Четверг

— Доброго вам утра, сэр! – приятный женский голос заставил мужчину открыть глаза полностью. Над ним находилась огромная черная сфера, которая почти полностью закрывала грязно-белый потолок. Взгляд перешел на руку – нежно розовый оттенок, местами слегка румяный. По всей ладони расходились морщинки - где-то потолще, где-то потоньше. Сеть из нечетких линий блестела под лучами пастельно-желтого света, который заполонял все вокруг. Рассматривая синие трубочки, что скрывались под тонким слоем кожи, он напряг руку, заставив какие-то морщины исчезнуть, а другие появиться. На максимально растянутой ладони кожа стала словно матовой, а крупные линии на ней багрово-розовый, как будто смотря на каньон и его ущелья с высоты птичьего полета. Он засматривался на сколы и впадины, на глубокие обрывы и маленькие ответвления, что заканчивались тупиком. Желтый свет вокруг освещал ладонь все ярче. Коснувшись пальцами кожи, он почувствовал нежность и легкую шершавость. Рука ощущала маленькие рытвины на фалангах, который скреблись по коже. На фоне все это время играли тихие звуки природы. Щебет сменился на струнные, а шум воды на легкий бас. Постепенно вступил женский голос. Слова были на том языке, что он не знал, но это не умоляло той прекрасной гармонии, что играла сейчас. Постепенно мелодия становилась все бодрее и бодрее. Это уже была не легкая музыка, а яркий танцевальный нео-поп, что застревал у тебя в голове, заставляя подпевать себе под нос одну и ту же мелодию из раза в раз: дома, в машине, на работе и с друзьями, где бы ты ни был. Картину завершал запах цитруса вокруг. Медленно поднявшись с постели, он продолжал смотреть на свои руки. Вокруг стало светло, как днем. Заметив боковым зрением разноцветный пейзаж перед собой, его взгляд перешел на панорамное окно, из которого открывался вид на восход. Вокруг пляж и шум прибоя, что поднялся вместе с ветром из-за горизонта. Лицо обдувает слегка прохладный ветерок, из тех, что не бесил, а создавал ощущение бодрости. Солнце поднималось все выше и выше, освещая все вокруг, отражаясь от тонкой прослойки воды над темным песком. Вода накатывала на босые ноги все сильнее и сильнее, погружая их глубже под теплую воду. Посмотрев вниз, он увидел, как его ноги, пока он сидел на кровати, отдыхали в теплой ванной, что словно появилась из пола. Встав в полный рост, он осмотрелся, как только свет сменился на белый. Все исчезло, словно ничего и не было. Вокруг остались лишь бледно-серые стены и такого же цвета кровать. — План на сегодня уже выведен в гостиной на главный экран. – голос продолжил говорить, остановив на время музыку. — Где я нахожусь в данный момент? – надеясь получить, хоть какие-то ответы, он крикнул кому-то в неизвестность, - Кем я являюсь?  - голос, что звучал отовсюду так и не ответил ему.   Совершенно бесшумно открылась дверь, которая только недавно полностью сливалась со стенами. Все окрасилось в красный, стены как будто горели. Проглотив свой страх на время, он прошел к другое помещения, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы рассказать о нем. — Если я здесь проснулся, то это мой дом. Если это мой дом, то здесь должна быть информация о моей личности. – мысли в голове строились так же тяжко, как и речь. Язык не слушался его, заплетаясь в необычные для его мозга конструкции. Пройдя в следующую комнату, перед ним оказалось просторное помещение. Минималистичный стиль и мебель, состоящая из простых фигур, делала окружение максимально свободным: диван состоял из ряда параллелепипедов, стул представлял из себя конус и полусферу на нем. Все перегородки, столы и буквально каждая часть интерьера была максимально упрощена, вплоть до цвета, все было монохромным. Комната была разделена на три секции: гостиная, кухня, и столовая. Пол и стены везде были белыми, а местами на них были такие же окна, как и в спальне, откуда открывался вид на ухоженный лес. Мебели было не много и у каждой из секции был свой одинаковый цвет для нее. Гостиная – бежевый, кухня – темно-зеленый, столовая – серый. Все вылизано до блеска, словно с телеэкрана. Как только он оказался здесь, он почувствовал запах туберозы и жасмина. Такой не навязчивый аромат. Сев на мягкий диван, перед его лицом оказался огромный экран со списком: — Прогулка с собакой Завтрак Посылка из ВМП Встреча с Рэйчел Боковым зрением он заметил, что дверь в спальню уже исчезла. Помещение было довольно небольшое, но интерьер делал визуально все больше. Дверей здесь особо не было, поэтому первостепенной он решил осмотреть все, что здесь было. На комоде были электронные панели с подборкой семейные фотографий. Муж и жена были лишь на паре из них. Как видно первое свидание, первый поцелуй, свадьба. У мужчины были короткие темные волосы, зеленые глаза, узкие черты лица, утонченный нос и маленькие уши. Он не был старше двадцати, может быть двадцать пять. Девушка примерно того же возраста, рыжие волосы, веснушки. Хотя у нее были весьма округлые черты лица, нос выглядел довольно узким, его кончит поднимался кверху. В этой семье уже был ребенок, чьих фотографий было больше всего. Голубые глаза рыжего мальчугана смотрели из коляски, что стояла среди высоких грибов, горящих всеми цветами радуги. Флюоресценция освещала все вокруг, пока рыжая девушка бегала вокруг, зажигая растекающиеся волнами цветы на шляпках.  Перед ним стоял молодой мужчина с бородой. Она была весьма неопрятна, клочковата. Прошло пару недель с того момента, как ее стригли. В гардеробе был приятный запах мяты. Все в этом доме имело свой запах. Даже в туалет ты чувствовал себя, как у морского побережья. Здесь был целый органайзер духов. Можно было выбрать, чем будет пахнуть та или иная комната. Кухня – кофе, прихожая - отсутствует. — А что, если поменять запах? – нажав на слегка теплую панель, перед лицом появилась голограмма с полным перечнем запахов, - “Категория – цветочные запахи, категория – для гардероба.” В помещении послышался какой-то шорох. Мята исчезла, сменившись неизвестным для него цветочным запахом. Посмотрев на верх, он увидел белый потолок, который освещала фоновая подсветка. Все здесь было бежевого цвета: от ящиков до полок. Проводя пальцами по всему, что было вокруг, он чувствовал одно и то же – гладкость, ощущение твердости. Растирая руки между собой, ему стало теплее. Шершавая кожа, ощущение сухости, шелест, словно два листа терли друг о друга. Он впервые увидел тыльную сторону своей руки. Там были рисунки. Углы и линии, треугольнички и загогулины по всей его коже. — Дальше по плану – прогулка. Его глаза открылись на улице. Вокруг ничего не было. Точнее запах исчез. Уходящие вверх дома заканчивались где-то там, далеко. Точно он не мог увидеть, его слепили огни. Единственно, что освещало улицу – огни, что исходили отовсюду. Они всегда это делают. Над головой было шумно. Огромные каналы, дороги и здания находились между высотками. Где-то тянулись провода, где-то были трубы, не больше тех, в которых носятся хомяки в своих вольерах. Он чувствовал в своих руках нечто гладкое, как те шкафы и полки. Переведя взгляд, его рука слегка дернулась, словно пытаясь отпустить поводок, но ремешок на запястье не дал этого сделать. От белой руки отходил такая же белая трубка, которая входила в затылок маленького создания. Оно было похоже на какую-то новую породу собак. Питомец просто шел прямо, не делая ни единого лишнего движения. Ему было страшно смотреть на морду этого существа.  — Как я рад тебя видеть, Джимми! Какими судьбами здесь, в Элэме? Не знал, что ты из ходящих. – этот старичок, выглядящий лет на сорок, вдруг остановился, перегородив путь. Здесь было множество людей, Джимми только обратил на это внимание. Люди – странные. Их движение делилось на четыре потока: движущиеся в разные стороны и с разной скоростью. Пересекаясь, они автоматически останавливались, не отвлекаясь от своих дел. Все здесь были жуткими. Одежда различалось столь сильно, что рядом с голым карликом шла женщина ростом в этаж, у которой из головы торчали белые трубки, уходящие под многослойную шубу трех разных оттенков серого. Таких чудаков было полно вокруг. Много кто носил респираторы, у кого-то на голове были шлемы. Джимми точно видел, как несколько людей из собственных рук выстрелили вверх, чтобы на черном тросе подняться в следующий ярус дороги. — Кто вы? – старичок тоже был странноватый. На нем была черная куртка с какими-то надписями, которые походили на те, что были по всему телу Джимми. Старик был в очках, каких-то особенных. Они были формы округлого квадрата, внутри которого находилось что-то вроде стекла. — В каком смысле? – старик был сильно озадачен. — Не знаю. – в этот момент Джимми попытался повторить выражение лица старика. Он не знал, почему. С момента, как проснулся в неизвестной кровати, Джимми ничего не мог вспомнить. Его мысли были как патока, что хлюпала в голове. Такое странное ощущение, когда в твоей голове что-то течет, перекатываясь из стороны в сторону. Джимми стоял в своей гостиной. На полу лежало тело. — Интересно, как его звали? Я – Джимми. А как звали питомца Джимми? Надо придумать ему имя, пока я его не узнаю. Почему бы не… Джимми Младший. Будет маленьким мной. А почему мы бы и не да? Мы чем-то похожи. Протянув руку в Джимми Младшего, он захватил оттуда кусок чего-то. Под ошметками шерсти скрывалась перебитая субстанция темно-черного цвета. Сжимая жижу в руках, Джимми почувствовал, что она было не однородной. — Что это? – по телу расходилось странное ощущение. Какое-то яркое и необычное. Ему было тяжело его описать. Сжав жижу еще раз, Джимми почувствовал, как его рука начала чувствовал сильно тепло. Рефлекторно ему хотелось выпустить это из рук, но мозг не давал. На пол капала субстанция из Джимми Младшего. Чем больше он сжимал ее, тем больше в ней становилось красных пятен. — Дальше по плану – завтрак. Ладонь жгло необычным ощущением. Оно не исчезало, хотя субстанции уже не было в руках. Джимми снова рассматривал свою ладонь. Совсем недавно она была почти гладко, лишь слегка шершавой, а теперь здесь появились рытвинки. Кусочки кожи расходились. Почти как те багрово-розовые полоски, красные линии проходили по руке. Они рождались из тех разрывов, что появились на ладони, растекаясь по всей руке. Алые ручейки падали каплями на стол, за которым сидел Джимми. Перед ним стояла зеленая тарелка. Он коснулся пальцем кусочка кожи, что выпирал из руки, которая уже полностью окрасилась в цвет красный линий. Рефлекторно Джимми отдернул руку, слегка сжав ее. По телу от ладони разошлось то теплое чувство, которое он совсем не понимал. Его мозг медленно плавился от этого белого света ламп столовой. На пальце осталась красная вода. Она оставалась в рытвинах фаланг, словно выцветая, когда капельки спускались по пальцам. Теперь по второй руке потек такой же ручеек, только теперь он прерывал там, где прошел, оставляя красные следы. Проведя пальцем по зеленой тарелке, Джимми оставил красный след, почти такой же, как на коже. Только тарелка была гладкой. Жидкость собралась в маленькие капельки, что темнели на фоне тарелки. Водя красной рукой по зеленому, по серому и красному, Джимми оставил на столе свой рисунок – каракули. Он не понимал, почему он рисовал эти углы и линии, треугольники и кривые. Голова раскалывалась. — Что бы нарисовал Джимми Младший? Я ведь сделал это. Мы похожи, значит и он бы нарисовал. Цвета у нас другие, но ведь мы живем в одном доме, а значит связаны. – мигрень переходила всякие границы дозволенного. Перед его глазами лежал пес. Его тело было искорежено, изуродовано до неузнаваемости, но Джимми видел в нем своего Джимми. Он смотрел вперед. В глазах собрались слезы, падая на окровавленное тело. Среди толпы спешащих куда-то людей, стоял Джимми. Очередь была весьма увесистой, как питон, чей хвост нельзя было увидеть, лишь уходящее куда-то в траву тело. — Вот ваша посылка. Не открывать. Следующий! Серый пакет лежал перед ним. Большими буквами на нем стояла печать ВМП. Текста на обратной стороне было прилично, но для Джимми он ничего не значит. Пока что его мозг еще не вернулся в норму, поэтому читать он не мог. — Нельзя открывать. Почему? Шагая из стороны в сторону, Джимми размышлял. — А что будет, если я открою? Ничего же не будет плохого… - он все быстрее и быстрее махал руками. Пытаясь унять себя, он сел на стул. Не осознавая этого, Джимми прикусил губу. — Вот допустим, я вскрою посылку, а открывать нельзя. Кто меня накажет? Я себя накажу? Изо рта пошла кровь. Вскочив на стол, он начал прыгать и кричать, что было мочи. Джимми скакал и орал. Длилось это не долго, но ощущение было необычайное. Слезая со стола, он чувствовал, насколько легко двигаться. Такая бодрость и приятное настроение появились у Джимми впервые после пробуждения. Что-то билось внутри него, заставляя грудь вздыматься. — ЮХУУУУ!!! – в ожидании наказания, он ничего не получил. Посылка уже не была так важна, ведь Джимми мог делать все, что угодно. С прекрасным настроением, он разорвал серый пакет, под которым оказалась черная коробка, обвязанная красной лентой. Джимми сидел у стены, взявшись за голову руками. Слезы текли по его щекам. — ЭТО ВСЕ НЕ НАСТОЯЩЕЕ!!! – что-то внутри сжималось, заставляя его скрючиваться от этого ощущения. Он не понимал, почему приятное жжение перестало быть таковым. Оно уничтожало что-то, поедая его внутренности. На белом полу лежала черная коробка: маленькие белые трусы с розовым бантиком, клок рыжих волос и черно-белая школьная форма. — Прошу прощения, а как мне попасть за свой столик? — Привет. Какой у вас номер? — Три АБ. — Секундочку. – Джимми нервно стучал ботинком по полу, пытаясь успокоится перед встречей, - Можете проходить. – робот-хостес указал на только прибывший лифт. — Рэйчел, Рэйчел… Реэйчел... – он смотрел на свое отражение в стекле, по ту сторону которого открывался вид на яркий мегаполис, где каждую секунду одни огни сменялись на другие, а техника неслась отовсюду прочь, - Если я забуду ее имя, это будет чересчур неловко. А если она – моя жена?! ЧЕРТ!!! Как я выгляжу? – посмотрев на себя в парадном костюме, Джимми поправил несколько выбившихся волосков, пытаясь понять, хорошо ли вышла укладка, - Может чуть левее? – поправляя волосы, он пытался успокоить свое сердце. Глубокий вдох и жуткий кашель. Словно пытаясь кого-то вытащить из горла, Джимми себя корил, что не взял респиратор, - Я не помню, ей нравится щетина или нет? – поглаживая свой подбородок, он понимал, что уже ничего не успеет, ведь и так пришел впритык, - Надо было заранее выходить… Двери лифта открылись. За столом сидела шатенка с острыми чертами лица. — Ты не моя жена?! – Джимми почти прокричал это. — Что? – девушка кротко переспросила, как видно из вежливости, потому что не услышать это было нельзя. — Что? — Ты только что это вслух сказал. — В какой слух? – поняв, что ситуация начинает выходить из-под контроля, Джимми решил взять инициативу на себя и сел за стол, - Меня зовут Джимми! — Знаю, я читала твою анкету. Мы же уже общались. — Ну да… - потупив взгляд, Джимми начал рассматривать меню, в котором ему не было понятно буквально ничего кроме рисунков каких-то существ, половина из которых почему-то имела парус. — Ну… Меня зовут Рэйчел. – она протянула руку над столом, пристально смотря на Джимми. Не понимая, как на это реагировать, он положил руку сверху. — А ты смешной… - Джимми слегка побледнел и похолодел в одно и то же время, когда Рэйчел захихикала на его действие. Наверное, прошло с полминуты, прежде чем она успокоилась и начала делать заказ. Джимми продолжал пытаться опознать символы на панели, но идей было мало. Взяв себе что-то напротив рисунка существа с четырьмя конечностями, которые были соединены перепонкой, и блюдо, как-то связанное с огромной тушей, похожей на овал с треугольником на одном конце, Джимми ожидал чего-то. — Ты рассказывал, что у тебя были подвижки по проекту в Зове. Там же триков сменили? — … - пауза затягивалась, а в голове все было пусто, только “НАДО ЧТО-ТО ПРИДУМАТЬ!!!”, - Да… Мне нужно выйти. – встав со своего места, Джимми направился обратно в лифт. Стеклянные двери захлопнулись. Медленно спускаясь, он смотрел, как Рэйчел следила за тем, как лифт уходил вниз. — Черт… Неудобненько… Надо будет немного здесь переждать, а потом вернуться… Может сказать, что я не я? Может у нее тоже такое бывало… Полностью черное помещение с мягким белым светом. Перед ним стоял ряд из небольших коробов. Джимми ради интереса решил засунуть туда руки. Он почувствовал, как что-то теплое текло по его рукам. Как только ощущение исчезло, там внутри загорелся фиолетовый свет. Посмотрев на свои руки, Джимми не увидел особых изменений. Все тот же цвет, только кожа стала чуть помягче. — Ты тоже сбежал со свидания? – откуда-то слева послышался женский голос. — … - моргая своими глазами, Джимми рассматривал рыжую девушку с веснушками, - Ты – моя жена? — Что? – глаза девушки округлились в момент, как будто она щенок под дождем. — Ничего… Просто немного забываю, что вы тоже все слышите… Не чуть важно. Не бери в голову. – тараторя, Джимми начал махать руками. — Ты тоже проснулся сегодня впервые? – она повернулась к зеркалу напротив них, - Все здесь как-то не так… Это нормально, что я ничего не помню о вчера? — Не знаю. — И почему именно мы? — Не знаю. — И зачем все это? Почему мы здесь? Почему нас двое? Если ли еще люди? Те люди сверху тоже ничего не помнят? А те с улицы? – ее плечи слегка потряхивало. Посмотрев в зеркало, Джимми увидел, как она прятала глаза, склонив голову. На белую раковину упали капли, двигаясь в сток. Одна за другой. — Я не особо сам разобрался… У меня у самого куча вопросов. Например, это что вообще? – пытаясь разбавить ситуацию, Джимми слегка усмехнулся. Он отодвинул рукав, показав рисунки на его руках. — Что это? – девушку заинтересовали эти линии. У Джимми появилась мысль – ‘Может она знает, что они значат. ’, - Мне кажется это руны крада и треба — Что? — Руны крада и треба. — Мне не стало понятнее… — Прости, ты не знаешь?  Я почему-то их помню. Я подумала, что и ты тоже можешь. – закончив рассматривать руку Джимми, она перевал взгляд на его глаза. “Обожаю серые глаза…” — Что? – на лице девушки появилась приятная сердцу улыбка. — Я опять вслух? Не суть… А что эти руны значат? — Это из словянского алфавита. Руна крада означает жертвенный огонь, это руна огня. А руна треба – жертвоприношение, это руна воина духа. — Стало не особо понятнее, почему это на мне… но спасибо. – Джимми улыбнулся в ответ. — Я и сама не очень понимаю. — … - он хотел бы, чтобы этот момент продолжался вечно. Не понятно почему, ее лицо было таким притягательным. Ему казало, что на нее можно смотреть вечно, поставить у себя в гостиной и наслаждаться каждый день до конца жизни. — … — А как тебя зовут? — Кристина, можно просто Кристи. А тебя как? – глаза Джимми прибились к движениям ее губ, как лодка к берегу реки, что ведет в Эльдорадо. Машинально его собственный рот малозаметно бесшумно повторял ее слова. — Джимм, можно просто Джимми. Но лучше зови Джимм… - пауза слегка затянулась, пока они просто смотрели друг на друга, - Хочешь поужинать вместе? Свет ударил в глаза. Сердце билось в конвульсиях, издавая болезненные толчки из раза в раз. Джимм понял, что не может дышать и ничего не видит кроме кромешной белены вокруг. — Вы… меня? – нечто доносилось до его слуха сквозь белый шум. Ему казалось, словно перед его лицом взорвалась свето-шумовая граната. Моргая, Джимм начал различать, что смотрит на нечто серо-белое. Тут изнутри начало вырваться что-то, словно из его горла кто-то достал руку. Выкашливая слюну, он прикрыл свои глаза. Голова раскалывалась на части, а белый шум лишь немного утих. — Вы слышите меня?! – как будто звуча изнутри головы, голос ударился о черепную коробку, отражаясь во все стороны. Джимм стонал и кашлял, пытаясь осознать, что происходит. Вдруг его взяли за голову, подняв ее. Какие-то голоса продолжали что-то говорить, но Джимм был не в состоянии. — Вы в сознании? Держитесь? — Да. – после этих слов Кэрри вырвало. — Мисс Кэрри, это нормально, не бойтесь. После снятия чипа могут быть некоторые искажения и весьма плохое самочувствие. Мы все это уже обговаривали, но повторю еще раз. Возможны легкие галлюцинации, не пугайтесь, если увидите что-то необычное. – слова несколько смазывались, но сознание начало приходить. Перед ней был образ, словно наложенные поверх зрения. — Я вижу Джерри. Мужчину с щетиной. Короткие темные волосы, зеленые глаза. Он молодой, лет двадцать. – ей становилось все лучше. Зрение приходило в норму. Почти все неприятные ощущения ушли. Осталось только сильная головная боль. — Мисс Кэрри, кто такой Джерри? — Вы о чем? – взяв с подноса пилюлю, Кэрри проглотила ее, - Так-то лучше…! Хух… — Так кто такой Джерри? Ты только что о нем говорила. — Не помню. Как видно какие-то остаточные образы или галлюцинации, - встав с мягкого анатомического кресла, Кэрри расправила плечи, - Можно пойти прилечь? Мне что-то опять плохо стало. — Да, конечно. Мы все предоставим. И еще раз спасибо вам за участие в нашем проекте. — Ничего особенного. Меня саму интересует искусственный интеллект, особенно все, что связано с его практическим обучением. Обращайтесь… — Спасибо… Идите вон в ту дверку. Скоро мы предоставим все данные. Сможете сами посмотреть результаты обучения. — Это вам спасибо. – с этими словами Кэрри вышла из помещения.