***

Купальни Каэнри’ах, как и все в этом подземном королевстве, были творением простых людей. Высокие своды, украшенные витражами, темный прочный камень — противопоставление небесной Селестии, что была так ненавистна местным жителям. В воздухе витал аромат свеч, приготовленных Дайнслейфом. Люмин, скинув сапожки и поставив их аккуратно у резной колонны, уже замочила ноги в воде. Тепло, несмотря на расположение. Она была уверена, что ощутит лишь холод. — Ну что, капитан? — она обернулась, и ее золотые глаза блеснули с безобидным озорством. — Вода прекрасная. Или ты планируешь осматривать исторические фрески, пока я купаюсь? Дайнслейф стоял в нескольких шагах, застывший, как каменные статуи у входа в Академию Заклинаний. Его обычная решимость куда-то испарилась, оставив лишь напряженную неловкость. Сквозь полумрак Люмин отлично видела, как густо покраснели его уши. Она уж и позабыла о том, какой целомудренный у нее партнер. Никому и никогда не показывает тело, избегает общественных бань и купален... Люмин пришлось постараться, чтобы заманить его сюда. — Я... я подожду, — проговорил он, отводя взгляд в сторону. Где же его хваленная самоуверенность, когда она так нужна? — Подождешь? — Люмин притворно удивилась, легонько поболтав ногами, отчего по воде разошлись ленивые круги. — Мы же специально сюда пришли. Дайн, ты обещал. Он сделал шаг назад, вроде не чужие друг другу люди, но все равно было некоторое смущение. А еще рыцарская честь не позволяла такого распутства. Люмин не сдержала мягкой улыбки. Было трогательно до боли видеть примерного капитана Дайнслейфа, главную гордость Каэнри'ах и любимого воина короля Ирмина, таким растерянным из-за простой вещи. Она решила немного подразнить его, эту ее любовь к его редкой беззащитности. Ведь в остальном он превосходит ее саму. — А что такого? — наклонив голову, спросила она и невинно похлопала глазками. — Под плащом всего лишь обычная одежда. Или... у рыцарей Каэнри'ах есть какой-то священный обет, запрещающий им показывать запястья? Дайнслейф тяжело вздохнул. С тех пор как Люмин начала отдаляться от короля и общества Пьеро, она стала слишком много дразнить. Не то чтобы ему не нравилось... — Люмин, прекрати, — попросил он, но в его голосе не было ни капли приказа, лишь мольба. По сравнению с законной наследницей престола, его благородное происхождение не значит ничего. Но как девушка, она ведь, наверное, поймет? — Хорошо, хорошо, — сдалась она, поднимаясь и подходя к нему босиком по холодному камню. Девушка остановилась совсем рядом и положила ладонь на его напряженную руку в перчатке. — Я понимаю. Для тебя это... слишком откровенно. Но здесь никого нет. Только я. Люмин сменила стратегию. Все так же хитра, с улыбкой на лице, но голос мягче. — Именно из-за того, что это видишь ты, я настолько смущен, — прошептал он так тихо, что слова едва долетели. Дайн перехватил чужие пальцы и коротко целует их, не отводя взгляд от лица принцессы. Дело было не столько в том, что он обнажит тело, а в том, чтобы обнажить душу. Сбросить все эти слои защиты — плащ, статус, долг — и остаться просто собой. Перед ней. Одной. Для него это было куда страшнее, чем любая битва. Даже выговор от Ирмина или Вёдрфёльнира звучит не так страшно. И все же, отношения строятся на доверии. Он не хотел идти по стопам Рерира, который долгое время лгал своей возлюбленной и боялся обнажить перед ней истину. Дайн был готов доверить Люмин собственную жизнь, так почему боялся просто раздеться? — Ладно, — тихо сказала Люмин, ее пальцы крепче сжали его руку. — Давай по-другому. Я отвернусь. И обещаю не подглядывать. Ну, может, всего пару раз. На его губах дрогнула тень улыбки. — Ты ужасная обманщица. — Но твоя, — беззастенчиво парировала она и, действительно, повернулась к нему спиной. Она слышала за своим плечом осторожные, нерешительные звуки: шелест ткани, мягкий стук сапога. Слышала его сдержанное дыхание. Он действительно доверял ей. Гордость, ну и капелька страха мешали ему показать тело, но он делал этот шаг, потому что Люмин просила. Убедила. А капитан поддался. — Ты права. Нечего стесняться. В конце концов, это ты. Не другие. — ...Можно? — Можно. Люмин обернулась. Дайн все еще смущен, но искренне старался сохранить сдержанное выражение лица. Но тело у него действительно восхитительное. Так и хотелось провести по нему рукой, медленно обвести пресс и сжать плечи, поцарапать крепкую спину... ...но взгляд Дайнслейфа, который словно читал все эти мысли, вынудил постыдно отвести взгляд. — Вода прекрасная. Теплая. — Не сомневаюсь, моя принцесса. Дайнслейф кивнул, его взгляд скользнул по ее лицу, а затем уставился в воду. Он повел Люмин к воде и усадил на каменную ступень, каждый раз ловя ее двусмысленные взгляды. Тяжело было привыкнуть к чужому вниманию, так крепко прикованному к его телу. Впрочем, он справился.