Глава 25

О, я надеюсь, что не потеряю тебя. Мм, пожалуйста, останься. Я хочу тебя, ты мне нужна, о Боже. Не забирай То прекрасное, что у меня есть.

      Ей удалось проскользнуть в ванную раньше, чем Джинни успела распахнуть дверь из спальни, сбив мощным ударом потрескавшуюся штукатурку с потолка. Джинни начала штурмовать быстро закрытую на засов дверь, завывая о несправедливости. Гермиона в мгновенье ока стянула платье и бельё, затолкав их под грязную одежду в стиральную машину. Она встала на холодную каменную плитку душа и включила горячую воду, смывая остатки желания. Прикоснувшись к себе, она почувствовала, как пульсация распространяется вверх волнами удовольствия. Она зажмурилась, ощущая, как электрические заряды накапливаются в её нервных клетках. Она прислонилась к прохладной стене, чтобы охладиться и вернуть свой разум из налитых кровью органов. Всё то желание, которое она подавляла долгие годы, вырвалось наружу и требовало ещё хотя бы одной разрядки. Невилл был не самым умелым любовником. Их интимные отношения были быстрыми и незамысловатыми, в которых он использовал всего пару поз. Но он был уверен, что ей всё это нравится, потому что в порно девушкам часто нравится именно такой подход. Она даже смотрела видеоролики по истории браузера, которую он никогда не чистил, и запоминала то, что, по её мнению, могло бы понравиться ему. По его одобрительному взгляду она понимала, что старалась не зря. — Герми, выходи, — Джинни настойчиво стучала в дверь, скребя её ногтями. — Я думала, что ты останешься у него на ночь. Неужели он опять всё обломал? Гермиона глубоко вздохнула, напоминая себе, что она человек, а не кошка в разгар марта. Она быстро приняла душ и завернулась в полотенце. Распахнув дверь, она случайно ударила Джинни по лбу, потому что та не успела отскочить. — Прости-прости… — запричитала она, обхватывая Джинни. Джинни, не обращая внимания на боль, схватила её за мокрые руки и притянула к себе, с любопытством заглядывая в глаза. Гермиона почувствовала, как её щёки вновь заливаются румянцем. — Вы всё-таки трахнулись! — воскликнула Джинни, задыхаясь от смеха, и согнулась пополам. — Я не прошу подробностей, но хотя бы в общих чертах, умоляю! — Не кричи! — в ужасе прошипела Гермиона, закрывая ей рот рукой. Этот старенький домик не имел секретов. Она увлекла за собой ликующую Джинни, оставила её у кровати и быстро прошла к комоду. Найдя там трусики, Гермиона надела их под полотенцем и, сбросив его, накинула шёлковую ночнушку, которая приятно обняла её тело. Джинни, с хитрым огоньком в глазах, уже сидела на середине кровати, нетерпеливо похлопывая ладошкой рядом с собой. Гермиона осторожно присела рядом. — Он хоть извинился за тот вечер? — первым делом спросила Джинни, угрожающе сузив глаза. — Да, — отмахнулась Гермиона, уже полностью забыв об этом. Джинни удовлетворённо кивнула, посмотрела на Гермиону с вдохновением и медленно произнесла: — И как это было? Нетерпение в её голосе ощущалось физически. На миг Гермионе стало страшно, на что готова пойти Джинни, чтобы узнать подробности. — Джинни, он же всё-таки наш начальник… — покачала головой Гермиона, стараясь сохранить честь и достоинство Драко перед любопытством Джинни. — Нет-нет-нет, ты не можешь со мной так поступить! — Джинни обхватила ладонями её щёки, стиснув их на манер рыбки. — Хотя бы что-то мне скажи. Где это было? Ярко-карие глаза Джинни пытались заглянуть в самые сокровенные уголки разума, чтобы вытащить на свет воспоминания — добровольно или силой. Гермиона с трудом освободилась из её рук, потирая щёки, понимая, что в таком положении у неё нет ни единого шанса на спасение. — В машине… — произнесла она, закусив губу, надеясь, что эта информация не слишком личная. — О, мистер Малфой, значит, у нас горячая штучка! — Джинни расхохоталась от восторга. — Неужели прямо у нас во дворе? Невозможно было усмирить рвущийся наружу смех. Абсолютно точно, что перед этой жизнерадостной рыжей бестией просто нельзя устоять. Джинни буквально подпрыгивала, даже не пытаясь сдержать себя. — Ты бы мне как-нибудь посигналила, всё равно окно на двор выходит! Я бы вас так подбодрила! — воскликнула Джинни, точно нарочно стараясь разбудить соседей. — Прекрати, прекрати! — смеясь, взмолилась Гермиона, пытаясь закрыть ей рот руками и завалив на спину. — Как же я тебе завидую… — мечтательно протянула Джинни, откидываясь на кровать. — Не в том смысле, что у вас с ним… А в том, что я уже года два не занималась сексом. Совсем забыла, какой член-то на ощупь. — Она подпёрла голову рукой и посмотрела на Гермиону. — Вы хоть предохранялись? Гермиона расплылась в улыбке. Всё произошло слишком быстро, и им сегодня это было не нужно. Но если бы он продолжил, она бы точно не вспомнила о защите. Джинни об этом знать не обязательно. Гермиона, старательно скрывая румянец на щеках, протянула: — Конечно. — Значит, он всё спланировал. Ну какой же он чертила! — Джинни с энтузиазмом хлопнула Гермиону по плечу. Мышцы челюсти и скулы уже начали сводить от постоянной улыбки. Гермиона принялась массировать их, пытаясь вернуть в спокойное состояние. Джинни с восхищением наблюдала за ней. — Ложись спать уже! — закатила глаза Гермиона и толкнула Джинни на её половину кровати. — Уснёшь тут с вами! Я, вообще-то, уже спала, пока ты не ворвалась! Зверь нервно подрагивал хвостом, сидя на краю кровати и не приближаясь к Гермионе, явно выражая свою обиду. Сон не шёл. Она в миллионный раз прокручивала в памяти самые яркие моменты: его напряжённые тёмные глаза, горячие руки на её ягодицах. Он смотрел на неё так, будто она была самым драгоценным сокровищем, которое ему удалось заполучить. Волны тепла вновь захлёстывали её, а сердце трепетало, как маленькая птичка, разбиваясь о жёсткие клетки её рёбер. Ты мне нравишься. Она глубоко вздохнула, понимая, что её чувств хватит на них двоих. Нет никаких сомнений, что она окончательно влюбилась в него, невесомой пчёлкой, навсегда увязшей лапками в смоле его аромата. Она станет самым красивым кусочком янтаря для Драко Малфоя.

☂

      Джинни всё ещё посмеивалась, поднимаясь по ступеням метро. Гермиона, ощущая разгорячённую кожу на своём лице, изо всех сил закусывала щёки и губы изнутри, чтобы они не разъехались в глупую улыбку. — Пообещай мне, что ничего ему не скажешь, — с надеждой попросила Гермиона, глядя на Джинни, которая улыбалась так широко, что её улыбка освещала всю улицу. — Прости, но это выше моих сил, — с лёгкой иронией ответила Джинни и подмигнула. — Но я постараюсь! Гермиона с замиранием сердца закрыла за собой дверь в офис, с опаской поглядывая на запертый стеклянный кабинет. Встречаться с ним сейчас она была не готова. Джинни, напротив, буквально светилась изнутри, излишне громко печатая на клавиатуре. Гермиона осторожно включила компьютер и села за него, отчаянно желая стать частью безликого офисного интерьера. В этот момент жалюзи медленно качнулись, и стеклянная дверь открылась. Сердце Гермионы пропустило удар, а затем заколотилось с новой силой. Драко был такой же, как всегда: собранный, уверенный, сегодня он явно хорошо выспался. Его традиционный серый костюм и аккуратно уложенные волосы делали его абсолютно безупречным. Память услужливо вытащила из своих глубин именно то страстно желающее лицо с растрёпанными волосами и с чёрными демоническими глазами. Боже, Гермиона… Она встретилась с ним взглядом и мгновенно покраснела. Он кашлянул, и, подавив улыбку, посмотрел на Джинни. — Доброе утро. Уизли, думаю, что Грейнджер тебе рассказала о литературном бале, что будет в конце этой недели, — произнёс он, выразительно покачивая карточки в своей руке. — Доброе утро, мистер Малфой, — ответила Джинни, невинно хлопая глазами. — Гермиона что-то рассказывала, но, не поверите, о бале я слышу в первый раз. Джинни замерла в лучезарном восторге, абсолютно искренне наслаждаясь игрой желваков на лице Драко. Пинавшая под столом нога Гермионы не отвлекала её ни на секунду. Драко развернулся к Гермионе всем корпусом. Её охватила паника, и в голове мгновенно пронеслось сравнение с секундной стрелкой, отсчитывающей последние мгновения перед резким свистом падающей гильотины. Она нервно сглотнула, гадая, означают ли его сжатые губы её неминуемую гибель или же смех. — Думаю, что мисс Грейнджер найдёт минутку рассказать именно об этом событии в своём плотном графике, — холодно ответил он и шлёпнул плотные картонки на стол. — Ваши пригласительные. После этого он повернулся на каблуках и ушёл в кабинет, плотно закрыв за собой дверь. — Джинни, ты смерти моей хочешь? — едва слышно прошелестела Гермиона, запуская пальцы в волосы, пытаясь усмирить себя, чтобы не начать их рвать. — Ничего страшного не случилось, ты же видела, что он почти засмеялся, — пропела Джинни и приложила руки к груди, глубоко вдохнув. — Это потрясающе. Я могу сбегать к Тонкс, пока вы помиритесь. — Я убью тебя и не буду приходить на твою могилу, — в изнеможении она рухнула лицом на стол. Её веко начало слегка подрагивать, и она, в попытке сдержать нервный тик, прижала к нему палец. Она задавалась вопросом, насколько сильно он мог на неё обидеться, и размышляла, стоит ли зайти к нему и объясниться. Ведь она не рассказывала Джинни ничего, что могло бы его задеть. Гермиона чувствовала себя предательницей, хотя на самом деле это было не так. Тянущая боль внизу живота усилилась. Календарь не обманул: начались месячные. Гермиона достала тампон и пошла в туалет. Всё встало на свои места: вчерашнее беспокойство, выплеск эмоций и жжение внутри. Хорошо, что ничего не началось раньше срока. Работа никак не хотела складываться в единую картину, задумка автора ускользала от неё, отвлекая всё внимание на боль в животе. В конце концов, она сдалась, приняла обезболивающее и закуталась в плед Джинни, надеясь немного облегчить спазм. «Зайди ко мне», — появилось сообщение на экране, настойчиво мигая окошком. Гермиона задумалась, можно ли считать отношениями то, что длится меньше суток. Стараясь не делать лишних движений, она прошла в кабинет. Драко сидел в кресле, сложив руки перед собой и касаясь подбородка. Не в силах стоять, Гермиона медленно подошла и села на стул рядом с ним. Он повернулся к ней и оценивающе посмотрел на неё. — Что случилось? — спросил он, сменив напряжение в серебристых глазах на встревоженность. Его рука легла ей на колено. — Просто менструация. О чём вы хотели поговорить? Драко на мгновение замер, глядя на неё, а затем улыбнулся. Его руки плавно скользнули вверх по её коленям. — Гермиона, я не ожидал, что ты ей расскажешь. Злиться на тебя не буду, — его ладони продолжали мягко поглаживать её колени и чуть выше. — Просто это личное. Я бы не хотел, чтобы ты делилась с ней таким. — Я ей ничего такого не рассказала, — возразила она, чувствуя, как его прикосновения вызывают приятное тепло внизу живота, заглушая боль. — Если бы ты хотел меня спрятать, то увёз бы к себе. Очевидно, какую возбуждённую ты меня отправил домой. Он рассмеялся, придвигаясь ближе к ней. Его руки нежно скользнули под её платье, вызывая дрожь, а губы коснулись щеки, прокладывая путь к её губам. — И какая же ты была возбуждённая вчера? — его шёпот обжигал её, и она, не удержавшись, потянулась к нему. — Кстати, пираты не боятся Красного моря. Тёплая волна возбуждения, уже разливавшаяся по её телу, столкнулась с волной негодования, и Гермиона оттолкнула его, отпрянув на стуле. Драко усмехнулся, подняв руки вверх. — Хорошо, я подожду, — смеясь, он разглядывал её разгневанное лицо. — Сколько у тебя дней? Пять? Семь? — Я сама разберусь со своей женской природой. Может быть, сообщу тебе, — прошипела Гермиона, внезапно вспомнив, каким невыносимым он может быть. — Прости, считай это маленькой местью, — Драко откинулся на спинку кресла. — На самом деле я хотел спросить, какие номера заказывать после бала. Ты останешься со мной? Он явно поинтересовался только ради приличия. Настроение было испорчено гормонами и самодовольным выражением лица Драко Малфоя. — Я буду жить с Джинни. Хочу большую и мягкую кровать, — она окинула его ледяным взглядом. — И пока ты ещё ничего не спросил. Я ничего ей не говорила о твоей спине. Серебристые глаза удивлённо блеснули. Он попытался схватить её за руку, когда она встала. Дверь быстро приближалась. Тихий голос за спиной заставил её остановиться на мгновение. — Спасибо. В приступе гнева Гермиона выпила сразу две дополнительные таблетки обезболивающего. Но злость только усилила её страдания. Она согнулась в кресле, положила голову на стол и обхватила живот руками, желая свернуться клубком и просто умереть. Джинни обеспокоенно коснулась её спины: — Герми, тебе совсем плохо? Может, я отвезу тебя домой? У неё едва хватало сил, чтобы стиснуть зубы и покачать головой. Тёплая рука Джинни исчезла, перед глазами закружились белые мушки. Подобная болезненная менструация была у неё только однажды — когда погибли родители и она лежала в больнице на восстановлении. Тогда её организм заблокировал менструальный цикл, словно она была на грани смерти. Лишь когда она немного набрала в весе и начала приходить в себя после потери, месячные вернулись, едва не убив её. Желудок скрутило, во рту появился горький привкус желчи. Она пыталась дышать глубже, чтобы не потерять сознание. Тёплые руки осторожно погладили её по спине и исчезли. Внезапно её подхватили под колени и подняли с кресла. Она в шоке открыла глаза, но всё вокруг расплывалось. Однако она отчётливо ощущала аромат зелёных яблок, смешанный с ладаном. — Поставь меня обратно… — Не глупи, — произнёс он, касаясь губами её лба. — Уизли, останься здесь. Я сам её отвезу. Он бережно нёс её на руках, пока она боролась с приступом тошноты. Драко осторожно усадил её на переднее сиденье своего автомобиля и пристегнул ремнём безопасности. — Мои вещи… — с трудом произнесла она, повернув голову. — Уизли привезёт их вечером, — ответил он, коснувшись её лба, и захлопнул дверь. Гермиона вздохнула с облегчением, когда машина въехала в знакомый двор с его колдобинами. Он легко вытащил её из автомобиля и поднялся на третий этаж. Прислонив её к стене, он ловко справился с дверью. Сняв ботинки, он отнёс её в спальню и осторожно уложил на кровать, сразу же повернув набок. — У вас есть грелка? — спросил он, касаясь её плеча. — На кухне, в ящике, — ответила она, с трудом ворочая языком из-за боли. Он ушёл, гремя кухонной посудой, и, судя по звуку зажигалки, поставил чайник. Перед глазами начали плясать белые пятна, постепенно перерастая в знакомую мигрень. Каждый вдох отзывался болью в голове. Драко вернулся с горячей грелкой, обёрнутой в полотенце. Осторожно приподняв её руки, он приложил грелку чуть ниже живота и накрыл Гермиону пледом. Затем он сочувственно погладил её ногу и сказал: — Я съезжу в аптеку. Входная дверь хлопнула, и на кровать прыгнул чёрный кот. Он обнюхал лицо Гермионы и сел напротив. Из-за катившихся слёз Гермиона с трудом могла рассмотреть Зверя, но грелка уже начинала действовать, притупляя колющую боль, которая ощущалась так, будто ей вспороли брюхо раскалённым мечом и намотали на него розовые кишки. Дверь снова хлопнула, и Гермиона вздрогнула, кажется, она успела забыться. Мигрень с новой силой обрушилась на неё, вызывая тошноту. Плед приподнялся вместе с платьем. Тёплые пальцы опустили бельё, смочив её ягодицу холодной жидкостью. От резкого укола Гермиона вздохнула, а Драко сочувственно потёр место ваткой. Вернув бельё на место, он лёг сзади, обняв её со спины и аккуратно положив руку сверху. — Откуда ты всё это знаешь? — Каждое слово отзывалось болью. — У моей мамы нет от меня секретов. Она устроила мне экзамен по половому воспитанию. — Какая мудрая женщина… Драко рассмеялся, и смех вибрировал в её спине. — Она замечательная. Ты ей тоже понравишься. Спи, сейчас станет легче. Его рука, гладившая её руку, убаюкивала. Лекарство расслабляло участки мозга, охваченные болью. — Спасибо… — прошептала она. Гермиона проснулась, когда за окном стемнело. Рядом не было ни его рук, ни тепла. Джинни, уткнувшись в телефон, что-то читала. Боль в животе прошла, а мигрень уступила место лёгкому покалыванию в висках. — Как ты? — спросила Джинни, отложив телефон и погладив её по лбу. — Намного лучше, — ответила Гермиона, с трудом сглотнув. — А где Драко? — Уехал домой, как только я приехала, — с лёгкой улыбкой ответила Джинни, покачав головой. — Он как принц на белом коне. Гермиона поморщилась, понимая, что этот конь в одно мгновение мог стать пламенным скакуном Войны. Она так и не успела обдумать то, что он ей сказал о мафии и её делах, о наказаниях… — Когда у тебя в последний раз был секс? — спросила Джинни, пристально глядя на неё. — Я имею в виду нормальный секс, с оргазмом. Гермиона села на кровати, подогнув ноги, и убрала остывшую грелку на край. Она задумалась о своём сексуальном опыте, который казался ей не слишком богатым. — Наверное, было пару раз. Честно говоря, я уже не помню. Давно. — Думаю, вчера у тебя произошёл гормональный всплеск. У тебя ведь был оргазм? — Да, был… — Значит, нужно больше заниматься сексом. Хорошим сексом. Малфою я, конечно, такого не посоветую, — Джинни усмехнулась. — Пусть сам контролирует твои оргазмы. — Джинни! — Смех вызвал лёгкое болезненное покалывание внизу живота. — Я предлагаю самый простой выход из ситуации, — Джинни разблокировала телефон. — Давай спать. Тебе завтра нужно отсыпаться, а мне — на работу. — Это Драко так сказал? — Да, Драко так сказал… — Джинни закатила глаза. — Давай, я помогу тебе дойти до туалета, и ложись спать. Но проблема была в том, что она уже выспалась. Теперь лежала на кровати, скрестив руки на груди. Джинни, как обычно, раскинулась и сладко посапывала. Зверь уютно устроился на животе Гермионы, согревая её ноющую матку. Она мягко погладила его. Гермиона потянулась к тумбочке и достала телефон. Прошло несколько часов с последнего сообщения: «Как ты себя чувствуешь?» Улыбка озарила её лицо. Это был первый раз, когда Драко написал ей сам, а не просто ответил на её сообщение. «Всё хорошо, спасибо. Спокойной ночи», — ответила она. Его мама, владелица огромной библиотеки и заставляющая сына изучать женскую анатомию, вызвала у Гермионы улыбку. Отец был главой мафии. Интересная семейка. Она уже с нетерпением ждала встречи.