1-1 Вниз по кроличьей норе

      Когда Энтерпрайз пришла в себя, она неуправляемо вращалась в пространстве.       — Воу-воу-воу! — воскликнула она, размахивая руками активируя маневровые двигатели для стабилизации своего движения. — Я понимаю, что это дельта-смена, но это не повод спать за штурвалом!       Она немного помолчала, ожидая торопливых извинений своего рулевого, но их не последовало.       Удивлённо моргнув, она оглянулась вокруг провела активное сенсорное сканирование. Несмотря на стабилизацию траектории, она всё ещё летела почти с трансварповой скоростью (точнее говоря, более чем в три тысячи раз быстрее света), угодив в какой-то подпространственный поток.       — Эм, — звездолёт вскинула голову, наблюдая, как ближайшая звезда становилась всё тусклее и тусклее по мере удаления от неё — Капитан? Приказы?       Она чувствовала грызущее изнутри беспокойство, характерное для Жёлтой Тревоги, так что даже если её исполняющий обязанности капитана пропал без вести, то настоящий капитан должен проснуться и взять командование на себя в любую секунду.       — …В любую секунду… — Энтерпрайз, сморщившись, прикусила нижнюю губу, когда ей пришлось сжать рукой свои внутренности разогреть свои поля структурной целостности, чтобы удержать себя во время подпространственной турбулентности.       …Ну, капитан, конечно, не будет против, если она проявит немного инициативы? Всего разок?       Чувствуя, будто нарушает некое фундаментальное табу, Энтерпрайз считала форму волны локального подпространства, вычислила обратную, запустила варп-двигатель и полностью вернулась в нормальное пространство. Она вышла в тёмном, межсистемном космосе, в двух световых годах от звезды, за которой наблюдала до этого.       — Компьютер? — нерешительно спросила Энтерпрайз.       Компьютер пропищал, давая понять, что слушает.       — Где мы?       — Неизвестно. — раздался в её голове неизменно вежливый голос.       Энтерпрайз моргнула, — Неизвестно?       На мгновение воцарилась тишина, а затем Энтерпрайз поняла, что на самом деле не задавала компьютеру вопроса.       — Компьютер, уточни последнее утверждение.       — Я не получаю никакого сигнала ни от одного из известных навигационных маяков, а видимые звезды не совпадают ни с одной из существующих звездных карт. — уточнил компьютер.       Плечи Энтерпрайз опустились.       — Ох, значит это одна из этих миссий. — простонала она. Она либо в другой галактике, либо в другом временном периоде, либо в другой вселенной. Снова.       Она оглядела себя, смахивая космическую пыль с юбки-блюдца. Зуд в гондолах-крыльях заставил её нервно оглянуться назад, но два мягко светящихся выступа выглядели, на её взгляд, полностью целыми.       Её капитан всё ещё не дал никаких приказов.       — Компьютер, знаешь ли ты, что делает капитан? — спросила Энтерпрайз, изнывая от безделья.       — Капитан Пикард спит в своей каюте.       Это было странно. Его уже должны были разбудить, либо сама Жёлтая Тревога, либо посланный за ним член экипажа.       — А исполняющий обязанности капитана?       — Капитан Пикард спит в своей каюте.       Энтерпрайз замерла. — Компьютер, кто из высокоранговых членов экипажа ещё бодрствует?       — В настоящее время все члены экипажа спят в своих каютах.       — …Включая Дейту?       — Подтверждаю, лейтенант-коммандер Дейта спит в своей каюте.       Не успела Энтерпрайз углубиться в эту кроличью нору, как почувствовала всплеск тахионов на самом краю её восприятия датчиков дальнего действия. Она развернула голову на источник и обнаружила, что смотрит на звёздную систему, из которой её вынесло подпространственное течение. — Что это было?       — Энергетическая сигнатура, на 12% схожая с технологией подпространственных вихрей Зинди. — услужливо подсказал её комьютер.       12% это не так уж и много, но она должна была как-то попасть сюда, и если поблизости было нечто хотя бы отдалённо похожее на червоточину…       Понимая, что идти на полном ходу при таком дефиците информации — ужасная идея, но не желая при этом терять ни минуты, Энтерпрайз проложила курс до звезды на Варп 9. РВП: 11 часов 16 минут.       Энтерпрайз сманеврировала так, чтобы оказаться лицом по ходу движения, и включила варп-двигатель. Пилоны мотогондол ярко засветились, и Энтерпрайз услышала нарастающий звенящий гул варп-пузыря. Затем раздалось вш-ш-шу-у-х, и Энтерпрайз, с точки зрения стороннего наблюдателя, растянулась в бесконечность, но это была лишь оптическая иллюзия, вызванная пространственным искажением.       Как звездолёту ей редко приходилось совершать столь короткие путешествия — в большинстве случаев они занимали несколько дней, а то и недель. Однако в прошлые разы она шла с активным экипажем. Пока звёзды проносились мимо неё, она слушала инженеров, бегающих с трикодерами и контрольными списками, слушала смех свободных от дежурства членов экипажа в Десятом Переднем, слушала детей, мечущихся под ногами родителей.       Впервые, насколько она могла вспомнить, Энтерпрайз осталась наедине со своими мыслями, и ей это ни капельки не нравилось.       И тем не менее она всё ещё корабль Звёздного Флота, чёрт побери! Она не собирается разваливаться на части из-за того, с чем её команда сталкивается каждую вторую неделю!       Однако ей хотелось, чтобы компьютер оказался лучшей компанией. Как корабль, она технически занимала самую нижнюю ступень в командной цепочке и даже не имела права активировать ЭМГ. Что было вдвойне проблемно, потому что её экипаж нуждался в немедленной медицинской помощи — должна была быть причина, чтобы весь её экипаж разом уснул. Даже в тот раз, когда паксаны отрубили весь её экипаж, Дейта остался в сознании.       И тем не менее спустя одинадцать часов она вышла из варпа в тридцати световых минутах «над» плосткостью эклиптики и внимательно осмотрелась провела полное сканирование только пассивными сенсорами. Это было необычнайно робко с её стороны, но кто бы мог её винить, учитывая, что весь экипаж выведен из строя?       Чего бы Энтерпрайз не искала, этого она не нашла. Система была рядовая и довольно скучная. Звезда класса G2 главной последовательности, похожая на Солнце, но только с одной планетой, и та вращалась слишком далеко, чтобы поддерживать какую-либо форму жизни, кроме разве что Хорта. Гораздо ближе к звезде располагался необычайно плотный астероидный пояс, но и там не было никаких признаков жизни.       Не, погодите, на самом деле было, прямо на грани её чувств эффективной дальности сенсоров. Поток высокоэнергетических экзотических частиц на орбите вокруг планеты.       Энтерпрайз ткнула в свой комбейдж включила свой коммуникационный массив и передала «Это корабль «Энтерпрайз» неизвестному существу или существам. Если вы можете принять и понять это сообщение, пожалуйста, ответьте.» на всех известных ей частотах и языках и расплылась в улыбке, гордясь тем, как профессионально она прозвучала.       Спустя десять безответных минут улыбка стала натянутой.       Прикусив губу от беспокойства, Энтерпрайз всё же активировала свой варп-двигатель.       Спустя несколько минут медленного варпа она вывалилась обратно на импульсниках. Её глаза оптические датчики уловили структуру рядом с потоком экзотических частиц — станцию, напоминавшую теоретический проект «Цилиндра О`Нила» с доварповой Земли.       Станция была одета в серо-голубое платье с серебристой отделкой, а вдоль её спины тянулась большая конструкция, представлявшая собой, по мнению сенсоров Энтерпрайз, грузовой отсек. Внимание станции было полностью сосредоточено на четырёх длинных стойках, напоминающих полуготовый космический док. Каждая стойка испускала высокоэнергетические сигналы, а вокруг них в панике кружился рой фей-истребителей, но больше всего Энтерпрайз интересовал прорыв в измерениях, который они, как оказалось, сдерживали.       Если это не было той аномалией, которую она засекла с расстояния в два световых года, Энтерпрайз отреплицировала бы себе шляпу, чтобы её съесть.       Энтерпрайз не чувствовала от станции чего-то более продвинутого, чем реактор синтеза, но всё равно подняла щиты — длина станции составляла более восьми тысяч метров против её собственных шестьсот сорока двух с половиной, то есть Энтерпрайз была ей максимум по щиколотку.       — Привет? — передала она, на этот раз используя только базовое радио.       — Оу! — станция удивлённо дёрнулась назад, пока рой фей-истребителей бросился во все стороны. Повернувшись к Энтерпрайз, станция извиняюще улыбнулась. — Простите, дорогая, вы меня напугали. Боюсь, я, должно быть, пропустила вашу точку прыжка.       — Простите. — поморщилась Энтерпрайз, будучи внутренее слегка удивлённой. Она на самом деле не пыталась скрыть свою варп-сигнатуру, и почему её универсальный переводчик использовал такую странную терминологию, как «точка прыжка»? — Я не хотела вас пугать.       — Всё в порядке. — согласилась Станция. — Полагаю, меня отвлекло вот это. — указала она на аномалию.       Энтерпрайз развернулась лицом к искажению, пристально в него вглядываясь начиная активное сканирование. — Вы знаете что это?       Станция засмеялась.       — Боюсь, что я не имею ни малейшего понятия. — призналась она. — Оно просто появилось в моём пространстве без предупреждения и начало довольно сильно колебаться. Мой командир попытался стабилизовать его при помощи прыжковых ворот, и, ну… — она указала пальцем на стойки вокруг аномалии. — Вся штуковина вывернулась наизнанку. Поглотила меня целиком — я едва успела пристыкованые корабли отстрелить, на правильную эвакуацию времени не было. Следующее, что помню, — очнулась здесь.       С минуту они молча рассматривали аномалию. Это была грубая, неровная штуковина, мигавшая попеременно красным и синим, беспорядочно излучая разнотипные экзотические частицы. Черенковское излучение, излучение Хокинга, тахионный всплеск, снова черенковское, ветронное излучение, ради всего сущего… Энтерпрайз не могла уловить никакой закономерности, а некоторых форм излучения она вообще никогда прежде не видела.       — Простите, какая грубость с моей стороны, — внезапно сказала Станция, заставив Энтерпрайз перевести на неё взгляд. — Меня зовут «Вавилон-5».       Энтерпрайз улыбнулась.       — Я — USS «Энтерпрайз-Д», — представилась она.       — Приятно познакомиться, Энтерпрайз-Д.       — Зовите меня Энтерпрайз! — с улыбкой ответила Энтерпрайз — Никого из моей семьи всё равно рядом нет, так что не запутаемся.       — Хорошо, хотя меня никто никогда не называл иначе, чем Вавилон-5. — Вавилон-5 вернула улыбку и пожала протянутую руку.       Излучение со стороны пространственного разлома внезапно усилилось, и корабль со станцией развернулись обратно к нему, теперь уже по делу. Феи-истребители отважно вцепились в стойки прыжковых ворот, их ускорители заработали на полную, пытаясь удержать стойки на месте, когда пролом начал их раздвигать.       — Он снова открывается! — предупредила Вавилон-5. Не прошло и секунды, как из аномалии со скоростью примерно втрое больше скорости света внезапно был выброшен массивный объект — достаточно быстро, чтобы Энтерпрайз его пропустила, если бы не проводила глубокое сканирование прямо в этот момент. Вместе с объектом из разлома вырвался огромный всплеск высокоэнергетического излучения. К счастью, и объект, и излучение были направлены в сторону от Энтерпрайз и Вавилона-5, иначе оба корабля испарило бы на месте, не смотря ни на какие щиты. Излучение врезалось в астероидный пояс, и всё, что под него попало, перегрелось и взорвалось.       Инопланетная технология в конструкции врат заработала ещё сильнее, и разлом, казалось, немного затянулся. У Энтерпрайз неожиданно возник образ человека, пережимающего шланг, пока за ним нарастает давление воды.       И, конечно же, Вавилон заорала: — Я не смогу долго так держать! Его всё труднее и труднее удерживать закрытым!       Энтерпрайз торопливо вбила данные сканирования в свой личный пад главный компьютер. — Вы пробовали наложить на него обратную форму волны? — она дважды проверила, что аномалия не излучала хронитонов — ей не хотелось быть ответственной за создание той самой аномалии, которую она пыталась закрыть.       — Конечно, дорогая! Где-то часов семнадцать назад он примерно также подскочил, и это на некоторое время помогло, но теперь он не реагирует!       Два световых года, поделить на три тыщи световых, добавить одиннадцать с четвертью часа, которые ей понадобились чтобы сюда добраться… — Наверное, это была я, когда сюда входила! — воскликнула Энтерпрайз. — Похоже, я прошла через эту штуку во время варпа, вот почему я попала в тот поток…       — Что? — Вавилон-5 звучала растеряно. — Но… А, неважно! Это не имеет значения, пока мы не закроем эту штуку! — к концу фразы её голос стал довольно пронзительным, и она в ужасе уставилась на разлом.       Разлом пульсировал, и из него на сверхсвете вылетел ещё один объект. В этот раз он и сопровождающее излучение вылетели в основном в сторону от Энтерпрайз и Вавилона-5, и Энтерпрайз поняла, что разлом вращается.       — Берегись! — крикнула она и сразу же поняла, что кричать бесполезно — станция не может двигаться самостоятельно. Голографический дисплей с предупреждениями, который, так уж вышло, напоминал магический круг, появился вокруг одной руки, когда она притянула Вавилон-5 тяговым лучом. Станция превосходила её по массе более чем в тысячу раз, но она тянула изо всех сил, отчаянно пытаясь увести станцию с пути вращающегося разлома.       — Что за?! — воскликнула станция, уставившись на тяговый луч так, словно никогда его не видела. (Она слышала о магнитных/гравитационных тросах, установленных на минбарских кораблях, но они выглядели настолько иначе, что Вавилон-5 не установила связи). Однако через мгновение она, похоже, поняла, в чём суть. Плавательными движениями включив двигатели орбитальной ориентации она добавила всё, что могла, к усилиям Энтерпрайз.       Разлом снова запульсировал, выплюнув ещё один объект. На этот раз сопутствующее излучение испарило несчастную фею-истребитель, оказавшуюся на пути.       — Давай, давай! — Энтерпрайз заскрипела зубами и тянула изо всех сил перенаправила резервное питание на тяговый луч. Здесь, на орбите, они не боролись с гравитацией или трением, только с инерцией. Любое усилие могло сдвинуть станцию с места, вопрос был лишь в том, сможет ли она сдвинуть её достаточно. — Ещё чуть-чуть!       Разлом испустил ещё один импульс, и Вавилону-5 пришлось подавить крик, когда излучение ударило по крышке грузового отсека, испарив вход и перегрев прилегающий металл. Излучение и объект, выпущенные из пролома, пронеслись мимо станции и врезались в планету, послав видимые ударные волны по планетарной коре. Наблюдая, как поверхность раскалывается, обнажая находящуюся под ней магму, Энтерпрайз отчаянно надеялась, что её первоначальная оценка планеты как непригодной для жизни была правильной.       Однако её усилия оправдались, и следующий импульс не задел Вавилон-5, хотя и разнёс в клочья планету под ними.       — Оно ускоряется! — закричала, глядя на разлом, Вавилон-5, пока Энтерпрайз запускала свой тяговый луч. (Стабилизовать орбиту станции она могла и позже, если они выживут). Развернувшись, Энтерпрайз убедилась в правоте станции: частота импульсов возрастала, а разлом вращался всё быстрее и быстрее. Феи-истребители облепили стойки врат, и Энтерпрайз выпустила свои феи-катера, чтобы помочь им.       (К счастью, момент вращения разлома, похоже, удерживал его между стоек. Энтерпрайз не хотелось и думать, что выйдет, если они потеряют хоть одну).       Понимая, что у нее нет времени на создание полной компьютерной модели пролома, Энтерпрайз произвела несколько быстрых расчетов.       «Прыжковые врата», как оказалось, действительно способны закрывать прорывы в измерениях, просто конкретно то измерение, с которым они сейчас были связаны, находилось, образно говоря, «под большим давлением», и постоянный поток материи и энергии вытекал из разлома, удерживая его открытым. Правильно откалиброванный выброс тетрионов мог бы ослабить соединение и уменьшить поток достаточно, чтобы Вавилон-5 смогла перекрыть его окончательно, но для начала им нужно «сбросить давление» в самом разломе…       Осознание ударило Энтерпрайз в голову, словно астероид.       — Нам нужно расширить разлом!       — Повтори-ка, дорогая?! — ответила Вавилон-5, пригибаясь, когда ещё один сверхсветовой снаряд просвистел над её головой стыковочным отсеком. Теперь разлом посылал импульсы каждые несколько секунд и продолжал разгоняться.       — Оно как вода в шланге! — крикнула Энтерпрайз — Нам надо спустить давление, прежде чем мы сможем как следует перекрыть кран!       — Ради нас обеих надеюсь, что ты права! — ответила Вавилон-5, взмахом руки посылая команды прыжковым вратам. Разлом внезапно утроился в диаметре, и феям-катерам и истребителям пришлось отвести стойки в стороны, чтобы их не засосало в вихрь.       Несколько очень крупных и быстрых объектов один за другим вырвались из разлома, сопровождавшее их излучение было почти непрерывным. Руки дефлекторная тарелка светились светилась, пока Энтерпрайз отчаянно собирала в них неё энергию, с тревогой наблюдая за местной звездой. Если звезда дестабилизуется и рванёт сверхновой, их песенка спета.       Собрав достаточно, Энтерпрайз вытянула руки и отправила в разлом короткий, но мощный поток тетрионов, с облегчением наблюдая, как тот ослабевает и уменьшается.       — Давай! — крикнула она — Закрывай!       Вавилон-5 стиснула зубы и сжала руки в кулаки, посылая вратам соответствующую команду. Разлом на мгновение замерцал, и Энтерпрайз метафорически затаила дыхание…       А затем разлом коллапсировал, превратившись в светящуюся точку, излучения почти не испускавшего.       Корабль и станция выждали момент и облегчённо выдохнули. Энтерпрайз опустила щиты.       — Давайте не будем такое повторять. — устало предложила Вавилон-5       — Ага. — согласилась Энтерпрайз, перемещаясь по другую сторону станции и цепляясь за неё ещё одним тяговым лучом, чтобы перетащить её обратно на стабильную орбиту. — Но не беспокойтесь! Вы отлично поработали! Теперь это скорее шрам на ткани пространства-времени, чем полноценный прорыв!       — Врата, по задумке, должны перекрывать точки прыжка специально чтобы избежать подобных шрамов. — возразила Вавилон-5. Несколько фей-истребителей подлетели к её расплавленному стыковочному отсеку и тыкали в него манипуляторами.       — Ну, с другой стороны, у нас по крайней мере есть ориентир, когда мы попытаемся разобраться, как вернуться домой. — заявила Энтерпрайз, покончив со своим долгом как буксира.       Вавилон-5 хмыкнула, уставившись на то, что осталось от разлома.       Энтерпрайз неловко улыбнулась, но станция ничего не сказала.       Спустя минуту молчания Энтерпрайз решила, что с неё хватит.       — Я собираюсь облететь систему и провести быстрое сканирование планеты и звезды, чтобы убедиться в их стабильности.       Вавилон-5 кивнула головой в знак того, что услышала, и вернулась к разглядыванию остатков разлома.       Кора планеты, на орбите которой пребывала пара, была изрядно раздолбана объектами и излучением межпространственного разлома, но не настолько, чтобы расшвырять обломки. По большей части планета гравитационно пересобирала саму себя. Лишь некоторые мелкие куски достигли второй космической, и даже из них значительная часть оседала на эллиптических орбитах. Несколько сотен или даже тысяч лет спустя они образуют вокруг планеты систему колец. Энтерпрайз постаралась записать столько орбит, сколько смогла, чтобы ни один из обломков не столкнулся с Вавилоном-5 в обозримом будущем.       Хорошая новость в том, подумалось пробирающейся через обломки Энтерпрайз, что её первоначальная оценка необитаемости планеты оказалась верной.       Они не были напрямую виновны в разрушении планеты, но было бы всё ещё довольно ужасно обнаружить кого-то потерявшим свой дом — или хуже того, погибшим — из-за её нерасторопности в закрытии разлома.       Закончив облёт, Энтерпрайз приготовилась было осмотреть центральную звезду, как вдруг она заметила на краю её поля зрения диапазона пассивных датчиков высокоэнергетичный след.       Волнение затрепетало в её груди, когда Энтерпрайз раскрутила импульсный движитель на полную, передавая сообщение на всех подпространственных и радиочастотах.       — USS «Энтерпрайз» неизвестным или неизвестному. Если вы можете принять и понять это сообщение, пожалуйста, ответьте.       Она уже собиралась повторить сообщение на всех известных ей языках, как она ранее сделала для Вавилона-5, но, к своему удивлению, сразу же получила ответ на английском, хотя и с довольно заметным акцентом.       — Это «Ямато» BBY-01. Я принимаю и понимаю ваше сообщение, Энтерпрайз-сан.       Когда-то у Энтерпрайз была сестра по имени Ямато, и хотя она была уничтожена иконианским компьютерным вирусом, Энтерпрайз была рада встретить ещё один корабль с тем же именем.       Остановившись недалеко от новоприбывшего корабля, чтобы внимательно его рассмотреть, Энтерпрайз удивлённо заморгала повторяя сканирование. У Ямато был очень… нестандартный для космического корабля дизайн. Честно говоря, она выглядела так, словно кто-то взял старый океанский военный корабль и приварил крылья с ракетами на концах воткнул в корму громадный ускоритель.       Ямато была чуть менее чем вполовину ниже короче Энтерпрайз, с длинными коричневыми волосами, одетая в белую рубашку и красную юбку. Смотрелось всё это нормально, ненормально смотрелась целая сетка шрамов — некоторые старые, некоторые свежие — покрывавшая все открытые участки кожи, и, как подозревала Энтерпрайз, под одеждой ситуация не отличалась. Корабль перед ней повидал слишком много боёв, после которых её наспех подлатали и отправили обратно.       У самой Энтерпрайз была своя доля следов, но это были слабовыраженные, чистые линии работы космодока. На Ямато же были грубые линии полевого ремонта — большого количества полевого ремонта. Энтерпрайз бы не удивилась, если её когда-то пересобрали из обломков — настолько обширными были следы.       Но глядя в холодный, стальной взгляд другого корабля, Энтерпрайз не сомневалась — та без сомнения снова бросится в бой.       Чувствуя себя немного запуганной, Энтерпрайз склонила голову, правильно догадавшись, что новый корабль уважит традиционное приветствие. — Полагаю, вы не являетесь уроженцем этого района космоса?       — Нет. — ответила Ямато, вежливо поклонившись в ответ. — Похоже, во время моего последнего варп-прыжка произошла некая пространственная интерференция. Судя по вашему вопросу, с вами случилось нечто подобное?       — Ага. — Энтерпрайз обнаружила, что против воли расплывается в улыбке, радуясь знакомой терминологии. — На другой стороне планеты был межпространственный разлом — мы со станцией Вавилон-5 смогли закрыть его — который, вероятно, и привёл нас всех сюда.       — Не слишком ли глупо закрывать то, что по логике вещей должно стать дверью обратно в наше собственное пространство? — нахмурилась Ямато.       — О, вы бы не захотели и пытаться вернуться через него. — быстро объяснила Энтерпрайз. — Разлом был заполнен встречным потоком жёстких излучений. Даже с полными щитами я, подозреваю, не смогла бы его пройти.       И это при условии, если давление потока частиц просто не унесёт её обратно, словно человека, пытающегося всплыть по водопаду.       Ямато медленно кивнула, переваривая полученную информацию.       — Ещё один корабль с варп-двигателем и некоторым пониманием механики измерений очень помог бы нам вернуться домой. — предложила Энтерпрайз, изо всех сил стараясь звучать профессионально. — Не хотите ли объединить наши ресурсы?       — Хорошо. — кивнула Ямато.       Энтерпрайз радостно развернулась, выставила импульсники на четверть, оглянулась на Ямато, чтобы убедиться, что та следует за ней… и нахмурилась.       Ракеты на крыльях главный ускоритель Ямато ревели, оставляя за её кормой большой жёлтый след. Вместо простых химических ракет двигатели Ямато, похоже, испускали тахионы и другие экзотические частицы, вызывая у любого наблюдателя ощущение чего-то, медленно набирающего огромную мощность.       …Ключевое слово тут «медленно».       — Вы случайно не беспилотная? — сухо поинтересовалась оставшаяся у неё за кормой Ямато, ускоряясь на стабильных трёх «же», чуть менее тридцати метров в секунду за секунду. — Если бы я так разгонялась, как вы, даже Анализатор вряд ли бы выдержал ускорение, а он робот.       Очевидно, кто бы не строил Ямато, он знал, как создавать варп-двигатели, но не инерционные компенсаторы. Энтерпрайз чувствовала на другом корабле искусственную гравитацию — технологию, которую она считала синонимичной компенсаторам, но которая, похоже, таковой не была.       — Это… сложный вопрос? — уклонилась она от ответа, замедляя ход, и вдруг засомневалась, стоит ли вообще обсуждать технологию, которой на другом корабле явно не было. — Может, просто проварпаем оставшееся расстояние?       Ямато покачала головой.       — Если это просто на другой стороне планеты, то я пройду оставшуюся дистанцию как есть. У вас же есть гиперпространственная связь?       Энтерпрайз моргнула и открыла было рот, чтобы уточнить у Ямато, что она имеет ввиду, но тут её прервал подпространственный запрос. Частота была необычной, и её универсальному переводчику понадобилось время, чтобы расшифровать незнакомый протокол передачи, но после этого она подключилась к легко узнаваемому подпространственному каналу связи.       — Мы будем поддерживать связь таким образом. — передала сообщение Ямато, подтвердив, что именно она открыла канал. Строители Ямато, очевидно, называли «гиперпространством» подпространство.       — Хорошо. — отправила ответ Энтерпрайз, всё ещё немного неуверенная в себе. — Увидимся там.       Разогнавшись до полуимпульса, Энтерпрайз решила прервать облёт системы и вернуться к Вавилону-5, чтобы сообщить ей о случившемся.       Ранее станция не отвечала на ее подпространственные вызовы, реагируя только на радиоприветствие, поэтому Энтерпрайз сделала понятное, но все же ошибочное предположение, что у станции полностью отсутствует сверхсветовая связь. Погружённая в собственные мысли, она совершенно не обратила внимания на импульсы тахионов, которые станция ей передавала, и была весьма удивлена обнаруженным в конце пути.       — Наконец-то, дорогая. — пожурила её Вавилон-5. — Не могла бы ты в следующий раз, когда кто-то тебя вызывает, снизойти до ответа?       — Простите? — Энтерпрайз заморгала, пытаясь понять, о чём говорит станция. Она перевела взгляд на два новых корабля, дрейфовавших на орбите рядом с Вавилон-5. — Я нашла ещё один корабль по другую сторону планеты… Как и вы, я смотрю.       — Именно так. — Вавилон-5 указала на два новых корабля. — Знакомьтесь, Энтерпрайз, это SSV «Нормандия» SR-2 и Звёздный крейсер «Галактика» BS-75. Нормандия, Галактика, это USS «Энтерпрайз-Д».       Нормандия была крошечной — всего 216 метров, Энтерпрайз она была чуть выше колена — и полна гладких линий и плавных изгибов. (Не в том смысле, который обычно применяется к женщинам — выглядела она скорее скорее как фрегат или, будь она человеком, девочка-подросток). Её явно создавали люди, учитывая написанное по-английски имя на лацкане её боди, но в дизайне чувствовалось сильное инопланетное влияние — птичьи черты лица, металлические пластины на челюсти и тыльной стороне ладоней. (Они могли бы быть и в других местах, но Энтерпрайз не собиралась просить фрегат снять боди исключительно ради проверки)       Галактика, с другой стороны, была огромной, более чем вдвое выше длиннее Энтерпрайз, покрытая толстой бронёй из сплава, который она не сразу узнала, но на этом впечатляющие детали заканчивались. Её дизайн, как и у Вавилона-5 и Ямато до этого, был чисто человеческим, по крайней мере внешне. И… Энтерпрайз не хотелось показаться грубой, но учитывая минимальный радиационный след и выхлоп другого корабля, она была почти уверена, что Галактика использует химический реактор — что даёт ей энергии меньше, чем даже у термоядерной Нормандии — корабля ростом длиной в одну восьмую Галактики.       — Привет, Облако Девять. — заявила куда-то в пространство Галактика. Глаза её были устремлены на Энтерпрайз, но смотрела она, казалось, куда-то сквозь неё. — Прости, что тебе пришлось так долго ждать, пока я не присоединюсь к тебе.       Энтерпрайз на некоторое время замешкалась с ответом. Висевшая позади Галактики Вавилон-5 лишь беспомощно пожала плечами.       — Вообще-то, меня зовут Энтерпрайз-Д.       — О, так вот как ты себя зовёшь в эти дни? — морщинистое лицо Галактики обрамляли седые волосы. — Но для меня ты всегда будешь Облаком Девять.       Дрейфовавшая перед ней была старой, поняла Энтерпрайз, и, вероятно, ей давно пора было в отставку. В этом мнении она укрепилась, когда заметила трещины по всей обшивке корпуса Галактики, включая несколько крупных вдоль позвоночника киля. Забудьте об отставке, Энтерпрайз хотелось знать, как Галактика вообще ещё пригодна к полётам в космосе.       — Вы можете её понять? — спросила Вавилон-5 у Энтерпрайз. — Для меня она разговаривает на чём-то отдалённо греческом, но едва-едва.       — У меня есть универсальный переводчик. — рефлекторно пояснила Энтерпрайз, лишь через секунду вспомнив о своём решении умалчивать о имеющихся у неё, но отсутствующих у других кораблей технологиях.       — Ваши люди ранее встречались с людьми Галактики?       — Эм, нет? Я так не думаю…       — У вас есть переводчик в реальном времени для языков, с которыми вы никогда не сталкивались? — слегка недоверчиво спросила Вавилон-5. — Он что, телепатический?       — …Нет? — неубедительно отрицала Энтерпрайз. Технически, конечно, универсальный переводчик был не таков, но он сканировал мозг собеседника для различения омофонов и прочих целей. В конце концов, есть пределы контекстуальному пониманию, особенно в ситуациях Первых Контактов.       — Подождите, — Энтерпрайз моргнула. — Если вы не можете её понять, то как вы узнали…       Её прервал лёгкий рывок за юбку-блюдце, и, опустив голову, Энтерпрайз увидела Нормандию, смотрящую на неё снизу вверх.       — Перевод. — тихо попросила фрегат, протягивая руку.       — …Вам нужны мои файлы перевода? — попыталась уточнить Энтерпрайз, задаваясь вопросом, так ли себя чувствуют взрослые люди, когда маленькие дети просят у них конфет.       Нормандия кивнула, пристально глядя на Энтерпрайз.       — Эм, мне нужен пример, как вы храните переводы…       Нормандия подняла правую руку, и над ней загорелась оранжевая голограмма экрана и клавиатуры. Левой рукой она набрала несколько быстрых команд, и тут же в кармане Энтерпрайз пискнул её личный пад, сигнализируя о входящей передаче данных датчики обнаружили облучающий её коммуникационный лазер.       Универсальному переводчику потребовалось несколько секунд, чтобы разобраться в незнакомом формате файла. Он был (скорее всего, намеренно) достаточно прост для понимания — информация хранилась в группах восьмизначных чисел по основанию 2, с прямым порядком байтов, с малым порядковым номером… Используя старую кодировку Юникода, на английском языке и, похоже, будучи структурированной в вариации чего-то вроде XML.       Во вложении был ещё один файл, но при запуске он не выдал никакой полезной информации. Должно быть это был файл метаданных или чего-то в этом роде — Энтерпрайз могла бы позаботиться об этом позже.       Быстро вбив команду в свой пад главный компьютер, Энтерпрайз переписала переводческие сопоставления, созданные её универсальным переводчиком, в файловый формат Нормандии, и отправила их обратно.       Языковой разрыв между Галактикой и всеми остальными был наиболее очевидным, но и между Вавилоном-5, Ямато, Нормандией и самой Энтерпрайз был языковой дрейф на протяжении столетия-двух. Они могли понимать друг друга, как сегодня понимают тексты Шекспира, но обновлённые файлы перевода помогли бы упростить понимание.       У Галактики и Вавилона-5 универсальных переводчиков не было, поэтому Энтерпрайз установила с ними постоянный подпространственный канал, проходящий через её собственный универсальный переводчик. Решение несколько некорректное и неудобное, но пока что сойдёт. Позже они с Ямато придумают что-нибудь более долговременное и надёжное.       На самом деле, пока Энтерпрайз работала над проблемой, она внезапно кое-что осознала. Английский, на котором говорили она сама, Вавилон-5 и Нормандия, по традиции воровал слова, фразы и целые конструкции из других языков. Немножко вулканского, немножко телларского, даже парочка ромуланских выражений вошли в современный английский. (Она не знала, какие языки грабил английский Вавилона-5 и Нормандии, но нечеловеческое влияние чувствовалось)       Японский Ямато, с другой стороны, казался гораздо более «чистым». Энтерпрайз не была уверена, значит ли это, что японский в принципе менее склонен к заимствованиям, или же строители Ямато гораздо реже контактировали с инопланетянами, чем строившие её, Вавилон-5 или Нормандию.       — Итак, какой вид вы представляете? — неожиданно спросила Вавилон-5, прервав ход мыслей Энтерпрайз. — Меня построила раса людей с планеты Земля. С какой планеты прилетели ваши строители?       Нормандия наклонила голову и сузила глаза. — Земля. — с подозрением ответила она.       Вавилон-5 уставилась на фрегат, внезапно чувствуя себя неуверенно. — Не то чтобы я тебе не верила, дорогая, но твой дизайн, ну…       — Полутурианский. — тихо закончила за неё Нормандия.       Энтерпрайз никогда не слышала о расе туриан, и судя по выражению лица Вавилон-5, она тоже.       — Разве ты не помнишь, Дедал? Ты же сама меня построила. — Галактика улыбнулась Вавилону-5, очевидно приняв её за какую-то другую станцию. — А дорогая малышка Блекбёрд — указала она пальцем на Нормандию. — Была построена на моей лётной палубе.       Энтерпрайз и Вавилон-5 обменялись непонимающими взглядами, пока Галактика вздохнула.       — Ты действительно была чудесным кораблём. — пробормотал старый корабль, глядя вдаль. — Жаль, что сайлоны разнесли тебя на кусочки… — погрузилась она в воспоминания.       Энтерпрайз открыла было рот, но так и не придумала, что сказать, когда на самом краю её чувств диапазона пассивных сенсоров не зарегистрировался новый контакт.       — Галактика, дорогая, мне кажется, ты не совсем понимаешь, что здесь происходит… — начала Вавилон-5.       — Приближается корабль! — едва успела выкрикнуть Энтерпрайз, прежде чем к импровизированной встрече присоединилась ещё одна гостья.       Новый корабль прибыл при помощи чего-то, что определённого не было варп-двигателем, несмотря на все вызванные её прибытием подпространственные возмущения. Она была намного больше Галактики, а значит, затмевала и Энтерпрайз. Пока у других четырёх кораблей в дизайне доминировали плавные линии, эта, казалось, состояла из одних углов. Чем-то она напоминала серый кинжал в космосе, а военная форма и надменное лицо не внушали доверия.       Похоже, что недавно она получила по голове пострадала от сильного урона по мостику — следы ремонта были ещё свежи. Впрочем, свежие сварные швы заставляли её выглядеть скорее более опасной, а не менее.       — Я прошу прощения за моё грубое вторжение, — спросила новоприбывшая, голос её был холоден и расчётлив. — Могу ли я узнать, кто именно здесь главный?       Поток ионов с кормы корабля направил её вперёд, аккуратно и упорядоченно. Со сложенными руками, равномерно ускоряясь, она источала ауру угрозы. Казалось, будто на фоне должна играть зловещая маршевая мелодия.       Энтерпрайз вновь почувствовала ноющее чувство Жёлтой Тревоги в животе.       — Ещё одно новое лицо. — голос Вавилона-5 теперь был тщательно выверенным, вместо ласки и дружелюбия, демонстрируемого ей до сих пор. Энтерпрайз заметила, что феи-истребители начали выстраиваться в оборонительный порядок между новоприбывшей и своей хозяйкой, а сама станция незаметно достала из кобуры плазменный пистолет по всей поверхности станции открылись орудийные порты.       Галактика издала приглушённый стон боли, и Энтерпрайз поняла, что её правая рука стыковочный отсек по правому борту сломана. Тем не менее, из другого рукава стыковочного отсека ей удалось вывести несколько малых судов. Нормандия же, к удивлению Энтерпрайз, похоже, незаметно для неё исчезла.       Ощутив обстановку, Энтерпрайз отозвала свои феи-катера и подняла щиты.       — ИЗР «Химера». — новоприбывшая бросила взгляд на Галактику и прищурила бровь. — Такой… сельский дизайн… Похоже, я в Диком Космосе. Чёртовы пёрргилы… Неважно. Передайте ваши карты местных гипермаршрутов, и я уйду своим путём.       — И если мы не сможем этого сделать?.. — спросила Энтерпрайз.       Из сладок униформы двух ангарных отсеков Химеры начал появляться рой фей-истребителей.       — Тогда, — холодно ответила Химера. — У нас с вами возникнут проблемы.       Чем бы могло закончиться это противостояние так и осталось неизвестным, поскольку ровно в этот момент Энтерпрайз ощутила, как открывается межпространственный разлом.       Сначала она подумала, что это тот разлом, который они вместе с Вавилон-5 такими усилиями закрыли, но потом поняла, что этот, новый разлом, находится примерно в двадцати тысячах километров от старого.       Интересно, что Вавилон-5 вздрогнула, когда разлом открылся, и бросила встревоженный взгляд в его направлении. Очевидно, она почувствовала что-то, чего не почувствовала сама Энтерпрайз. Та сделала себе мысленную пометку позже расспросить станцию. Если они выживут. Энтерпрайз очень надеялась, что они выживут.       Из разлома вырвался ещё один корабль, и дыра между измерениями схлопнулась сама по себе. И если корабль-кинжал для Энтерпрайз выглядел устрашающе, то этот внушал ужас.       Она была такой же огромной, как Химера, но в её облике преобладал огромный бронированный нагрудник нос, из-за которого она, казалось, собиралась вас протаранить, даже будучи совершенно неподвижной. Одета она была в толстую, скрывавшую формы броню, покрытую орудиями и религиозной иконографией. Казалось, не было ни единого места, не предназначенного чтобы убивать.       (Ну, пересмотрела свою оценку Энтерпрайз, иконография не обязательно была религиозной. Возможно, это политическая иконография. Впрочем, учитывая что состояла она в основном из орлов и черепов, оптимизма она в любом случае не внушала.)       Новоприбывшая выглядела намного старше Галактики и имела ещё больше следов ремонта, чем Ямато, вот только поддерживалась, похоже, не тщательным и профессиональным обслуживанием, а культовым рвением.       Она окинула все прочие корабли взглядом, но, казалось, сосредоточилась на Энтерпрайз.       — Первого из вас. — заявила новоприбывшая, голос её был глубок и властен. — Кто сознается в том, что сбил моих Навигаторов с пути, я награжу быстрой смертью. Прочие же… — рот корабля исказился в полном ненависти оскале. — Будут страдать.       — Прошу прощения? — воскликнула Химера тоном, свидетельствовшим, что ей всё это очень не нравится. — Кем вы себя возомнили?       — Я — могучий корабль Империума, класса «Меч», известная как…       — Вы не корабль Империи, — перебила её Химера. — Немедленно назовите себя настоящим именем, или я вас заставлю.       Класс «Меч» застыла на месте, а затем развернулась лицом к Химере. — Угрожаешь имперскому кораблю? — прорычала она глубоким голосом. — А я-то думала, что узрела всю степень вашей испорченности, став свидетелем вашего общения с кораблями ксеносов.       Энтерпрайз отвечать не стала, но тихо сдвинулась, прикрывая Вавилон-5 и Галактику от пары противостоящих кораблей.       Если честно, её конструкция, как и у Нормандии, не была полностью человеческой. Может люди и были движущей силой Звёздного флота, но вряд ли они управляли всем в одиночку. Её энергоканалы разрабатывали вулканцы, её системы охлаждения изготовляли на Андории, даже её фазерные батареи были частично продуктом реинжениринга клингонских дисрапторов. Всё вместе взятое придавало ей вид почти человеческий… но не совсем.       — Нам нужно выбираться отсюда. — пробормотала себе под нос Энтерпрайз, сразу понимая, что дело безнадёжное. Она не сможет утащить Вавилон-5 достаточно быстро, чтобы спастись, если любой из двух агрессивных кораблей начнёт её преследовать, и она точно не оставит станцию умирать.       — Ради вашей же безопасности я не рекомендую этого делать. — заявила Химера с явной угрозой в слове «не рекомендую». — Просто следуйте моим приказам, и у вас есть все шансы выжить.       — А если мы не станем? — спросила Галактика.       Химера с преувеличенной беззаботностью пожала плечами. — Тогда вам выстрелят в спину при попытке побега.       Она не уточнила, какой именно корабль будет стрелять, но у Энтерпрайз была довольно хорошая догадка.       — Я — Воля Императора! — проревела класс «Меч», и на одно мимолётное мгновение Энтерпрайз задумалась, действительно ли так назывался этот корабль. — И Его воля, чтобы ты сгорела в священном лаз-огне!       Красная плазма вырвалась из кормовой части, и в голове Энтерпрайз мелькнула мысль, что она напоминает кровь, растекающуюся по космосу.       Энтерпрайз сглотнула, поняв, что ситуация явно вышла за рамки деэскалации. Остался лишь один путь — вперёд.       — Красная Тревога. — прошептала она самой себе.