***

Шла вторая пара — какая-то там история: то ли искусства, то ли театра и кино. В общем, что-то из дополнительных прикладных дисциплин. Лила не спешит — придет к третьей — подумаешь. Зато она в кое-то веке выспалась. Тем более, зачем спешить, если на улице сегодня такая замечательная погода: светит солнышко, птички поют. Наконец-то появилась возможность выгулять новый корсет, который она недавно урвала в секонде. Пусть все смотрят и завидуют. Осталось только зайти за кофе, чтобы сделать этот день еще лучше. «Наверное, стоит захватить еще по стаканчику для Лини и Линетт. Тогда шанс получить конспект сегодняшних пропущенных лекций будет значительно выше», — думает Лила и сворачивает в направлении кофейни. *** «Предполагаемая диссимиляция аугментированной гортанной из h₂ в условиях соседства с лабиализованной сонантой в проклинической позиции может объяснить чередование корневых гласных в данной ветви, но лишь при условии параллельного сохранения labiovelar в прото-сумерском». Хуэй Фэн откидывается на спинку стула, устало прикрывая глаза, и не сдерживает тяжелый вздох. Хватит с него сравнительной лингвистики; мозг уже отказывается соображать, а доклад нужно доделать к вечеру. «Жизнь — боль, сейчас бы в горы, а не вот это все», — пора сделать перерыв. Он поднимается со стула и потягивается, чем привлекает внимание своего партнера по проекту. Тот поднимает на него вопросительный взгляд. — Я за чаем, тебе взять что-то? — голос звучит хрипло, после нескольких часов молчания. — Кофе без сахара, спасибо, — отвечает Аль-Хайтам, после чего вновь утыкается в книгу. Хуэй Фэн кивает и направляется к выходу из библиотеки. Если он правильно помнит, в кофейне неподалеку заваривают пуэр. Туда он и держит путь. *** — Так вот, поступает пациент, мальчик лет шести. Жалобы: боль в животе, тошнота, температура. Мы с группой почти единогласно: «Подозрение на аппендицит». На УЗИ видно инородное тело в кишечнике. Его срочно на операцию: мне повезло ассистировать. Представляешь, даже дали разрез сделать и швы потом наложить! Так, я отвлеклась. В общем, у малого там был целый зоопарк: резиновая лягушка, змейка пластмассовая и финалочка — хвост от динозавра LEGO. В общем, все закончилось благополучно. Правда, ребенок расстроился, что игрушки достали и прервали его эксперимент, — воодушевленно рассказывает Марика. — Да уж, у меня не так «весело», как у тебя, и слава Архонтам, — Барбара неопределенно ведет плечами, в очередной раз порадовавшись тому, что выбрала направление педиатрии, а не хирургии. — А мне все нравится. Столько историй из практики будет. Точно, можно как раз сегодня на подработке рассказать детям поучительную историю. — Не вздумай, ты им психику сломаешь! — Да они и так в детдоме, хуже не будет. Я уверена, им понравится. Не переживай, там все смелые ребята, а еще… — они как раз проходят мимо кофейни, витрина которой пестрит сладостями. — О нет, я забыла сушёные фрукты для детей на работе в шкафчике. Нужно купить что-нибудь на замену. Я побежала, пока, увидимся! Марика обнимает Барбару на прощание и скрывается внутри заведения. *** — Я вас слушаю, чего желаете? — рабочая улыбка, выработанная привычка годами в общепите, не пропадает с лица Розы. Принять заказ, проверить, что оплата прошла, сделать напиток, оповестить, что напиток готов. И снова, снова, снова — одно и то же по кругу. В запару у этого цикла еще и требование к повышенной скорости. Когда уже ей найдут постоянного сменщика? А то стажеры не задерживаются дольше недели, слабаки. Ей еще сегодня после работы делать домашку по военной топографии. Когда она наконец-то выспится? Роза тоскливо смотрит в окно. Там такая замечательная погода. Сейчас бы искупаться в холодном озере, а после лежать на берегу на травке. — Прошу прощения, — из грез о несбыточном ее выводит голос очередного посетителя. — Да, простите, задумалась, слушаю вас, — говорит Роза и замечает, что у нее уже образовалась небольшая очередь. А ведь она отвлеклась совсем на чуть-чуть. — Чай пуэр и американо с собой. Оплата по карте, спасибо. Роза кивает и приступает к выполнению заказа. Снова в колею работы, даже помечтать не дают. *** Отвернувшись к кофемолке, она слышит сильный кашель. «Снова кто-то бацильный приперся. Не дай Архонты, заболею — у меня на носу выпускные учения». А после этого звук, как будто упало что-то тяжелое. Это заставляет ее резко развернуться. Посреди кофейни без сознания лежит мужчина, из его рта идет белая пена. Возле него на коленях сидит девушка, оказывая первую помощь. Она оглядывается, находит ближайшего к ней человека — это оказывается парень, который только что делал заказ. — Вызовите скорую, — кричит она, — и полицию, но скорую первоочередно. Парень выглядит растеряно, но тянется за телефоном и набирает номер экстренных служб, бормоча под нос что-то вроде «Да почему я-то…». Посетители в панике разбегаются, и только за столиком у окна продолжает сидеть один человек — Роза все еще не до конца уверена насчет пола этой персоны, поскольку он имеет довольно андрогинную внешность. Этот парень (?) потягивает свой напиток и наблюдает за происходящим со странным интересом. Когда слышится сирена скорой помощи, до Розы доходит, что теперь ее могут уволить, но это почему-то больше радует, чем расстраивает. Видимо, ей настолько нужен отдых.