Часть 3

— Эх, Блока, Блока, как же тяжко жить эту жизнь! — жаловалась Карина, размазывая по лицу остатки макияжа. — На вот, закуси огурчиком… Блокин послушно закусил. — Ты что, пьян?! — возмутился Хорохоро. — Отттвали, щщщенок! — ответил ему Блокин. — Ккккариночка, я полностью с вами согласен… Как тттяжело жжыть, когда все вокруг думают лишь о том, как бббы подззззаработать… Презренные, низкие лллюдишшки… — А Фунтик мой только о своем деле и болтает, — продолжала Карина. — Нет б — о жене подумать! — Она вскинулась и слезливо запричитала. — Привез меня в какую-то дыру! Где ужасная еда! Ужасное обслуживание! Ни одного нормального рестораны! Какие-то гадкие шашлыки, грязные бокалы, которые моют раз в год!.. Эх, Блока, один ты меня понимаешь!.. — Иииисчо бы! Ничтожжжные людишшшки только и могут, штто не мыть бббокалы!.. — Доброе утро! — На веранду ресторана, где проходил завтрак, ворвался Князев. — Карина Витальевна?.. Карина подскочила. — Ты! — заорала она, стукнув кулаками по столу так, что задребезжала посуда. — Ты бросил меня в лесу! Меня, беззащитную женщину!.. На съедения диким живо-о-отным! Князев не слушал ее. Его хищный взгляд скользнул по обмякшему Блокину, а после по Хорохоро, который надеялся спрятаться под столом. Все так же игнорируя Карину, Князев сел на корточки, заглянул под стол и подмигнул Хорохоро: — Ну что, суслик, допрыгался?