21. Тайна заказчика.

Марисса уже второй день расписывала стены. Ей нравилось, и получалось недурно. Заказчик появился только к утру, посмотрел, помолчал и сказал: «Мне нравится!» Яцек приходил периодически проверить, как там его... А кто она ему? Этим вопросом он задавался всё чаще. Заказчик? Да, что с неё возьмёшь, а брать он привык монетами или ценными вещами. У этой же ничего толком не было. Однако Яцек ей помогал, и причин такой доброты и щедрости он сам до конца не понимал. Девка ему нравилась, и это порой злило. А ещё дом этот, который она расписывала, не нравился ему. Он чувствовал что-то неладное, а понять не мог, что его настораживает. И вот сейчас он снова стоял, оперевшись о стену, и смотрел на то, как Марисса разрисовывает очередную стену ближе к потолку. — Да чтоб тебя! — зло фыркнула девушка. — Ты чего? Не выходит? — спросил Яцек. — Не то чтобы, но краска просто впитывается в том месте и почти не остаётся следа. Что это за мистика? — объяснила Марисса. — Мисти... Что? Ааа... Понял, — сказал Яцек и подошёл к стене. На стене и правда в одном месте краска словно впитывалась. Это было странно, так как стены выглядели везде одинаковыми. — А что это тут происходит? — раздался за спиной женский голос. — Муж говорит, тут уплачено за роспись, а не за то, чтобы вы миловались с кавалером, барышня! Марисса с Яцеком обернулись и увидели пышную зажиточную горожанку лет сорока. Она смотрела надменно, вздёрнув подбородок и скривив губы. — Никто тут не милуется, работа готова. Только в этом месте стена странная. Краска впитывается. Я наносила несколько раз, но результата нет, — ответила женщине Марисса. Женщина же придирчиво осмотрела стену и пожала плечами. — Странно, — сказала она, — можно же с этим что-то сделать? Покупатель дома будет к вечеру. Едва дама договорила, как за стеной послышался то ли шёпот, то ли шорох. Все трое медленно пошли на звук. Однако за стеной было пусто, лишь аккуратно оштукатуренные стены. Шорох повторился словно внутри стены, потом ещё и ещё. А после словно кто-то прошептал: «Кто-то... слышит...» — Пойду-ка я подышу воздухом, — сказала женщина и нервно вышла. Как только дама скрылась, все шумы резко прекратились. — Это странно. Не похоже на мышей. Пока я тут работала, не слышала никаких похожих звуков, — сказала Марисса. — Я тоже не слышал, но домишко этот мне не нравится. Уж больно странный, и сбыть его шибко быстро хотят, — ответил Яцек. Дама ещё раз заглянула и сообщила, что до заката есть время и она должна закончить, ибо денег получит только половину. К вечеру дама явилась вместе с Жеральдом и каким-то щуплым богато одетым мужчиной лет пятидесяти. Судя по тому, как перед последним лебезили, это был покупатель. Марисса же после множества попыток к вечеру странным образом закончила роспись. Пока женщина водила покупателя по дому и рассказывала, какой прекрасный дом он покупает, Жеральд сунул Мариссе кошель с монетами и сказал, что она может идти. Яцек же, покосившись на Жеральда, взял кошель и пересчитал. Тот не обманул и выплатил ровно 120 флоренов. Только Марисса с Яцеком собрались уходить, как снова послышался шёпот-шорох: «Кто слышит... Меня... слышшшит». Шёпот был свистящим и пугающим. Он словно нарастал. — Ааа, что это! — закричал покупатель, тыча пальцем вверх стены. Там из злополучного узора лилась... кровь? Женщина была бледна и прижимала руки к груди. Из-за стены выплыл призрак. Он испускал слабый зеленоватый свет и по очертаниям напоминал женщину. Призрак медленно тянулся скрюченными пальцами к женщине. А потом резко открыл рот по самую шею и издал свистящий вопль. — Разойтись! Иди сюда, паскуда! — вдруг раздалось из-за спины Мариссы и Яцека. Когда они отошли, то вперёд выскочил седовласый мужчина с мечом и закружился в смертельном танце с призраком. Это был Геральт, ведьмак и названный отец Цири. Марисса узнала его по описанию. Геральт то кружился с мечом, нанося удары, то накладывал какие-то знаки. Призрак тоже нападал, но не смог ничего противопоставить опытному ведьмаку. В конце от призрака осталась лишь горстка пeпла, которую ведьмак быстро собрал в стеклянный пузырь. Потом все замерли, посмотрев на стену, где Геральт Аардом пробил дыру. Там на цепях покоилось тело женщины в ошмётках платья. — И кто же из вас замуровал там несчастную? Судя по всему, живьём? — спросил Геральт. — Ирмааа... Вот где ты была... Не бросила... — упав на колени перед скелетом в платье, простонал Жеральд. Пока он рыдал у останков, его жена бочком пыталась пробраться к выходу. — Куда?! Стой! — скомандовал Геральт бледной женщине. Та замерла и больше не делала попыток удрать. — Останки нужно сжечь или похоронить, — сказал ведьмак. — Но лучше я их сожгу. Разойтись! А ты пока присмотри за ней, — указал он Яцеку на жену Жеральда. Перечить Геральту никто не стал. Когда всё было закончено с телом, пришёл черёд допросить хозяев. В ходе длительной беседы со всхлипами женщины выяснилось, что у Жеральда был роман с их горничной, и его жена, узнав, в пылу ярости избила несчастную. Когда горничная сказала, что всё расскажет Жеральду и он бросит супругу, та озверела и ударила девушку по голове. На свою беду, девушка даже в бессознательном состоянии бормотала о разводе, и жена от злости притащила старые кандалы, которые так кстати валялись в подвале. Она приковала девушку и заложила стену. Муж две недели был в отъезде, и жена ежедневно ходила проверить соперницу. Вскоре та затихла за стеной. Стену хорошо оштукатурили. Запах списали на дохнущих в подвале крыс, а вскоре и он пропал. — Пусть с тобой разбирается закон Новиграда, — сказал Геральт жене Жеральда. Яцек же отвёл не сопротивляющуюся женщину к страже и изложил ситуацию. Расстроенный Жеральд же плёлся за женой, чувствуя вину за двух женщин. — Все к Лютику. Надо поговорить, — Геральт окинул всех тяжёлым взглядом и дольше задержался на Мариссе.