроме пустоши и тьмы в нем не сидит. Это была даже не любовь. Зависимость или скорее одержимость. Нервный смешок выдался из её уст, но бывший наставник не придал этому должного значения, лишь продолжил. — А затем я дал волю своим чувствам и заявился во двор, во время битвы Ки и брата. Была знатная резня, и он погиб от её рук. Эта женщина — настоящая конкурентка, но я злился, что она убила его, а не я. Лишила меня такого удовольствия... Я перебил кучу людей, убил практически всю гвардию, кучу служанок и евнухов, и как оказалось, в этой толпе была и ты.       Девушка пялилась на пол, под взглядом Талахая ей становилось некомфортно. Она даже представить себе не могла, что перед ней настоящий безумец. — А затем Ки приказала убить меня. Меня повесили, но перед смертью я знал, что ещё не всё кончено. Так и оказался в лаборатории. Начал тихо и незаметно проходить с поста на пост, иногда честно, иногда обманом, но кого волнует? — мужчина рассмеялся. — А как дошел до одного из открывающих мне кучу возможностей должность, нашёл всех тех кого убил, ведь души способны перерождаться. Кто-то с той же внешностью, в кто-то нет, зависит от смерти. И так я вычислил тебя, через Тан Ке Ши, которого заставил стать наемником, в тихую убивавшего всех тех, кого я приказывал,— немного помолчав, он добавил. — Спросишь зачем я это сделал?       Алиса недолго помолчала и просто кивнула, понимая, что за психопат перед ней. Бояться оказалось надо вовсе не Тан Ке Ши, а его. Вот и причина её смерти. Как всё просто. Манипуляции брата и вот и всё. — Мне так хотелось выместить боль, ведь оказалось этого недостаточно, чтобы она заткнулась глубоко внутри. Я искал Би Су и так, но в любом перерождении она была с кем-то другим, вечно влюблена во всех, кроме меня. Я был и на земле, но дойдя до нынешнего поста, я отдал эту возможность взамен на власть. Теперь мне было открыто лишь прошлое, и я пытался с помощью себя, а затем и других людей сделать так, дабы Би Су была моей. Но как ты поняла, моя затея провалилась с треском... И я правда тебе помогал, мне нужна была клятва, ради достижения своей цели, по когда я понял, что Би Су теперь заинтересована не в Ван Ю, а в тебе, моё мнение изменилось.       Мужчина замолчал, вглядываясь в лицо девушки, которая задумчиво сидела в своих мыслях.       "Не ситуация, а книга ужасов в реальной жизни" — Но потом ты начала вспоминать всё, это тебе свойственно, ведь ты оказалась там по моей воле, а не случайно. А потом узнал, что Тал Тал пичкал тебя настойками, причём при каждом заболевании, в нём был один из компонентов, случайно, думаю, но это лишь помогло ускорить процесс. Ты все узнала.       "Ну пиздец..."       В голове крутились одни маты, больше девушка не была способна ни на что. Удивление или возможно наоборот это было предсказуемо? Сказать, что испытывала шатенка, было сложно. Она и сама не знала, что чувствует, просто молча сидела и слушала. — Зачем тебе клятва? — наконец Алиса выдавила из себя сухой вопрос. — И это первое, о чём ты поинтересуешься? — с удивлением спросил Талахай. — Неужели больше ничего не интересует? — Не совсем... Тан Ке Ши убил меня, значит, из-за тебя, Тал Тала ты убил, чтобы манипулировать мной, понятны стали твои мотивы, тебя можно теперь прочитать, но никак не понять и не оправдать. Все те странности были не странностями, а настоящими настораживающими вещами. Ты поступил так, как ума хватило. Ты сумасшедший, но я теперь видимо тоже, — Алиса сделала глубокий вдох, а затем продолжила. — Теперь я поняла, что это за место, что это не невинные души, что рая и ада нет, зачем ты держал всю информацию от меня подальше до моих двадцати, всё стало понятно и очевидно. Больше вопросов кроме клятвы у меня нет. Наверное... — Хм, ну ладно. Ты собирала для меня артефакты, которые в сумме вместе с клятвой, дадут мне силу, которая поможет не брать под контроль время, но иметь возможность идти с ним в такт. Я смогу подчинять прошлое под себя без боязни эффекта бабочки.       "Твою мать.."       Ужас отпечатался на лице Алисы, на что бывший наставник улыбнулся. — И тогда я достану Би Су, мы заживём вместе и мне не нужна будет ваша чертова лаборатория.       Настала тишина, гробовая. Ни образов, ни голосов, ничего. — Что ты мне вколол?— раздался голос Алисы в тишине. Показалось непростительно её нарушить. — Адаптогены, — проговорил Талахай. — Не я, а один из моих помощников, отучился на фармацевта в определенном спектре. Он хорошо специализируется в этом. — И всё? Маловато этого для такого «спокойного» состояния, в котором я пребываю, — с подозрением спросила Алиса. — Умная девочка, не зря тебя выбрал для поиска клятвы, — мужчина хмыкнул, а девушку от этих слов в переносном смысле начало мутить. — Транквилизаторы. — Разве можно их комбинировать?...— голос сквозил страхом. — В малых дозах, но не переживай, зависимости не будет, ты под наблюдением врача. — Накачали не пойми чем, и говорят, будет всё хорошо, — Алиса восприняла это куда более спокойно, нежели хотела.       "Мразь"       Мысль о том, что ей что-то кололи пока та была не в состоянии противится, отвращала. Девушка смотрела в пол, иногда поглядывая на обрубленную фалангу. — А с этим, идиот, мне что делать? — нервозности как таковой не было, но вопрос всё ещё волновал шатенку. — Жить, Алиса. Мириться.       Алиса хмыкнула, знала, что лжет. Сам выглядел уже отправившимся. — А.. кхм, Тал Тал жив? — Знал, что спросишь, — Талахай посмотрел на Алису как-то странно, разочаровано или скорее грустно. — Жив.