Пролог

      Лето, 863 год Новой эры              Ветки кустов, которые не успевали развести в стороны маленькие ручки, нещадно хлестали по лицу. Грудную клетку сдавило от нехватки воздуха, капли пота стекали по вискам, а ноги уже дрожали от усталости. Крики за спиной только подгоняли.              На поляну, тяжело дыша, выскочил растрёпанный мальчишка в мятой рубашке, шортах и без одной сандалии — потерял где-то в зарослях. Он с загнанным видом оглянулся через плечо, пытаясь понять, далеко ли от него преследование.              Нужно спешить. Он обязан принести письмо, пока ещё не было поздно! Но у него так мало сил…              Упершись ладонями в колени, мальчик попытался восстановить дыхание и взглянул на ярко-зелёную траву под ногами. Отошёл на шаг назад — освободил дорогу суетливо ползущему жуку с ярко-синей спинкой.       Загляделся.              — Он где-то здесь! — прокричал срывающийся бас позади.              Сердце замерло. Мальчик резко поднял голову и полез рукой в карман шорт, чтобы грубый конверт придал ему сил, но с ужасом понял, что не может ничего нащупать, даже шва — пальцы просто прошли насквозь, выглянув снаружи.       Потерял.              На глаза тут же навернулись слёзы. Он в панике хлопал по карманам, надеясь, что вот сейчас письмо просто возникнет из воздуха, а потом вовсе упал на колени, начав рыскать в траве.              — Стой! Уф… Погоди немного! Тьфу, глупые листья… Ну и скорость у тебя!.. — Голос, теперь уже высокий, не искажённый наигранной грубостью, становился всё ближе. Вскоре перед его размытым от рыданий взглядом среди свежей зелени возникло красное пятно новеньких босоножек. — А? Ты чего тут?              — Письмо… Я письмо потеря-а-а-ал! — Мальчик завыл, утирая грязными от земли кулачками мокрые глаза.              — Так это… Да будет тебе… Всё хорошо!              — Теперь… Тьювер не узнает, что его мать хотят уби-и-ить!              — Не плачь! Мы найдём письмо, слышишь?              — Но ты ведь злодей. — Он поднял на девочку недоумённый взгляд, даже перестав хныкать.              — Ты чего? Злодей бы сразу тебя похитил! — Не растерялась она, протягивая руки, чтобы помочь встать. — Это же я… Ианэль, храбрая эльфийка из вашего отряда, которая поспешила к тебе на помощь, как только услышала, что за тобой гонятся!              — А преследователи?              — Я уже сразила их своими магическими стрелами! — Девочка выстрелила из невидимого лука и гордо вскинула голову.              — Ты прекрасный авантюрист. — Он улыбнулся, но тут же тяжело вздохнул, ссутулившись. — Не то, что я…              — Не говори глупостей, Гиаль! — Заметив, как он поджал губы, «Ианэль» сразу поняла, что сейчас не до игр. Она погладила мальчика по голове и слегка сдавила ладонями его щёки, вынуждая сжать губы бантиком. — Слушай, у меня бы ничего не получилось, если бы ты не отвлёк этих наёмников. Вместе мы — сила! Подрастём и станем авантюристами! И будем не хуже Граничных героев!              — Офеф… — «Гиаль» тряхнул головой, вырываясь из хвата на щеках. — Отец не позволит.              — Его мы спрашивать и не будем.              — Я не уверен, что у нас получится. Тебя рано или поздно куда-нибудь отправят, а я… останусь здесь.              — Эй, нас не разлучить так просто.              — Откуда тебе знать? — надулся мальчик, отворачиваясь.              — Хорошо… даже если наши пути разойдутся, мы найдём друг друга и больше никогда не расстанемся!              — Как ты себе это представляешь?              Они замолчали, погрузившись в свои мысли. Наконец девочка взбодрилась, вытянула ленту из волос и завязала ею узелок на указательном пальце.              — Вот, давай сюда! — Она провернула то же самое с его рукой.              Выглядело глупо, но губы всё равно растянулись в улыбке, ведь он вспомнил похожий «ритуал» из их любимой книги. Разве что там была не лента, а кожаный шнурок.              — Мы клянёмся под взором Неотвратимых близнецов, что станем авантюристами, увидим весь мир, найдём все карты старика, соберём свою команду героев и будем самыми великими на этом свете! — Девочка перешла на шёпот, склоняясь ближе. — Нас ничто и никто не разлучит. Ни злодеи, ни беды, ни любовь. Несмотря ни на что. Вместе навсегда?              — Вместе навсегда, — улыбнулся мальчик, прижавшись лбом к скреплённым пальцам.        И боги тому свидетели: как бы сильно они того ни желали, свою клятву сдержать им было не суждено.