Глава 6: Под шум дождя

Акито стоял посреди разрушенного поля битвы, где земля была изранена, а повсюду виднелись следы от сражений. Кусты были выжжены, а несколько деревьев все еще горели, их обугленные остатки едва заметно колыхались в жарком, дымном воздухе. Над полем нависал тяжелый дождь, который с шумом бил по земле, будто пытаясь заглушить весь этот хаос. Впереди стоял высокий человек, одетый в темные одежды, его лицо скрыто под капюшоном. Он держал в руках остриё куная, его взгляд был сосредоточен, и из-за темной маски не было видно выражения его лица. Но Акито чувствовал, что этот человек был не просто врагом — это был его личный кошмар, тот, с кем он сражался уже слишком долго, и кто не собирался сдавать позиций. В голове Акито начали звучать его собственные мысли, полные усталости и отчаяния. “Я знаю, что он провоцирует меня… и мне кажется… мог ли я… это предотвратить? Я устал… я дерусь с этим парнем уже около нескольких часов подряд… я даже ничего не ел… и не пил… а он ни капли не выдохся… но я такой… я ранен и устал… я хочу домой… я хочу выспаться, и я не хочу здесь больше находиться… и мне кажется… могу ли я от этого избавиться?… могу ли я переложить эту проблему на чьи-то плечи? Чтобы отдохнуть хотя бы минуту? Нет. Не могу… но как я хочу…” Каждое слово эхом отзывалось в его голове, его тело ощущало боль и усталость, но борьба не прекращалась. Акито понимал, что этот бой — не просто сражение, а своего рода испытание, от которого нельзя отступить, но его мысли не могли остановиться.  Акито проснулся резко, его дыхание было прерывистым, а тело покрыто холодным потом. В темной комнате царила тишина, лишь слабый свет, пробивающийся из-за штор, говорил о том, что утро еще не наступило. Часы на тумбочке показывали 5 утра — время, когда весь мир еще спал. Он вглядывался в пустоту перед собой, чувствуя тяжесть в груди. В голове не укладывалось то, что он только что пережил. Сон был странным, беспокойным, но при этом совершенно реальным. Всё казалось настолько ярким и жестоким — сам бой, земля, покрытая огнем, тот человек с кунаем, его лицо, скрытое под капюшоном, и ощущения, что это было не просто сражение, а нечто гораздо большее. Акито снова вздохнул, пытаясь отпихнуть воспоминания о сне, но они как-то снова накатывали, не давая покоя. Он не мог понять, что это было. Его сердце билось как сумасшедшее, и холодный пот всё еще медленно стекал по его лбу. Внешне это был обычный утренний момент, но для него всё было не так. Всё, что он только что видел, казалось настолько реальным, что было трудно поверить, что это было всего лишь сновидение. Он встал с кровати, чувствуя, как его тело тяжело откликается на каждое движение, будто усталость от сна не давала ему покоя. Он прошел к окну и открыл шторы, надеясь, что прохладный воздух разгонит остатки страха и тревоги. На улице было темно, еще не было ни малейшего намека на рассвет, и мир за окном казался пустым, почти безжизненным. Акито сжал кулаки, его взгляд затмился каким-то непонятным беспокойством, которое не отпускало его даже сейчас, когда он стоял в тишине. Он не знал, что означал этот сон, и что он должен с ним делать, но чувствовал, что это не просто случайность. Всё это, словно было наяву. Акито тихо вышел из своей комнаты, стараясь не разбудить никого. В доме царила тишина, лишь из-за окна доносился слабый шум дождя, который не прекращался с вечера. Он заметил, как слабый свет ещё не появившегося солнца едва ли пробивается через толстые шторы в коридоре. Время было слишком раннее — даже для его внутреннего биоритма. Весь дом был поглощен покоем, и только шум дождя и его собственные шаги нарушали тишину. Карин и Хана ещё спали, безмятежно, как и всегда. Акито не мог понять, что заставило его проснуться. Он всё ещё ощущал лёгкую тревогу в груди, но его мысли были размытой туманной массой, трудно было понять, что именно пробудило его. Сон? Страх? Чувство неудовлетворенности? Его взгляд невольно скользнул по комнате, в которой он проснулся. Он пытался осмыслить всё, что видел, но, казалось, каждый элемент сна был окутан неясностью. Акито не мог понять, что это было. Он ощущал тяжесть, какой-то внутренний дискомфорт, но сам не знал, почему так. Сон был… странным. Усталость физическая и эмоциональная — все это давило на его грудь, даже не позволяя ему до конца осознать, что ему нужно сейчас. Акито стоял в коридоре, не зная, чем заняться, пока до начала занятий в академии оставалось ещё три часа. Он почувствовал, как эта тишина вокруг только усиливает его беспокойство. Его мысли путались, и тело ощущалось тяжёлым от неясной тревоги. Всё казалось немного странным, как будто он не мог найти нужную точку опоры в этом раннем утре. Он тихо направился в ванную, надеясь, что холодный душ поможет немного привести его мысли в порядок. Струи воды били по его телу, и с каждым новым потоком Акито чувствовал, как его мышцы расслабляются, а напряжение начинает постепенно уходить. Вода была холодной, но именно такой контраст ему и был нужен, чтобы немного вымыть из головы остатки сна, его беспокойство и странные ощущения. Когда душ закончился, Акито медленно вытерся полотенцем и, немного придя в себя, направился на кухню. В доме было ещё пусто и тихо, лишь лёгкий шелест дождя за окном прерывал абсолютное спокойствие. Он открыл холодильник и, не особо задумываясь, достал немного риса и пару овощей. Акито не был склонен к долгим утренним приготовлениям, так что завтрак у него обычно был простым и быстрым. Он сидел за столом, держа в руках чашку с горячим чаем, но мысли не давали ему покоя. Всё ещё неясно было, что именно случилось во сне, что его так потрясло. После завтрака, он вернулся в свою комнату. Окружённый тишиной, он принялся собирать свои учебники и тетради для академии. Подготовив все необходимое для дня, он уселся на кровать, чувствую, как его тело всё ещё немного уставшее от неясной тревоги, охватывает ощущение беспокойства. Акито не был склонен тратить время на бесполезные размышления, поэтому, не зная, что ещё предпринять, он подошёл к полке с книгами. Останавливая взгляд на одном томе, посвящённом техникам ниндзюцу, он достал его и вернулся на кровать. Книга была знакомой, и хотя он уже читал её несколько раз, он всё равно решился снова пролистать страницы. Лёжа на спине, он начал читать, погружаясь в строки, описывающие различные стихии чакры, методы использования техники и их нюансы. Его глаза пробежались по первой главе, посвящённой основам создания чакры и её управлению. Это всегда было интересным для Акито — он всегда чувствовал, что для него есть что-то особенное в изучении техник. Но в этот раз, читая, он не мог избавиться от чувства, что не всё так просто. В какой-то момент его мысли снова начали блуждать, и, несмотря на желание сосредоточиться, он снова оказался во власти тех самых странных образов из сна. Тем не менее, он продолжал читать, даже если сам не знал, что ищет.  Он перевернул несколько страниц и оказался на главе, посвящённой Райтон — стихии молнии. Он всегда был заинтересован в этой стихии, особенно после того как узнал, что сам владеет этой стихией. Акито открыл страницу и начал читать о базовых принципах Райтона, его применении и различиях между этой стихией и другими. В тексте говорилось, что Райтон использует молнию для создания атакующих техник, которые могут проникать через броню или защиту, благодаря их скорости. Молния считается одной из самых быстрых форм чакры, и её манипулирование требует отличной координации и точности. С помощью Райтона можно создавать различные техники, такие как молниеносные удары или усиленные атаки, которые имеют разрушительную силу. «Основываясь на практике, Райтон применяется для повышения скорости и силы атак, используя элементы молнии. Чтобы развить способности в этой стихии, необходимо не только научиться сосредотачивать чакру, но и правильно направлять её в нужное русло. При неправильном управлении молния может стать опасной даже для самого шиноби», — писал автор книги. Акито задумался. Он знал, что ему предстоит научиться управлять Райтоном. Вроде бы это не так сложно, как казалось на первый взгляд из учебника, но ему было ясно, что без терпения и практики ничего не получится. Силы молнии — это скорость и мощь, но если не соблюдать осторожность, можно навредить себе или даже окружающим. Чтение продолжалось, и Акито углубился в детали техник. Одна из них, «Райки», привлекла его внимание. Она обещала усилить свои молниеносные атаки и придать им ещё большую точность и скорость. Однако для того чтобы овладеть этой техникой, необходимо было сначала овладеть базовыми принципами Райтона, что требовало определённого уровня контроля чакры. С каждым новым абзацем Акито всё больше ощущал, что этот путь, путь Райтона, может быть именно тем, что ему нужно. Но ему также стало ясно, что процесс освоения будет долгим и трудным. За чтением книги время пролетело незаметно. Акито погрузился в страницы, стараясь сосредоточиться на каждой фразе, не замечая, как минуют минуты. Дождь за окном все не прекращался, шумные капли беспокойно стучали по стеклу, создавая почти успокаивающий ритм. Акито иногда поднимал взгляд на улицу, но на него больше не влияли мысли о сне, все казалось таким обычным. Метнув взгляд на часы, он заметил, что уже 7:36. Он не был уверен, когда успел провести так много времени за чтением, но до начала занятий оставалось чуть больше 20 минут. Ему не нужно было торопиться, но тем не менее, нужно было собраться и быть готовым к новым занятиям. Акито сидел в комнате, углубленный в книгу, когда внезапно услышал быстрые и резкие шаги, сопровождавшиеся грохотом открывающейся двери. Он поднял взгляд и увидел свою сестру, Хану, стоящую на пороге. Её волосы были растрёпаны, а лицо выражало ярость. Она, казалось, не заметила его, так как мгновенно выпалила: — Ты что, с ума сошел?! Почему ты не разбудил меня?! Ты вообще время видел?! Я же опоздаю в академию! Акито, не меняя выражения лица, посмотрел на сестру. Хана была в полной панике, и он мог почувствовать её тревогу, хотя сам чувствовал себя совершенно иначе. Он чуть поморщился и спокойно ответил: — Ты же сама говорила, что ненавидишь когда тебя будят. Хана раздраженно фыркнула и тут же начала собираться, хватая с полки свою форму. Акито снова посмотрел на неё, не отрываясь от книги. — Ты мог бы хотя бы напомнить, — буркнула Хана, но уже без такой ярости в голосе, суетясь с вещами. Акито не сказал ничего в ответ, а лишь снова сосредоточился на страницах своей книги, пытаясь отрешиться от суматохи, которую устроила сестра. Акито встал с кровати и начал собираться в академию. Подойдя к шкафу и открыв ее он выбрал свою обычную черную футболку с эмблемой клана Узумаки на спине и быстро натянул её на плечи. Затем он взял пару чёрных нарукавников, чтобы скрыть следы своих тренировок — глубокие раны на руках, оставшиеся после долгих, упорных тренировок. Нарукавники закрывали руки чуть выше локтя и до костяшек пальцев, скрывая все повреждения. Акито не любил показывать свои слабости, и эти раны были именно тем, что он предпочитал держать скрытым. Он надел черные шорты и подошел к двери, когда вдруг она резко открылась, Акито еле успел увернуться. В комнату ворвалась Хана, запыхавшаяся, с рассыпавшимися волосами и явно нервозная. — Ты скоро выйдешь? — спросила она, глядя на него с нетерпением. — Мы опоздаем! Акито только кивнул в ответ и застегнул на себе сумку. Он не стал отвечать на её слова, знал, что она не успокоится, пока не увидит, что он готов. Они выбежали из дома, и, не говоря ни слова, сразу побежали в сторону академии. Хана неслась вперёд, легко обходя лужи, а Акито, стараясь не отставать, сосредоточился на каждом шаге. Дождь продолжал хлестать с небес, и в воздухе ощущалась прохлада утреннего ветра. Но несмотря на это, ни один из них не замедлил темп — они оба знали, что время поджимает. Забежав в академию, Акито и Хана огляделись по сторонам. В коридорах было тихо, и ни души. Занятия, похоже, уже начались. Был лишь один человек у входа — охранник, стоявший у двери, с усталостью на лице и полузакрытыми глазами. Он был на грани того, чтобы заснуть стоя. Акито коротко взглянул на сестру, и, не говоря ни слова, направился по коридорам к нужной аудитории. Хана последовала за ним, не снижая темпа. Их сердца всё ещё быстро колотились от недавнего забега, но они знали, что не могут позволить себе опоздать хотя бы еще на минуту.  Акито стоял у двери нужной аудитории, он открыл дверь и первым вошел в класс, за ним последовала Хана. Учитель, стоявший у доски и объяснявший что-то ученикам, внезапно замолчал. Его взгляд скользнул по Акито и Хане, и на мгновение в комнате воцарилась тишина. Хана, чувствуя неловкость, сразу заговорила: — Извините за опоздание! Мы… мы немного задержались. Учитель молча кивнул, не сказав ни слова, но жестом головы указал им на пустые места в задней части класса. Акито, не обратив внимания на взгляд одноклассников, направился к своему месту, следом за ним и Хана. Сев, они оба замолчали, продолжая слушать учителя, который вновь начал объяснять тему, но теперь с небольшим напряжением в голосе. Урок продолжался спокойно, и атмосфера в классе была почти сонной. Хана сидела за своей партой, время от времени зевала и то и дело пыталась бороться с накатывающим сном. Её глаза то закрывались, то вновь открывались, но она не могла удержаться от легкой дрёмы. С другой стороны, Акито был полностью сосредоточен. Его ручка быстро скользила по листу, оставляя четкие и аккуратные записи. Он внимательно слушал учителя, не пропуская ни одной детали. Все его мысли были заняты только уроком, и хотя окружающие могли замечать его замкнутость, сам он не обращал внимания на пустые разговоры за его спиной. Хана взглянула на него, заметив его полную сосредоточенность, и тихо вздохнула, пытаясь найти хоть какое-то развлечение, чтобы не заснуть. Но вскоре её глаза снова закрылись, и она едва удерживалась от того, чтобы не положить голову на стол. Акито, сосредоточенно глядя на свои записи, внезапно почувствовал, как что-то мягкое ударило его в затылок. Он повернулся и увидел, как бумажка медленно упала рядом с его партой, скользя по полу. Он недовольно прищурился, наклонившись чтобы приподнять ее,  Акито осторожно развернул бумажку, читая текст: И че ты, балбес, опоздал? Акито не смог сдержать тихого вздоха, немного наклонив голову в сторону и задумавшись. Он не был удивлен такой записке — такое мог сделать только он, Шикадай. Взгляд его упал на соседнюю парту, где и сидел Шикадай, посмотрел на него, Акито увидел его ухмылку на лице.  Он быстро схватил новый лист бумаги, и написал ответ: А тебя это тупорылого не должно волновать. Сконцентрировавшись, он скинул взгляд на Шикадая, который сидел несколько рядов позади. Акито снова взглянул на бумажку, в нужный момент аккуратно сжал её в кулаке и метко кинул в Шикадая. Бумажка быстро полетела, попав прямо в глаз. Шикадай мгновенно дернулся от удара, удивленно потер глаза, но как только понял, что произошло, Акито уже развернулся. Акито сдавленно рассмеялся внутри себя, и снова вернулся к своим конспектам, не обращая внимания на реакцию друга. Урок продолжался, и атмосфера в классе оставалась спокойной. Акито внимательно слушал и записывал в тетрадь каждое слово. Он был сосредоточен, его взгляд был прикован к доске, и хотя ему было нелегко оставаться таким собранным, он не позволял себе отвлекаться. Сколько бы усилий это ни стоило, он знал, что знания — это ключ к его будущей силе. Его рука иногда болела от тренировок, но Акито продолжал писать, скрывая боль под защитой нарукавников. Сидя рядом с ним, Хана выглядела совсем по-другому. Она, казалось, едва ли могла удержаться от сна, её глаза были полны усталости, и она иногда недовольно поднимала брови, когда учитель говорил что-то, что ей не особо было понятно. Её внимание было куда менее сосредоточенным, и в какой-то момент она почти уснула на парте, не выдержав нагрузки. Она чуть не уронила голову на стол, но вовремя вздрогнула и попыталась снова сосредоточиться. Время шло. Простой, однообразный шум урока, звуки пера по бумаге и тихие шаги учителя, обходящего класс, казались такими далекими и ненастоящими для Акито. Он был в своем мире, среди строчек текста, разбросанных по его тетради. Каждый новый предмет, каждое новое слово были для него важны, но в его голове всё равно не прекращался шум. Не так давно он боролся со своей болью, с попытками научиться новым техникам, и теперь, находясь здесь, в классе, его мысли снова вернулись к той борьбе, которая не заканчивалась даже когда он находился среди людей. Неизвестно почему, но ему казалось, что в какой-то момент всё это могло стать не таким важным. Прошло ещё несколько минут, и вот, когда казалось, что урок вот-вот закончится, учитель вдруг поднял взгляд и закончил очередную мысль. Акито сделал заметку в тетради и поднял голову, проверив время. Осталось совсем немного. Как только прозвучал долгожданный звонок, который означал, что урок закончился, Акито с лёгким вздохом отложил тетрадь. Хана моментально взорвалась от радости, подскочив на месте и собираясь встать. Она была счастлива, что этот урок подошел к концу. Акито же остался на месте, всё ещё немного размышляя о своем внутреннем состоянии. Учитель коротко кивнул, давая понять, что они могут идти. Хана встала с места и сразу обратилась к Акито: — Пойдешь со мной в столовую? а то я совсем ничего не успела перекусить дома. Акито взглянул на неё, но не ответил сразу. Он знал, что Хана всегда была живым воплощением беспокойства о еде. Но он не испытывал особого голода. Акито посмотрел на Хану, которая уже направлялась к Сараде, и сказал: — Ты иди, а я тебя догоню чуть позже. Хана кивнула, не сказав ни слова, и направилась к своей подруге. Акито развернувшись подошел к Шикадаю, который сидел на своем месте и лениво поднимал взгляд. Акито поздоровался с ним, слегка наклонив голову. — Здарова— сказал он. — Есть планы на сегодня? Шикадай зевнул, потягиваясь. — Нуууу, вряд ли, — ответил он, глаза его снова закрылись. — Наверное, после школы просто домой пойду и… поиграю в игру. Акито лишь пожал плечами, понимая, что для Шикадая всегда не было особых планов, кроме как провести время в своем мире. Акито поднял бровь и сказал: — А че, нету желания прогуляться вечером? Шикадай открыл глаза и на мгновение задумался, медленно перекатывая взгляд на Акито. — Ну… может быть, — ответил он, явно не слишком заинтересованный в предложении, но и не отказываясь. — Если погода норм будет. А так, ты же знаешь — вечером всегда хочется расслабиться, а не бегать по улицам, слишком лень. — А че? Хочешь попрыгать в луже вместе? Акито усмехнулся, отвечая с тем же настроением: — Ну, если только ты захочешь попрыгать в луже, я тебя не буду останавливать. — Ну а если серьёзно, то слишком скучно. Можно было бы выйти на тренировочную площадку, я бы хотел попробовать технику райтона. Одному че-то в падлу. Шикадай ответил ему: — А ничё, тот факт что на улице слишком мокро? Акито, не задумываясь, ответил: — А чего дома делать? Шикадай, немного помолчав, сказал: — Короче, ладно, в 6 у поля. Акито кивнув, вышел из аудитории, и в коридоре его сразу окружил шум. Повсюду ходили ученики, кто-то спешил на следующий урок, кто-то остановился, чтобы поболтать с друзьями. Стены академии были украшены плакатами с объявлениями о будущих мероприятиях, а большие окна выпускали в помещение свет, создавая атмосферу теплоты. Слева от него стояли шкафчики, в которых хранили книги и личные вещи ученики, а рядом проходила группа старших учеников академии, быстро переговаривающихся между собой. Акито шел медленно, не торопясь, чувствуя взгляды девочек, которые оглядывались на него, когда он проходил мимо. Некоторые из них перешептывались, бросая на него взгляды, которые было тяжело не заметить. Акито, конечно, привык к этому — его внешний вид, черные волосы и строгие черты лица, часто привлекали внимание, но он всегда оставался холодным и равнодушным к этому. Ему не нравилось, когда на него смотрели так, как будто ожидали чего-то от него. Акито продолжал свой путь, не обращая внимания на эти взгляды, и вскоре оказался у двери столовой, где, как и ожидалось, уже стояла группа студентов, среди которых была и Хана. Когда Акито подошел к столовой, его взгляд сразу встретился с Ханой, которая весело помахала ему рукой. Она стояла в очереди вместе с Сарадой, и, как всегда, выглядела бодрой и энергичной, несмотря на утреннее опоздание. Акито ненадолго задержал взгляд на сестре, но затем его взгляд автоматически переместился на Сараду, стоящую рядом с ней. Как только их глаза пересеклись, Сарада сразу же отводила взгляд, ее лицо слегка покраснело, и она опустила глаза, стараясь скрыть свою смущенность. Это было заметно, даже если бы кто-то стоял чуть дальше. Акито не знал, что с этим делать, и в силу своей сдержанности не обратил на это особого внимания. Тем не менее, он почувствовал, как атмосфера вокруг немного изменилась, как будто Сарада стала немного более застенчивой в его присутствии.  Подойдя к ним, Акито не стал вставать в очередь. Вместо этого он подошел к Хане, тихо и спокойно сказал: — можешь взять мне сока? — Он передал ей небольшую горсть монет из кармана, слегка прищурив глаза. — Вот, на сок. Хана взглянула на монеты и улыбнулась. Она взяла их, быстро кивнула и, заметив взгляд Сарады, добавила с улыбкой: — Ладно, подожди тут, скоро вернусь. С этими словами она ушла к стойке, а Акито остался стоять рядом с Сарадой. В воздухе висела напряженная тишина, и Акито вновь ощутил, как девушка старается избегать его взгляда. Пока они стояли и ждали, Сарада нервозно покачивалась из стороны в сторону, очевидно было видно что она чем то обеспокоена. Через несколько секунд она решилась и слегка смущённо обратилась к Акито: — А почему ты не возьмёшь себе что-нибудь перекусить? — спросила она, не поднимая взгляда и слегка покраснев. Акито заметил её неловкость, но не стал сразу отвечать. Он молчал некоторое время, и, наконец, ответил: — Не особо голоден, — пожал плечами. — Потом возьму, если захочу. Сарада выглядела несколько обескураженной его ответом. Она всё так же не могла встретиться с ним взглядом, будто ожидала чего-то другого. Акито продолжал молчать, пока его сестра стояла в очереди, и в тишине, наполненной звуками стола и столовых приборов, время тянулось медленно. Наконец, Хана вернулась с подносом. Она протянула его Акито, и он взял свой сок в картонной коробке, слегка покачав головой. — Чё стоим? может сядем за стол свободный, — предложила она, улыбнувшись. Акито посмотрел на неё, а затем, будто решив, что он не хочет оставаться в шумной столовой, покачал головой. — Я пойду. Тут слишком шумно. — его голос звучал спокойно, как всегда. Хана кивнула, соглашаясь с ним. Она не стала возражать и села за ближайший свободный столик, подавая сигнал, что Акито может уходить. Сарада же стояла рядом, её взгляд был опущен вниз, а её лицо выдавало смущение. Едва ли не с трудом она произнесла: — Пока… Её слова были едва слышны, и, казалось, она даже не ожидала, что Акито ответит. Он же, проигнорировав её слова, просто повернулся и ушёл, не оборачиваясь. Акито шёл по коридорам академии, сдержанно попивая сок из трубочки. Его шаги были уверенными, но в его взгляде читалась задумчивость. Он не торопился, давая себе время подумать о предстоящей тренировке. «Райки…» — мысленно повторял он. До этого момента Акито никогда не пробовал использовать техники райтона (молнии). Он знал, что это не так просто, и что техника молнии требует точности, скорости и сильного контроля чакры. Он прекрасно понимал, что просто так освоить новую технику будет невозможно. Это не будет, как с техникой огня, когда он смог создать огненный шар, тренируясь у озера. С Райки всё будет гораздо сложнее. Ему нужно было не только научиться манипулировать молнией, но и понять, как правильно использовать эту стихию для того, чтобы получить максимальную отдачу, не навредив своему здоровью. «Как начать?» — думал он. «Может, попробовать просто концентрировать чакру в руках и попытаться создать молнию? Или сначала нужно потренироваться с элементарными техниками молнии, а потом уже переходить к более сложным?» Он даже задумался, не будет ли лучше просто отказаться от этой идеи. Но что-то в нём тянуло к этому испытанию. Время пролетело незаметно, и вот, наконец, прозвенел последний звонок, сигнализируя о завершении уроков. Все ученики начали потихоньку собираться, а учитель, остановив объяснение темы, поднял взгляд и, повернувшись к классу, сообщил: — На сегодня все, тема завершена. Повторите материалы дома, чтобы закрепить знания. Можете идти. Акито встал с места, собрав свои вещи, и заметил, как класс начал заполняться шумом и движением. Кто-то радостно переговаривался с друзьями, кто-то спешил уйти, а он, немного задумавшись, не спешил. В голове всё ещё звучали его мысли о предстоящей тренировке. Дверь в аудиторию открылась, и в дверном проеме показался высокий мужчина с светлыми волосами, лет 35 на вид. Он был мгновенно узнан всеми — это был сам 7-й Хокагэ, Наруто Узумаки. Учитель, заметив его, сразу поднялся с места и с уважением поприветствовал главу деревни. В ответ Наруто улыбнулся и, слегка почесав затылок рукой, дружелюбно кивнул. — Привет, ребята, — сказал он с улыбкой, оглядывая весь класс. Услышав его голос, ученики сразу оживились. Многие радостно поздоровались с Хокагэ, кидая ему дружеские взгляды. Акито же наблюдал за всем этим с некоторым удивлением. Он никогда не встречал Наруто лично и видел его только в новостях или на фотографиях, где тот всегда был в роли уважаемого лидера. Наруто, заметив взгляд Акито, коротко улыбнулся ему, как будто невольно привлекая внимание к себе. Атмосфера в классе стала более непринужденной и живой, но Акито оставался в стороне, не привыкший к такого рода вниманию. Наруто пробежался глазами по классу и заметил одного парня. Он не знал, кто это, но заметил его схожесть с Саске в детстве. Черные волосы, темные глаза, выражение лица — все напоминало Наруто о старом друге. Когда его взгляд упал на спину парня, он заметил эмблему клана Узумаки. «Что? Узумаки?» — удивился Наруто про себя. Он не знал, что кто-то из этого клана был в деревне, и задумался, не носит ли этот парень просто эмблему по личным причинам. Но быстро отогнал эти мысли, переключившись на свою задачу. Его внимание снова привлекло присутствие сына, Боруто. Наруто увидел его среди учеников, ожидал, когда тот подойдёт, чтобы проводить его домой. Акито, все еще размышляя по поводу тренировки Райки, почувствовал, как к нему подошла Хана. Она была уже собрана и выглядела готовой к уходу. — Ты готов? — спросила она, с улыбкой. Акито кивнул, снова покидая свои раздумья. — Да, пошли, — ответил он, аккуратно поправив сумку. Хана оглядела его и заметила, что он был погружен в свои мысли. — Что-то случилось? Ты какой-то задумчивый, — спросила она, подходя к нему поближе. Акито взглянул на сестру, потом слегка пожал плечами, давая понять, что ничего серьезного. — Да так, просто… не важно, — сказал он, и они вместе вышли из аудитории. Хана немного приподняла брови, но не стала настаивать. Вскоре они покинули здание академии и направились по улицам конохи к своему дому.  На улице дождь не прекращался, капли тяжелым потоком срывались с неба, образуя лужи на асфальте. Все вокруг было покрыто серой пеленой, небо темнело, словно намереваясь обрушить на землю еще более сильный поток воды. Ветер продувал через улицы, принося холод и заставляя людей подтягивать воротники. Акито и Хана шли рядом, их шаги почти не издавали звука на мокром асфальте. Хана часто пыталась отряхнуть волосы, которые прилипали к лицу под сильным дождем, но скоро сдалась, позволяя им просто мокнуть. — Ну, даже дождь липнет к тебе, — с улыбкой пробормотала она, пытаясь немного развеять атмосферу. Акито молча шел рядом с ней, его взгляд был сосредоточен вдаль, где тусклый свет от уличных фонарей едва пробивался через завесу дождя. В голове его снова крутилось много мыслей, но в этот момент он просто хотел добраться домой, поскорее избавиться от всего шума и суеты. Время от времени он оглядывался на сестру, но его глаза были немного тусклыми, и в этот момент они уже не отражали такой холодный взгляд, как обычно. Дождь, кажется, забрал всю его энергию и внимание. Проходя мимо магазинов и ларьков, они двигались по мокрым улицам Конохи. Дождь, не прекращающийся с самого утра, продолжал заливать землю, превращая улицы в водяные потоки. Множество витрин магазинов с яркими вывесками тускло отражались в лужах, и только изредка кто-то из прохожих промелькнёт под зонтом. На фоне серого неба, где не было видно ни малейшего просвета, здания казались ещё более мрачными, а улицы пустынными. Всё казалось медленным и невыразительным в этот дождливый день. Даже звук шагов был приглушён лужами, которые встречались на каждом шагу. Словно мир вокруг тоже замедлил свою работу, поглощённый постоянным дождем. И вот, проходя мимо одного из ларьков, Хана резко остановила Акито, её рука крепко схватила его за запястье. Акито повернул голову на Хану, и на его лице ясно читалась растерянность. Он не понимал, что заставило её остановиться, но по её выражению лица он сразу понял, что у неё есть какая-то идея. Она заметила его взгляд и, улыбнувшись, засветилась радостным выражением. — Давай зайдём в этот магазинчик, — с умоляющим тоном сказала она, взмахнув руками, — я так хочу посмотреть на всякие украшения! Будет быстро - обещаю! Акито посмотрел на неё, не совсем понимая, что такого интересного она может найти в обычном магазине украшений. Его взгляд остался холодным и серьёзным, как обычно, но внутри он не мог не почувствовать лёгкую растерянность от её настояния. Акито вздохнул, но кивком согласился на просьбу Ханы. Он знал, что если она захочет что-то, то убедит его. Открыв дверь магазина, они вошли в тёплое помещение, и сразу же капли воды с их одежды начали стекать на пол. Это не понравилось продавцу, который сидел за стойкой и наблюдал за ними. Продавец был пожилым мужчиной лет 60, с серыми волосами, аккуратно подстриженными, и густыми бровями, которые придавали его лицу серьёзное выражение. Он был среднего роста, около 170 см, с худощавым, но достаточно крепким телосложением. На нём был надет тёмно-синий твидовый пиджак, идеально сидящий по фигуре, с золотыми пуговицами, которые слегка поблёскивали при каждом движении. На шее висела тонкая серебряная цепочка с маленьким кулоном. Его брюки, сшитые из мягкой ткани, были строго подогнаны, а обувь — чёрные лакированные туфли. Всё в его одежде говорило о его утончённом вкусе и пристрастии к качественному стилю. Его лицо было морщинистым, но в этих морщинах чувствовалась доброта и мудрость, с возрастом его взгляд стал мягким, но при этом он сохранял строгую манеру держаться. Он чуть скривил уголки губ, заметив, как капли воды начали собираться на полу, и едва заметно поднял брови, прежде чем сдержанно произнести: — Пожалуйста, старайтесь не оставлять луж на полу, — его голос был тихим, но с определённой властной ноткой. Хана слегка занервничала, заметив, как с неё действительно стекают капли воды на пол. Она быстро начала извиваться, стараясь отмахнуться от своей неловкости, и произнесла, спеша: — Ой, извините, мы всего на пару минут, обещаю! Просто хочу посмотреть на украшения! Мы не будем мешать, честно! Она нервно улыбнулась и постаралась немного отступить от полок, чтобы не создавать больше луж на полу. Акито стоял рядом, молча наблюдая за её попытками оправдаться. Он чувствовал себя несколько неловко, но сам не стал ничего говорить, а просто обернулся и внимательно осмотрел магазин.  Магазин был уютным и элегантным, с тонким запахом свежего дерева и легкой ноткой парфюмерии, создавая атмосферу роскоши. Просторный зал был оформлен в приглушённых, но изысканных тонах — тёмное дерево на полах и светлые стены с золотыми акцентами придавали интерьеру атмосферу старинного дворца. В витринах было выставлено множество украшений, от изысканных золотых и серебряных колец до крупных ожерелий, инкрустированных драгоценными камнями. Все изделия были аккуратно расставлены, чтобы посетители могли внимательно рассмотреть каждое. В центре магазина стояли красивые стеклянные витрины с изысканными аксессуарами — кулонами, браслетами и часами, а на стенах висели зеркала в роскошных рамках, отражающие каждое произведение искусства. Тонкая подсветка придавала этим украшениям особое сияние, создавая эффект сказочной атмосферы. На полках лежали антикварные коробочки и элегантные футляры для драгоценностей, подчёркивая высший стиль этого магазина. В целом, это было место, куда, возможно, можно было бы заглянуть только по особому случаю. Даже дождь за окном не мог затмить эту атмосферу утончённой красоты и дороговизны, которую излучал магазин. Хана с восхищением оглядывала полки с украшениями, её глаза сияли, отражая свет от витрин. Она подходила к каждой новой витрине, как будто впервые видела такие вещи. В её взгляде читалась настоящая радость, почти детское удивление, когда она рассматривала изысканные кольца, подвески и браслеты, мечтая о том, чтобы хотя бы одно из этих украшений стало её. Она с лёгким вдохом и восторженным выражением лица скользила пальцем по витринам, пытаясь выбрать, что бы ей хотелось больше всего. Её взгляд метался по всем уголкам магазина, не зная, на чём остановиться. Акито же оставался молчаливым, стоя чуть позади неё. Он не разделял её увлечения и просто наблюдал, его взгляд был спокойным и холодным, но в нём не было осуждения. Ему казалось, что здесь слишком много всего, и он предпочитал бы не тратить время на осмотр таких мелочей. “Ты бы только видел, какие здесь вещи!” — прошептала Хана, не отрывая взгляда от очередной витрины. Акито слегка кивнул, понимая, что она не ждёт от него реакции. Браслет, на который остановился взгляд Ханы, был простым и скромным. Он был изготовлен из матового серебра, его поверхность была гладкой, без каких-либо вставок или украшений. Внешне браслет выглядел не слишком дорогим, не привлекая внимания яркими камнями или сложными узорами. Однако, несмотря на свою простоту, он обладал особым шармом: его изящная форма, легкая изогнутая линия, создавали ощущение невидимой утонченности. Он был как бы идеален для того, чтобы его носили каждый день — не броско, но в то же время привлекал к себе внимание своей лаконичностью и чистотой. Хана, казалось, не могла отвести от него глаз. Этот браслет, возможно, был не самым заметным, но в его простоте был какой-то необыкновенный магнетизм, который она не могла объяснить. “Какой же он красивый… такой простой, но такой особенный”, — подумала Хана, как будто этот браслет был чем-то гораздо более значимым, чем просто украшением. Она словно почувствовала связь с этим изделием, не обращая внимания на более красивые или дорогие украшения вокруг. Акито заметил её восхищение, но сам он не понимал, что могло привлекать её внимание в этом браслете. Спустя время, Хана вышла на улицу, слегка нервно поправляя свою одежду, из-за дождя которая продолжала идти. Она быстро побежала к ближайшему укрытию, где стояли другие люди, чтобы не промокнуть сильнее, хотя и не могла избавиться от мысли о браслете. Она покачала головой, пытаясь избавиться от мыслей, потому что он слишком дорог для них. В то время как она ждала на улице, Акито продолжал стоять у витрины. В его взгляде была какая-то скрытая задумчивость, и он изучал браслет, который так привлек внимание Ханы. Он, казалось, не замечал дождя, который продолжал стекать по витрине и капать с его плеча. В этот момент его взгляд остановился на ценнике. Взгляд Акито стал более напряженным. На первом взгляде браслет казался простым, но его цена — целых 24 тысячи рё — заставила его приподнять брови в удивлении. Акито мог бы просто пройти мимо, но что-то в его голове не давало покоя. Это был браслет, который так понравился его сестре. Даже если он не был слишком дорогим по сравнению с другими ювелирными изделиями, для них, для его семьи, эта цена была чересчур высокой. Он медленно оторвал взгляд от ценника и перевел его на сам браслет. Простой, серебряный, без всяких украшений. Но, как бы странно это ни звучало, он все равно мог почувствовать, что этот браслет был чем-то значимым для его сестры. Она бы не смогла объяснить это, но браслет стал символом чего-то важного. Акито, готовясь выйти из магазина, заметил, что на полу остались лужи воды, стекающие с них обоих. Он понимал, что не хотелось бы оставлять такую беспорядок, и решил исправить это. Спокойно сложив печати, он активировал технику огненного шара, не создавая ничего лишнего, но достаточно, чтобы согреть поток воздуха и высушить пол. Тёплый воздух прошел по полу, быстро испарив всю воду, оставив после себя лишь едва заметную влажность. Акито удовлетворенно осмотрел результат. Пол в магазине был чист и сух. Он подошел к двери, кивнул продавцу, который, похоже, ничего не заметил, и вышел из магазина, следуя за сестрой. Быстро дойдя домой, Акито и Хана вошли в дом, но сразу же заметили, что Карин не было дома. Внутри было тихо, и только звук дождя за окнами нарушал тишину. Дома было уютно, с мягким светом, проникающим через шторы, и запахом свежих приправ, оставшихся от последнего ужина. Хана, заметив пустую кухню, пожала плечами и, как обычно, весело сказала: — Видимо, мама на работе. Акито молча кивнул, направляясь в свою комнату, оставляя сестру на кухне. Всё было спокойно, и только его мысли продолжали возвращаться к тренировкам и к тому, что он хотел попробовать. Сегодняшний день с его неудачным посещением магазина и размышлениями о райке не давал ему покоя, но он решил, что к тренировкам вернется вечером.