Часть 1

— Ну и занесло же нас с вами, Анастасия Андреевна! В ходе очередного расследования, выяснилось, что один из подозреваемых, некий Потапов, входил в петербуржское общество рыболовов, и эти самые рыболовы каждое воскресенье собирались в одной из деревень, прямиком через которую проходила река. А деревня эта находилась чуть ли не на краю света, чтобы добраться до неё из Петербурга потребовалось полдня. Да и месторасположение у неё было не самое лучшее. В чаще какого-то леса. — Настоящая деревенская глушь! — снова проговорил пристав. — Но дышиться-то здесь как! Благодать! — Тарас Петрович, не отвлекайтесь, мы не должны упустить Потапова. Вот вечно она так. Всё веселье обламает. Они стояли на так называемой пристани, состоящей из дряхлых деревянных мостков и привязанной к ним старой лодки. С минуту на минуту сюда должны были прийти рыболововы. Правда, что делать когда они прийдут никто ещё не решил, но ничего, действовать можно и на месте. Было раннее утро, часов семь-восемь, не больше. Солнце уже во всю светило, но не так, что хотелось поскорее скрыться в прохладную тень. Его лучи ласкали, играли бликами на траве, поэтому хотелось лишь поднять голову и подставить лицо чудному солнечному свету. Но если пристав испытывал желание наслаждаться погодой, то Анастасия не обращала на неё никакого внимания. Возможно, она просто была слишком сосредоточена на рыболовах, а может пыталась не заснуть после утомительной поездки. За кустами послышался шорох. — Будьте на готове Тарас Петрович. — Чего? — удивлённо спросил пристав. — На готове чего? Мы же с вами ещё ничего не придумали! — Чшшшш! — зашипела на него Анастасия. Растительность раздвинулась, а оттуда, весело улыбаясь, вышел какой-то старик в рваной запачканной одежде. За плечом у него болтались три удочки, придерживаемые рукой, а в другой он нес ведро. — Вот те раз! Настя удивлённо уставилась на мужчину. Не так она представляла себе общество рыболовов. — Анастасия Андреевна, а что ж это вы нос повесили? Не уж то не подходит? — кивнул в сторону мужчины. Настя метнула на пристава колкий взгляд. — Доброго вам дня, господа. — поклонился старик и стал проходить к лодке с таким безразличием, будто каждый день видел на этом берегу полицейского пристава и по-городскому одетую барышню. — А вы, простите, кто? — не выдержала и спросила Анастасия — Я-то? Я сторож здешний. — и продолжил преспокойно отвязывать лодку от причала. Спокойствия и безразличия у него хоть отбавляй. — А сторожите что? — терпеливо продолжила Ардашникова. — Лодки сторожу. — Лодки значит. — вмешался Смолокуров. — А вы тут случайно членов петербургского рыболовного общества не встречали? Старик выпрямился и, сщурив глаза от солнца, внимательно посмотрел на иноземцев. — А вы что, новые участники что ли? — Они самые. Нам бы господина Потапова. — А Евграф Семёныч уж отплыл. И другие тоже с ним. Они сегодня на час раньше решили собраться. Торопились куда-то. — Ах, торопились. — Так вы ежели их догнать хотите, то вот. Лодочку мою возьмите. За час управитесь. Там после часа пути охотничий домик будет, господа там очень любят остановиться и попотчевать. Настя кивнула и Тарас принялся отвязывать лодку. — Вы бы только барышню не брали. А то рыбалка - не бабье дело. — Это уж любезный, мы как-нибудь без тебя решим. Анастасия Андреевна, прошу. Легко подхватив Настю на руки, он хотел усадить её в лодку, дабы та не намочила туфли, но видимо что-то не рассчитал и в покачнувшуюся лодку упали оба, стукнувшись при этом лбами. — Анастасия Андреевна, ради Бога, простите. Не ушиблись? — подняв девушку за руки, он помог ей сесть на скамью. — Неприятно, но ничего страшного. — сказала Настя потирая лоб. — До свадьбы заживёт. — До свадьбы? — Берите вёсла, Тарас Петрович. Не будем тратить ни минуты. — Вы удочку-то не забудьте! — сказал сторож и вручил её Анастасии. На протяжении минут пяти они плыли молча. Тарас старательно греб, а Настя… Настя, которая сидела напротив внимательно его разглядывала. И это явно приносило ей наслаждение, что не ускользнуло от зоркого взгляда рассматриваемого ею господина. — Что, Анастасия Андреевна, любуетесь? Али сами хотите опробовать вёсла? Небось в Сорбонне вас такому не учили. Настя — глаза в пол. — Меня в Сорбонне, Тарас Петрович многому не учили. И вообще, — Настя быстро перевела взгляд на удочку, которую она до сих пор старательно обнимала. — Что мы будем делать с этим? — Как что? Рыбачить конечно! Сейчас мы этого Попова, как карася на крючок подцепим и на сковороде зажарим. — А если без шуток, вы когда — нибудь ловили рыбу? — Вы серьёзно? — Абсолютно. Почему бы и нет. Нет, всё-таки иногда Анастасия Андреевна ведёт себя очень странно. Недавно торопилась в погоню, а сейчас рыбалить изволила. — Умею, как не уметь-то. Желаете посмотреть? Настя кивнула. Тарас опустил вёсла и взял у неё удочку. — Смотрите, это значит удилище, это леса, на которую… — Тарас Петрович, ну неужели вы думаете, что я не знаю из чего состоит удочка? — А право, что это я. Думал, хоть раз я вас чему-то обучать буду, а тут. Ну, как ей пользоваться, я надеюсь, вы не знаете. — Знаю, но только в теории, хотелось бы на практике. — На практике? Да пожалуйте. Крючок придерживаем, удилище кончиком вверх и быстро, но плавно закидываем. А теперь нужно проявить терпение, Анастасия Андреевна, только терпение! Пять минут молчали. Первый не выдержал Смолокуров. — А вы как думаете, тут какая рыба водится? — Не знаю. — Пожала плечами Настя. Она слегка наклонилась и всмотрелась в речную гладь. — Вы поосторожнее, Анастасия Андреевна, а то водяной утащит. — Кто? — усмехнулась Настя. — Ну, водяной. Не уж то не знаете. — Знаю, Тарас Петрович, но не верю. Вы бы ещё сказали русалки. — А что, могут и они. Увидят такого мужчину в лодке — при этих словах он поправил фуражку и пригладил усы. — И утащат соперницу на дно морское. То есть, это, речное. Анастасия лишь улыбнулась и закатила глаза с видом учителя, слушающего нелепые байки своего маленького ученика. От усердной гребли приставу явно стало жарко, и теперь, сидя с удочкой в руках, он видимо всеми усилиями пытался этого не показать. Но не была бы она Анастасией Андреевной Ардашниковой, если бы это ускользнуло от её взгляда. Девушка чуть подалась вперёд и, стянув с Смолокурова фуражку принялась с улыбкой обмахивать ему лицо. — Вы что делаете? — недоуменно спросил пристав. — Помогаю вам охладиться, Тарас Петрович. Неужели не догадались? Опять язвит. Что ж это за женщина такая. И как ему с ней уживаться. Но как-то приходится. — Догадался. — буркнул Тарас. — И вовсе мне не жарко. Вам кажется. — Да? Ну что же, тогда больше не буду. Смолокуров хотел уже было сказать, что он совсем не против обмахиваний фуражкой, но Настя отвернулась и пристав решил оставить это дело. Что он, барышню утруждать ещё будет? По лицу Ардашниковой вдруг пробежала странная улыбка. — Тарас Петрович, а вам не кажется, что мы слишком долго тут сидим, а всё не клюёт. — Анастасия Андреевна, неужели у вас закончилось терпение? Или вы наконец-то вспомнили, что нужно догонять Потапова? — Нет, просто я хотела… — Тише, Анастасия Андреевна. Вот не клюёт, потому что мы с вами разговариваем много. Рыба-то, она не дура. Всё чувствует. — Тарас Петрович, мы же совсем забыли… — Анастасия Андреевна, не думал я, что вы такая болтушка. — шёпотом заговорил Тарас, наклонившись к её уху, от чего теплый воздух, приятно защекотал щеку. — Тарас Петрович, — отчего-то тоже шёпотом и с каким-то смущением продолжила Анастасия. — Я же говорю… — Тише! Смотрите, кажется дергает! — Тарас Петрович! — встала на ноги и затараторила, уже не шёпотом, чтобы он точно услышал. — Выслушайте меня наконец! Вы ничего сейчас не поймаете! — Как? Вы что это, не верите в мои способности? — обиделся — Да причём тут ваши способности? Это скорее ваша невнимательность. И моя, по-правде говоря, тоже. Мы забыли про приманку. — Вот же… — Тарас резким движением вытянул удочку и посмотрел на крючок. — Правда… Старик тоже хорош, удочку дал, а червячков позабыл. — швырнул удочку на дно лодки. — Это я что, получается, полчаса рыбу на железку ловил? — Получается так. Ну вы не расстраивайтесь. Представьте, если бы поймали. Открыли бы новый вид рыб, питающихся… Крючками. — Тут Настя не выдержала и рассмеялась. — Шутить изволите? А мне вот не до шуток. Я может быть сейчас такой позор пережил. С батей каждое лето рыбалил, а тут. Эх! Игриво взглянув на Тараса, госпожа Ардашникова наклонилась к воде и, зачерпнув ладонью, брызнула в него. Водяные капли, весело переливаясь на солнце, попали прямо приставу в лицо. — Анастасия А… — не успел возмутиться, как в него летит ещё одна порция брызгов. Звонко хохоча и жмурясь от яркого света, Настя снова опустила руку к воде. — Ну же, Тарас Петрович, не расстраивайтесь. Посмотрите какая чудная погода! — и снова брызгается. Вот же! А недавно ей совсем не до погоды было! Ну, чертовка. — Значит так, Анастасия Андреевна. — Так. — Ну держитесь! — теперь прохладная вода обдала и Настю. Смеясь, они начали на перебой обрызгивать друг друга. В порыве веселья Анастасия встала на ноги. Лодка начала качаться. Оступившись, Настя подскользнулась и чуть не полетела в воду, если бы не Тарас, во время подхвативший её. Только вот сам Смолокуров, неудачно оступившись, с громким всплеском упал за борт. — Тарас! — вскрикнула Настя и наклонилась над водой. К счастью, через полминуты показались шевеления и из глубины вынырнул пристав. — Поймал! — по нему ручьями стекала вода, а в поднятой в воздух руке он держал… Рыбу! — Всё-таки поймал! А вы говорили, что не смогу. Вот он каков, пристав Смолокуров! Прикрыв рот ладошкой, Настя смеялась. — Тарас Петрович, отпустите бедное животное и поскорее полезайте сюда. А то ещё заболеете. Потапова и его общество они, к слову, не упустили. Нагнали спустя минут тридцать, потому что те, также, как Тарас Смолокуров и Анастасия Ардашникова, решили остановиться порыбачить.