Приглашение

20 февраля.       Зимний, пасмурный день — не тот случай, когда солнце щедро разбрасывает свет по улицам, а скорее день для пледа и чашки чая. Но вместо этого нас ждала фотостудия, виньетка и целая тонна снимков на память.       Айка в тот день специально встала пораньше, чтобы сделать макияж, уложить волосы и подобрать одежду. Как-никак выпускной класс — хочется выглядеть красиво и опрятно. В отличие от неё, я просто достала школьную форму из маминого шкафа и не особо заморачивалась над своим внешним видом.       Мы встретились у входа в небольшое здание, где располагалась студия. Помню, как мы боялись зайти внутрь: было ещё рано — почти десять утра — и в помещении царил полумрак.       Пока ждали, мы стояли у двери, обсуждая разные позы для фото и представляя, как будем на них смотреться. Волнение тогда буквально поедало нас изнутри.       Когда подошли одноклассники, мы наконец зашли в студию. Внутри оказалось тепло и уютно, а вокруг располагались разные локации для фотосессий. После нескольких первых кадров, когда процесс съёмки наконец начался, интерес к происходящему быстро угас. Всё таки фотографировать целый класс — это явно не дело пяти минут.       Айка залипла в телефон, прищурившись и выкладывая снимки в сторис, а я, спрятавшись в свой мир, листала фанфик и изо всех сил старалась не сойти с ума от скуки и усталости.       Гомон, разговоры, суета вокруг начинали раздражать. И когда мы, наконец, остались в комнате почти одни, внезапная тишина показалась странно уютной.       Комната была простой: два дивана стояли по обе стороны камина. На одном расположилась наша учительница, задумчиво смотря на экран телефона, на другом — Айка, занятая инстаграмом. Я же, упершись руками в кресло подруги, размышляла, чем бы себя занять, пока в итоге не решила пересесть в другую комнату, где стоял свободный диван.       Именно тогда это и случилось. Я, с головой зарывшись в очередную главу фанфика, даже не заметила, что за моей спиной разворачивалась маленькая школьная драма.       Как позже рассказала Айка, едва я покинула комнату, туда зашёл наш вечно серьёзный с виду одноклассник Меир. Он остановился ровно там, где я 3 минуты назад стояла, и, чуть запинаясь, спросил: — У тебя есть партнёр на вальс? Айка медленно повернула голову в его сторону и спокойно ответила: — Нет. — А ты вообще пойдёшь? — Ну да, пойду. — У меня тоже нет пары... — говорил он, не поднимая взгляда, и голос предательски выдавал его волнение. И тут моя подруга не выдержала: — Раз у меня тоже нет... может, вместе пойдём?       Ярко представляю, как Меир тут же вскинул голову, впервые за разговор посмотрел ей в глаза, радость в глазах подростка усилилась в два раза, а улыбка была тёплой и радостной. — Да! — коротко выдавил он, а затем стремительно направился в другую комнату, где его уже ждал лучший друг Адай.       Самое забавное, что вся эта сцена разыгралась на глазах у нашей учительницы, которая едва сдерживала улыбку, наблюдая за этой трогательной школьной мелодрамой.       А когда всё закончилось, Айка подошла ко мне, сияя так, будто только что выиграла миллион. Её глаза искрились, голос дрожал от эмоций, и едва она начала говорить, было ясно, что внутри уже пляшет не только вальс. — Он меня пригласил! Ну, я это сказала, но он же вёл разговор к этому! Позже, когда она подправляла помаду на губах у зеркало, краем глаза Айка увидела отражение Меира позади себя, как он с огромной улыбкой и нетерпением задалбыыал голову своему другу, пока тот просто не ответил "сыгл" Для него это был маленький подвиг. Для неё — начало чего-то особенного. И пусть это всего лишь школьный вальс, но внутри всё уже давно танцевало.