Глава 1

Питеру казалось, что он был покрыт потом с ног до головы. Его мышцы болели, а дыхание вырывалось прерывистыми хрипами. У него не было сил пошевелиться, поэтому он продолжил пассивно лежать там, куда его бросили. Питер опечаленно уставился в потолок. Наташа и Стив слегка запыхались, но даже не вспотели. Причёска Наташи не пострадала, а одежда обоих выглядела идеально. – Это издевательство, – пожаловался Питер потолку тренировочного зала. Он лежал на полу, распростёршись как морская звезда. Его спина неприятно пульсировала в месте жёсткого приземления, лицо горело. – Это не издевательство, – легкомысленно отмахнулся Стив. – Это тренировка. Жизненно важная тренировка. Наташа смахнула несуществующий волосок с лица и добавила: – Тебе нужно перестать полагаться на свою силу для защиты, Питер. Что если тебя окружат? Или что-то лишит тебя способностей? Питер приподнялся на локтях, уставившись на неё с приоткрытым ртом. – Меня можно лишить моих способностей? Серьёзно? – Всё возможно, – ответил Стив. – Пока ты сталкивался только с заурядными воришками и неопытными злодеями в клоунских костюмах. Однажды ты можешь встретить кого-то, чей опыт превзойдёт твоё чутьё и веб-шутеры. Питер застонал, борясь с желанием начать стучать кулаками и ногами по мату, как ребёнок в истерике. К сожалению, он прекрасно понимал, что они были правы. Он неустанно совершенствовался с тех пор, как Мстители приняли его в свои ряды, и опытные супергерои здорово помогали ему в этом, но всё же. Его прогресс был недостаточно быстрым, даже не близко. Ему уже надоело быть самым младшим и неопытным членом команды. – И всё же, ежедневное избиение сокомандниками от этого не становится менее отстойным, – ответил Питер. Он не дулся. Он был взрослым полноправным членом Мстителей, и он точно не дулся. Стив протянул руку и помог Питеру подняться на ноги. Блондин хлопнул его по плечу и мягко улыбнулся. – Если тебе полегчает, Сэм готовит завтрак. Это… это действительно заставило Питера почувствовать себя лучше. Он каждый день скучал по тёте, но только не по её резиновым блинчикам. Сэм был настоящим благословением. – Вы можете заставить Тони сделать нам кофе? – спросил Питер жалобно. Было так рано, солнце только начало заглядывать в панорамные окна Башни, а ему ещё предстояла долгая поездка в кампус на занятия. Питер и раннее утро плохо сочетались. Стив легко рассмеялся. – Посмотрим. В варке кофе Тони был почти так же хорош, как Сэм в приготовлении домашней еды. Обеспеченная жизнь приучила Тони соглашаться только на самое лучшее: покупать кофейные зёрна на крохотных европейских фермах, оттачивать профессиональные рецепты и варить идеальный кофе. Стандарты Питера были гораздо ниже. Кофе, который он пил, чаще всего был или безвкусным, или до смешного горьким, – результат выживания на самых дешёвых брендах по самым низким ценам. Стив отошёл от него на несколько шагов и занял обманчиво расслабленную боевую стойку, выставив перед собой кулаки. Наташа тут же заняла место бок о бок с капитаном. – Кофе и завтрак позже, – сказал Стив. – Ещё три раунда, и мы закончим. Питер издал ещё один недовольный звук, но подчинился и встал в позицию. – Сейчас так рано, пожалуйста, можно нежнее? – простонал Питер. Стив бросился вперёд, и Питер перекатом ушёл от удара. – Без шансов, – усмехнулась Наташа.

***

– Всё ужасно, – провозгласил Питер в тишине общей кухни. Сэм переворачивал бекон на сковороде. На пустой столешнице неподалёку сидел Клинт, подкидывая апельсин. Лучник окинул взглядом обиженное лицо Питера и его задеревенелые плечи, и фыркнул. – Они тебя не пощадили, да? – Нет, – ответил Питер, усаживаясь за барную стойку. Эта ноющая нотка снова проникла в его интонацию. Ему казалось, что это звучит немного по-детски, но у Мстителей она всегда вызывала улыбку. Питер заметил, что Сэм пытается не рассмеяться. – Что ж, завтра я тебя тренирую, – сказал Клинт. Апельсин снова и снова оказывался в воздухе, вверх-вниз, пойман и снова подброшен крепкой рукой. – Я покажу тебе пару настоящих приёмов. Уличных приёмов. Готовься, я надеру тебе задницу. – Однажды, – торжественно пообещал Питер. – Однажды настанет день, когда я превзойду всех вас. Всю команду! Разом! Человек-Паук против Мстителей, это будет противостояние века. Клинт фыркнул, а Сэм засмеялся со своего места возле плиты. – Даже так? – спросил Сокол. – Ага, – ответил Питер, скрестив руки на груди. – Вы только подождите. Я против вас. Эпичная битва века. Клинт кинул в парня апельсин, который он поймал, не моргнув глазом. – Сначала переживи завтрашний день, – легко усмехнулся Клинт. Питер бросил апельсин обратно. – Посмотрим, – рассмеялся он, прежде чем направиться к выходу из кухни, чтобы принять душ. Когда Питер вернулся, почти полный час спустя, он был одет как попало, и на ногах были только носки. Его волосы были всё ещё влажными, в одной руке он сжимал кроссовки, а в другой – рюкзак с учебниками. – Доброе утро, Питер! – громыхнул Тор со своего места за барной стойкой. Питер переступил с ноги на ногу, пытаясь натянуть обувь, не развязывая шнурки. – Не доброе утро! Я всё пропустил. – Что такое? – спросил Стив. Питер смущённо посмотрел на своего лидера. – Возможно, я снова уснул, пока был в душе. И я забыл, что у меня была лекция утром. Я думал, она будет после обеда… Клинт усмехнулся, сидя перед пустыми тарелками, столовыми приборами и характерной горкой апельсиновых корок возле правого локтя. – Ты пропустил завтрак от Сэма, – в голосе лучника не было сочувствия, и Питеру отчаянно захотелось снова начать бросаться апельсинами. Стив подвинул в его сторону исходящую паром кружку, на что Питер ответил взглядом, полным обожания. – Вот почему ты мой любимый герой! – Я думал, я твой любимец! – оскорбился Тор. Сэм, убиравший посуду, удивлённо приподнял бровь. – Пит, на прошлой неделе ты сказал, что я твой любимый герой. – Эй! – возмутился Тони, отходя от своей любимой кофеварки и хмуро глядя на товарищей по команде. – Я приготовил этот кофе, Роджерс! Как ты смеешь приписывать себе мои заслуги? Питер был слишком занят своей неправильно застёгнутой рубашкой. – Джарвис, – громко сказал Тони, – моя неблагодарная команда не ценит мои великолепные таланты! – Конечно, сэр, – сухо ответил Джарвис. – Опаздываю! – воскликнул Питер. – Нет времени, простите, ребята. Сэм протянул ему сэндвич с беконом, обёрнутый промасленной бумагой. – Я так и предполагал, – пожал плечами Сокол на удивлённый взгляд парня. – Беру свои слова назад, – с придыханием сказал Питер. – Сэм снова мой любимчик. Прости, Стив. – О нет, – сухо ответил капитан, – я этого не переживу. – Шевелись, Питер! Ты опаздываешь, забыл? – поторопил парня Сэм. – Повеселись на занятиях! Питер шутливо отдал ему честь и ответил: – Так точно, мамочка. Он закинул рюкзак за спину и направился к двери, собирая по пути быстрые прощания и лёгкие похлопывания по спине от других Мстителей. В этот раз Питер не уклонялся от них как когда-то. Чем больше он сближался с командой, тем больше привыкал к постоянному присутствию семерых людей, позволяя дружбе расцветать. Питер больше не чувствовал себя так одиноко. Двери лифта медленно закрылись за Питером, скрывая за собой Мстителей, смеющихся вместе за барной стойкой.

***

Профессор едва обратил внимание на встрёпанного и запыхавшегося Питера, вбежавшего в помещение. Он привык к постоянным опозданиям студента. Занятие пролетело незаметно. Питер заглянул в библиотеку, чтобы вернуть книги и взять новые материалы. По пути домой он забежал за обедом, предотвратил кражу сумочки одной леди, и всё это – даже не надевая костюм. Питер проходил мимо магазина электроники в нескольких кварталах от Башни, когда его внимание привлекла витрина с большими экранами. Все они транслировали новостной репортаж, центром внимания которого был новообретённый дом Питера. Он замер на середине шага, заставляя пешеходов вокруг ругаться сквозь зубы и агрессивно толкать его плечами, но ему было всё равно. Он не шевелился. Он не дышал. На экране возвышалась Башня, высоко и гордо, как и всегда, но верхние этажи были повреждены. Несколько окон были уничтожены, над этажами Мстителей вился дым. Текст внизу экрана гласил: «Башня Мстителей под атакой. Статус Мстителей неизвестен». Питер судорожно выхватил телефон из кармана, но на нём ничего не было. Ни уведомлений, ни пропущенных звонков и сообщений. Ничего. У Питера перехватило дыхание из-за неожиданного кома в горле. Его команда была атакована, прошли считанные часы после завтрака, а он не знал. Его не было рядом с ними. И то, что они не написали ему, даже не попросили Джарвиса оповестить его… Питер переоделся в свой костюм и поспешил в направлении Башни.

***

Когда Питер прибыл к Башне, его беспокойство не уменьшилось ни на грамм. У подножия здания были рассредоточены полицейские, а для сдерживания паникующей толпы были установлены заграждения. За ними были десятки, даже сотни людей, гораздо больше, чем ожидал Пит. Он никогда не сомневался, что люди любили Мстителей, но видеть размер толпы вдоль заграждений, движимой беспокойством и любопытством после нападения на их героев, было удивительно. На месте были и репортёры. Новостные фургоны, толпы журналистов, ведущих репортажи, фотографы, делающие снимки наступившего хаоса. Питер не собирался задерживаться внизу, чтобы не отвлекаться. Только не сейчас, когда он был нужен своей команде. Он проигнорировал крики, раздавшиеся из толпы, которая сразу же заметила его яркий костюм, и быстро взобрался на Башню. Вьющийся дым и разбитые окна вблизи казались гораздо более устрашающими. Питер пробрался в общую кухню. Несколько часов назад команда сидела за барной стойкой, подшучивала друг на другом и смеялась над неорганизованностью Питера. Сейчас же атмосфера помещения представляла собой совершенно другую картину. По ковру были разбросаны осколки стекла, а плоский экран в смежной гостиной потрескался и покосился. Вокруг были опрокинутые стулья и разбитые тарелки, на одной из стен чётко виднелись следы выстрела из репульсора. – Джарвис? – попробовал Питер, нервно облизнув пересохшие губы. Гнетущая тишина в ответ его не успокоила. Джарвис всегда отвечал немедленно. – Джарвис? Ты слышишь меня, дружище? – снова попытался Питер. Из-за дивана раздался негромкий звук. Чутьё Питера активизировалось, но в поле зрения появился Стив. Мужчина поднялся на ноги, дезориентированный и растерянный. У него на виске краснела открытая рана. – Стив, – с облегчением выдохнул Питер. – Ты в порядке. Стив едва взглянул на него и не ответил. Чутьё Питера с каждым шагом капитана становилось всё настойчивее. – Знаешь, – легкомысленным тоном начал Питер, – если вы, ребята, так сильно не хотели, чтобы я уходил на занятия, вы могли просто сказать, не было нужды превращать это место в полный хаос. Когда Стив наконец-то посмотрел на него, Питер понял, что что-то было не так. Походка капитана была жёсткой, почти как у робота, а его выражение лица… Глаза были тёмными и остекленевшими, рана на лице кровоточила, вокруг глаз наливались синяками, – у Питера свело желудок, а паучье чутьё зашлось в истерике. Питер не задумываясь сорвался с места. Стив бросился в его сторону, и Питер оказался на потолке. Капитан оттолкнулся от кафельного пола, размахивая руками и пытаясь добраться до Питера. – Обожемой! – закричал Питер. – Боже мой! Он упал обратно на пол, пригибаясь и уходя от удара, нацеленного ему в спину. Паучье чутьё не ослабевало, и Питер не мог собраться с мыслями из-за паники и непонимания. – Стив! – попытался докричаться до друга Питер. – Это я! Это Человек-Паук… Это Питер! Мужчина был словно в трансе. Он не заколебался, даже не вздрогнул, когда Питер не успел уклониться от летящего в его сторону кулака и отправился в полёт через всю комнату. Он даже не моргнул, когда Питер закричал от боли. – Пожалуйста, пусть это будет очередная безумная тренировка, – у Питера получилось собраться и прыжком уйти от снова пошедшего в атаку Стива. – Типа сюрприз-вечеринки на день рождения, только наоборот. Сюрприз, мы попытаемся убить тебя! Всё во имя тренировки! Чутьё и хорошие рефлексы Питера здорово помогали ему держаться, но Стив был гораздо опытнее. До смешного опытнее. – Прости, что не воспринял тебя всерьёз сегодня утром! Я всё понял, нужно было прислушаться, когда ты говорил, что я наткнусь на более опытного противника. Но ты начинаешь меня пугать… – Стив никогда не нападал на него с такой интенсивностью. Раньше он всегда сдерживал удар. Стив двигался как одержимый. Его глаза ни на чём не фокусировались, тусклые и далёкие, черты лица были искривлены в оскале. Питер внезапно осознал, что это был не Стив. Это… может быть, какая-то искривлённая пародия, но точно не тот лидер и друг, к которому Питер успел привязаться. Эти глаза не могли принадлежать Стиву. Так, значит, не тренировка. – Ты под каким-то воздействием, – заявил Питер. Он не был уверен, стало ли ему легче, от того, что его друг делал это всё против своей воли. – Точно, это какой-то газ, или магия, или контроль разума… Хватка Стива на ноге Питера ощущалась как тиски, когда капитан ещё раз швырнул его через всё помещение. Питер врезался в дальнюю стену и почувствовал, как что-то у него внутри что-то треснуло. Рёбра. Стив, член его команды, сломал ему рёбра. Ситуация с каждой секундой становилась всё менее смешной. Стив снова приблизился. Его мышцы, широкие плечи, сильные ноги и большие руки, всё это могло нанести серьёзный урон. Питер отходил до тех пор, пока не упёрся спиной в стену. – Без паники, – пробормотал он себе под нос. – Без паники! Его могущественный сверхчеловеческий напарник внезапно решил его убить, не было никаких поводов для паники. Конечно, у Капитана Америки было на десятилетия больше опыта, и Питеру так и не удалось одолеть его в тренировочном спарринге, но это был Стив, его друг. Он не мог заставить себя навредить ему, даже учитывая, что капитан был не против порвать его голыми руками. И всё же, ему нельзя было паниковать. Соберись, Паркер. – С тобой, конечно, весело, – легко сказал Питер, снова забираясь на потолок. Он направился в сторону окна, игнорируя жгучую боль в рёбрах. – Но мне пора отчаливать. Надо позаботиться о паре вещей, встретиться с несколькими людьми. Может, мы с тобой договоримся на другой раз? Могли бы устроить поздний завтрак! Питер уже высунул одну руку из окна, когда Стив зарычал, словно дикое животное, и бросился вслед за ним, оскалив зубы. Пит, не колеблясь, выпрыгнул из окна и взобрался по стене здания, подальше от разъярённого члена команды. Стив издал нечеловеческий рык, и, если бы не весь шок от происходящего, Питер смог бы оценить, насколько вся эта ситуация отдавала сюрреализмом.

***

Тренировочный зал был в таком же плачевном состоянии, как и кухня. Пол тоже был усыпан осколками стекла, повсюду валялось сломанное оборудование и мебель. Однако, в отличие от кухни, по всему помещению было разбросано оружие, каждое из них было непригодно для использования. Башня никогда раньше не пугала Питера, даже в первые несколько визитов, когда всё казалось большим, сверкающим и слишком новым. Но сейчас, с горами испорченного оружия, брошенного на полу, Питер чувствовал себя на пределе. Он был крайне встревожен и взволнован. Питер направился вглубь помещения. – Привет?! Есть кто-нибудь? Э-эй! Чутьё подало Питеру сигнал. Он замер, прижав одну руку к стене, готовый в любую секунду совершить вертикальное отступление. Стив проследил за ним? Даже у суперсолдата весь путь занял бы больше времени. Из тени бесшумно вышла Наташа. Она была в том же состоянии, что и Стив: встрёпанная, окровавленная, с пустыми остекленевшими глазами. Её волосы спутались, а щёку пересекал длинный порез. К сожалению, чутьё не стихло с появлением нового члена команды. – Наташа, – взволнованно сказал Питер, – что здесь произошло? Стив напал на меня! Когда воплощение Истины, Справедливости и Американского Пути швыряет тебя через комнату, что-то явно не так… Наташа подошла ближе, чеканя шаг. Выражение её лица, глаза… Она прыгнула и врезалась в Питера всем телом. Этим утром Наташа швырнула его на маты, но сделала это продуманно. У него перехватило дыхание, мышцы тянуло, но было не так больно. Она не врезалась в него всем своим весом, не целилась своим острым локтем в его сломанные рёбра, как сейчас. Питер боролся изо всех сил, пытаясь вырваться из её хватки, но она предугадывала и парировала каждое его движение. Наташа легко обездвижила его. Одна из её рук крепкой хваткой сомкнулась у него на горле, сжимая слишком сильно. Он начал задыхаться, отчаянно пытаясь сделать хотя бы один вдох. – На… – прохрипел Питер, – На… та… Она подобрала что-то с пола позади него. Секунду спустя пистолет оказался прижат к его виску. Оружие ощущалось ледяным на его виске, покрытом потом. Наташа нависла над ним, её рыжие кудри легко покачивались вокруг лица. – Наташа, – умолял Питер, задыхаясь. – Таша, пожалуйста! Пистолет у неё в руке издал глухой прерывистый щелчок. Она выстрелила. Если бы пистолет работал, Питер был бы мёртв. Желудок Питера свело судорогой. Его замутило. Наташа зарычала и отбросила бесполезное оружие, приходя в ярость из-за осечки. Этой секундной заминки Питеру хватило, чтобы поменять положение ног и изменить их позицию, вырываясь из её хватки. (Наташа научила его этому приёму всего несколько дней назад. Она сказала, что однажды это могло спасти ему жизнь). Питер поспешил к двери. – Как-нибудь повторим, – крикнул он через плечо. – Было весело. Можешь присоединиться к нашему со Стивом позднему завтраку! Наташа ожесточённо закричала ему вслед. – Ага, – пробормотал Питер себе под нос, стремительно рванув по коридору, подальше от бывшей шпионки, – Стив сказал то же самое. С другого конца коридора раздался низкий грохот. Питер посмотрел вверх и чуть не споткнулся о собственные ноги. Перед ним был Клинт, держащий в руках натянутый лук со стрелой, нацеленной на грудь Питера. Клинт выстрелил, и у Питера перехватило дыхание. Он никогда не видел, чтобы лучник раньше промахивался. Тетива лопнула, и бесполезная стрела упала на пол. Питер уставился на сломанный лук широко раскрытыми глазами. Это было похоже на саботаж, как будто оружие было испорчено специально. Кто-то не только добрался до любимого оружия Клинта, но и сумел испортить его так искусно, что оно вышло из строя именно во время использования. Питеру удалось избежать смерти от стрелы, и, конечно, он был благодарен этой случайности. Однако, вид этого смертоносного оружия, бесполезно свисающего с рук лучника, ощущался как-то… неправильно. Это сбивало с толку. – Кому-то придётся ответить за это, – пробормотал Питер. Он сомневался, что Клинт или Наташа поняли бы его в этой ситуации, но всё же, болтовня помогала ему держаться. – Я правда надеюсь, что ты не будешь винить в этом меня, чувак. У меня сегодня очень паршивый день, знаешь ли. Наташа набросилась на Питера со спины. Он уклонился, отстранившись от её тянущихся к нему рук. Она быстро восстановила равновесие и продолжила идти на него с поднятыми кулаками. Питер был так занят, избегая её ударов, что не заметил, как Клинт подошёл ближе, вытащил стрелу из колчана и вонзил её в бедро Питера. Стрела вонзилась довольно глубоко, и Питер не смог сдержать крик боли. Он откатился спиной к стене и выдернул её из ноги с отвратительным влажным звуком и воплем, заглушённым ладонью. Он отбросил окровавленную стрелу и начал задыхаться, – в груди что-то сжалось, живот скрутило спазмом боли и панического страха. Питер поднялся на стену, подальше от двух агентов, и двинулся дальше по потолку. На этот раз он не произнёс шутки на прощание – был слишком занят, пытаясь справиться с болью. Питер сбежал через вентиляционную шахту. По извилистым металлическим туннелям было легко пробраться вглубь здания. Он полз по тёмному пространству до тех пор, пока звуки, издаваемые его обезумевшими друзьями, не стихли. Он зажал своё окровавленное бедро рукой и глубоко вздохнул. Его выдох превратился в отчаянный истерический смешок. В таком маленьком замкнутом пространстве он прозвучал как всхлип. Ладно, ладно. Ничего страшного. Его товарищи по команде сошли с ума и пытались его убить. Друзья, которым он доверял и о которых заботился. У них у всех было больше навыков и опыта. Нет проблем. Всё нормально. Голова Питера глухо ударилась о стенку шахты. Всё происходящее казалось нереальным. Несколько часов назад, он завтракал с Мстителями и наслаждался их привычной утренней рутиной. А теперь они пытались его убить.

***

Питер выскользнул из вентиляции и с любопытством огляделся. Он добрался до этажа Брюса. Учёный отбыл на встречу с кем-то за пределами страны, и не должен был вернуться раньше, чем через неделю. Питер понадеялся, что его комнаты пустовали. Парень двинулся дальше, прислушиваясь к своему притихшему чутью. Кто-то зарычал слева от него. Питер застыл, боясь, что кто-то выбежит из ванной комнаты, но ничего подобного не произошло. Были слышны только звуки борьбы, скрежет металла по коже и тяжёлое дыхание. Питер бесшумно прошёл дальше. Рычание становилось всё громче. – Обожемой! – он инстинктивно нырнул за диван, как только ещё один член команды появился в его поле зрения. Питеру не было стыдно за свою реакцию, потому что Тор выглядел просто чудовищно. – Тор? – справился с удивлением Пит. Он едва удержался от шутки про связывание. – Знаешь, ты мог бы просто позвонить мне и сказать, что кто-то тебя связал. Качество шуток стремительно снижалось. Печально, но Питер старался как мог, учитывая сломанные рёбра, открытую рану на бедре и здание, полное обезумевших Мстителей. Стоило дать ему небольшое послабление. – Почему ты связан, кстати говоря? – спросил Питер. Тор не ответил, продолжая рваться в путах. Это было жутко. Парень знал, что, если бы верёвки держали чуть слабее, он был бы уже мёртв. – Кто тебя обездвижил? Питер припомнил испорченное оружие в тренировочном зале. Вспомнил, что Наташа без колебаний подняла одно из них и нацелила его на Питера, вспомнил бесполезный щелчок, раздавшийся, когда осечка спасла его от смерти. Оружие. Лук. Отсутствие щита у Стива… Ох. Произошло нападение на Башню, и Мстители оказались под каким-то воздействием, будь то газ или магия, Питер не знал. Но у них было время до того, как они окончательно обезумели. Должно быть, они осознали, какой вред могли нанести, и позаботились о том, чтобы запереть или испортить своё самое опасное оружие и технологии. Видимо, этот список включал в себя и невероятно сильного инопланетного члена команды. Питер возненавидел себя за опустошающее чувство облегчения, которое разлилось по всему его телу. Казалось, что Тору было больно. Насколько же он боялся причинить вред окружающим, раз согласился оказаться в таких цепях. И всё же, Питер осознавал, как страшно было бы оказаться один на один с обезумевшим богом. Тор был в относительном порядке, а главное, не мог навредить ему. Питер засмеялся, на этот раз не так истерично, а более искренне. Он присел недалеко от Тора, скрестил ноги и сложил руки на коленях. Они двое сидели так уже много раз: когда Пит учил Тора играть в Уно, в ту ночь, когда Тор нашёл его на крыше, свернувшегося в клубок, потрясённого после ночного кошмара… Тогда Питер признался ему, что видел убийство своего дяди и что чувствовал себя виноватым. Тор в ответ рассказал ему о своих прошлых ошибках, о высокомерии своей молодости и о бесконечной вине перед Локи. Теперь кровь из раны на бедре Питера заливала кремовый ковёр Брюса. Теперь он прятался от своих товарищей по команде, а Тор был прикован цепями, чтобы не убить его с особой жестокостью. – У меня есть пара вопросов, – легкомысленно начал Пит. – Серьёзно, меня не было всего три часа, и вам, ребята, удалось разворотить Башню и превратиться в безмозглых жестоких марионеток. Я что, не могу оставить вас одних на ТРИ ЧАСА?! Тор рычал и бился в оковах, но вибраниум держал его крепко. Питер окинул бога скучающим взглядом. – Думаю, тебе стоит проявить чуть больше сочувствия, чувак. Ты должен мучиться от сожалений, извиняться и испечь мне торт за то, что мне пришлось пройти через это, – Питер указал на рану от стрелы на ноге. – Знаешь, как это неудобно? Я собирался на патруль днём! А теперь я присматриваю за жестокими Мстителями? Питер улыбнулся под маской. Видеть друга в таком состоянии было неприятно, но он всё ещё казался знакомым, хоть и был жестоко одержим. Питер старался не думать о том, насколько вся эта ситуация была странной. – Вы, ребята, должны будете мне очень много тортов, когда это всё закончится. Внезапный всплеск его чутья и визг репульсоров – единственное, что спасло Питера от выстрела в плечо. На одних инстинктах он отпрыгнул в сторону и присел. Выстрел из репульсора прожёг ковёр в том месте, где он только что сидел. Позади него появился Тони без брони, с одной только перчаткой на руке. Если Тони был без брони, а Джарвис был недоступен, значит, был шанс, что мастерская Тони была так же изолирована. Питер надеялся, что будет там в безопасности. – Прости, что был недостаточно благодарен за кофе этим утром, – сказал Пит, продвигаясь по стене по периметру помещения. – Мне правда понравилось. Десять из десяти. Я бы не отказался от кружечки завтра.

***

Вентиляционная шахта в мастерской не закрывалась, даже в случае экстренной ситуации. Циркуляция воздуха, видимо, была важнее внешних угроз, особенно в такой нестабильной обстановке. Питер был отчаянно благодарен за этот факт, проскальзывая внутрь. Помещение казалось пустым: боты и оружие были спрятаны, а опасные инструменты заперты в соответствующих контейнерах. Несколько костюмов Железного Человека валялись на полу так, словно у марионетки обрезали верёвки. Они выглядели мёртвыми. – Джарвис? – нервно позвал Питер. Он получил полный помех ответ, и чуть не упал от облегчения. – Мистер Паркер… прорыв… переписаны… вам… нуж… – Джарвис? Я… я не понимаю тебя. – Коммуникатор, – ответил Джарвис перед тем, как окончательно замолчать. Коммуникатор был единственной доступной вещью, лежавшей на столе среди грязных тарелок и кружек, старых отвёрток и выключенных планшетов. Питер схватил его, не раздумывая. – Привет? – техника загудела, оживая под его пальцами. – Это Человек-Паук, есть кто-нибудь? Голос на другом конце провода оказался таким знакомым, что Питер чуть не упал от облегчения. – Питер! – Брюс! – парень крепко сжал коммуникатор. Он услышал звук сминаемого металла и поспешил расслабить руку. – Брюс, – повторил он мягче. – Это я, Питер, – ответил учёный. Его голос был таким добрым, таким родным, что Питер не смог сдержал радостного выдоха. – Я так долго пытался связаться с Башней. Ты в порядке? Питер прерывисто вздохнул. – Наверное, могло быть и хуже. Брюс, другие Мстители, они… – Я знаю. Я помог Тони отключить всю технику в Башне, как только они поняли, что происходит. Питер сглотнул, ощущая сухость в горле. (Тони немедленно связался с Брюсом, но никто не вышел на связь с ним? Они… они подумали, что он ничем не сможет им помочь?) Пит опустился на пол, скрючившись на холодном полу мастерской. Он был в Башне всего несколько часов, но чувствовал себя безумно уставшим и опустошённым. У него осталось немного сил, остатки адреналина всё ещё циркулировали по его организму, но он больше не хотел в этом участвовать. Питер просто хотел остаться здесь, с Брюсом, и забыть о том, что его друзья превратились в диких животных. – Остальные сделали всё возможное, чтобы обезвредить себя, – сказал он, – но они всё ещё… всё ещё свободны и опасны, и позволь мне сказать, я не понимаю, почему злодеи продолжают пытаться захватить мир, зная, что Мстители придут за ними, потому что, чёрт возьми… Взволнованный голос Брюса пробился через подступающую панику Питера. – Питер, они навредили тебе? Пит был так отчаянно благодарен, что Брюс был с ним. После встречи со Мстителями, этот разговор обнадёживал. Только сейчас, сидя на полу мастерской, в тишине и безопасности, с твёрдым голосом Брюса в коммуникатора, он осознал, насколько вся эта ситуация потрясла его. – Я в порядке, Брюс, – ответил Питер. – С учётом всего, мне даже повезло, – с учётом силы Мстителей. С учётом его неопытности и слабости. С учётом того, что их было шестеро. – Всё заживёт после небольшого отдыха и тарелки супа. – Питер… – голос Брюса звучал так, так обеспокоенно, что у Питера заболело в груди. – Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через это. Я пока не могу добраться до Башни, так что ты… На мгновение Питера атаковали воспоминания о тихих обеспокоенных улыбках учёного, о знакомых волосах с пробивающейся сединой и о уютных клетчатых рубашках. Он вздрогнул, подумав о Халке. О Халке, которого Питер никогда не боялся, который часто вставал между ним и опасностью во всю мощь своих зелёных мускул. Одна мысль об огромных кулаках и клокочущей ярости заставила Пита содрогнуться, – он не смог бы выстоять и минуты. – Не приезжай, – быстро ответил Питер. – Пожалуйста, что бы ни случилось, не приезжай. Обеспокоенный голос на другом конце провода стал ещё мягче. – Питер… – Прошу, доктор Би, – так же тихо ответил парень, – мы не можем допустить ни единого шанса, чтобы остаточный газ повлиял на тебя. Мы не можем так рисковать. Дыхание Брюса стало едва слышным из-за помех. Питер словил себя на мысли, что учёный представил себе то же самое, что и он. – Со мной всё в порядке, – успокаивающе сказал Пит, – и со мной и дальше всё будет хорошо, договорились? Попробуй найти лекарство. А я присмотрю тут за всем. – Я знаю, но, Питер, если Мстители покинут Башню в таком состоянии, они могут причинить серьёзный ущерб. У парня перехватило дыхание. Он… он не предполагал, что Мстители смогут найти выход из здания. Он подумал обо всех людях, которые собрались вокруг Башни. Толпа полицейских и журналистов, делающих свою работу, гражданские, движимые волнением за своих героев, всё они были невинны. Беззащитны. А если кто-то из Мстителей хотя бы притронулся к невиновному человеку, не говоря уже о ранении или убийстве, они бы никогда этого себе не простили. Питер должен был уберечь их от такой судьбы. – Я не дам никому пострадать, – пообещал Питер. Он почувствовал подступающее отчаяние, начиная целиком осознавать поставленную перед ним задачу. Он должен был защитить не только толпу людей и целый город, но и свою команду. Питера было недостаточно. Он был обычным посредственным супергероем, ему нужно было нечто большее, чем кулаки и храбрость. Ему нужно было что-то… другое. – Мы не можем допустить, чтобы кто-то пострадал, – твёрдо продолжил Питер. – Ты прав, если они выйдут наружу в таком состоянии, они могут навредить кому-то. Его команда развалится на части от ненависти к себе и чувства вины, общественность потеряет всё уважение к своим героям, а правительство попытается изолировать их. Питер сделал глубокий вдох, затем выдох. Он лихорадочно вспоминал все экстренные протоколы, о которых когда-то рассказывал Тони. Тогда Питер закатывал глаза, но теперь он был благодарен паранойе миллиардера. – Ты помнишь защитные меры, предпринятые Тони? – твёрдо продолжил Питер. – Нам придётся объединиться, чтобы возвести защитный стальной заслон. Сделай всё, что сможешь, со своей стороны, а я активирую их из мастерской. И нам нужно удерживать стены любой ценой, Брюс. До тех пор, пока остальные не придут в себя. По прерывистому дыханию учёного, Питер понял, что тот вспомнил о чём речь. О стенах, которые Тони построил для того, чтобы ничего не могло проникнуть в Башню. Казалось странным в этот раз использовать их для того, чтобы удержать что-то внутри. – И что дальше? Закрыть их внутри? С тобой? Питер выдохнул с облегчением. Да. Брюс понял его верно. – Всё правильно. – Это… Боже, это действительно может сработать, – но голос Брюса был отнюдь не радостным. – Но Питер, как же ты? – Что? Что я? – непонимающе засмеялся Пит. – Ты будешь в ловушке, наедине с шестью не контролирующими себя Мстителями. Они будут охотиться на тебя. Они… они попытаются убить тебя. Питер поднялся на ноги. Он чувствовал себя странно: желудок успокоился, боль в рёбрах и бедре уже не была такой острой. Сердце всё ещё гремело, отбивая непроизвольный ритм в груди, а ладони были скользкими от пота. Он дрожал и чувствовал себя так отстранённо, словно всё происходило с кем-то другим. Он приблизился к панели управления. Джарвис по-прежнему контролировал сеть и мог управлять всем внутри, но был изолирован от внешнего доступа. С помощью Брюса Питер смог снова войти в систему, и запустить активацию защитных заслонов. Голос учёного у него в ухе прозвучал как приговор: – Готово. Питер сделал шаг назад. – Мы сделали это. – Стены опустятся через несколько минут, – сказал Брюс. – Питер, время ещё есть, ты можешь выбраться из Башни. Паучье чутьё оглушило его. Питер послушал его и незамедлительно нырнул влево. Связь прервалась, как только он молниеносно сорвался с места. Со своей позиции на стене Питер увидел, как Наташа приземлилась на то место, где он был всего секунду назад. Её руки были занесены, чтобы сломать ему шею. – Да что с вами, шпионами? – тяжело сглотнул Пит, притворяясь, что он не так потрясён, как это было на самом деле. – Ребята, нам стоит надеть на вас колокольчики. Клинт неаккуратно вывалился из вентиляционного отверстия, гораздо менее незаметно, чем Наташа. Колчан у него за спиной всё ещё был полон стрел, но в этот раз у него в руках были два длинных широких кухонных ножа. Клинт протянул Наташе ещё один нож, и она ловко прокрутила его в пальцах. Они не только работали вместе, но и выглядели как одна из тех счастливых парочек-киллеров из паршивых ужастиков. Вроде тех, которые заставляли его прятаться за спинами дяди и тёти, чтобы избежать кошмаров после просмотра. – Клянусь, если я услышу фразу «А вот и Джонни!», я использую этот нож на себе. Вместо смеха, Наташа метнула свой нож в Питера. Он попытался уклониться, но сделал это слишком медленно. Лезвие оставило длинную кровоточащую рану у него на руке. – Ох, тяжёлая публика! – Питер сжал рану рукой. Он медленно двинулся в сторону вентиляции, кровь заливала его дрожащие пальцы. Его смех был высоким и дрожащим, но ему немного полегчало. – Вам действительно не нравятся мои шутки, да? Клинт обнажил лезвие, а пальцы Наташи подрагивали так, словно ей не терпелось вцепиться Питеру в горло. В этот раз он готов был признать, что ему пора отступить. – Пора бежать, пока! – крикнул Питер, приблизившись к шахте. Клинт бросил нож, и лезвие вонзилось в стену там, где несколько мгновений назад была его голова.

***

Питер добрался до общей гостиной. Комната была пустой и разрушенной. Он скатился на пол, скривившись от боли в новом порезе на руке. Кровь свободно бежала от локтя до запястья, и дальше на пол. Отвратительно. Ранение от стрелы кровоточило, а рёбра напоминали о себе каждый раз, когда он пытался глубоко вдохнуть. Всё тело Питера ощущалось как один огромный синяк, хотя он сражался всего несколько часов. Что-то в этой ситуации казалось бесконечно более выматывающим, чем в любой другой. Питер хотел рухнуть на диван и проспать несколько часов. Спать весь остаток дня. А лучше вообще не просыпаться. Питер мог видеть мир за пределами Башни: яркий день, голубое небо, новостные вертолёты, парящие рядом с Башней словно птицы. Стальные стены опускались слишком быстро. Питеру не хватило бы времени, чтобы пробежать через всё помещение и выпрыгнуть из окна. Только не с его травмами. Питеру осталось только бросить быстрый прощальный взгляд на солнечный свет снаружи, а потом стены полностью опустились, заблокировав весь свет и звук снаружи здания. В гостиной включилось искусственное освещение, но Питеру показалось, что из комнаты пропал весь свет.