Как узор на окне, снова прошлое рядом...

***

— Как узор на окне, снова прошлое рядом... —

***

Парень проснулся посреди ночи, для него это было не в новинку. Каждый его сон был одним. Каждый раз один и тот же бальный зал, один и тот же момент из неизвестной песни, одни и те же люди с размытыми, непонятными лицами и одно и то же событие. Самое главное, женский голос. Он не знает, кому он пренадлежит, но он звучит очень тепло и знакомо. Этот сон преследует парня с красными волосами с его детства. Всë, что он видел в этом сне, в реальном мире уже скорее всего не существовало. Кейл, так звали парня, приподнялся на локтях, и еле разлепив сонные глаза, взял на прикроватной тумбочке свой телефон. — "Когда я уже привыкну к этому чëртову сну? Он не даëт мне покоя..." Включив телефон, Кейл посмотрел на время. — "Опять те же 1:37 ночи..." Каждую ночь он просыпался ровно в это время, даже когда засыпал позже или раньше чем обычно. Прекрасно зная, что заснуть снова не получится, красноволосый решил до утра просто сидеть в телефоне. Ровно в 7:30, в комнату как обычно пришëл дворецкий его семьи, Рон Моллан. Семья Кейла была одной из самых богатых в Корее, и они жили в большом особняке, поэтому прислугу они вполне могли себе позволить. Старый дворецкий с фирменной улыбкой включил свет. Комната красноволосого была большой и просторной, в основном в белых и красных тонах. В комнате была большая мягкая кровать, письменный стол, шкаф, выход на небольшой балкон и длинные шторы, а на полу пушистый коврик. Также, на стене висели полки с книгами, которые Кейл любил читать. В основном это были фэнтези или книги с исторической тематикой. Старшеклассника, коим являлся Кейл, всегда очень интересовала история. Кейл укрылся одеялом с головой, чтобы включëнная люстра не светила в глаза. — Молодой господин, пора собираться в школу. — Рон, я же просил вечером, чтобы ты разбудил меня позже! — Каюсь, молодой господин, забыл^^ К тому же, я всë равно знаю, что вы не спали. Кейл закатил глаза и нехотя встал с кровати. Глаза слипались, делать ничего не хотелось, даже дышать. Но, школа некого не щадит, нужно идти. Парень привëл себя в порядок, переоделся в школьную форму, которая у всех была одинаковая, у девочек своя, у мальчиков своя, и под конец собрал в низкий хвост немного отросшие до плеч волосы. Стоя перед зеркалом, он почти уснул стоя, правда, Рон как всегда всë обломал. — Молодой господин, время идти на завтрак. — *зевок* Да-да, конечно... Прийдя в столовую, Кейл сел за своë место, кивком здороваясь со своей «семьëй». За столом все были в сборе, и отец Кейла Дерут Хентьюз, с которым у него не очень хорошие отношения, и мачеха Виолан, с которой он за свою жизнь почти ни разу не заговорил, и под конец, Басен и Лили, младшие Кейла. Басен был в средней школе, а Лили в начальной. С Лили красноволосый неплохо ладил, да и с Басеном не ругался, в общем с детьми всë не так плохо. Завтрак как и всегда впрочем, прошëл сухо. Все молча ели свою еду, смотря только в свою тарелку. Разве что, Кейл, как заботливый старший брат, следил чтобы Лили не испачкалась, как часто и бывает. Закончив завтрак, все разошлись. Кейл, взяв свой рюкзак, вышел на улицу, где его уже ждал Рон в машине, чтобы отвезти в школу. Школа была достаточно далеко от его дома, чтобы до неë добраться нужно было ехать минут 15 на автобусе, а потом идти примерно столько же, оттого он всегда ездил на машине. Солнце в октябре всходило позже, поэтому на улице было всë ещë темновато. Кейл сидел и бесцельно смотрел в окно машины. — Молодой господин. Кейл отвлëкся от окна и посмотрел на Рона, — Что? — Вы просили меня достать вам освобождение от занятий физкультуры, вот оно. Дворецкий достал одной рукой из кармана своего пиджака листочек с освобождением, и передал своему господину. — О, спасибо Рон. Кейл ненавидел любую нагрузку, особенно физическую, а вместе с ней и урок физкультуры, поэтому, когда это было возможно, он всеми возможными способами избегал этих уроков. То он форму "забудет", то у него нога "болит", то футболка "потеряется", то у него освобождение. Он взял листик и положил в сумку. Весь остальной путь в машине была тишина, только еле слышно играла какая-то спокойная мелодия, на которую Кейл внимания не обращал. Через минут 7, машина подъехала к школе. — Желаю вам хорошего дня, молодой господин. Не забудьте про обед^^ — Мгм, тебе того же. Выйдя из машины, красноволосый направился ко входу в школу, но остановился, когда кто-то закрыл ему глаза руками. — Альберу, я знаю что это ты. — Эх, так не интересно ( Парень того же возраста что и Кейл, с жëлтыми волосами и ослепительной улыбкой убрал руки и поздаровался. — Привет Кейл, как выходные прошли? Это был лучший друг аловолосого, Альберу Кроссман. Сын президента Кореи и староста их класса. — Если бы этого дня не было, было бы чуть меньше чем ужасно. — Ой, ну ты как всегда, ладно, пошли давай, у нас физкультура первая, надеюсь хотя бы в этот раз ты не будешь филонить! Кейл усмехнулся и достал из рюкзака свой листик с освобождением, на который блондин смотрел с осуждением. — Кейл, ну сколько можно прогуливать физкультуру? Если не будешь нормально двигаться хотя бы на ней, твои кости атрофируются и вообще с кровати не встанешь. — О, а так можно? — *вздох* Ленивый ублюдок, ладно, пошли уже. День проходил спокойно, на первом уроке в их классе появился новенький, это был обычный корейский парень с телосложением спортсмена и довольно не плохим характером, звали Чхве Хан. Вежливый, честный, всегда поможет, но если кто-то обидет, то может и шею свернуть обидчику, впрочем, если сравнивать его с некоторыми учениками, у которых по неизвестным причинам разноцветные волосы, то у него была самая обычная корейская внешность, серые глаза и чëрные не длинные волосы. Альберу как всегда стремился помочь новенькому, поэтому первый подошëл с ним познакомиться, как и должен делать любой староста, но блондин же, потащил Кейла с собой, хотя тот был против. — Привет! Меня зовут Альберу Кроссман, я староста класса, это мой друг, Кейл, а как тебя зовут? Альберу как всегда ослепительно улыбался, от чего Кейл подумал, что в этот раз точно ослепнет, а новенький неловко улыбнулся и тоже представился, — Меня зовут Чхве Хан, приятно познакомиться, и, можно сразу вопрос?... — Конечно! Что тебя интересует? Парень немного неловко посмотрел на разноцветные волосы многих учеников школы, и спросил, — А разве не у всех в Корее чëрные волосы?... Не то чтобы я против, просто я первый раз вижу людей с такими цветами волос, в моей прошлой школе красить волосы было строго запрещено, и... — Погоди, с чего ты взял что наши волосы крашеные? Кейл впервые вступил в разговор, до этого он желанием не горел, но сейчас его это действительно интересует. — А разве бывают люди с натуральными красными или белыми волосами? Я знаю, что в других странах есть жëлтые волосы и коричневые, но такие цвета я виде впервые. Чхве Хану казалась эта школа, да и эта часть Кореи, странной. Во всей Корее у людей были имена из трëх слогов, и одинаковые чëрные волосы и серые глаза, а тут же, и имена другие, и внешность разноцветная. Как будто это и не корейцы вовсе, а люди из отдельного государства, о котором никто не знает. — У меня натуральные красные волосы, они у меня от мамы. Да и в нашей школе это норма. — Ой, извините если задел, просто непривычно как-то... — Ладно, закрыли тему, давайте лучше... Альберу не договорил, так как к ним подбежал Эрик Уилсман, друг детства Кейла. — Кейл! Вот ты где, а я тебя ищу! — Что такое, Хëн? — Тебя искал Эрухабен-ним! — Хорошо, спасибо что сказал. Эрик улыбнулся и ушëл, а аловолосый повернулся к Альберу и Хану, — Я отойду, позже встретимся. — Пока, Кейл-ним. — Кейл, не дай бог ты опять свалишь с уроков без моего ведома, я тебя потом!.... Дальше Кейл уже не слушал, направляясь к учителю истории и по заместительству их классному руководителю, Эрухабен-ниму. Подойдя к кабинету Кейл постучался и вошëл. — Эрухабен-ним, вы меня вызывали? За учительским столом сидел красивый мужчина лет 35-ти, с длинными светлыми волосами, напоминающими золото и светлой кожей, в белом костюме. — Да, Кейл, я хочу, чтобы ты напомнил своему лучшему другу передать вашим одноклассникам, что на следующей неделе мы всем классом едем в музей древних времëн в честь недели истории. — Ммм, хорошо, а почему вы ему сами не скажете? — *смешок* Я просто знаю, что сейчас он проводит новенькому экскурсию по школе, и если бы я вызвал его, он бы оставил новенького на тебя, а ты бы нормально ему ничего бы не показал, так как не захотел бы таскаться с ним по всей школе. Я прав? — Вы как всегда впереди планеты всей, Эрухабен-ним. Учитель спокойно улыбнулся — Садись, чай будешь? Сейчас всë равно 20-ти минутная перемена. — Ну, если Вы предлагаете, я не имею права отказаться. Эрухабен знал Кейла ещë тогда, когда мать мальчика была жива, они с Джур неплохо так общались, и после еë смерти учитель продолжал заботиться о Кейле, в отличие от родного отца красноволосого. Кейл и Эрухабен вместе сидели и пили чай, иногда что-то обсуждая, внезапно, взгляд Кейла остановился на портрете исторической личности, который висел над доской вместе с другими портретами. Кейл знал историю на отлично, так как она была ему действительно интересна, поэтому знал, что это был портрет главнокомандующего империи Роан, чьë имя никто не знал и не помнил по каким-то причинам, так же, как и никто не помнил где находилось само королевство. Смотря на портрет мужчины, чьи волосы были такими же как и у него, красными, а глаза также серыми, Кейлу показалось, что портрет не правильный. Что-то ему говорило, что этот человек на портрете имел другие черты лица. На секунду перед ним даже что-то промелькнуло, он как-будто увидел настоящее лицо мужчины, но он решил списать это на недосып, помотав головой, и списывая это на обычный глюк. Эрухабен, заметив что с красноволосым что-то не так, окликнул его, но когда тот не среагировал подошëл к нему. — Кейл, ты в порядке? Мужчина положил руку на его голову в успокоительном жесте. — Да, Эрухабен-ним, просто, показалось кое-что... Парень немного пришëл в себя и отпил ещë сладкого чая. — Может у тебя опять гемоглобин упал? — Нет, всë правда хорошо, не беспокойтесь. Учитель недоверчиво на него посмотрел, но всë же сел обратно. — Эрухабен-ним, можно вопрос? Длинноволосый кивнул, и Кейл спросил, — Вам никогда не казалось, что лица на портретах над доской не правильные? — ... Эрухабен не ожидал такой вопрос, и перевëл взгляд на портреты, но ничего не увидел. — Знаешь, ощущение того, что они и правда выглядели при жизни не так, давно меня не покидает, но я в этом не уверен. История этих людей и их империи самая загадочная в истории человечества. — М, расскажите что-нибудь интересное про эту империю, пожалуйста. Учитель истории задумался, а после ответил, — Вы еë ещë не проходили, но я уверен, что основу ты знаешь, поэтому я скажу вот что, эта империя когда то была непримечательным королевством с длинной историей, но они прошли множество войн, причëм без потерь, и всë благодаря их главнокомандующему, чьë имя вместе с остальными еë жителями неизвестно. Словно кто-то намеренно их стëр, вместе с самой империей. Ходят также слухи, что герои той империи сражались и с демонами, и с богами, а их главнокомандующий был трансмигрантом, но мы ничего не можем знать точно. — Жаль, что мы так мало знаем о такой Великой империи, а особенно жаль, что их имена забыты. Как имена таких великих и добросердечных людей могут забыть... Кейлу было жалко этих героев, они жизнью рисковали для спасения своей империи, а в итоге их вместе с их же империей почти все забыли. Остались только некоторые записи и вещи с того времени, которые хранятся в музее. Эрухабен знал, что Кейл очень склонен к сочувствию добрым и умным людям, поэтому догадывался о чëм тот думал. Длинноволосый тепло улыбнулся своему подопечному, и произнëс: — Главнокомандующий Роана как-то сказал, "легенды не умирают", и я уверен, что эта фраза не пуста, не переживай. Кейл задумался об этой фразе "Легенды не умирают? Что это может вообще значить?" Прозвенел звонок на последний урок, и Кейл, попрощавшись и поблагодарив учителя истории, отправился на урок, а Эрухабен же, начал внимательнее сладить за странными портретами. На самом деле, он и сам не знал, откуда они в этом кабинете появились, об этом не знает даже директор, что делало портреты ещë загадочнее.

***