Часть 1

      — Северус, смотри! — закричал Гарри, несясь по коридору подземелий в нескольких метрах впереди Северуса.       Северус наблюдал, как мальчик подпрыгнул с последней ступеньки каменной лестницы так высоко, насколько мог, — что, впрочем, было не слишком высоко. Вздыхая, он смотрел, как маленький перевозбужденный мальчик бегает по кругу, весело хихикая.       — Гарри, не прыгай со ступенек. Ты можешь пораниться, — строго сказал он.       Однако, Гарри, похоже, не услышал. Он спустился ещё на три ступеньки, снова спрыгнув с последней.       — Гарри, — укоризненно произнёс Северус       — Киса! — закричал Гарри и помчался к чёрной кошке, которую заметил дальше по коридору. Та мирно сидела, вылизывая лапы в пятне мутного солнечного света, пробивающегося через подводное окно.       Кошка подняла голову от неожиданного шума и стремительно скрылась в глубине коридора. Гарри расстроенно нахмурившись смотрел ей вслед, мечтая погладить пушистую зверушку. Северус почти видел, как мальчик раздумывает, бежать ли за ней.       — Гарри, не беспокой кошку, — сказал Северус.       Гарри надулся, но спорить не стал. Похоже, у него было море энергии в этот день. Северусу было трудно за ним поспевать — и физически, и морально.       — Профессор! — раздался голос позади.       Северус обернулся и увидел бегущую к нему девушку — одну из своих старост.       — Простите, профессор Снейп, мне нужно кое-что обсудить с вами, — сказала она, немного запыхавшись от бега.       Северус почувствовал раздражение от того, что студенты продолжают доставлять ему хлопоты после и так насыщенного дня, но знал, что она бы не стала его беспокоить без веской причины. Он выслушал её — та пожаловалась на третьекурсников, создающих проблемы в спальнях. Отнять баллы не помогло. Он пообещал разобраться с этим, как вдруг заметил, что Гарри больше нет рядом.       Он услышал хихиканье — Гарри исчез за углом коридора.       — Я разберусь с этим в ближайшее время, — пообещал он старосте.       — Спасибо, сэр, — сказала она.       Он оставил её и поспешил за Гарри, пока тот не успел вляпаться во что-нибудь. Повернув за угол, он как раз успел увидеть, как Гарри спрыгивает с двухступенчатой лестницы. Гарри радостно вскрикнул в те доли секунды, что был в воздухе, но Северус увидел, как тот теряет равновесие и с грохотом падает на руки и колени.       Через мгновение Гарри начал плакать. Из глаз лились слёзы, доносились всхлипы.       — Гарри, я же говорил тебе не прыгать со ступенек! — отчитывал его Северус, подбегая к нему.       — Прости, — сквозь рыдания произнес Гарри. — Я... я упал...       Северус осмотрел его на наличие травм. Ничего серьёзного — ссадины на ладонях, синяки на коленях наверняка появятся позже, но в целом он был в порядке.       Разочарованно цокнув, Северус поднял Гарри с пыльного пола. До их комнат было недалеко, так что дорога заняла не много времени.       — Теперь ты знаешь, почему нельзя прыгать со ступенек, — сказал он.       Он донёс Гарри до их апартаментов и помог обработать руки. Он разрешил ему самому выбрать пластырь для одной из глубоких ссадин. Гарри выбрал синий с движущимися звёздами. Он немного успокоился, пока Северус его осматривал — возможно, потому что был занят рассматриванием узора на пластыре. Хотя изредка слезинка всё же скатывалась по его щеке.       С тех пор как Гарри переехал, Северус приноровился лучше справляться с печалью у детей. Ему просто пришлось. Не потому что Гарри был особенно грустным, а потому что дети его возраста постоянно влипают в неприятности. Обычно, самым действенным решением было отвлечь - это почти всегда срабатывало.       — Хочешь фруктов? — спросил Северус.       — Я хочу печенье, — ответил Гарри.       — Получишь печенье, если сначала съешь фрукты.       Гарри немного подумал, а потом согласился. Северус укутал его в одеяло и оставил на диване, а сам пошёл на кухню. Вернувшись, он вручил Гарри миску с фруктами, нарезанными идеальными кубиками — профессиональная привычка мастера зелий. Гарри медленно ел, время от времени всхлипывая. То ли от боли, то ли в надежде на сочувствие — Северус не был уверен.       — Почитаешь мне сказку? — спросил Гарри.       Он уже собирался отказать, как тут опрометчиво посмотрел вниз. Трудно сказать «нет» ребенку, укутанному в одеяло, и смотрящему на тебя огромными зелёными глазами, всё ещё влажными от слёз.       — Ладно, — тяжело вздохнул Северус. — Какую сказку хочешь послушать?       — Ту, про волшебника, — ответил Гарри.       Северус поднялся и направился в комнату Гарри за книгой. Там он обнаружил, что больше половины книг — про волшебников. Разумеется, Гарри не мог предоставить чуть более конкретное описание. Он постоял немного в раздумьях, пытаясь определить какую именно «ту» имел в виду Гарри. В конечном итоге Северус взял первую попавшуюся. Раз уж Гарри не уточнил, ему придётся довольствоваться любой книгой с волшебником.       К счастью, Гарри, похоже, не возражал, когда Северус сел рядом и начал читать. Он чуть наклонился, чтобы лучше видеть картинки, всё ещё жуя яблочные кубики.       Северус пытался читать не слишком монотонно, но отказывался изображать «голоса» персонажей. Гарри и не просил, но даже если бы и попросил, Северус бы отказал — у него, в конце концов, были некоторые принципы.       Сказка оказалась длиннее, чем он ожидал. Знал бы Северус заранее — выбрал бы покороче. Тем не менее, он дочитал о волшебнике, который искал потерянную напоминалку, до самого конца.       Когда Северус закрыл книгу, он понял, что Гарри заснул, крепко прижавшись к его боку. Пустая миска из-под фруктов лежала рядом на диване. То, что Гарри заснул, не дождавшись ни обещанного печенья, ни развязки сказки (волшебник обнаружил напоминалку под собственной шляпой), говорило о том, насколько он устал.       Осторожно подхватив Гарри, Северус отнёс его в кровать. Гарри чуть пошевелился, когда его положили, ресницы дрогнули, но он не проснулся.       Северус тихо поставил книгу на место и вышел из комнаты, стараясь не разбудить мальчика.       Он был уверен, что через пару часов Гарри снова будет носиться по коридорам, забыв о падении. А пока у Северуса было немного времени, чтобы в тишине заняться зельями.