Ingyentsim

Две недели спустя… Ту ночь и почти все остальные после нее Ло’ак и Тирея провели вместе на том же месте за пределами пещеры. Эти моменты уединения были лучшими за весь день. Юные влюбленные, говорили, смеялись, целовались, и каждый момент был наполнен нежность и счастьем. Тирея с каждым днем всё больше чувствовала, что каждая клеточка ее тела воспринимает Ло’ака как часть себя, как гармонию и согласие. Она чувствовала, что эта простота и искренность, которые были между ними, были самым ценным сокровищем в ее жизни. Однажды вернувшись в лагерь после очередной ночной вылазки они к счастью обнаружили что вновь их отсутствия никто не заметил. Тирея всё ещё переживала, что их отношения с младшим Салли могут воспринять в штыки и пока уговаривала любимого ничего не говорить никому. Юноша много раз успокаивал ее и был уверен что все отнесутся с пониманием, однако давить на нее не стал. Однако на очередном утреннем приёме пищи со всем кланом, семья Салли, да и другие тоже не могли более не замечать как парочка влюбленных без стеснений обнимается, кормит друг друга с ладони и шепчется, посмеиваясь переодически. Все многозначительно смотрели на них, прекрасно уже всё понимая, однако ожидая объяснений, чтобы подтвердить их мысли. Но старший сын Салли, наблюдавший за ними не отрываясь наконец не выдержал. За эти две недели его терпение иссякло, мозг уже кипел, а внутри все клокатало от переживаний, что, внезапно ставшие такими нежными и тесными, отношения Тиреи и Ло'ака именно то, о чём все говорят. Если сейчас он наконец не получит точное подтверждение этих слухов и его собственных суждений, то точно взорвётся от напряжения.       — Может скажете наконец? — спросил чересчур резко Нетейам, не сдержавшись. Но после сбавив обороты от озадаченных взглядов окружающих, спокойнее с дрожащим сердцем от опасений спросил: — Между вами что-то есть?       — Признавайтесь уже, — поддержала Кири, пихая младшего брата локтем в бок. Ло’ак широко улыбнулся и, вздохнул глубоко, собираясь уже ответить, однако Тирея схватила его за руку и посмотрела с паникой в глазах, отрицательно качая головой. Юноша погладил ее по руке и прошептав, что всё будет хорошо, наконец ответил: - Мы с Тиреей теперь вместе, - спокойно ответил он и демонстративно перепел их пальцы от чего девушка зарделась, смущённо улыбаясь. Все отреагировали более чем сносно. Отчасти потому что уже обо всём догадывались и теперь просто убедились во всем. И даже Нейтири, за чью реакцию Рея переживала больше всего, была рада тому что сын обрел любовь. В конце концов теперь Тирея была одной из них. Для Нетейама эта новость стала ударом. Он поверить не мог что Тирея выбрала его брата. В смешанных чувствах, разбитый он оставил их сказав что рад за них, но Тирея заметила что с ним что-то не так. Она хотела было пойти за ним, однако поняла что это будет выглядеть странно и к тому же заметила что за ним уже побежала Лейси’са. После окончания према пищи, у Реи имелся очень серьёзный безотлагательный разговор к вождю клана.       — Ма оло’эйктан. Я забыла сказать вам вчера, — начала она, ее голос был слегка взволнованным. — В лесу, далеко отсюда, я заметила, что небесные люди недавно построили новую научную базу. Я наблюдала за ними шесть дней, и видела, как туда привозят в клетках диких животных, пойманных в лесу, а также… пленных. На’ви. — на этих словах вождь напрягся. — Я заметила что каждые два дня ночью туда прилетают вертолеты, выгружая новое оборудование, а взамен забирая какие то черные контейнеры со странным символом на крышке. Джейк кивнул, нахмурившись.       — Что, по-твоему, в них?       — Я не знаю, но мы должны это проверить. А вдруг это серьезное оружие? К тому же мы должны освободить пленных. — Ее слова повисли в воздухе, подпитывая напряжение между ними.       — Ты права, — ответил он, его голос был ровным, но с нотками напряжения. — Когда вертолеты должны вернуться? Тирея лихорадочно соображала, вспоминая.       — Если я ничего не путаю, это должно произойти завтра ночью.       — Тогда нам пора действовать, — заявил решительно Джейк, в его глазах вспыхнул азарт. — Сегодня на вечернем совете я объявлю наш план действий.       — Спасибо, ма оло’эйктан.       — Тебе спасибо. Ты молодец. — кивнул подчтительно Джейк, похлопав ее по плечу. Вождь направился собирать воинов, готовых отправиться в бой, а Рея решила навестить тсахик и других лекарей и предложить им свою помощь в лечении раненых. За время одиночества в лесу ей многому удалось научиться в целительсвте на собственном опыте. Верхний Лагерь. Склад Оружия. Опусташенный и сломленный Нетейам сидел на полу в маруи в которой хранилось боевое снаряжение и пытался заглушить свои душевные стенания и боль разбитого сердца. Ему было очень плохо. Он хватался руками за голову, пытаясь унять пронзающую его боль. Она проедала дыру в груди и росла. Скоро она его вовсе одолеет.       — Нет… нет! — кричал он от злости и отчаяния, ударяя кулаком об пол. — Этого не может быть! Не может!!! Неожиданно в маруи зашла Лейси’са, услышав крик.       — Ма Нетейам! — она подбежала к нему увидев его сидящим на полу уткнувшимся лицом в колени. — Посмотри на меня. Что случилось? Он поднимает на нее взор пустых глаз, долго молча всматривается в них словно пытаясь найти ответ на свой вопрос, но неожиданно со всей страстностью целует, прижимая девушку к себе. Лейси’са в начале опешила и попыталась его отстранить, но когда он вновь притянул ее к себе, не медля зря, ответила на поцелуй, томно и сладостно вздыхая. Но не успела она обрадоваться и переместиться на его колени, обхватывая шею руками, как это чудесное мгновение закончилось.       — Нет. — произнёс резко на выдохе Салли, отстраняясь от Лейси’сы. — Не то, — добавил он с предыханием, глядя безликим отчужденным взглядом на неё. Он ничего не чувствовал к ней. Ни единой искры в нем не вспыхнуло.       — Что? — растерялась Лейси’са. — Что это всё значит, Нетейам? — спросила требовательно она, обиженно взирая на него, когда он поднялся, сместив ее со своих колен на холодный пол.       — Прости…мне не стоило, — сожалеюще произнёс он. — Не подумай ничего. Просто я… — он тяжело вздохнул и так и не сумев ничего придумать себе в оправдание, молча ушёл, оставив девушку в смятении и размышлениях до конца этого дня. Вечер. Лагерь Оматикайя, шатер для собраний. Тщательно всё обдумав Джейк предстал перед Народом со своим планом действий, касаемо их новой задачи по спасению пленных и захвата предположительно нового оружия. Было решено сделать два отряда. Один, верхом на икранах, нападёт на вертолеты, которые будут перевозить оружие, а другой во время обмена грузами должен будет проникнуть внутрь базы. По словам Тиреи она была не такой уж большой и защищалась не так серьёзно как Город-плацдарм. Так что задача в полне выпонимая. Но требовались лучшие воины по части скрытности. Тирея была одним из них, учитывая сколько времени она скрывалвсь в лесу одна. К тому же девушка сама вызвалась, несмотря на протесты Ло’ака, переживавшего за нее. Но она единственная кто лучше всех знал базу и ему пришлось уступить.       — Я тоже пойду с ней. — неожиданно вызвался старший сын оло’эйктана. Джейк серьёзно посмотрел на него.       — Я знал что ты вызвешься. Но это слишком опасно. Ты не пойдешь. Ты будешь с другими атаковать вертолёты с грузом. — отрезал вождь. — При всем уважении, отец. — возразил юноша. — Но я больше пригожусь в группе с Тиреей. Ты ведь знаешь что в плане скрытности я могу сравниться с лучшими. Я должен пойти с ней. Джейк задумчиво посмотрел на него, потом на обеспокоенную жену и наконец кивнул. Юный Салли благодарно улыбнулся. Теперь он сможет защищать Тирею, чего хотел сейчас больше всего.       — Значит мы с тобой в одной команде на завтра? — подскочила к нему Рея, когда все стали расходится. — Напарники. — улыбнулась она.       — Похоже на то. — сухо ответил Нетейам, шагая вместе с ней.       — Всё хорошо? Ты какой-то слишком уж мрачный.       — Всё отлично. — соврал он и тяжело вздохнул. — Просто… могу я задать тебе довольно личный вопрос?       — Задавай уж. Раз захотел. Салли немного помедлил.       — Ты правда любишь… моего брата? — спросил равнодушно как мог. — Мне очень важно это знать. Тирея предполагала почему ему так это важно, возможно потому что он переживал не разобьёт ли она сердце его брату. Она потянула паузу, не замечая его пытливого взгляда.       — Да… люблю. — Нетейам рвано ввдохнул. Остро, прямо в сердце, уколола боль. Он отшатнулся, словно его ударили, залепили невидимую пощёчину.       — Ты уверена? — спросил он, не скрывая своего настроения. Тирея покрылась мурашками. Она не могла не заметить, как его голос звучал напряженно и немного сердито. «И почему он такой серьезный?» — подумала Рея, неловко глядя на него.       — Полностью. — ответила уверенно. — Мне с ним спокойно, легко. Я вижу что он искренне любит меня и готов на многое. Я чувствую себя счастливой рядом с ним. — между тем продолжила Рея улыбаясь мечтательно о чем-то явно хорошем вспоминая. Салли тяжело сглотнул ком в горле. Постарался ровно дышать, не поддаваясь эмоциям. Теперь ему уже точно ничего не исправить. Он опоздал. Упустил свой шанс.       — Я… желаю счастья вам, — слова царапали стенки горла и неприятно вязли во рту. Салли невозможно было скрыть горечь от осознания, что она выбрала другого. Да ещё кого?! Его родного брата. Рея посмотрела на него снизу вверх. На мгновение ей показалось, что у него задрожал подбородок. Однако он выпрямился, посмотрел прямо и собрался уходить. Рея поймала взгляд его янтарных глаз и поняла, что что-то не так.       — Нетейам, постой. Но он уже ушёл, оставляя ее. Оставшийся день был потрачен на подготовку к завтрашней миссии. И за всё это время старшего сына оло’эйктана никто не видел. Верхний Лагерь. Ночь. Тирея заворочилась в гамаке, услышав странные шорохи и чувствуя что на нее кто-то смотрит. Она медленно открыла глаза. Слабый, но решительный голос прорвался сквозь тьму:       — Когда тебя схватили, я почувствовал это, словно кусок льда прорезал мое сердце.       — Вот черт! — воскликнула Рея, подскочив в гамаке и увидев в палатке Салли.       — Но я верил, что ты вернешься. Я держался за эту веру, — продолжил он.       — Ч-что? Ты что здесь делаешь? — Рея была в смятении. Нетейам стоял перед ней у порога, держа в руках накидку. Он казался нервным, неотступно смотрел на Рею. Он сам всё не мог понять, что творит, зачем. Будто чья-то чужая воля вела к ней, безостановочно тянула.       — Ничего, — бросил он, пытаясь сказать хоть что-то, но слова застревали у него в горле.       — Что-то случилось? — спросила Рея, чувствуя, что что-то странное происходит. Парень с пылающими глазами, стоял перед ней, сжимая в руках какую-то ткань.       — Хотел принести тебе накидку. Ночью холодно бывает. Тирея нахмурилась, поднимаясь медленно с гамака, не сводя с Салли глаз.       — Так я могла бы огонь развести. — кивнула она на очаг и он проследил за ее взглядом.       — Да точно. — Нетейам пошатнулся, хватаясь за голову. Тирея с удивлением посмотрела на него заметив что речь его как-то странно звучит, а глаза будто расфокусировались.       — Нетейам, всё хорошо? Ты неважно выглядишь., — сказала Рея, пытаясь разгадать загадочное выражение лица парня. Она почувствовала, какое-то напряжение в воздухе,       — Всё нормально. Я лучше пойду. — шатаясь, юноша побрел к выходу.       — Стоять. — Рея сделала рывок вперёд и схватила его за локоть. Нетейам не сопротивляясь развернулся назад и безвольной куклой упал на нее, еле стоя на ногах. — В таком состоянии я тебя никуда не отпущу. Ну-ка. Садись. Придерживая его за туловище, Тирея усадила парня на пол, возле стены.       — Вы — просто чудо. — пробурчал пьяно Салли, улыбаюсь нескладно. Тирея выгнула бровь, щелкая пальцами у него перед глазами, чтобы он сфокусировался на ней.       — Правда? Мы обе?       — Да. Тирея усмехнулась, тяжело вздыхая.       — Всё с тобой ясно. И как тебя только угораздило? Что случилось такого? Он поднял голову, с вздрагивающими, саднящими губами, с глазами, к которым подкатила вода.       — Почему он? — спросил вдруг, сжимая губы. Рея озадаченно нахмурилась не понимая о чем он. — Ну почему? Почему?! Почему именно он?! — стал всё громче повторять юноша, учащенно дыша, вцепившись рукой в волосы.       — Тихо, тихо. — Рея обхватила руками его лицо, садясь на колени перед ним. — Всё. Я ничего не понимаю. Может, просто скажешь, что произошло из-за чего ты так напился … и мы перестанем?       — Ничего не произошло, — Нетейам старался говорить как можно равнодушнее, хотя внутри, под рёбрами, заныло вдруг, рябью пошло по телу, защипало и закололо во всех местах сразу, стоило подумать что она и его брат… . — Уйди… пожалуйста, — он добавил это «пожалуйста», чувствуя, как на лбу и на спине выступают холодные капельки пота, вздрогнул, проговаривая, и предательски поехал голосом куда-то вниз. Словно совсем о другом просил.       — Так это ты ко мне пришёл. Забыл? — напомнила девушка, выгнув бровь. — Из-за чего это всё? Расскажи мне. — провела ласково ладонью по щеке. Он сжал пальцами виски шумно выдыхая.       — Неважно. Рея, не переживай за меня. От такого не умирают. Нормально всё будет. Я просто… хотел сейчас… ну, когда вломился сюда… посмотреть на тебя. Посмотреть, чтобы запомнить. Просто запомнить тебя, а потом уйти и больше никогда никого не видеть, — выдохнул и собрался уже встать, но вновь тяжело осел.       — Ты что говоришь? Куда это ты собрался уходить? — забеспокоилась девушка. — А как же мы? Твоя семья? Друзья? Лейси’са? Ради них не хочешь остаться?       — Хочу. Но не могу. Не могу видеть как вы… — он не договорил вдруг громко закашлявшись. Горло сдавили поступающие эмоции и ещё больше саднило из-за выпитой кавы.       — Сиди здесь. Я принесу воды. — Девушка быстро поднялась, схватила кувшин с водой у очага и услышала вдруг глухие сдавленные рыдания позади себя. Нетейам стал задыхаться. Захлебываясь собственными слезами. Салли сидел сгорбившись, зажмурив глаза и вцепившись зубами в запястье, пытаясь сдержать накотившие рыдания. Подавить душевную боль физической. Рея в ужасе замерла, видя, как под кожаный наруч тонкой струйкой стекает кровь по его руке. В следующую секунду отмерев она тут же подскочила к нему обратно, выронив кувшин.       — Нетейам. Открой глаза. Посмотри на меня! — умоляла девушка, сжимая его плечи. Он нерешительно с ее пятой просьбы наконец открыл глаза. Пустые. Красные, залитые слезами. — Тише, тише, успокойся, — успокаивала Рея, глядя в его расширившиеся зрачки. Но юноша по-прежнему сжимал зубами запястье, кровавые дорожки протянулись до самого локтя, такие же — мокрые, только без крови, ползли по его бледным щекам. Он вздрагивал, судорожно прижимал колени к груди, сжимался и стискивал. Стискивал и стискивал зубы. Рея уже начала паниковать, не зная как успокоить его. Того и гляди он изувечит себе руку, что зашивать придётся.       — Нетейам! — Рея судорожно дыша, встряхнула его, но это ничего не дало. — Нетейам! — она схватила его за плечи, пытаясь разогнуть, выпрямить. — Нетейам! От нервов туго сдавило горло девушки, словно на шее вновь затянули ошейник. Задрожали пальцы, не в силах справиться с чужими, сведёнными судорогой мышцами. Тирея обхватила ладонями его лицо, приподняла вместе с закушенной, побелевшей рукой.       — Посмотри на меня, — умоляла она как можно нежнее. — Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, посмотри на меня. — Рея стала покрывать поцелуями его лицо, его бедную окрававленную руку. Салли наконец моргнул, хоть как-то реагирую. Рея увидела чёрную пропасть его расширенных зрачков, заливших всю радужку, до краёв. — Видишь? — спросила, проталкивая колено, между его грудью и притиснутыми к ней ногами, разгибая с силой, и тут же усаживаясь сверху, прижимая к полу, не давая согнуться снова. — Видишь меня? Я здесь, — повторила, тяжело дыша, и схватилась за стиснутую зубами руку. Переплела свои пальцы с его — холодными и дрожащими. — Отпусти. Тейам, отпусти, пожалуйста. Тирея не поняла, что именно сыграло решающую роль — то, как она говорила, смотрела, гладила его ладонь, или сорвавшееся с губ имя каким его называли лишь близкие, — но Нетейам разжал зубы и, захлебнувшись слезами, всхлипнул и уткнулся лицом в ее шею. Припал грудью к груди, запустил пальцы в спутанные волосы и разрыдался.       — Я тебя так… так сильно… так, — шептал он сквозь рвущиеся наружу рыдания, не в силах выговорить всю фразу целиком, собрать её из ускользающих слов, удержать, — так люблю тебя, так…       — Что ты сказал? — обхватив его лицо ладонями переспросила Рея, вздрогнув. Не открывая глаз, он поцеловал запястье, сжал её пальцы. Любовь распёрла рёбра изнутри, слишком необъятная, чтобы носить в себе.       — Что люблю тебя. — повторил без стеснений твердо. — Разве ты этого так и не заметила? — Он не планировал признаваться. Даже не задумывался, всё вышло само собой, но он ни о чём не жалел.       — Так ладно. — встряхнулась Тирея, сглатывая тяжело. — Ты пьян и тебя сейчас тянет на сантименты. Ты не понимаешь о чём говоришь. Она хотела встать, но он удержал и вновь усадил себе на колени.       — Нет. Я абсолютно трезво мыслю сейчас и знаю что говорю. Я правда люблю тебя. Я не могу больше прятать свои чувства, Рея. — сглятывая с волнением в голосе произнёс он. Нетейам понимал, что режет. Режет всё, что их связывало. Понимал, что это неправильно теперь и как только договорит — не останется ничего, кроме пустоты и одиночества. Но больше не было сил сопротивляться.       — Я люблю тебя. — выдохнул и подался вперёд прижимаясь лбом к её плечу. Он завороженно смотрел, как её кожа покрывается крохотными мурашками. Чувствовал, как быстрее забилось её сердце, и аромат стал сильнее. Ладони опустились на плечи, Нетейам прерывисто вздохнул и коснулся губами голубой вены на шее. Собственное сердце сошло с ума, грохотало так, что он не слышал ничего, кроме этого стука. Тирея шумно выдохнула, словно всё это время не дышала. Может, так оно и было, просто он не заметил. Снова поцеловал, на этот раз чуть выше, приоткрыв губы.       — Нет. — прошептала с хрипотцой она.-Не будь жестоким.       — В чем жестокость? — удивился юноша.       — Зачем ты так со мной? Зачем издеваешься? Ты все узнал и теперь хочешь поиграть на моих чувствах, да? Думаешь мне недостаточно было больно? Думаешь я недостаточно слез пролила из-за тебя? — разозлилась вдруг девушка, поднимаясь на ноги. Нетейам в миг протрезвел окончательно. О чём это она вообще?       — Что? Нет! Нет! О чем ты говоришь? Я не играю. Это правда. Клянусь! Я люблю тебя. Я думал что должен отказаться от тебя чтобы ты была счастлива. Но я не смог. Он замолчал так и не договорив услышав вдруг тихие всхлипы. Надорванные. Беспомощные. Терзающие тем, что они есть. Есть, когда не должны быть.       — Прекрати. Хватит, — отвернувшись, бормотала Тирея, плача.       — Рея? Почему ты плачешь? Рея. — он подошёл к ней медленно, кладя руки на ее дрожащие плечи. Он совершенно был сбит с толку.       — Я не могу это слушать. Как ты можешь говорить мне такое? Ты обручен! — воскликнула она сердито, оборачиваясь.       — Я исправлю это. Только скажи что хочешь этого. И я всё сделаю чтобы расторгнуть помолвку.       — Ты… т-так просто об этом… — зубы Реи начали отбивать дробь, внутренности заледенели. Так легко, спокойно, словно о погоде рассуждает! — Ты хоть представляешь какие последствия будут? Что с тобой будет? Со мной?       — Это неважно. Главное мы будем вместе. — прошептал проводя ладонью по щеке, задыхаясь, чувствуя, как ускользает меж пальцев годами выстроенный самоконтроль Рея невольно прикрыла глаза поддаваясь ласке. Слова когда-то возлюбленного заставили ее сердце сжаться и начать биться еще быстрее. Она не знала, как отреагировать, как воспринять эту новость. Но в то же время она чувствовала, что что-то давно пряталось в ее сердце, и только сейчас это открылось. Выжигаемые месяцами чувства кажется стали медленно распаляться вновь. Она думала что ни что их уже не воскресит. Что не чувствует к нему больше ничего. Но как оказалось…        Рея вздрогнула, почувствовав горячий поцелуй на шее, молнией простреливший тело. Ресницы дрогнули, опустились, губы слегка приоткрылись, словно приглашая поцеловать.       — Я твой. Если позволишь. — шепнул Салли, поглаживая губами кожу ее скулы, шумно втягивая носом её запах. Горячая тяжёлая ладонь заскользила по бедру. И в тот же миг разуму Тиреи наконец вернулась ясность. Всё зашло слишком далеко.       — Нет. — выдохнула жалобно она, оттягивая Салли за волосы от себя, слыша в ответ рваный вздох. — Я не…не могу. — задыхаюсь, промолвила она, отходя от него. Внизу живота тянуло, слабая боль окончательно отрезвила, вышвырнув в реальность. Распахнув глаза, Тирея задышала часто-часто, захлёбываясь воздухом. Она только что чуть не отдалась другому, по собственной воле. Обмануть саму себя не получится — ей понравилось. Захлестнувшая страсть сокрушила своей силой, заставила потерять голову. — Дыши. Дыши, Рея, — донеслось словно сквозь толщу воды. — Дыши, — повторил Нетейам, мягко приподнимая её голову и заглядывая в испуганные глаза.       — Что мы творим? Так нельзя. Это неправильно. — Рея прижала ладони к груди, не в силах скрыть смятение, вызванное его словами и всем, что только что произошло между ними.       — Невозможно устоять когда любишь с такой силой.       — Хватит! — возразила она, понимая что ещё хоть слово и она потеряет контроль. — Уходи. Убирайся отсюда! — девушка толкнула его в грудь, заставляя отступить.       — Рея. — поникшим голосом произнёс Нетейам, опустив уши с болью взирая на нее.       — Просто уйди. — умоляла девушка. — Прошу тебя. И забудь всё. Забудь меня. Несколько секунд он стоял на месте, не желая уходить, но видя что сейчас Тирея не готова его принять и выслушать, решил отступить. Пока.       — Хорошо. Я уйду. Но я не забуду.       — Придётся. — всхлипнула Рея. — Ведь я… не люблю тебя. И не нужно ничего делать, чтобы только быть со мной. Я не хочу этого. Не хочу быть с тобой. Ты мне не нужен больше. Больше? Нетейам зацепился за это слово. Рея прикусила язык понимая что едва не проболталась.       — Не надо делать признаний, в которых не уверена. Когда придёт время, ты искренне скажешь о своих чувствах. — с горечью, но спокойно проговорил он и нехотя покинул жилище, оставляя ее наедине со своими мыслями и чувствами в которых ей предстояло разобраться. На следующий день. Джунгли. Ночь. На’ви пробирались через лес, бесшумно двигаясь под тенями древних деревьев. Чем глубже они заходили, тем больше воздух становился заряженным ожиданием и опасностями. Когда они приблизились к периметру базы, вдалеке замерцали ее тусклые огни. Резкий и в силуэт здания выделялся на фоне лунного неба. Шесть на’ви среди которых были Нетейам и Тирея притаились за зарослями прямо за сетчатым забором, окружавшим объект. Их дыхание было поверхностным, сердца колотились.       — Мы на месте. — передала по рации Тирея, осматривая местность. Несколько охранников патрулировали вход, их силуэты двигались с военной точностью, но в остальном было относительно тихо.       — Они на взводе, — заметил Нетейам, притаившийся рядом с ней. Тирея почувствовала неловкость, всё ещё не отойдя от того что было прошлой ночью. — Если мы правильно рассчитаем время, мы сможем пробраться внутрь, когда они будут сосредоточены на разгрузке.       — Верно. Сперва им нужно было проникнуть в главное здание базы, расположенное в ее восточной части, чтобы саботировать отказоустойчивость помещений, где преположительно держали пленников. Напряжение сковало их, как тиски. Осторожными движениями они приблизились к забору, держась в тени и ныряя за деревьями. Специальным прибором незаметно обесточив его от электричества и сделав небольшую дыру в заборе, они проскользнули внутрь, надеясь, что их не заметят. Внутри объекта машины жужжали, и рабочие с бешеной скоростью перетаскивали ящики. Они наблюдали, как вертолеты начали снижаться, гул роторов нарушал ночную тишину. Сердце Тиреи забилось быстрее. Сейчас или никогда. Разобравшись незаметно с двумя УМП, патрулирующими внутренний двор, и еще одним солдатом на дальней стене, в тот момент, когда вертолёты приземлились Как только с врагами было покончено, Нетейам жестом велел следовать за ним к задней части здания. Забравшись по трубам и балкам на крышу они как можно тише и незаметнее постарались избавиться от пары солдат, что ходили там, после чего выбили заслонку в вентиляции и пробрались внутрь. Чтобы пробраться дальше, нужно было открыть отсек с помощью Системного электронного манипулятора. Добравшись в системный отсек они сломали генератор. После этого на складе закричала сирена, оповещающая о том что система вентиляции не работает, как в прочем и другие. Когда они продвигались глубже в здание, их окутывал тихий шум машин и голосов, но никто из рабочих, казалось, не замечал незваных гостей, проскользнувших сквозь тени. Глаза На’ви расширились, когда они увидели один из тех черных контейнеров — те самые, которые они видели загружаемыми в вертолеты. Если всё пойдёт по плану, второй отряд должен будет захватить сегодняшнюю перевозку и тогда они наконец узнают что в находится. Но любопытство Тиреи взяло верх, и она приблизилась к столу, где один из контейнеров стоял полуоткрытым. Когда она наклонилась ближе, ее напугало какое-то движение. Салли схватил ее за локоть, потянув назад как раз вовремя, когда из соседнего коридора появилась фигура. Мужчина был высоким, с планшетом в руке, не замечая их присутствия. Они затаили дыхание, ожидая, когда он пройдет.       — Всё готово. Они в вашем распоряжении, — с улыбкой передал он по рации кому-то, проходя мимо в кислородной маске. Как только он ушел, На’ви вышли из укрытия и двинулись дальше. Впереди оказалась развилка: три коридора с камкрами и им пришлось разделиться на пары, чтобы проверить сразу все.       — Я пойду с тобой, — сразу заявил Салли.       — Хорошо, — сказала она, крепче сжимая заряженный лук, смесь страха и адреналина раздирала ее изнутри. — Мы проверим те камеры, а вы другие. Они разделились и направились к камерам. Как только Тирея потянулась за СЭМ, чтобы открыть первую, они с Нетейамом услышали голоса, эхом раздающиеся из коридора. Паника охватила ее, и они бросились искать место, чтобы спрятаться.       — Куда нам идти? — прошипел Нетейам.       — Туда! — Тирея указала на небольшой отсек для хранения оборудования. Они втиснулись внутрь, их тела плотно прижались друг к другу, а голоса тем временем становились громче. Минуты казались часами, пока они затаили дыхание, надеясь, что их не найдут. Наконец голоса стихли, и они осторожно выбрались из своего укрытия и добрались до камер.       — Всё. Вы свободны! Уходим! — открыв первую камеру, где сидели пятеро на’ви, скомандовала Тирея. Но воины так и продолжали сидеть на полу с ничего не выражающими лицами. Словно они не живые или роботы.       — Быстрее! Идём! — повторил более жестко Салли, нервничая и не понимая что происходит.       — Они никуда не пойдут. — раздался вдруг насмешливый грубый мужской голос, который Тирея никогда не забудет. Она медленно обернулась и кровь в ее жилах тут же вскипела стоило ей увидеть шагающего к ним Аватара в армейской форме.       — Ты?! — прорычала девушка, оскалившись на Куоритча.       — Лучше тебе сейчас беспокоиться о них, — едко усмехнулся тот, кивая ей за спину.       — Что? — девушка обернулась и увидела как на нее и Нетейама наступают те самые плененные На’ви. Лица и глаза их по прежнему ничего не выражали. Ноль эмоций. Нетейам и Тирея попятились, не понимая в чём дело и почему они себя так ведут.       — Взять их. — скомандовал Куоритч и пятеро На’ви набросились тут же на них.       — Нет. Стойте! — сердито рычал Салли, отталкивая от себя воинов, не желая применить оружие против своих.       — Отпустите! Живо! Что вы творите?! — кричала Тирея, пытаясь освободится и при этом не причинить вреда На’ви. Но всё было бесполезно.       — Это не поможет. Они подчиняются мне. — злорадствовал Куоритч, наблюдая за всем со стороны. Их обезоружили, забрали рации и все другие предметы, которые могли им хоть как-то помочь сбежать.       — Предатели! — зло воскликнул Салли, ударяя по окну карцера в который их с Тиреей швырнули и заперли. Его яростный взгляд метался по лицам На’ви. — Что с вами? Как вы могли?!       — О, не сердись. — хохотнул зловеще полковник, подходя к двери. — Они здесь не причём. Это всё благодаря ей. — кивнул он на Рею.       — Что это значит? — сердито прошипела девушка, испепеляя его взглядом.       — Ты сама знаешь, Галатея. Или Тирея. Кто тебя теперь разберет? Неважно. Посидите пока здесь. С вами мы позже разберёмся.       — Трус! Открой клетку и сразись со мной! — прорычала Рея       — В другой раз, дорогуша, — усмехнулся он и довольный ушёл, уводя за собой пленных На’ви, которые добровольно как солдаты шли за ним. В тускло освещенных помещениях тюремной камеры царила тяжелая атмосфера отчаяния. Кулаки Тиреи ударили по армированному стеклу, отражаясь в гробовой тишине.       — Нам нужно выбраться отсюда и освободить их, — прорычала Тирея низким и яростным голосом. Она повернулась к Нетейаму, чей лоб был нахмурен в беспокойстве.       — Как? — спросил он, взглянув на дверь, как будто она могла волшебным образом распахнуться. Сердце Тиреи упало. Они оказались в ловушке, с леденящим душу осознанием того, что время ускользает. Казалось, что гнетущие стены смыкаются, душит каждый их вздох.       — Я… я не знаю, — ответила она, пытаясь обрести спокойствие. Но сомнение затаилось в глубинах ее разума, скручивая ее мысли, как прутья их тюрьмы.       — Не теряй надежды, — раздался внезапный голос из тени, напугав их обоих. Появилась фигура — темнокожий мужчина, в белом халате учёного, с острыми и живыми от нетерпения глазами. В руках он держал точь в точь такой же системный электронный манипулятор, какой дал Тирее Макс.       — Кто ты? — спросил Нетейам, в его голосе слышалось подозрение.       — Твой друг, — сказал незнакомец, подходя ближе к стеклу. — Я пришел помочь вам. Вы должны уйти отсюда — времени нет. Тирея и Нетейам обменялись растерянными взглядами, их инстинкты боролись между доверием и недоверием.       — А остальные? Те что пришли с нами. Где они ты знаешь? — надавила Тирея, прищурив глаза.       — Я подслушал кое-что. Вы не единственный, кого они схватили; других увезли в лаборатории. Но на вас у них другие планы. Поэтому нам нужно действовать быстро. — Мужчина оглянулся через плечо, словно ожидая появления охранников в любой момент.       — Ладно, но почему мы должны доверять тебе? — выпалил Нетейам с недоверием глядя на него.       — Потому что я помогаю вам. И в данный момент очень рискую своей жизнью, — настаивал мужчина, пытаясь открыть с помощью СЭМ дверь карцера. Быстрым движением он отпер камеру и распахнул дверь. — Теперь бегите по этому коридору, и найдите аварийный выход. Держитесь тихо. И возьмите это с собой, — проинструктировал он и передал им СЭМ. — Чтобы открыть дверь. Как пользоваться вы наверняка знаете.       — Если ты за нас, почему ты не хочешь пойти с нами? — спросила она, и в ее словах звучала настойчивость. Выражение лица мужчины потемнело.       — Я не могу. Они скоро вернутся, и я не могу рисковать, чтобы вас из-за меня поймали. Возьмите лучше это, вместо меня. — Он протянул им маленькую флешку. — На ней важная информация. Найди Макса и передай ему. И ещё передай ему… передай ему «привет» от Александра, если выберешься. Мужчина уже хотел броситься прочь, услышав странный шум.       — Подожди! Откуда ты знаешь Макса? — остановила Тирея в замешательстве.       — Неважно! Просто иди! — он настаивал, и в его голосе проскользнул намек на панику. У них не было времени на вопросы. Нетейам схватил Тирею за руку, их пальцы сцепились вместе со стальной решимостью. Вместе они бросились по коридору, их сердца бились синхронно. Коридор был узким и темным, лабиринт из стали и бетона. Тусклые аварийные огни зловеще мерцали, когда они бежали. Тирея чувствовала, как адреналин хлынул по ее венам, побуждая ее сильнее поднажать, чтобы избежать этого кошмара.       — Как ты думаешь, мы можем доверять ему? — спросила Нетейам, оглядываясь назад, когда они резко повернули налево.       — Нет времени думать об этом. Мы должны сосредоточиться на том, чтобы добраться до лагеря, — ответила она, крепко сжимая в руках СЭМ и запихивая на ходу маленькую флешку себе за пояс. Когда они достигли тяжелой стальной двери, они остановились, прерывисто дыша. Тирея внимательно прислушалась к звукам. Тишина была их лучшим другом — по крайней мере, сейчас. Открыв дверь они тут же выбежали на улицу, оглядываясь по сторонам. Заметив большие клетки во дворе, в которых держали диких напуганных животных Тирея притормазила.       — Стой!       — Что такое? — оборачиваясь, спросил напряжённо Салли.       — А как же они? Мы не можем оставить пленных и животных здесь! — сказала Рея, сверкнув глазами. Образы захваченных На’ви преследовали ее мысли, их лица слились воедино в какофонии страха и отчаяния.       — Придётся! Ты видела их? С ними что-то не так и мы не знаем как им помочь. — быстро проговорил он, хоть ему самому не хотелось это признать и бросать своих, но… — Мы не можем вернуться! Нас просто убьют! Идём. Уходим отсюда. Уходим! Бросив последний взгляд на клетки, они бросились через подлесок, который всё ещё был окутан тьмой. Они пробежали около пары километров, как вдруг услышали рокот двигателей вертолёта. Внезапно рядом с ним взорвался снаряд и отбросил в разные стороны. Нетейам упал на землю ударившись головой о корень дерева и потерял сознание. Со звоном в ушах, Тирея поднялась и увидев его лежащим на земле, тут же бросилась к нему с дрожащим от страха сердцем. Она упала рядом с ним на колени, схватила за плечи и стала трясти, кричать, пытаясь привести в чувства.       — Тейам! Нетейам! Вставай! Вернись ко мне немедленно! Прошу тебя! Ну же, очнись! Тирея продолжала кричать на него, бить по щекам, но это не помогало. В это время вертолёт замечает их и развернувшись начинает стрелять, а позади уже слвшно было как приближается вооруженная пехота. Делать нечего. Тирея стала пытаться тащить Нетейама за собой, но он был слишком тяжёл для неё. Она неистово кричала на него, пытаясь разбудить, продолжая волочить за собой, пока на них надвигалась целая толпа солдат, стреляя во все что движется. Совсем выбевшись из сил, Тирея едва успела закрыть тело Салли собой от пули, когда на них открыли огонь. Та попала ей в плечо, проходя насквозь. Девушка кое-как, истикая кровью, оттаскивает Нетейама в укрытие меж корней деревьев и заползает туда следом, шипя от боли. Отовсюду слышаться выстрелы и шаги бегущих на них солдат. Связаться и вызвать помощь невозможно — рации отобрали. Тирея осознает что им не выбраться отсюда уже и наверное это последние их мгновения жизни. Последние мгновения вместе. Она смотрит на Нетейама, лежащего рядом без сознания, и понимает что боится не то что возможно умрёт сейчас она, а то что он может погибнуть. И ей не удалось его спасти. Он оказался здесь из-за неё. Тирея положила свою голову на плечо Салли. Ее глаза горят от слез, она слишком слаба, чтобы подняться; запах пота и крови вызывает тошноту.       — Прости, что подвела тебя. Это всё я виновата. Прости… — сквозь слезы молила она, гладя его по щеке, слыша как приближается их смерть. — Я люблю тебя. Всегда любила. На эмоциях, она даёт волю чувствам которые как думала прошли, но сейчас поняла что ошиблась. Она чувственно целует его неподвижные губы. Ей было всё равно на мораль и голос совести. Терять уже нечего. Ей хотелось хоть раз дать волю этим чувствам, которые она так давно к нему испытывала. Пусть это будет их концом. Тирея готова уже была погибнуть, застыв в ожидании смерти, но внезапно слышется треск и громкий рокочущий рев. За ним следует грохочущий топот лап и крики людей, которые продолжают стрелять, но только уже по другой мишени. Девушка осторожно вылезает из своего укрытия и застывает не веря своим глазам. Акира рвала и метала во все стороны солдат, защищая свою наездницу. Радости Тиреи не было придела. Однако над лесом продолжал кружить вертолёт, с которым танатор уже не справиться. Она дожидается когда солдаты начнут перезарежать орудия и…       — Акира! Сюда! — кричит Рея из последних сил волоча за собой Салли. Расправившись с последним солдатом танатор подбегает к своей наезднице. Тирея закидывает Нетейама на спину зверя, заскакивает следом, и верхом уносит на всех парах оттуда ноги, как раз в тот момент когда вертолёт по ним вновь открывает огонь из пулеметов. Два дня спустя. Лагерь Оматикайя, лазарет. Солнце опустилось низко над горизонтом, отбрасывая длинные тени на открытые помещения медицинской палатки Оматикайи. Воздух был насыщен ароматом трав и тихим шепотом целителей, ухаживающих за павшими. Нетейам, лежа на одной из кроватей, пошевелился, его глаза затрепетали, открывая размытый мир.       — Эй… просыпайся. Хватит уже спать, брат, — раздался знакомый голос Ло’ака, пронзивший туман сонливости Нетейама.       — Что… что случилось? Где я? — Нетейама охватило непреодолимое чувство замешательства, когда он попытался сесть, острые боли в теле напомнили ему, что он еще не готов встать.       — Ты в палатке целителей. Нам повезло больше чем вам. Все пошло не так, как планировалось, — объяснил Ло’ак, бросив взгляд на другую койку. — Но Тирея спасла тебя. Сердце Нетейама забилось быстрее при упоминании ее имени.       — Что с ней? Где она? — Паника пронзила его слова, отголосок страха, который он испытывал, когда думал о ее благополучии. Ло’ак кивнул в сторону соседней койки, где Тирея лежала без сознания, ее грудь поднималась и опускалась в ровном ритме. Облегчение нахлынуло на Нетейама, погасив пламя его паники, но вид ее неподвижного тела пробрал его до костей.       — С ней все в порядке, — успокоил Ло’ак, хотя в его голосе была серьезность, которая предполагала, что испытание еще далеко не закончено. — Вам обоим повезло.       — Повезло…? — Слово с горечью сорвалось с губ Нетейама, когда он перекинул ноги через край койки. — Я бы так не сказал.       — Я пойду скажу остальным, что ты проснулся, — сказал Ло’ак, выражение его лица слегка смягчилось, когда он увидел, что Нетейам обретает самообладание, вставая. — Присмотри за Реей, пожалуйста. — с волнением и нежностью взирая на возлюбленную, попросил он брата. Нетейам кивнул. Когда Ло’ак вышел из палатки, он снова обратил внимание на Тирею. Он подошёл к ней и наклонился ближе, тяжесть всего давила на него, как лавина.       — Спасибо, что спасла меня, — пробормотал он, его голос был едва громче шепота, как будто слишком громкий разговор мог разрушить хрупкий мир вокруг них. Именно тогда веки Тиреи дрогнули. Она медленно начала просыпаться, ее глаза встретились с его глазами. На мгновение мир вокруг них исчез, и все, что осталось, — это нежная связь в их взглядах.       — Мы живы? — прохрипела она, ее голос был грубым, но полным беспокойства.       — Ты… ты спасла меня, — выдохнул он, осознание ее храбрости ударила по нему, как приливная волна. — Ты подвергла себя большой опасности…       — Как я могла позволить тебе умереть? — выпалила Тирея, ее голос был твердым, несмотря на ее сохраняющуюся слабость. — Ты мой лучший друг, Нетейам. Я бы сделала это снова и снова. Он искал на ее лице намеки на ее истинные чувства, зажатые между благодарностью и скрытым течением чего-то более глубокого.       — Но что, если это стоило бы тебе…       — Неважно, — обрвала резко она. — Я бы с радостью заплатила эту цену за тебя. — это признание застало его врасплох. В ее глазах был огонь и странное яростное чувство, которое он не ожидал увидеть. Время на мгновение замерло, реалии их мира отошли на второй план. Все, что осталось, — это тепло, разделяемое ими, понимание того, что дружба иногда может перерасти во что-то совершенно иное — связь, выкованную во тьме, но сияющую надеждой. В плену его пылкого взгляда Тирея оцепенела. Каждую клеточку ее кожи будто тянуло к чему-то, тело умоляло о чем-то. Он качает головой и, следя за ней, мягким тоном произносит:       — Значит это правда? То что ты сказала тогда. В следующую секунду Тирея удивлённо смотрит на его лицо, и весь мир останавливается. Неужели он всё слышал? Ее сердце подскакивает буквально до горла.       — Ты о чем? — безмятежно спросила она. Салли смотрит на неё с легкой улыбкой, отчего в животе девушки порхают бабочки и перехватывает дыхание. Это была улыбка, полная тепла и озорства, та, которая могла легко пробудить эмоции, которые Тирея тщательно скрывала.       — Я слышал тебя тогда. Как ты сказала, что любишь меня. Тирея почувствовала, как ее щеки залило жаром. Ее пульс участился, и на мгновение она оказалась в ловушке неоспоримого волнения от слов Салли.       — Тебе это наверное показалось или приснилось, — сумела ответить она, пытаясь казаться беспечной. — Я ничего такого не говорила. Да и когда бы я успела? — Она прочистила горло, пытаясь изобразить безразличие, которое противоречило буре, закручивающейся внутри нее. — К тому же… ты же знаешь, что я люблю твоего брата. Я не могла сказать ничего подобного. Юноша слегка наклонил голову, недоверие танцевало в ее глазах.       — А как насчет поцелуя? — выпалил он. Сердце Тиреи упало в живот.       — Ч-что? Я не… — Паника просочилась в ее голос, и она почувствовала, как ее защита дала трещину. — Нет, ты, должно быть, все перепутал. Опять. — Она не могла смотреть на него. — Ты довольно сильно ударился головой, и я думаю, что все перемешалось. Ничего такого не было.       — О, так значит? — Тон Салли стал более жостким и серьёзным, а брови нахмурились. Тирея могла чувствовать тяжесть напряжения, висящего между ними, как невысказанная правда. — Думай, что хочешь, но я знаю, как всё было, хотя и был без сознания. Но я всё чувствовал и слышал.       — Да, пожалуйста, — парировала Тирея, надеясь, что ее тон прозвучит достаточно настойчиво, чтобы скрыть терзающую ее неуверенность. — Мне плевать на твои фантазии. Сейчас я хочу лишь узнать, смогли ли мы добыть хоть что-то важное в этой операции и передать флешку Максу. С этими словами Тирея встала с кровати и вышла из палатки, глубоко вдохнув прохладный воздух и попытавшись выкинуть из головы мысль о поцелуе. Нетейам последова за ней.       — Знаешь, — начал он, его голос был суров, в нем слышалось недовольство. — Ты могла бы просто признать это.       — Признать что? — резко сказала Тирея, пытаясь казаться более сдержанной, чем она была. — Что ты ошибаешься?       — Нет, что, возможно, у тебя тоже есть чувства ко мне. — Глаза Салли сверкнули, и Тирея задумалась, видит ли кто-нибудь еще, как их напряжение кипит под кожей.       — Хватит! — воскликнула Тирея, наконец выплеснув наружу свои эмоции. — Ты думаешь, это весело что-ли? Я просила тебя забыть обо всём и оставить меня в покое! Между нами ничего нет и быть не может!       — Между нами уже что-то есть. И очень давно. Не отрицай это. — спокойно ответил он. — Ты не можешь вечно скрывать свои чувства. Мы прошли через огонь и воду вместе. Все, с чем мы столкнулись, опасности… это сблизило нас. У Тиреи перехватило дыхание. Правда была совсем не простой. Маленькие искорки чего-то, в чем она не была готова признать, вспыхнули к жизни.       — Ты мой лучший друг, — выдавила Тирея, заставляя себя посмотреть в глаза Салли. — И ты помолвлен. А я… я уже выбрала Ло’ака. И с ним я счастлива. Я люблю его. Правда. Лицо Салли на мгновение потемнело, приняло грубое выражение. Она и вправду любила его брата. Но он точно знал что и к нему она тоже питает чувства.       — Значит просто будем притворяться что между нами ничего нет? Что мы просто друзья?              — Так будет правильнее. То, что у нас есть, уже хорошо, и я не хочу это терять. Давай оставим всё как есть.       — Ты права. Так было бы правильнее. И я понимаю что многое нам не позволяет быть вместе. Что так нельзя поступать. Но…ничего не могу с собой сделать. Я не могу отпустить тебя. Я… Тирея резко прижала пальцы к его губам, не давая больше ничего сказать.       — Пожалуйста, перестань. — хрипло прошептала умоляюще она, словно сдерживала слезы. — Мы оба знаем что это всё неправильно. Я не знаю точно что между нами тогда вспыхнуло, но это нужно прекратить. Мы не можем дать этому ход. Ничего хорошего из этого все равно не выйдет. Будет лучше, если мы не станем ничего менять. И не будем причинять боль себе и другим. Салли подошел ближе, воздух сгустился от электрического напряжения.       — Тирея…       — Не надо, — прервала его Тирея, ее сердце колотилось так, что она не была уверена, что сможет его контролировать. — Пожалуйста не надо. Не говори больше ничего. — с этими словами она ушла прочь, чувствуя как глаза режет от поступающих слез.        Лагерь Оматикайя. Передвижная база ученых. — Вот что было в тех ящиках. Это что-то вроде когнитивного передатчика, — сказал Норм, сосредоточенно нахмурившись, держа в руках маленькую склянку с красной жидкостью. — Если они имплантируют его На’ви или кому-то ещё, они станут более восприимчивыми к внушению. Будут делать все что им велят. Джейк напротив него помрачнел.       — Они хотят применить его к нам. Нашли другой способ закончить эту войну быстрее и проще, способ полностью подчинить нас, — на его лице выступили желваки. Над всеми повисла тишина, нарушаемая только далеким гулом оборудования лаборатории. Тирея беспокойно заерзала на своем месте, ее глаза расширились от осознания.       — Они получили то, что хотели. Когда меня держали в плену, они все время спрашивали меня о каком-то проекте, — пробормотала Тирея.       — Галатея долго работала над этой сывороткой, — продолжил Макс. — Только она намеревалась сделать это в нашу пользу, а не в их. И без нее им не удалось бы никогда воссоздать её, — он многозначительно посмотрел на Тирею.       — Но я ничего им не рассказала о ней! — настаивала Тирея, ее голос был взволнованым. — Клянусь, я…       — Мы верим тебе. — успокоил Макс. — Дело в том что… согласно нашим данным… главный компонент сыворотки — твоя кровь. Галатея специально это сделала, чтобы без нее никто не смог воссоздать ее проект. Поэтому ты так и нужна была им. Тирея почувствовала, как по ее спине пробежал холодок.       — О, Эйва. — Слезы грозили хлынуть из ее глаз. — Это всё из-за меня…       — Нет, — сказал Ло’ак, стоя рядом с ней. — Не говори так. Это не твоя вина. — он приобнял ее за плечи, притягивая к себе.       — Не успокаивай, — покачала головой Тирея, но отталкивать его не стала, хотя и чувствовала на себе пронзительный взгляд старшего брата Салли. Ей было вдвойне сейчас тяжко. — Что нам теперь делать?       — Всё не так ужасно как кажется. — успокоил Норм.       — Да. — поддержал Макс. — На флешке что Тирея мне дала вся информация о сыворотке и о том как она работает. Кстати откуда она у вас?       — Нам помог какой-то ученый по имени Александр и отдал ее, — пояснил Нетейам, выходя из тени откуда наблюдал тихо за всем.        — Александр Тремейн. — вздохнул Макс, тут же понимая о ком речь. — Это он кстати придумал СЭМ. Мы работали с ним когда-то. Но он испугался и решил всё же улететь с Пандоры. Однако видимо теперь захотел нам помочь.       — Кхм, кхм. — многозначительно кашлянул Джейк.       — Ах, да. Сыворотка. — смутился доктор, что так не во время отвлекся. — Думаю мы сможем придумать как обезвредить ее. Мы можем попробовать создать антидот, который нейтрализует сыворотку.       — Отлично. С помощью него мы осовбодим тех кого они уже накачали. Но со всем этим нужно будет покончить тоже. Нам нужно уничтожить все их лаборатории и стереть всю информацию об этой сыворотке. Навсегда. — решительно заявил Джейк.       — Нам понадобится время на создание антидота. — оповестил Норм.       — Сколько?       — Всё что есть в запасе.       — Его-то у нас осталось мало. — пробормотала мрачно Тирея, сжимая нервно ладонь Ло’ака на своём плече.       — Да. Грядет ещё одна большая битва. — хмурясь, подтвердил Джейк, скрестив руки на груди. — После нашего налета на базу небесных людей, они просто в бешенстве. Это была последняя капля. Теперь они знают что мы в курсе их планов на нас и атакуют как можно скорее.              — Ма Жейк, тогда мы должны увезти всех, кто не может сражаться, подальше отсюда, — заявила Нейтири, ее глаза светились решимостью. Мысль о том, что уязвимые станут жертвами надвигающегося конфликта, заставляла ее сердце болеть. — Иначе их могут тоже взять в плен или того хуже, пока защищать их будет некому.       — Ты права, милая, — ответил Джейк, нахмурившись в раздумьях. — Нам нужно найти безопасное место, чтобы спрятать их, прежде чем начнется битва.       — Но где мы можем их спрятать? Кто примет их в такое время? — выступила Мо’ат, озвучивая главный вопрос.       — Утуру, — предложил Джейк, цепляясь за последние лучи надежды в своем сердце. — Мы попросим у соседних кланов Утуру. Мо’ат глубоко вздохнула:       — Кто, по-твоему, согласится помочь нам сейчас, подвергая себя опасности? У лесных кланов и так свои собственные проблемы. Они не могут взять на себя ответственность и за наш народ. Джейк кивнул, понимая всю тяжесть ее слов. Лесные племена были втянуты в свои собственные битвы с небесными людьми, и добавление бремени обеспечения безопасности его клана было бы большой жертвой, на которую они, возможно, не захотят пойти.       — Тогда нам придется обратиться к тем, кто до сих пор избежал конфликта, — предложил Джейк, его разум лихорадочно перебирал варианты. — Есть кланы, которые пока нетронуты; однако они живут далеко на юге. Морские кланы. Нейтири покачала головой, на ее лице отразилось беспокойство:       — Но это слишком далеко. Мы их не знаем, и, что хуже всего, они не знают нас. Они могут нас не принять.       — Если они откажутся позволить нашему народу укрыться на время, то наши люди найдут способ выжить на любом из этих островов, — искренне ответил Джейк. — В любом случае, там им будет безопаснее, чем здесь. После долгих раздумий их курс был определен.       — Кто-то должен будет сопровождать колонию и остаться, чтобы защитить ее. Мы точно не знаем, как там обстоят дела. — Глубокий голос Джейка эхом разнесся по общему собранию, подавленный беспокойством. Нейтири, внимательно слушала, ее изумрудные глаза выдавали беспокойство. — Я считаю, что десяти сильных воинов будет достаточно, — предложила она. Взгляд Джейка метнулся к его младшему сыну Ло’аку.       — Ло’ак, — позвал Джейк. Юноша оживился, навострив уши, в его глазах ярко засиял огонек надежды, словно он уже предчувствовал предстоящее приключение.       — Да, отец? — горячо ответил Ло’ак, его юный дух кипел энтузиазмом.       — Ты будешь среди тех, кто полетит с колонией, — твердо заявил Джейк, его тон не оставлял места для споров. Внезапность приказа повисла в воздухе, как грозовая туча, и потребовалось мгновение, чтобы слова укоренились в сознании Ло’ака. Юноша глубоко нахмурился, переходя от удивления к растущей буре эмоций. Шок сменился недовольством, и прежде чем он успел сдержаться, он выпалил:       — Что?! Нет! Я хочу сражаться вместе с тобой! Я хочу защитить наш дом! Сердце Джейка упало. Он понял, какой огонь страсти пылал в груди его сына. Он тоже чувствовал это в юности, отчаянную потребность проявить себя, выступить и защитить тех, кого любишь. Но сейчас обстоятельства требовали иного пути.       — Твоя помощь нужна там больше, чем здесь, — сказал Джейк, пытаясь сохранить спокойствие, хотя властность в его голосе была несомненной.       — Ты просто не хочешь, чтобы я был на поле боя! — сердито выкрикнул Ло’ак. — Ты думаешь, я не справлюсь! Но я могу сражаться, отец! Просто дай мне шанс доказать это! Джейк сделал глубокий вдох.       — Ло’ак, мы должны обеспечить безопасность тех, кому придётся улететь на время. Ты хорошо послужишь им. Здесь твоя помощь не так нужна. Ло’ак сжал кулаки, гнев и разочарование бурлили прямо под кожей:       — Но это несправедливо! Я хочу сражаться за наш народ как настоящий воин! Джейк решительно шагнул в его сторону.       — Я принял решение! Ты идешь с колонией. — Его тон не терпел никаких обсуждений, но боль в глазах сына пронзила его, затронув струну сомнения. С кулаками, все еще сжатыми, Ло’ак рванулся прочь от собравшихся. Ветер хлестал его, когда он шел к своему любимому месту, подальше ото всех.       — Нечестно! Я тоже воин. А он… он никогда не слушает, — пробормотал он себе под нос, разочарование выплескивалось наружу, когда он пробирался сквозь каменное ущелье на поверхность. Ночной воздух окутал прохладой, когда он вышел из пещеры на выступ скалы.       — Ло’ак, подожди! — раздался голос сзади. Тирея поспешила догнать его, беспокойство отразилось на ее лице.       — Ну что ещё? — хмуро спросил он, оборачиваясь.       — Послушай. — выдохнула девушка, подходя ближе. — Я тоже хочу, чтобы ты сражался рядом со своим отцом, когда придет время. — проговорила она, успокаивающе гладя его плечи. — Но, может быть, сейчас твой отец прав. Ты все ещё будешь защищать Народ. Оберегать их все это время и лететь в неизведанные нами земли к чужим кланам. Это тоже очень смело и благородно. Ло’ак ничего не ответил, лишь вздохнул. Гнев утих, уступив место размышлениям.       — Не расстраивайся, Ла’ок. Ты великий воин. Твоя сила бесценна, и они нуждаются в тебе там больше, чем ты думаешь. Несмотря на близость, парень по-прежнему отказывается смотреть в ее сторону. Она повернула его голову к себе. Он сразу же прижимается лбом к ее лбу. Юноша молча берет ее кисть и, удерживая зрительный контакт, спокойно притягивает девушку к себе. Жар моментально распространяется по коже Тиреи от контакта с ним. Обвив руками талию, он крепко прижимает ее тело к себе.       — Хочешь я полечу с тобой? — прошептала Рея. Дыхание Ло’ака становится поверхностным.       — Шутишь? — бормочет Салли, щекотно овевая дыханием ее губы.        Рея подняла голову и глядя ему в глаза, трепетно произнесла, положив ладонь на щеку:       — Вовсе нет. Я люблю тебя, и не хочу чтобы мы расставались на долгий срок, — сказала она, ее голос был полон эмоций. Он ловит ее нижнюю губу зубами, отчего она резко втягиваю воздух, а затем отпускает и шепчет:       — И я люблю тебя, — ответил Ла’ок, его голос слегка дрожал. — Но я ведь знаю ты хочешь сражаться. И не могу заставить тебя идти со мной. Ты — Палулукан Макто. Здесь ты нужнее. Рея почувствовала ледяной холод неуверенности.       — А что, если… что, если мы больше не увидимся? — Одна только мысль об этом заставила ее желудок неприятно сжаться.       — Не говори так, — прошептал он, его глаза горели решимостью. — Мы встретимся снова. Я знаю. — Его уверенность успокаивала, но под ней лежал поток страха — страха, который они оба глубоко прятали.       — Но может мне всё же стоит пойти с тобой? Я так не хочу… не хочу отпускать тебя, — призналась она, ее голос дрожал от нахлынувших эмоций. Ло’ак обхватил ее лицо ладонями.       — Давай не будем тратить эти драгоценные моменты на печаль, — настаивал он, приподняв ее подбородок, чтобы встретиться с ее взглядом.       — Ты прав. — прошептала она, притягивая его ближе. — Давай наполним их любовью. Они крепко обнялись, чувствуя синхронный ритм своих сердец. В этот момент хаос внешнего мира отошел на второй план, оставив только их связь, грубую и мощную. Для них обоих это был момент, который мог длиться всю жизнь. Когда они отстранились, слова были не нужны; они просто слились в поцелуе, обещание, выкованное в пылу неопределенности. Их сердца были переплетены, каждый импульс отражал чувства, которые окутывали их. Утро Следующего Дня . Ночь которую они провели вместе была волшебной. Но время неумолимо, и наконец настал момент, когда им пришлось столкнуться с неизбежным. С рассветом, окрашивающим мир в розовые и золотые тона, атмосфера изменилась. Их охватил безмолвный ужас, взаимное понимание того, что их время пришло. — Мне нужно идти, — неохотно сказал Ло’ак, с грустью глядя на рассвет. Рея печально кивнула, смирение отразилось на ее лице, но под ним скрывалось непреклонное желание удержать его ещё хоть ненадолго. Они вернулись в лагерь, где все уже готовились к отлету. Стоя на краю обрыва, пока вокруг кричали икраны и все суетились, Тирея смотрела в глаза Ло’ака, желая навсегда запечатлеть этот момент в своей памяти.       — Вернись ко мне, — тихо взмолилась она, голос её дрожал от волнения. — Что бы ни случилось. Каждое мгновение ощущалось словно кинжал в сердце, пронзающий всё глубже по мере того, как приближалась время их разлуки. Тирея изучала его лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку, каждый миллиметр. В этот горько-сладкий миг она поняла, что любовь ее к нему намного больше, чем она думала. От того было ещё более невыносимо отпускать его.       — Не лезь на рожон, Ло. Обещай мне, — умоляла она, отчаяние закралось в ее голос, когда она отступила.       — Я обещаю… — ответил уверенно он. В глазах девушки жгло. Глубоко поцеловав Тирею, парень ощущает вкус слез на ее щеках. Осыпает ее лицо поцелуями.       — Скоро увидимся, — говорит Салли. Ни тени сомнения на лице. Они дарят друг другу прощальные объятия, после чего Ло’ак забирается на спину своего икрана и улетает, а вместе с ним и вся колония с остальными сопровождающими их воинами взмывает в небо. Проводив взглядом удаляющийся силуэт возлюбленного, девушка оборачивается и видит у себя за спиной всё это время наблюдавшего за ней Нетейама. Он медленно подходит к ней, что заставляет ее немного нервничать.       — Уже скучаешь? — спокойно спросил он. Было видно что он кажется прислушался к ее последней просьбе и старается вести себя как ни в чем не бывало. Тирея заметно расслабилась.       — Да. — выдохнула она, стирая слезу с щеки.       — Хочешь чтобы я побыл с тобой? Как друг. Я знаю какого это расставаться с любимым человеком. — сказал он, двусмысленным взглядом уставившись на неё.       — Спасибо, но не стоит. — отказалась Рея, обняв себя за плечи от накатившей неловкости. — Лучше загрузи меня работой.       — Чтож… могу кое что предложить, — протянул он, сочувствующе глядя на нее. — Хочешь помочь с заготовками стрел? Пока ученые пытаются сделать антидот для сыворотки, нам нужно хорошо подготовиться к битве.       — Хорошая идея, — согласилась Рея. — Хочу с головой уйти в работу. И ни о чём не думать.       — У нас ее полно. — уголки его губ дрогнули в дружеской улыбке.       — Отлично, — вымученно улыбнулась она и последовал с ним в глубь лагеря.