Часть 1

Хусейн и Никита весело сбежали со школы, не помыв за собой ебанные кружки. Они бежали в припрыжку за школу шоб прсасатьсч там, потому что их самые любимые лучшие в мире одноклассники бы отпиздили их ногами если бы узнали что они встречаются. Никитка жестоко впилась в черные губыХусейна, прижав его к каменной стене школы. Они ебать лобызались, пока оба не посинели от асфиксии. —О да Хусик, я тебя так люблю ваще, мы с тобой соулементы, мы как джоуль на килограмм —Да, Сол го. э бля подожди, шо такое джоуль на килограмм. У Никиты из под ног как будто ушла земля нахуй, а сердце остановилось как и мое умственное развитие в шесть лет. Ее глаза бы глядели как фарфоровые блюдца, белые как сперма на ее черном лице. Никита не могла поверить в то что только что услышала и часть ее упрямо не хотела воспринимать эту информацию —П-подожди, ты же шутишь?— голос Енлик панически дрожал, ноги подгибались, а кровь медленно но верно отливала от лица. С таким ведь не шутят, все прекрасно это знают, но где то в глубине души у Никиты теплилась надежда на то что Хуссейн просто долбаеб и неудачно пошутил. Рна пристально смотрела на него с паническим выражением лица. Никита не хочет верить в его слова. Никита хочет чтобы хусик засмеялся, Никита хочет чтобы хусейнчик прижал ее к себе и поцеловал, извиняясь за свой тупой юмор. Но увы и ах. —Нет, че за хуйню ты высрала вообще. Это типа прикол опять у вас или че — и после этих слов в Никите что то умерло. Она мелко задрожала, упав на землю и больно ударившись коленями. Ахуенность инцест почувствовала какую то странную пустоту внутри себя. Ей не хотелось ни плакать ни кричать. —Да блять че ты упала. Давай поднимайся, шо с тобой?—Хуссейн присел на корточки рядом с Никитой. Если раньше она всегда ждала момента уединения с хуйсейном больше чем весь мир смерти разии жумабековны, и так по детски радовалась каждому малейшему вниманию которое он к ней проявлял, ьо сейчас Енлик была готова блевануть от одного только взгляда на своего возлюбленного. Никита рывком поднялась на ноги, оттолкнув от себя Хусика. —Не говори со мной больше. Никогда. —сказала Никита, медленно уходя на нетвердых ногах домой