Как я без тебя?

1980 год, 23 июля. — Мистер Блэк, согласны ли вы взять в жены мисс... — регистратор осекся, заметив одинаковые фамилии молодоженов, — ...мисс Блэк? — Согласен! — широко улыбаясь, громко ответил Сириус, не сводя взгляд с Селены. — Мисс Блэк, согласны ли вы выйти замуж за мистера Блэка? — Согласна. — едва слышно проговорила блондинка, загипнотизированная синими глазами Блэка. — Объявляю вас мужем и женой, кольца к алтарю! Дочь Андроменды теперь уже Тонкс гордо несла кольца к алтарю, искренне радуясь за родных. Селена была поглощена и утопала в глазах любимого, а Сириус смотрел на нее с такой нежностью, будто она самое хрупкое, что было в его жизни. Все наладилось, теперь точно все будет хорошо. С чего же все началось? Думаю, вам интересно и уже есть вопрос: «Как это они еще не женаты, а она уже Блэк?» Но не зря ведь Селена «названная» Блэк. Думаю, стоит перенестись лет так на двенадцать назад. 1968 год, 23 июля, поместье Блэков. — Не поймаешь, не поймаешь! Улитка-Сири! — громко смеялась маленькая девочка, убегая от своего брата по саду у дома. Ее кудрявые блондинистые волосы развевались на ветру, босые ступни касались травы, которая щекотала их, а брат-двойняшка гнался за ней. Темные волосы Сириуса, которые были итак кучерявые, путались еще сильнее. Где-то сзади за ними бежал самый младший - Регулус, он старался не отставать, что было сложно. Родители - Орион и Вальбруга - наблюдали за детьми с балкона своей комнаты. Все было хорошо, но надолго ли? Вечером того же дня. — Сигнус, брат! Как давно я тебя не видел, какими судьбами? — счастливо прикрикнул Орион, обнимая брата. Нарцисса и Андроменда побежали к сестре и братьям в сад, а Беллатриса, как самая старшая, осталась с Друэллой и Вальбругой, удаляясь с главами семейств в дом. — Цисси! Меда! — резко остановившись, крикнула Селена, подбегая к сестрам и крепко обнимая их. — И тебе привет, Сели, мы скучали! — в один голос ответили сестры, загребая в объятия Регулуса и Сириуса. — А где Белла? — любопытно спросила блондинка. — Она осталась с родителями, сказала, что с нами ей скучно. — ответила Цисси. Селена и Нарцисса были изюминками семейства Блэк. Обе блондинки, у обеих глаза имеют более насыщенный голубой оттенок, в отличие от остальных. Блэки славились не только своей наичистейшей кровью и аристократичностью, но и внешностью все как один. Черные, как смоль, волосы и глубокие синие, как ночное небо, глаза. Все вместе дети забежали домой и буквально влетели в столовую, рассаживаясь за столом. До боли правильная Беллатриса лишь закатила глаза на подобное поведение младших, оглядывая их своим холодным взглядом. — Вам, леди, пора бы повзрослеть. Да и господам тоже. — холодным голосом сказала она. Одобрение родителей было важнее, чем счастливое юношество. — Белла, не бубни. — фыркнула на сестру Андроменда, — Если тебе важно одобрение родителей, то нам нет. Селена молча наблюдала за ссорой любимых сестер. В ее детской голове не укладывалось, как они могут ругаться. «Почему я, Сири и Рег никогда не ругаемся, а они постоянно? Почему нельзя как мы?» Только она хотела что-то ответить сестрам, как Белла кинула на нее недовольный взгляд. — Ты вообще молчи! Все Блэки, как Блэки, а ты не такая! Может Селена вообще нам не родная? Не думали об этом, сестры? — неподумав кинула Беллатриса. С того дня начал строиться характер Селены. Она больше не шушукалась с Нарциссой и Андромендой, не бегала с братьями в саду. Она пыталась стать такой же, как и все Блэки. «Как это я не родная? Родная, еще как! Докажу вам всем!» 1971 год, 1 сентября, комната Селены. " Дорогие мои мама и папа, рада сообщить вам, что теперь я студентка факультета Слизерин! В общем, я и не сомневалась, что попаду сюда. Но, не поверите, Сириус не попал сюда же. Теперь он гриффиндорец... Честно сказать, я знала, что так произойдет. Это было понятно, ведь он тот еще храбрец. И клоун. Но я все еще считаю его своим братом! Надеюсь, что вы не отвернетесь от него из-за этого. P.S:мамочка, поцелуй и обними Регулуса от меня! Люблю вас всех! С.В.Б." Первое письмо из Хогвартса отправлено домой. Конечно, надеяться на понимание родителей в сторону брата было глупо. Она понимала, но не хотела. А еще понимала, что если и дальше хочет быть как Белла, ей придется сделать так же. Именно тогда началась внегласная война двух, казалось бы, самых близких людей в семье Блэков. Подколы, шутки, оскорбления, осуждение. Ненависть друг к другу переполняла сердца Сириуса и Селены. Ближе к пятому курсу война стихла. Быть точнее, оба просто перестали обращать друг на друга внимание. Селена стала женственнее, отчего вокруг нее вились все студенты Хогвартса. Будем честны, такое внимание льстило ей, она с радостью принимала комплименты, ухаживания, подарки, огромные букеты. Сириуса бесило это, он хотел защитить ее, не показывать никому. Она была его... его сестра, да. С чего вдруг кто-то к ней прикасается? А она позволяет? Но и Блэк не отставал. От дам не было отбоя, он переспал много с кем, но серьезных чувств не было ни к кому. Наверное. Почти каждая девушка Хогвартса ночами напролет мечтала об этом горячем игроке квиддича. Почти каждая представляла его в своих грязных фантазиях, пока приносила себе удовольствие ночью. Селена до невозможности была зла из-за этого, хотела закрыть его в темной комнате и не показывать никому. Он был ее, кроме нее никто не имел право даже смотреть на него! Хотя, с чего это вдруг? Он же просто брат... Но кроме семьи их связывало еще кое-что. Их общий, маленький секретик. В конце пятого курса, когда после последнего экзамена Гриффиндор замутил какую-то тусовку, Селена, будучи старостой, обходила все коридоры школы и задержалась на восьмом этаже. Из-за угла вышел явно пьяный Сириус. Он вновь стал оскорблять ее, а после, когда она хотела ему ответить, резко поцеловал. Да-да, он поцеловал свою сестру. Не известно как, но они переспали в чертовой коморке, которая появилась из неоткуда. Это был ее первый раз, который она запомнит надолго. И каждый раз она вспоминает этот случай. Он твердо запечатлен в ее воспоминаниях. 1977 год, 24 декабря, Большой зал. Рождественнские каникулы в этом году были ужасно скучными - родители не разрешили вернуться в дом, а потому она осталась в школе. Сидя за столом Большого зала она задумывалась о том, что в этом году закончит Хогвартс. Ее последние полгода здесь и что будет дальше - неизвестно. — О, мамина гордость осталась в Хогвартсе на каникулы? С чего это вдруг, не подскажешь? — внезапно появившийся рядом Сириус не давал покоя сестре. — Отвали, придурок. — буркнула Селена, не отрываясь от «интересной» книги. — Если бы ты не сбегал из дома, то знал бы о том, что у друзей родителей сейчас проблемы и до конца седьмого курса они будут жить у нас. А я просто не хочу мешать. Сириус засмеялся от слов младшей и сел напротив, всматриваясь в ее лицо. Неужели она и вправду такая наивная? Как можно было поверить в бред Вальбруги и Ориона? Хотя, учитывая, что она шла у них на поводу, нет ничего удивительного. — Селена, неужели ты настолько слепая и тупая? Как можно поверить в бред предков? — довольно ухмыляясь, спросил Сириус. Наверное, это был их первый нормальный за последние пару лет. И где-то внутри оба были рады. Но не показывали. — Я не тупая и не слепая. Родителям надо верить, их надо любить. — она все еще придерживалась версии родителей, не хотела думать о чем-то другом, о чем-то плохом. — Ты вот вроде Блэк, а на нас вообще не похожа. Они тебя подкупают чем-то? В детстве ты такой не была. — В детстве и ты таким не был, придурок. Селена недовольно захлопнула книгу и, встав из-за стола, направилась к выходу из Большого зала своей легкой походкой. У дверей ее остановил декан Слизерина. Сириусу он никогда не нравился, а еще сильнее его ненависть поджигала ревность(?). Этот утырок Нотт открыто приставал к малышке Блэк, а она не могла ему ничего сказать в ответ. До жути безвольная и податливая. Что сказали, то и сделает. — Профессор Нотт, я была бы рада поужинать с вами, правда, но у меня так много долгов по учебе... Седьмой курс, а я претендую на одни «Превосходно» в итоговом табеле... Может, в следующий раз? — пыталась отказать профессору Блэк, но все было тщетно. Нотта не смущало, что ему почти сорок, а Селене недавно исполнилось восемнадцать: «Совершеннолетняя же, чего мне бояться?» — отмахивался он. Его руки грубо притянули Слизеринку к себе за талию. Заправив ее нежные блондинистые волосы за уши, он хищно улыбнулся. — Малышка, если ты не сходишь со мной на ужин сегодня, то о «Превосходно» по Зельям можешь не мечтать. Оценку по моему предмету надо заработать и ты сама знаешь как... Не хочешь ведь расстраивать любимых родителей плохим табелем? Руки Сириуса сжимались в твердые кулаки, при виде такой картины. «Какого черта он сидит?» — мелькнет вопрос в вашей голове, а я отвечу. Он не хочет, чтобы кто-то увидел, что ему не все равно на сестру. Статусы портят жизни людей. 1977 год, 25 декабря, комната Селены. " Здравствуй, любимая Нарцисса. Пишу тебе в слезах. Боли, обиды, разочарования в себе. Знаешь, я ведь никогда не думала, что подобное случится со мной. Я много слышала от других, мне рассказывали девочки, но я не думала, что стану одной из. Меня изнасиловал профессор Нотт. Он позвал меня на ужин, сказал, что если я не явлюсь, то сделает все, чтобы испортить мой табель с одними «Превосходно». Я не думала, что все выйдет так... Это было больно. Я думала, что таким занимаются только по любви, ведь подобное связывает любящих друг друга людей еще крепче. Я ошиблась. Я пойму, если стану противна тебе. Прости меня, я правда не хотела этого. P.S:обними от меня зануду Малфоя, скучаю по вам. Твоя любимая С.В.Б." Да, правда этого вечера была ужасной. Селена была разбита, не хотела показываться кому-то. Впереди еще две недели каникул и чертов Нотт не отстанет от нее. Вспоминая то, что произошло недавно, Селена вновь начинала горько плакать. Слезы разочарования в себе - это самое ужасное, что она чувствовала. Винила себя, свой характер, свою податливость. Винила Сириуса. — Он же видел! Видел, что все закончится так! Почему он просто молчал?! — в истерике кричала девушка в подушку. — Что же он за брат такой?! Конечно, винила она его неосознанно. Но не понять ее нельзя. Это ведь больно, и я сейчас не о физической боли, а о моральной. В такие моменты внутри будто что-то обрывается. Тебя разрывает на миллиарды кусочков, которые соберет обратно только любовь. Любимый человек способен на все. Стук в дверь. Селена резко села на кровати. Второй стук, более настойчивый. На трясущихся ногах она подошла к двери и, доверившись черт знает чему, открыла ее. За ней был Сириус. Такой смешной, с растрепанными волосами и совсем сонный, но такой любимый. — Блэк? — тихо спросила блондинка, вытирая следы слез со щек. — Ты как попал сюда? И что надо тебе? Но он не ответил. Нагло вошел в комнату и, посмотрев пару мгновений в глаза Селены, обнял ее, так крепко и нежно, как делал это в самом детстве. Им обоим не хватало этого. Она вновь не выдержала, заревела в руках брата как маленькая, обвивая его шею своими худощавыми руками. — Прости меня. Прости, маленькая, я должен был защитить тебя... — тихо шептал он ей, нежно поглаживая по спине, путаясь в длинных волосах. — Ты не виноват. Я... Виновата я, Сириус, правда. Не извиняйся передо мной никогда. — дрожащим от слез голосом бормотала Селена, пытаясь вжать себя в тело брата. Она хотела, чтобы он спрятал ее от чужих глаз. Хотела закрыться с ним где-нибудь далеко от людей, чтобы никто их не увидел. Ей было стыдно перед ним. За что? За все. Он был самым близким человеком в ее жизни, а она выбрала статус и семью, вместо брата. В ней ноль храбрости, Слизерин - самое подходящее ей место. Все на этом факультете мерзкие, склизкие, хитрые и ненастоящие. Рождена она была не для этого, но общество сделало ее другой. Не такой, как ей самой хотелось бы. Эту ночь она провела в объятиях Сириуса. Он прижимал ее к себе, нежно гладил по волосам и пытался заполнить пустоту внутри. Внутри себя и внутри Селены. Она стала настолько огромной, что не хотела поддаваться любовным оковам Блэка, но сдалась. Я верю в то, что люди делятся на две половины. Если два человека действительно любят, они связаны, и их не разлучит никто и ничто. Но если вдруг это случится, у обоих образуется дыра в душе. Селена и Сириус — явный тому пример. Оба любят друг друга, оба не могут друг без друга жить, но общество никогда не поймет их, а потому она отвергла брата в самом детстве. Селена мягкая и внушаемая. Конформист одним словом. Тихий ужас Сириуса Блэка. Утром, проснувшись в объятиях брата, Селена довольно улыбнулась. Она давно не спала спокойно, но сейчас ей было хорошо. Она чувствовала себя не частью человека. Нет. Она была целой. Вот она, ее вторая половина, лежит сейчас рядом и тихо посапывает, не выпуская из своих рук. Раздался тихий стук в дверь. Повернув голову, Селена увидела первокурсника, который нетерпеливо заглянул в комнату. Нехотя, она встала с кровати и запустила мальчишку внутрь, он принес письма от матери. Сириусу и Селене. Отпустив его, девушка села за стол. Длинные блондинистые волосы кучерявыми волнами спускались до поясницы, нежно переливаясь на свете солнца. Высокий рост придавал аристократичный вид Селене и подчеркивал ее совершенство над всеми дамами Хогвартса. Четкие черты лица, худощавое телосложение и бледная кожа. Она выглядела болезненно, но в этом заключался образ чистокровного аристократа. Она хотела быть такой же, как ее сестры. Как ее мама. Письмо, что было написано аккуратым почерком, почему-то пугало Селену. Что-то веело от него недоброе. Таинственное и грустное. Прикусив губу она открыла его, начиная читать. " Доброе утро, моя маленькая, дорогая, любимая Виви. Нарцисса рассказала мне о том, что случилось с тобой в рождественскую ночь. Моя девочка, я обещаю тебе, Орион так просто этого не оставит, к завершению сегодняшнего дня Нотта ты больше не увидишь. Прости меня за то, что я не могу быть рядом сейчас. Безусловно, моя вина в том, что ты осталась в школе на каникулах. Но я должна кое-что рассказать тебе. Знаю, такое не делается вот так, через письмо, но мы обе знаем, что я труслива и в лицо тебе этого не расскажу. Третьего ноября тысяча девятьсот пятьдесят девятого года, в день вашего с Сириусом рождения, произошло кое-что. Я всегда мечтала о дочери, которая станет для меня лучшей подругой. Я хотела, чтобы она была всегда со мной, чтобы я стала для нее опорой, чтобы она была такой же, как и я. Мне долго не удавалось забеременеть, мы с твоим отцом уже стали переживать о том, что наследников Блэков не будет, но в один прекрасный день мы узнали, что все-таки они будут. И вот, в начале ноября я родила. Родила одного лишь Сириуса. Да, Селена, ты нам не родная дочь. Было принято решение любыми силами взять в нашу семью девочку, рожденную третьего ноября. Выбор был широкий, но ты... Ох, моя Виви, ты была Блэк. Я почувствовала это. Не смотря на то, что волосы твои светлые, а глаза вовсе не такие синие как у нас, я чувствовала, что ты моя дочь. Абсолютно вся твоя семья умерла в один день. В день твоего рождения. Я пойму, если ты возненавидишь нас, захочешь отвернуться, уехать из дома. Но прости меня. Я хотела сделать как лучше. Хотела, чтобы и у тебя была любимая семья. Ты наша, ты Блэк, моя Виви. P.S : передай Сириусу, что я бесконечно жду его возвращения в дом. Он ведь мой сын и я люблю его, каким бы он не был. Целую вас. Твоя мамуля В.Б." Слезы скатывались по щекам. Не родная... Она им не родная... Но как? Она ведь чистая Блэк. Она - наследница матери и отца. Любимая и единственная дочь. Нет, не дочь. Отложив письмо, она уставилась в окно, вытирая слезы с лица. «Беллатриса знала все еще с детства, поэтому она сказала за столом, что я не родная им. Но как долго они собирались хранить этот секрет? Как все сложно... Значит ли это, что теперь я могу не бояться своих чувств к Сириусу? Как же сложно...» Из раздумий ее вывели теплые, большие, родные ладони на ее плечах. Сириус уже проснулся и сейчас стоял сзади, нежно поглаживая и сжимая плечо Селены. Его родной запах заставил Блэк прикрыть глаза и расслабиться. Оставить все на потом. — Мама прислала тебе письмо. — тихо начала разговор блондинка. — Удивительно. Опять будет гнобить за то, что я порочу род Блэков? — он хмыкнул и нежно поцеловал в макушку младшую, — Прочтешь? Хочу послушать твой голос. Нежно улыбнувшись, Селена взяла письмо для парня и, встав со стула, повела его за собой на кровать. Улегшись по удобнее, она приластила в свои объятия Блэка, начиная читать письмо. — С добрым утром, Сириус. Думаю, тебе уже известно об ужасных событиях вчерашнего вечера. Я искренне надеюсь на то, что ты не остался в стороне и поддержал Селену. Расписать все еще раз не смогу, спросишь у Виви, если тебе интересно. Она не твоя сестра. — в этот момент спокойный до этого Сириус резко сел на кровати, удивленно смотря на девушку, — Она вообще никто для нас, но мое материнское сердце не выдержало и я решила, что она нужна нам. Постскриптум возвращайся в дом, мой любимый сын. Я слишком погорячилась, ссорясь с тобой. Твоя мама В.Б. Тишина. Сириус переваривал информацию, а после нахмурился. Все эмоции можно было прочитать на его лице. От гнева из-за того, что такую важную информацию родители утаивали от них, до радости, что теперь он может открыто выражать свои чувства к до боли близкому человеку. — Как это не сестра? — спустя пару минут молчания спросил он, — Виви, это значит то, что мы можем... Он осекся. «Нет, Блэк, ты ничего не можешь в этой жизни! То, что она не твоя сестра не дает тебе надежду на то, что есть чувства.» — твердил голос в голове. Но он же видел. Он видел все по ее глазам, таким живым и чувственным. — Вот так... Если интересно, прочти мое письмо. — ее голос был таким успокаивающим и мелодичным, что Блэку показалось, что он в раю. Шло время. Вальбруга не соврала, с того дня Селена больше никогда не видела профессора Нотта. «Папа никогда не оставляет все так просто, я же их... Названная дочь.» Но с Сириусом ничего не изменилось. С окончанием рождественских каникул закончилось и чудо между ними. Он снова вился со своим друзьями, а она со своими подружками. Но как только они встречались взглядами, внутри что-то переворачивалось и стучало в сердце с такой силой, что, казалось, оно сейчас вырвется из груди. 1978 год, 17 марта, восьмой этаж Хогвартса. Селена вновь обходила коридоры школы. Все стены были такими родными, все здесь было ее частью. Хогвартс был ее вторым домом. Задумавшись, она остановилась на восьмом этаже, около окна. Россыпь звезд на синем полотне неба выглядела красиво. «О, вот это Орион! А это Сириус... Вон там Селена, а тут Вальбруга. О, это Регулус! Да я всю семейку собрала!» Сегодня была игра квиддича Слизерин-Гриффиндор и, кто бы мог подумать!, выиграл снова Гриффиндор. Будем честны, Селена не болела за свой факультет. Она стояла на трибуне слизней, но мысленно была с Гриффиндором. Задумавшись о звездах и об игре, она не заметила позади стоящего Сириуса. Все как два года назад. Вновь пьяный Блэк и любопытная Селена. Брюнет тихо подошел сзади к девушке и положил свои горячие ладони на ее холодную талию, прижимая к себе. — Я скучал... — прошептал он на ушко Селены. — Ты не обижаешься? Я так резко и нагло пропал... — Наглость твое второе имя, Блэк. С чего вдруг мне обижаться? — тихо и нежно прошептала Селена в ответ, любуясь звездами. Она обижена на него за это до сих пор. После всего, что было между ними, он просто пропал. Без причины, без объяснений. И это убивало Селену, но подружки поддерживали. Конечно, они были не настоящими подругами и уже через день после признания Селены о том, что она не родная дочь в семье Блэков и ей нравится Сириус, об этом знали все в школе. — Не ври мне, я видел, что тебе грустно и ты обижена, я знаю тебя с детства, глупая. — сказал Сириус, поворачивая девушку лицом к себе. — Причина этого я, не так ли? — Не смеши меня, Блэк. Мне абсолютно все равно, не знаю, что и где ты увидел. — складывая руки на груди, фыркнула блондинка. Сириус лишь довольно улыбнулся на подобные слова девушки, подходя к ней еще ближе. Его горячие руки нежно согревали холодную кожу его Селены. Да, теперь он явно понимал свои чувства к ней и считал ту своей собственностью. — Ты сейчас очень похожа на Нарциссу. Такая же дерзкая, но нежная. Теперь я понимаю, почему Малфой выбрал ее. Не возможно описать то, как нежно он смотрел на нее сейчас. В его взгляде смешалось все. Любовь, нежность, забота, желание быть рядом. Он был зависим ею. Если он не видел ее утром - день был насмарку. У него буквально начиналась ломка. — Идем, я познакомлю тебя со своими друзьями. — резко сказал Сириус, — Я думаю, Лили тебе понравится. Парень перехватил Селену за руку и быстро направился в сторону гриффиндорской башни. Что им сейчас управляло, он не знал, но хотел сделать все, чтобы она чувствовала себя комфортно. Чтобы она поняла, что такое настоящие друзья. — Стой, куда мы? — пытаясь успевать за Сириусом спрашивала девушка. — Мне нельзя к вам, я же со Слизерина, придурок! Брюнет резко остановился и повернулся лицом к блондинке, он правда не понимал, почему она так реагирует на это все. — Плевать я хотел на все эти правила, Селена. Ты моя и я считаю, что ты должна познакомиться с моими друзьями. — Чего?! Я - твоя? Ты откуда бред этот взял? Сириус, отпусти меня сейчас же, ты пьян и несешь бред! Он не выдержал, резко вжал ее спиной в ближайшую стену. Расстояние между ними было минимальным, она по инерции положила свои ладони на его широкую грудь, а он свои по обе стороны от ее головы. — Если я пьян, то это не значит, что я несу бред, милая. Сколько можно бегать от меня? Мы оба понимаем, что любим друг друга. Неужели даже письмо матери не дало тебе воли? Мы не родственники вовсе, что еще тебя останавливает? То, что я предатель семьи? Или то, что я гриффиндорец? А может тебя загипнотизировала матушка? Что не так, Виви? — Все не так, Сириус. Это не правильно. Ты ведь все равно мой брат. Как такое возможно? — Заткнись уже, тупица. Просто отдай контроль над собой сердцу. Она не успела ответить ему, потому что он поцеловал ее. Резко, без лишних слов и действий. Но Селена была не против. «К черту все правила, зачем мне кто-то, если есть он?» — самая разумная мысль, которая могла быть. Ее тонкие пальцы запутались в его волосах, сжимая и оттягивая. Его крепкие руки сжимали талию и притягивали ее к себе. Они слились в одно целое, они созданы друг для друга. Будь их воля, они простояли бы так вечно. Ни Селене, ни Сириусу не хотелось отрываться от любимых и желанных губ, но всему хорошему свойственно заканчиваться. Нехотя блондинка прекратила поцелуй, но не отошла от парня. — И что это было? — тихо спросила она, смотря в его глаза. — Это называется любовь, Виви. Или ты все еще будешь говорить мне: «это не правильно, так нельзя»? Через десять минут счастливый Сириус и смущенная Селена входили в гостиную Гриффиндора. В самом дальнем углу сидели его друзья, туда они и направились. — Прошу любить и не жаловаться - та самая Селена. — сказал улыбчивый Сириус, когда двое подошли к компании. Блондинку тут же утянули к себе девушки - рыжую звали Лили, кучерявую Мэри, русую Марлин, темненькую Доркас. С последней она была знакома, Медоуз тоже была студенткой Слизерина и увидеть ее в такой компании было странно. С каждым днем Селена чувствовала, что пустота внутри заполняется каждый раз, когда она проводит время со своими новыми друзьями. Она забывала обо всем, главным было получить удовольствие от проведенного вместе времени. 1978 год, 28 мая, комната Сириуса. — А я смотрю тебе понравилось проводить время в компании этого Нюниуса? — с наездом чуть ли не кричал брюнет. — Да что за бред ты несешь?! Я просто попросила его донести мои книги! Хватит уже истерить, Блэк! — Конечно, зачем просить о помощи меня, если есть Нюниус! — Ты невыносим, как можно быть таким ревнивым?! Да, не все так красочно бывает у парочек. Вот, например, одна из немногих сцен ревности Сириуса. Терпеть это было невозможно, но Селена до безумия любила его, а потому готова была выслушать все в свой адрес. Любовь слепа. Но с другой стороны, прав на ревность у него не было, ведь они все еще не встречались. Странные, не так ли? — Да и с чего это вдруг я не могу общаться с другим парнями? Тебе значит можно спать с каждой второй, а мне даже дышать рядом с другими нельзя! Ты адекватный?! — Поверь, я адекватный, а ты, видимо, нет. Так нравится ошиваться со слизнями? Пожалуйста, вали! Тебя никто не держит. — С удовольствием! Лучше я буду с ними общаться, чем с таким психом как ты! Селена уже развернулась к выходу, но Сириус резко перехватил ее руку. В глазах читалась злость, ревность, желание завладеть ей полностью. Желание поставить ее на место и не давать больше возможности возникать. Постояв так пару секунд, Блэк, не выдержав, впился в желанные губы блондинки. Страсть завладела им, она передалась ей через поцелуй. Секунда и она лежит под ним на кровати. Ее тонкие холодные пальцы тянутся к пуговицам на его рубашке, губы жадно впиваются в мужские, а язык пытается выхватить себе первенство, но стоит его руке проникнуть под юбку - напор спадает и она полностью отдается ему и его власти. Сириус делал все медленно, будто специально мучая двоих. Но нежности не было, нет. Ему хотелось оттрахать ее до такой степени, чтобы она наконец поняла, кто главный в их тандеме и кому она принадлежит. Чтобы больше не возникало этих глупых ссор, тупых скандалов и истерик. Желание было сильнее, чем понимание, что под ним лежит нежная девушка, которой нужна ласка. И оба отдались желанию. Его грубые и резкие толчки заглушали нежные касания рук. Ее ласковые стоны, нежные крики и мольбы о большем не давали покоя Сириусу. Он словно не слышал ничего кроме ее голоса. Все вокруг перестало существовать, сейчас для нее был только он, а для него только она. Селена впивалась ногтями в его спину, до боли сжимала его волосы на затылке. Она чувствовала его власть над своим разумом и телом, но о сопротивлении даже не думала. Ей нравилось быть его. — Ты больной. — пытаясь отдышаться после бурного примирения, тихо сказала Селена. — Но тебе это нравится. — также тихо ответил ей Сириус. Сейчас Селена, когда Сириус смог успокоить ее характер и прогнуть под себя, была ласковой, словно кошка весной. Ластилась в объятия Блэка, привлекала его внимание, а от нежных прикосновений и поцелуев издавала звуки подобные мурчанию. Такой она нравилась ему больше. Нежной, тихой, послушной, ласковой и еще много качеств, которые стала показывать Блэк после прихода в компанию Мародеров - все это любил Сириус. Любил каждую ее улыбку, смех, голос, смущение. Она была для него всем. 1978 год, 30 июня, Хогвартс Экспресс. Наконец-то можно спокойно выдохнуть. Учеба окончена, больше никаких экзаменов и эссе по Зельям. У Селены, что ожидаемо, вышел табель с исключительно «Прекрасно» и за все экзамены так же она получила высший балл. Что сказать о Сириусе... Ну, он закончил школу. Это уже хорошо, не так ли? Сейчас бывшие семикурсники наплевали на то, что когда-то они ненавидели друг друга. Собравшись любимой компанией - Мародеры, Лили, Доркас, Мэри и Марлин - все ждали только одного человека. Селену. Сейчас она находилась в купе Слизерина и прощалась с хоть и ужасным, но полюбившимся курсом. Все до единого не были такими холодными, она явно видела это, но лишь молча наблюдала за их жизненным выбором. Слезно попрощавшись с каждым, Блэк мигом выскочила из купе и помчалась на поиски друзей. Ее резко остановила до боли родная и любимая рука. Это был Сириус. Она повернулась к нему лицом и, широко улыбаясь, резко обняла за шею, притягивая к себе. Теперь им не надо скрывать свои чувства, теперь они могут любить друг друга открыто. Наплевав на всех вокруг, Селена жадно, но нежно поцеловала Сириуса. Она вылила в этот поцелуй все свои чувства. Все то, о чем переживала когда-то давно. Брюнет на это лишь довольно улыбнулся в ее губы, сжимая талию и прижимая ближе к себе. Сейчас он чувствовал себя хорошо. Она была с ним и это главное, не так ли? — Виви, я должен кое-что сделать. Сейчас, либо никогда. — тихо прошептал на ухо Селены Блэк, отрываясь от ее крепких объятий. Шум вокруг исчез, будто они вдвоем находятся под непроницаемым куполом. Она прикрыла глаза лишь на секунду, но открыв, не поверила им. Сейчас перед ней стоял Сириус на одном колене, держа в руке бархатную коробочку с кольцом. — Селена Вивиан Блэк, — начал свою речь кучерявый, — я бесконечно благодарен миру за то, что ты забрала мое сердце. Я люблю в тебе все, от макушки до мизинчиков на ногах. Без тебя я не вижу смысла жизни, ответь на один вопрос. Готова ли ты провести всю жизнь со мной? — он нервно сглотнул и тихо добавил, — Готова ли ты выйти за меня замуж? Слезы полились по ее щекам, она не верила в реальность происходящего. Это был словно сладких сон, который вот-вот оборвется. На секунду ей показалось, что она забыла как дышать. — Когечно я готова, Сириус! Я согласна! Блэк резко подорвался с пола и, аккуратно надев кольцо на палец Селены, прильнул к ее губам, крепко прижимая к себе. Теперь они точно связаны. Оказавшись в купе с друзьями, двое подозрительно молчали, а Лили, проанализировав всю ситуацию и заметив кольцо на пальце Селены, резко запищала и крепко обняла подругу. — Неужели это правда? Я так рада за вас, ребят! Это просто чудо какое-то! Поздравляю! — приговаривала Лили, обнимая и целуя в щеку каждого. 1980 год, 23 мая, поместье Поттеров. Селена все еще являлась невестой Сириуса. Они оба пытались максимально выжать из себя, чтобы свадьба получилась волшебной. Дата росписи уже назначена, все было готово, но была одна вещь, которая смущала блондинку. Платье. «Да что не так в платье?» — спросите вы, а я отвечу. Знаете, дело вовсе не в нем. Дело в Селене. Она хранила маленькую тайну уже пару недель. Совсем недавно она узнала, что беременна и через девять месяцев она станет матерью, а Сириус отцом. И дело было в том, что свадьба через два месяца, а значит, что платье может стать маленьким. Она не рассказывала об этом никому. Она не рассказала еще даже Сириусу, который, казалось бы, просто обязан будет разреветься от счастья, когда узнает эту информацию, но... Везде есть это ужасное «но». Недавно она заметила, что Сириус очень странно относится к теме о детях. Недовольно кривится, переводит тему. И, поверьте, с такими подробностями можно было бы и с собой покончить. — Виви, дорогая, ты не хочешь мне ничего рассказать? — ласково спросила Лили, расставляя на столе ужин на четверых. — Нет... Нет, ты итак все знаешь. Что мне тебе рассказывать? — тихо ответила Селена, вырвавшись из своих мыслей. Рыжая ничего не ответила, лишь сдержанно улыбнулась и погладила блондинку по макушке. Будем честны, Блэк не покидало ощущение того, что Лили все знает. «Может это ее беременная чуйка? Есть вообще такое?» — спрашивала часто у себя Селена. В кухню влетело двое парней, которые, казалось бы, выросли, но на самом деле вели себя все еще как подростки. Сириус быстро сел рядом со своей спутницей, а Джеймс подошел к своей уже жене и нежно поцеловал, поглаживая беременный животик. Невольно засмотревшись на милую картину, Селена и не заметила, как в горле появился ком слез. Быстро встав из-за стола, она отлучилась в ванную, где тихо заплакала. В моменте в голову пришла мысль рассказать все и сейчас. «Да, так и сделаю.» — твердо прозвучало у блондинки в голове. Умывшись прохладной водой, Селена вышла из ванной и прошла в кухню. Все сидели за столом и о чем-то тихо болтали, но Сириус явно был обеспокоен, пока его любимая не вернулась. — Милая, все в порядке? — тихо спросил у нее на ушко Блэк, когда та села рядом. В ответ лишь кивок и улыбка. — Виви, тебя что-то беспокоит. Мы это видим. — резко сказал Джеймс, пристально смотря в ее глаза. — Да, мне кажется, пора признаться, Ви, я переживаю за тебя. — дополнила Лили, положив свою ладонь на руку Селены. Ладно, ей казалось, что рассказать всем будет легче, чем это есть на самом деле. Отпив сок из своей кружки, она уселась поудобнее на стуле. Осмотрела каждого. Взгляд задержался на животике Лили, а после перешел на любимого. «Сейчас или никогда.» — Я беременна. — тихо сказала Селена. Но в тишине кухни ее слова были настолько громкими, что на мгновение все вокруг перестали дышать. В глазах Сириуса читалось непонимание. Его (почти) жена беременна, знает об этом явно не первяй день и молчит? Но тишина резко сменилась счастливым криком Лили. Рыжая быстро подбежала к подруге и крепко обняла ее, целуя в обе щеки. Джеймс поздравлял Сириуса, который все еще ничего не понимал. — Стой, как это беременна? А почему ты не говорила мне? — негромко спросил нахмурившийся Сириус. — Я думала, что ты не будешь рад, потому что твоя реакция на мои разговоры об этом была не положительная, а наоборот и... — Вот же глупенькая. — Сириус резко подошел к ней и крепко обнял, целуя каждый миллиметр лица, — Как я могу быть не радостным? Это же мой ребенок. Мой маленький наследник. Все страхи в миг улетучелись. Теперь все будет хорошо, и Селена уверена в этом. — Я люблю тебя. — тихо прошептала она, целуя любимого в щеку. 1980 год, 23 июля. С самого утра Селена была сама не своя. Кричала на всех, срывалась из-за любой мелочи, чуть ли не ревела, потому что: «А если он скажет нет? Лили, а вдруг я ему разонравилась?» В общем, все не слава Богу. Но, спасибо Мерлину, рыжая смогла успокоить подругу. Время уже подходило к торжественной части, но знали бы вы, сколько сомнений было у Селены в голове. Вам, наверное, даже и не снилось. Желание сбежать, бросить все и всех, не появляться тут больше никогда. — Лили, а если он не мой человек? Вдруг мы не подходим друг другу? — в сомнениях спрашивала блондинка, пока беременная подруга в сотый раз поправляла ее платье. — Виви, дорогая, ну сколько можно мельтешить? Еще вчера ты была до смерти рада тому, что сегодня у тебя свадьба, а сейчас это все. Вы созданы друг для друга, пойми. И, если вы думаете, что со стороны Сириуса не было переживаний - вы явно ошибаетесь. Там сомнения были еще хуже, чем у девушки. — Нет, Сохатый, ну я не могу! — снова разочаровано крикнул брюнет, — Она точно любит меня? А вдруг это все огромная шутка и сегодня она мне скажет нет? — Бродяга, закрой свой рот, сколько можно ныть? — фыркнул на него Поттер, поправляя свою бабочку. — Я вот думаю, что ты болван. Она ждет ребенка от тебя. Не от какого-то там Нюниуса, а от тебя, Блэк! У каждого человека есть свои страхи, переживания, чувства. Для каждого перед счастливым финалом есть две развилки - идти до конца или умереть. И оба выбрали первый вариант. Сириус стоял у алтаря, сверля взгляд вход на задний двор. С минуты на минуту оттуда должна появиться его девушка. Самая любимая, самая красивая, одна единственная. И вот, выходит она. На тот момент Сириус забыл как дышать. Ее нежные светлые волосы сейчас были собраны в аккуратный пучок, а некоторые пряди были красиво накручены и спускались спереди. Голубые глаза сияли еще ярче, чем когда-либо. Розоватые пухлые губы расплылись в теплой улыбке, стоило ей взглянуть в его глаза. Корсет свадебного платья красиво выделял отточеную фигуру Блэк, которую приукрашивал едва заметный животик. Пышная длинная юбка, фата и букет белых пионов, которые так идеально выглядели в ее руках. Орион довел названную дочь до алтаря и присел к Вальбруге. Сейчас Селена стояла напротив до боли любимого и родного человека. Его синие глаза гипнотизировали, теперь она понимала, что все страхи и сомнения напрасны. Она сделала правильный выбор. Его ладонь нежно коснулась руки возлюбленной, на что она в ответ улыбнулась с такой любовью, которую, наверное, не испытвал к нему никто. Даже материнская любовь не сравнится с ее любовью. Все вокруг перестали для них существовать, словно двух еще совсем недавно враждующих между собой ребят заперли под куполом любви и нежности. «Как я без тебя?» — пронеслось в голове у двоих и они, будто почувствовав это, улыбнулись еще шире, тихо рассмеявшись. Она понимала, что он - ее первая, самая искренняя и неповторимая любовь. Что прекраснее и роднее него она никогда не найдет. Он ее крепость, ее дом, ее опора. Ее жизнь. Он понимал, что она - его жизнь. Ближе чем она навряд ли кто-то был и будет в его жизни. Теперь он станет для нее самым главным и любимым мужчиной в мире. Они нашли друг друга. — Мистер Блэк, согласны ли вы взять в жены мисс... — регистратор осекся, заметив одинаковые фамилии молодоженов, — ...мисс Блэк? — Согласен! — широко улыбаясь, громко ответил Сириус, не сводя взгляд с Селены. — Мисс Блэк, согласны ли вы выйти замуж за мистера Блэка? — Согласна. — едва слышно проговорила блондинка, загипнотизированная синими глазами Блэка. — Объявляю вас мужем и женой, кольца к алтарю! Дочь Андроменды теперь уже Тонкс гордо несла кольца к алтарю, искренне радуясь за родных. Селена была поглощена и утопала в глазах любимого, а Сириус смотрел на нее с такой нежностью, будто она самое хрупкое, что было в его жизни. Все наладилось, теперь точно все будет хорошо. The end.