Странный род любви

Пролог 1989 год. Питер сидел дома, работая над текстами. Строчки «Strange Kind of Love» ложились на бумагу легко, будто сами собой. В голове рождался образ всадника среди бескрайнего поля, где травы клонятся под ветром. Этот символ свободы и мощи казался таким готичным, таким романтичным… Съемки и немножко нервно — Давайте снимем это буквально! — предложил режиссер в первый же день съемок, когда Мерфи поделился художественным образом. — Питер будет скакать на лошади прямо под небом среди высокой травы. Натурные съемки — это будет великолепно! Питер слегка напрягся. Он никогда особо не любил лошадей. Хотя он был готов на многое ради искусства, перспектива оказаться в седле его не прельщала. — Придется брать уроки, — подумал он. И тут же вспомнил о Бейхан. Она всегда была такой уверенной, такой грациозной. Она точно знала, что делать. — Она меня научит, — решил Питер. *** Питер сидел напротив Бейхан, помешивая ложечкой свой кофе. Солнце проникало сквозь большие окна кафе, освещая ее лицо. Он любовался ею. Она казалась ему загадкой. — Ты какой-то задумчивый сегодня, — заметила Бейхан, отпивая свой чай. Что-то случилось? Питер вздохнул: — Помнишь, я рассказывал о новой песне? «Strange Kind of Love»?» Бейхан кивнула. — Так вот, мы решили снять клип. И там я должен скакать на лошади. Бейхан подняла брови. — На лошади? Ты? В ее голосе слышалось легкое недоверие. Питер нахмурился. — Да, я знаю. Звучит смешно. Но режиссер настаивает. Говорит, это будет очень символично. — И что ты собираешься делать? — спросила Бейхан. Брать уроки верховой езды? Питер посмотрел на нее с надеждой, крутя в руках чашку, словно это пластинка или переключатель радио. — Ну, я подумал. Может быть, ты могла бы мне помочь? *** На следующее утро Питер и Бейхан стояли на конюшне. Питер нервно оглядывался, рассматривая огромных лошадей, которые казались ему гигантскими. Он старался не показывать свой страх, но Бейхан, конечно же, заметила его напряжение. — Расслабься, — сказала она, подходя к нему. Лошади чувствуют, когда человек боится их. Она указала на гнедого коня, стоявшего в стойле: — Это Зевс. Он очень спокойный и послушный. Идеальный вариант для новичка. Питер нервно сглотнул. Зевс выглядел внушительно, даже стоя на месте. — Нужно двигаться вместе с лошадью, когда едешь на ней, — начала объяснять Бейхан. — Но для начала тебе нужно хотя бы на нее сесть. Она подошла к Зевсу и погладила его по шее. — Смотри, как это делается, — сказала она и легко запрыгнула в седло. Питер смотрел на нее с восхищением и завистью. Она выглядела так естественно и уверенно, словно родилась в седле. — Твоя очередь, — сказала Бейхан, протягивая ему руку. Питер подошел к Зевсу, стараясь не смотреть ему в глаза. Он поставил ногу в стремя и попытался залезть на лошадь, но у него ничего не получилось. Он тяжело дышал, пытаясь залезть на Зевса, но чувствовал, что слишком скован и неуклюж. — Вот видишь, — сказал Питер, все еще тяжело дыша. — Я же говорил, что из меня не получится наездника. Нужен дублер. Бейхан подошла к нему. — Не говори глупости, — сказала она. Все когда-то начинали. Просто нужно немного практики. Она снова запрыгнула в седло и грациозно проехала по манежу. Питер смотрел на нее, и ему начинало казаться, что она над ним издевается. Хотя, конечно, он понимал, что это не так. Просто ей все давалось так легко, а ему? — Смотри, — сказала Бейхан, останавливая лошадь напротив него. — Главное — расслабиться и почувствовать движение лошади. Представь, что ты танцуешь. Питер усмехнулся. Танцевать с лошадью? Это звучало абсурдно. — Ладно, — сказал он. — Давай попробуем еще раз. Но попытки Питера залезть на лошадь продолжались безуспешно. Он все еще был слишком скован и напуган. — Не получается, — сказал он, махнув рукой. — Может быть, это не мое. — Не сдавайся так быстро, — ответила Бейхан. — Сегодня мы просто привыкнем к самой мысли, что тебе придется побыть на моем месте. Просто смотри, как я это делаю, и представляй себя в седле. Бейхан снова проехала по манежу, демонстрируя свою уверенность и грацию. Питер смотрел на нее и пытался представить себя на ее месте. Но пока это казалось ему невозможным. Питер смотрел, как Бейхан уверенно управляет Зевсом, и пытался представить себя на ее месте. Но пока это казалось ему невозможным. Страх сковывал его движения и мысли. — Может быть, ты права, — сказал он, когда Бейхан остановила лошадь рядом с ним. — Может быть, мне просто нужно время, чтобы привыкнуть к этой мысли. Бейхан улыбнулась и протянула ему руку. — Я знаю, что тебе страшно, — сказала она. — Но я рядом. Я никогда не позволю тебе упасть. Питер посмотрел в ее глаза и увидел в них искреннюю поддержку и любовь. Он вдруг осознал, что именно доверие к Бейхан поможет ему перебороть свой страх. Если она верит в него, то и он должен поверить в себя. — Спасибо, — сказал он, сжимая ее руку. — Я думаю, ты права. Я попробую еще раз. На этот раз, когда Питер подошел к Зевсу, он почувствовал себя немного увереннее. Он все еще боялся, но знал, что Бейхан рядом и всегда поддержит его. Он поставил ногу в стремя и, собравшись с духом, залез на лошадь. Он сидел в седле, чувствуя себя неуклюже и неловко. Зевс стоял спокойно, словно понимая, что его наездник нервничает. — Ну что? — спросила Бейхан, глядя на него с улыбкой. — Как ощущения? Питер сидел в седле, чувствуя себя неуклюже и неловко. Зевс стоял спокойно, словно понимая, что его наездник нервничает. Он огляделся вокруг: мир с высоты лошади казался совершенно другим — все вокруг выглядело больше и значительнее. Даже конюшня, которую он видел уже много раз, теперь казалась ему огромным дворцом. — Страшновато, — признался он. — Но… что-то в этом есть. Он почувствовал легкий трепет в животе, смешанный со страхом и любопытством. Это было похоже на то чувство, которое он испытывал, когда впервые выходил на сцену перед тысячами зрителей. — Я вижу, — сказала Бейхан. — Ты начинаешь понимать. Она взяла поводья и повела Зевса по манежу. Питер старался расслабиться и почувствовать движение лошади. Сначала у него это плохо получалось, но постепенно он начал привыкать к ритму. — Просто доверься коню, — сказала Бейхан. — Он знает, что делает. Питер закрыл глаза и попытался представить, что он танцует с Зевсом. Он вспомнил слова из своей песни: «A look into your eyes… Should he stay or should he go…» — Я остаюсь, — прошептал он. Бейхан рассмеялась, явно смутившись своей мысли. — Знаешь, — сказала она, понизив голос, — это как танец или… Помнишь, как мы двигаемся вместе наедине? Это очень похоже, только медленнее. Ты понимаешь, о чем я? Она подмигнула. Питер покраснел, поняв, что она имеет в виду. Действительно, плавные движения, чувство ритма, доверие партнеру. В этом что-то было. — Ты невозможная, — сказал он с улыбкой. Но сравнение сработало: его движения стали увереннее и естественнее. Следующие несколько недель пролетели незаметно. Бейхан оказалась строгим, но терпеливым учителем. А ее особый подход действительно помог — Питер начал чувствовать себя в седле все увереннее. Наконец настал день съемок. Зеленое поле колыхалось под легким ветром, создавая волны, похожие на море. Питер сидел на Зевсе, глядя на бескрайние просторы перед собой. Он больше не боялся. — Готов? — спросил режиссер. Питер кивнул. Он был готов. Бейхан стояла чуть в стороне, и когда их взгляды встретились, она подмигнула ему. Камера начала работать. Зевс плавно двинулся вперед, рассекая травяные волны. Питер старательно двигался в такт с ним, чувствуя каждое движение. «Strange kind of love…» — звучало в его голове. — Стоп! Давайте еще раз, — крикнул режиссер после первого дубля. — Питер, ты слишком напряжен. Нам нужна естественность! Бейхан наблюдала со стороны, закусив губу. Она видела, как Питер снова начал зажиматься под давлением камеры и команды. — Сделаем перерыв, — объявил режиссер. Питер подъехал к Бейхан. — Я все порчу, — сказал он расстроенно. — Нет, — покачала она головой. «Ты просто забыл, что это танец. Помнишь? Питер улыбнулся, вспомнив их уроки. — Мотор! — снова раздалась команда. На этот раз Питер расслабился. Он больше не думал о камере, о режиссере, о том, как выглядит. Он просто чувствовал ритм — свой, Зевса, колышущегося поля. — Идеально! — воскликнул режиссер. — Вот это именно то, что нам нужно! Бейхан смотрела на мужа, и ее переполняла гордость. Она видела, как далеко он продвинулся от того испуганного новичка, который боялся даже подойти к лошади. Теперь он выглядел так, словно родился в седле. — Снято! — объявил режиссер после нескольких успешных дублей. Питер спешился и подошел к Бейхан. Она молча обняла его. — Спасибо, — прошептал он. — За что? — спросила она с улыбкой. — За то, что научила меня не бояться. Бейхан отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Глупышка, — сказала она с улыбкой. — Тебе нечему было бояться. У тебя все получилось бы и без меня. Я просто помогла тебе увидеть то, что всегда в тебе было. Она обняла его еще раз, крепко-крепко. — А теперь, — сказала она. — Давай отметим это!.. ягодным чаем. Питер засмеялся. — Ягодным чаем? Это наш вариант шампанского? — Ну а что, — пожала плечами Бейхан. — Он такой же прохладный и освежающий. К тому же полезный! Они отправились в ближайшее кафе и заказали два чая, украшенных свежими ягодами и мятой и в стеклянных чашках. Сидели на открытой террасе, болтали и смеялись, делясь впечатлениями от съемок. Когда солнце начало садиться, они решили прогуляться по полю. Бейхан взяла Питера под руку, и они медленно шли среди колышущейся пшеницы, наслаждаясь тишиной и покоем. — Знаешь», — сказал Питер. — Я думаю, это лучший день в моей жизни. — Почему? — спросила Бейхан. — Потому что мы не только сняли клип, я научился чему-то новому о себе. И все благодаря тебе. — Ну, значит, я хорошо поработала, — сказала Бейхан с гордостью. Они остановились и посмотрели друг на друга. В глазах Питера было столько любви и благодарности, что у Бейхан перехватило дыхание. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я тоже тебя люблю, — ответила она. Они слились в долгом и нежном поцелуе, чувствуя себя самыми счастливыми людьми на свете. В тот день, на золотом поле, Питер и Бейхан создали не только красивый клип, но и укрепили свою любовь. Они поняли, что вместе могут преодолеть любые трудности и научиться чему-то новому друг у друга. Как оказалось, таких «лучших дней» в их жизни будет еще очень много. Каждый раз, когда Питеру нужно было сделать что-то сложное или выйти из зоны комфорта, он вспоминал тот урок верховой езды и поддержку Бейхан. А Бейхан, в свою очередь, всегда гордилась мужем и его талантом. Она любила рассказывать друзьям историю о том, как хореограф стала тренером по верховой езде, а рок-музыкант — уверенным наездником. Иногда, когда им было грустно или одиноко, они просто выходили на улицу и смотрели на звезды. И тогда они вспоминали тот день на поле, когда они были вместе и чувствовали себя самыми счастливыми людьми на свете. Бейхан всегда гордилась мужем и его талантом. Она любила рассказывать друзьям и коллегам в театре историю о том, как хореограф стала тренером по верховой езде, а рок-музыкант — уверенным наездником. — Вы бы видели его лицо в тот день!» — смеялась она, сидя с подругами за чашкой травяного чая после репетиции. — Он был похож на маленького потерявшегося котенка, которого заставили танцевать танго с гориллой! Подруги хохотали. — А потом я ему говорю: «Представь, что это как… ну, ты знаешь, как мы двигаемся вместе ночью». И он так покраснел, как будто я ему непристойность предложила прямо там. — Ну ты даешь! — воскликнула одна из подруг. — Сравнение простое, но точное! — И помогло!» — гордо заявила Бейхан. — После этого внутри него будто щелкнул выключатель — и превратился в настоящего киногероя! Она продолжала рассказывать о съемках, о трудностях, с которыми столкнулся Питер, и о том, как он все преодолел благодаря поддержке и вере в себя. — В общем, друзья, — заключила она. Я поняла одну вещь: если любишь человека, то можешь научить его всему. Даже скакать на лошади, как персонаж фильмов плаща и шпаги! Все снова засмеялись. Бейхан улыбнулась, глядя на своих подруг. Она знала, что любовь — это не только умение учить, но и умение принимать человека таким, какой он есть. И они снова погрузились в оживленную беседу, обмениваясь новостями. Эпилог Иногда, когда Питеру и Бейхан было грустно или одиноко, они просто выходили на улицу и смотрели на звезды. И тогда они вспоминали тот день на поле, когда они были вместе и чувствовали себя самыми счастливыми людьми на свете.