Синяя Борода

Я боюсь, что если я исчезну — никто даже не заметит. 13 причин почему ***       Есть призраки, которые могут тебя напугать тебя до смерти.       Есть призраки, которые могут потенциально стать твоими друзьями.       А еще есть… Лили.       Призрак в собственном доме и такая же безликая тень школе. Как будто живёт по ту сторону толстого стекла: может смотреть, но не трогать. Особенно сильным становилось это ощущение, когда она наблюдала за миром Энди и Лейли.       Ей было восемь, когда она впервые осознала свою невидимость. — Энди, Энди, переключи мультик! — бойко прыгала на диване Эшли, требовательно указывая пальцем на экран телевизора. — Хочу мультик, а не дурацкие новости! — Подожди, я хочу досмотреть, — он поморщился, пытаясь выцепить обрывки фраз о завтрашнем прогнозе погоды.       Лилиан неловко замялась у проема двери, крепко прижимая к груди потрепанную книгу. Книгу, которую Эндрю исправно по мере своих возможностей читал ей перед сном чуть ли не каждый день.       Это был их негласный ритуал, который она берегла как неоценимое сокровище. — Эндрю, — тихо позвала его Лили, но к сожалению ее голос быстро перебился в звонких возгласах Эшли, ловко выхватившей из рук старшего брата пульт. — Отдай! — в ту же минуту устремился за ним Эндрю, однако та проворно отскочила в сторону: — Нет, пока ты не пообещаешь, что мы посмотрим мой мультик!       Их нелепая игра в догонялки продолжалась несколько минут, пока Эндрю, наконец, не сдался: — Ладно, включай свой дурацкий мультфильм.       Девочка растянула уголки губ в торжествующей улыбке и с довольным видом уселась обратно на диван, прижавшись к его теплому боку, ища подходящий канал, который точно вот-вот должен был показаться.       Книга в ослабевших руках Лили внезапно показалась до отвратительности тяжелой. — Эндрю, — произнесла она чуть громче. — М-мы договаривались что сегодня…       Эндрю поднял взгляд, в которой Лили увидела то, чему слишком часто была невольным свидетелем — смесь усталости и нелегкой вины: — Прости, Лили. Давай чуть позже, ладно? Я уже пообещал Лейли посмотреть с ней мультфильм. — Но ты обещал мне первым… — голос предательски сжавшейся девочки невольно затих под конец фразы. — Опять ноешь? — выглянула из его плеча Эшли. — Вечно одно и то же. — Я не ною, — почувствовав как начинает краснеть, обиженно пробормотала Лили. — Нет, ноешь, — скорчила неприязненную гримасу на своем очаровательном личике Эшли, неудачно копируя ее слезливую интонацию. — «Эндрю, почитай мне! Эндрю, поиграй со мной!». Боже, ты такая прилипала!       Раздраженно потерев переносицу, Эндрю едва уловимо выдохнул короткое: — Эшли, хватит. — Что? Я просто говорю правду. Она постоянно пытается украсть тебя у меня!       Эти слова ударили Лили сильнее, чем любая пощечина.       «Украсть».       Как будто у нее не было права на внимание собственного брата. — Я… я не… — она попятилась, чувствуя, как к глазам подступают слезы. — Лили, я подойду позже, — заверил Эндрю, прежде чем вновь повернулся к экрану телевизора под щебет младшей сестры. — Конечно, — покорно кивнула Лили, хотя и знала, что этого ни за что произойдет.       Эшли не позволит.       В ее комнате было тихо и прохладно, но может быть то было состоянием ее души.       Лили села на кровать, подтянув колени к груди и сложив на них подбородок, долго смотрела на аккуратно уложенную перед собой обложку книги.       «Синяя борода».       История о странном муже и невинной жене. Жуткая и пугающая сказка, которую они читали вместе, чтобы ей было не так страшно на самых животворящих сценах.       Она дала обещание Эндрю не читать книгу без него.       Но он ведь первым нарушил это обещание, разве нет?       «Просто посмотрю картинки», — успокоила Лилиан себя. Однако вскоре наводящие жуть картинки превратились в не менее восторженные строчки первой странницы… Затем второй… И вскоре она с головой погрузилась в мир чьих-то темных иллюзий, напрочь забыв о данном слове.       Сказка оказалась страшнее, чем она ожидала.       Когда она дошла до сцены, где молодая супруга знатного господина открывала запретную комнату и обнаружила тела предыдущих жен, Лили непроизвольно пискнула, отскочив к подушке, когда в освещенной лишь ночником комнате проник звук чьего-то голоса. — Что ты делаешь? — Я… я просто… — она неуклюже укрыла книгу пледом, хотя и понимала, что поздно.       Что только подтвердил сокративший разделяющее их расстояние Эндрю, который сел на край ее кровати. — Ты читаешь «Синюю бороду». Без меня. Хотя обещала, что не будешь. — Ты был занят с Эшли, — виновато опустив взгляд, удрученно пробормотала она под нос. — И мы не читали уже две недели…       Мальчик нахмурился еще сильнее, а затем внезапно поддался вперед и задрал ее подбородок, заставив посмотреть прямо ему в глаза: — Дело не в том, кто первым нарушил обещание, Лили, а в том, что ты ослушалась меня.       Чужие пальцы окрепли в своей хватке, отчего она не сдержала жалкого всхлипа: — Эндрю, мне страшно. — Прости, я… я не хотел. Просто… это важно для меня, знаешь? Эти книги — единственное, что существует только между нами. Без Эшли, без родителей. Просто ты и я. — Но мы больше не читаем вместе, — резонно заметила Лили. — Эшли всегда…       В мальчишеских, таких же зеленых как у нее глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление и вскоре он разжал пальцы, смягчившись в лице, но не в голосе: — Обещай, что больше так не поступишь. — Обещаю.       Эндрю облегченно вздохнул и неожиданно лег рядом с ней, подложив под голову руку. — Ты знаешь, что я не люблю злиться на тебя, — задумчиво произнес он, посмотрев на потолок. — Особенно когда ты так легко пугаешься.       Лили промолчала, чувствуя тепло его тела возле себя.       Это было странно: бояться его и одновременно хотеть быть ближе. — Ты такой злой только со мной, — обиженно пробурчала она под нос не выдержав настигнувшей их тишины, улегшись возле него. — С Эшли ты никогда так не разговариваешь.       Эндрю долго молчал, словно всерьез обдумывал ее слова, а потом повернул голову, и их лица оказались настолько близко, что Лили могла разглядеть темные крапинки его зернистых глаз. — Эшли — другое дело. Она всегда была плохой девочкой. А ты — хорошая, Лили. Ты всегда была такой послушной и тихой. Кто-то в этой семье должен быть хорошим, и это ты. И если ты перестанешь быть хорошей девочкой, то что останется у меня? Кем ты будешь для меня? — Я буду хорошей, — вздрогнув, торопливо кивнула огорченная его разочарованием Лили. — Честно.       Эндрю улыбнулся и поцеловал ее в лоб: — Вот и отлично. А теперь давай продолжим с того момента, где ты остановилась...