Часть 2

— У тебя есть номер Стилински? — спрашиваю я у Клэр, которая имеет номера всех из Бейкон Хиллс. Она была довольно популярна в этом городишке и имела много связей, а значит найти номер одного парня для нее не проблема. — Влюбилась, Винчестер? — слышу ответ в трубке, отчего недовольно хмыкаю и отрицательно качаю головой, будто подруга может увидеть этот жест, — Нашла! Записывай, — она проговорила мне десяток цифр, которые я начеркала на бумажке и отключилась. Мысленно поблагодарила Вселенную за такую подругу, как Клэр, которая поможет и ей даже не нужны благодарности. — Была не была, — вздохнула я, вставая на локтях. Анна уже спит, а это значит, что мне нужно выйти в коридор, дабы не разбудить ее столь поздним разговором. Опустила ноги на пол и тут же почувствовала боль в ребрах, которая нарастала с каждой секундой, но отступать было нельзя. Ради Дерека. Поскуливая от боли, я кое-как вышла за дверь, прилипая спиной к стене, чтобы совсем не свалиться на пол от боли, — На какие же жертвы я иду, ради Хмуроволка. Набрала номер Стайлза. — Не знаю кто вы, но я надру Вам зад, ведь Вы разбудили меня, — слышу в трубке хриплый голос парня, и отчего-то смеюсь, но тут же перестаю от больного вздоха, — Эй? Все в порядке? — Стилински, зад мне и так сегодня надрали, — слышу, как парень подскакивает на кровати, отчего она скрипит, — Иди к моей комнате, я тебя буду ждать тут. Ведь сама не дойду, — быстро тараторю я и отключаю звонок. Я даже не сказала кто я, ведь поняла, что он уже догадался. Спустя три минуты я вижу сонного Стилински, с растрепанными волосами и в серых, растянутых спортивных штанах. — Ты адекватная вообще? — шипит он, подходя все ближе, я вжимаюсь в стену, понимая, что мне сейчас достанется, — Как только Анна разрешила тебе встать? — когда я чуть не валюсь с ног, он подхватывает меня, придерживая за плечи, — И знает ли она вообще? Время то уже позднее. — Все? — он тут же замолкает, — Наигрался в мать, которая ругает дочь? Стилински, я тебя не за этим прислала сюда, у меня есть информация по делу Дерека, — парень внимательно меня слушает, ведя в свою комнату, в которой живет один, — Когда дойдем до твоей комнаты поговорим. Мы идем очень долго из-за моей медлительности, но все ровно доходим спустя целых десять минут, хотя дойти до его комнаты можно и за три, как показала практика. Брюнет аккуратно помогает лечь мне на его кровать и забирает те документы, которые я украла у него той ночью. — В общем, я предполагаю, что эти люди связаны, — аккуратно начинаю я, чтобы сразу не выкладывать все карты на стол, — Так скажем особая стая, — вижу, как Стайлз давится водой, которую только что глотнул, — Ты в порядке? — Да, да, просто неожиданно, — пытается врать он, но выходит плохо. Он явно удивлен слову « Стая». И это наводит меня на мысль, что он все знает, — С чего ты решила, что они связаны? — он показывает ковычки в воздухе. — У них у всех есть тату. Одинаковая. — И что нам это дает? — Ну есть же группировки странных людей, у которых одинаковые интересы или проблемы, — неловко поправила волосы, которые растрепались, — Типо секты, — вскидываю палец вверх, вспоминая слово, которое не могла подобрать. — Может у них был какой-то враг, ну не знаю маньяк там. Или просто псих? — И ты думаешь, он мог выкачать из них кровь, оставив одну кожу да органы? — со скепсисом поднимает бровь брюнет, теребя в руках край своей просторной футболки, — Это же абсурд. Когда нашли трупы они все еще были теплые. Выкачать кровь из десятка человек невозможно, да даже за час. — А ты я смотрю разбираешься? — раздраженно выдыхаю я, вскидывая обе руки над головой, давая понять парню, что я настроена не дружелюбно, — Стайлз, пойми, я предлагаю тебе теории, вот что ты узнал по поводу этого дела? — Хм, — задумчиво протянул парень, будто и вправду знает то, чего не знаю я, — Кое-что у меня есть. Я связался со своими источниками и узнал, что Дерек в это время был в Южной Америке, а не в Северной Каролине. — Черт, — приложила руки к лицу, думая, кто мог так подставить Хейла, — У Дерека были враги? Хотя зачем я спрашиваю? Конечно было, это же Хейл.. слушай, Стайлз, я наверно пойду, подумаю еще над этим делом и лягу спать. Ты тоже накидай вариантов кто мог его подставить. Я не знаю, свяжись со своим источником еще что-нибудь узнать про это. Моя голова уже переполнена и кипит, — я попыталась встать, но была уложена Стилински обратно. — Никуда ты не пойдешь, — его серьезность заставила меня отвлечься от боли и я даже позволила себе усмехнуться, — Я серьезно, поспишь у меня, завтра утром я тебя разбужу и отведу в комнату к Анне. — Не неси чушь, Стайлз. — Какая чушь, Нина? Ты вообще понимаешь всю серьезность ситуации? Во-первых, у тебя трещина на ребрах, тебе вообще противопоказано вставать, а ты собираешься по кампусу ходить. Во-вторых... а во-вторых, я не придумал! — парень громко говорит и размахивает руками, не давая мне даже слова вставить, — Ты думаешь, что можешь так просто свалить? — я делаю еще одну попытку встать, но сдаюсь под пристальным взглядом шоколадных глаз, — Я привяжу тебя скотчем, если ты еще раз попробуешь встать. — Ты ненормальный, — говорю я, когда парень стягивает футболку, оставаясь в одних пижамных штанах. Он с легкостью поднимается на второй ярус кровати и укладывается, а пружины скрипят под его весом. — Спокойной ночи, Нина. — Спокойной, Стайлз. *** На утро парень просыпается от громкого стука в дверь, который не прекращается уже на протяжении двух минут. Выбравшись из под одеяла, он накидывает футболку, а то выходить в одних пижамных штанах не очень культурно, особенно, если не знаешь кого принесло в такую рань. Соскользнув со второго этажа кровати, он замечает Нину, мирно дышащую, на первом ярусе. Ее грудь медленно поднимается и опускается, скользнув по девушке взглядом, парень замечает шрам, который виднеется из под задравшейся футболки, но он отворачивается, чтобы наконец открыть дверь. — Анна? Какого черта? — выходит за дверь парень, быстро закрыв ее, чтобы не разбудить Нину криками ее соседки, которая на взводе. — Нина пропала! Боже, ты понимаешь? Я потеряла подругу со сломанными ребрами! — громко говорит блондинка, вскидывая руки. Ее волосы взъерошены, да и вид у нее в целом не очень, — Когда я засыпала она лежала на кровати и перечитывала какие-то бумажки, а когда я проснулась не нашла ее в кровати! Обыскала уже все! — Так, Анна, успокойся! — перебивает ее тираду брюнет, видя, как тяжело вздымается и опускается ее грудь, а плечи и руки дрожат, от страха или нервов. Неужели за две ночи возможно так привязаться к человеку, — Обещай не кричать, договорились? — просит Стайлз, виды, как брови блондинки взлетают вверх. Парень медленно толкает дверь, открывая Анне вид на мирно спящую Нину, которая лежит на его кровати, — С ней все в порядке. — Ты о чем думал вообще? — снова взрывается девушка, когда Стилински уже прикрыл дверь, — Какого черта она у тебя? — Сама у нее спросишь какого черта она звонит мне ночью и просит помочь дойти до комнаты, — чуть раздраженно говорит Стайлз, но тут же успокаивается, — Мы просто ней поговорили и обсудили общее дело, не переживай. Она в целости и сохранности. — Стайлз, давай я разбужу ее и заберу к нам в комнату. — Пусть спит, — брюнет еще долго уверяет подругу Нины, что с ней все будет в порядке, если они поспит у него. Спустя десять долгих минут разговора, блондинка наконец убеждается, что все хорошо и уходит собираться на пары, а парень заходит обратно в комнату. Закрыв дверь, парень еще раз пробежался взглядом по спящей девушке, подмечая, что под глазами у Нина залегли темные синяки. От их вида его перевернуло, ведь он вспомнил свой вид, когда в него вселился злой дух лисы. Увидев, как брюнетка поежилась, парень подошел к окну и закрыл его, чтобы она могла нормально выспаться, а то весь ее вид буквально кричал о недостатке сна. Он сделал еще один тихий шаг в сторону кровати и полностью накрыл ее одеялом, закрывая по нос, чтобы она могла дышать. Губы спящей тут же растянулись в полуулыбку, и она перевернулась на другой бок, подтягивая одеяло еще ближе к себе. Стайлз даже на секунду умилился этой картине, но тут же замотал головой из стороны в сторону. Решив, что уже пора собираться на пары, он тихо собрал вещи по комнате и пошел в ванну комнату, чтобы принять душ и собраться. Собравшись всего за двадцать минут, с тем учетом, что он ходил в душ, парень вышел из ванной комнаты и уже собрался будить Нину, но что-то остановило его. Он еще долго не решался разбудить спящую и в итоге так и не сделал это, оставляя записку для девушки на столе. *** Первое, что я поняла придя в себя, что мне жутко холодно, хотя я вроде под одеялом. Прищурилась от лучшей солнца, падающих мне на лицо, сквозь приоткрытые жалюзи, но тут же распахнула глаза, осознавая где я нахожусь. Подорвалась с кровати, видимо, забыв, что мои ребра ноют от боли. Почти взвыла, приземляясь на кровать от боли в грудной клетке. — Стайлз? — тихонько сказала я, боясь, что парень еще спит. И я бы и дальше так думала, ведь мне никто не ответил, но мой взгляд зацепился за бумажку, лежащую на столе. Мой телефон давно сел и поэтому я даже не знаю сколько сейчас времени. Надеюсь, что Стилински не ушел на пары, оставив меня к него в комнате. Медленно встала с кровати, отмечая, что боль все-таки не такая сильная, как вчера, и двинулась в сторону стола, чтобы посмотреть, что за бумажка лежит на столе. Я отчетливо помню, что вчера ее там не было, а значит парень специально ее туда положил. «Нина, я ушел на пары, решил тебя не будить. Можешь посидеть у меня в комнате до моего прихода, а потом я отведу тебя в комнату. Зарядка для телефона на стуле.» — неровным почерком написано на бумажке, сложенной вдвое. Я чертыхнулась, понимая, что дойти до своей комнаты самой мне будет сложно, а значит придется ждать парня. Ну хоть зарядку оставил, в телефоне могу посидеть. Подзарядив телефон, я сделала еще одну попытку дозвониться до Хейла, но все безрезультатно. Разочарованно выдохнув, я решила пройтись по комнате, чтобы не умереть со скуки, ведь игр на телефоне у меня нет. На рабочем столе я замечаю фоторамку, в которой вставлена фотка всей их компании: Малия, сидящая на столе. Лидия, которая перекинула ногу через скамейку. Скотт, сидящий возле Стилински, устроившегося рядом с рыжеволосой. Я всегда мечтала о такой компании друзей, которые готовы придти на помощь в любой момент жизни. Да даже вспомнить, как они все спасли Лидию от врача-психа. Я никогда не славилась большим количеством друзей и за всю жизнь у меня было всего два друга. Один обвиняться в массовом убийстве. Другую спасли друзья из психиатрической больницы. Хотя я даже и не знаю, могу ли назвать Лидию своей подругой. Наверно, да. Для меня она была человеком, с похожей проблемой. Что-то нас связывало, а иначе голоса не привели бы ее ко мне, верно? Мы разговаривали с ней по ночам, когда нас поселили в общую палату, что было странно для меня, ведь чаще всего время я проводила в отдельной палате в закрытом корпусе. И чем вообще думали санитары, когда сажали двух Банши в одну палату? Сделав себе небольшой экскурс по комнате я снова приземлилась на кровать, которую уже успела заправить. Полностью зарядив телефон, я попыталась найти дополнительную информацию в интернете по делу Дерека. Спустя час стараний я все-таки нашла фото с места убийства и скачала их на телефон, чтобы точно не забыть показать их Стайлзу, которой должен вернуться через пару часов. Посидела в интернете еще несколько часов в ожидании Стилински, вот уж никогда не думала, что буду сидеть у него в комнате, на его кровати и ждать его с пар. Когда я услышала лязг ключей, вставленных в дверь, я тут же подскочила с кровати, чтобы встретить брюнета. Ребра уже не так болели после того, как я выпила обезболивающее, а это значит, что я могу передвигаться почти без боли. — Наконец! Я чуть на стенку от скуки не полезла, — взвыла я, когда парень зашел в комнату. Он сразу кинул свой портфель на стул, стоящий возле письменного стола и стянул с себя галстук, ношение которого было обязательно в академии, — А знаешь, я могла бы, если бы не ребра. — Я и не сомневаюсь, — буркнул парень, вставая передо мной. Он аккуратно положил руки мне на плечи и наловил на них, отчего я приземлилась задницей на кровать. Я думала, что я ему просто наскучила и он решил усадить меня, чтобы я не мельтешила перед глазами, но он не отпустил мои плечи, а наоборот еще больше надавил на них, укладывая меня в лежачее положение, — И вот зачем ты вообще встала? Тебе врач сказал: лежать, а ты все ходишь и ходишь. Тебе саму себя не жалко? — Ты уверен, что хочешь знать ответ? — улыбнулась я, смотря, как брови парня поднимаются, а сам он делает разочарованный выдох. Он помотал головой из стороны в сторону и пошел в ванну, чтобы переодеться. Молча. — Я кое-что узнал по поводу Дерека — говорит брюнет, опираясь бедрами, я чуть ли не падаю с кровати, когда резко подскакиваю. Стайлз дергается, чтобы в случае чего успеть поймать меня, но у него все ровно не вышло бы, — А можно не умирать у меня в комнате? Спасибо. — Я тоже кое-что узнала, но по твоему серьезному лицу понятно, что моя информация намного слабее, чем твоя, — без разбора говорю я, но в итоге понимаю какой бред несу и затыкаю рот, — Выкладывай. — ФБР вычислили группу людей, собравшихся на встрече и они планирую напасть на них со спецназом. Взять живыми или мертвыми. В нашей случае лучше мертвыми. — Желательно. — Поэтому я буду убеждать их взять меня на операцию. — Что, мать твою, ты несешь? — взрываюсь я, выслушав парня, который стоит, как не в чем не бывало, — Тогда я тоже иду. И даже не думай меня отговаривать. — Ты адекватная, вообще? — повышает тон Стилински, смотря на меня, — Я не уверен, что меня возьмут, а тебя так точно. Ты ребра себе сломала просто потому, что упала, черт возьми! Ты никуда не пойдешь и даже не вздумай приходить туда! — Пойми, Дерек и мой друг тоже. Я знаю его намного лучше, чем ты, в этом я уверенна на что процентов, — я эмоционально всплескиваю руками, показывая насколько я недовольна заявлением Стайлза. — Ты уверена? — Конечно, ты например знал, что Дерек не пьет молоко, так как из-за молочных продуктов у него крутит живот? — брюнет с отвращением чуть высовывает язык, — А ты знал, что у Дерека всю жизнь была двойка по физкультуре, но ты вообще видел его мышцы? Они буквально бетонные. Итог: я знаю Хейла намного лучше тебя. — Нина, пойми же ты, эта операция не просто туда-сюда по зданию бегать. Это именно секретная операция и нам нужно поймать тех, кто может быть потенциальными убийцами, подставившими Дерека. У тебя трещина в ребрах, тебе и ходить то запрещено, а ты в первый же день уже ходишь! Пойми, нельзя так. — Я тебе все сказала. Я иду на эту встречу. И мне все ровно, как я приду. Как агент ФРБ или, как просто человек проходящих мимо, но я буду там. Буду и точка, — я встаю с кровати и в этот раз Стилински не пытается уложить меня, что несказанно радует. Беру телефон и выдвигаюсь к двери, — Мне пора, Стайлз, еще уроки на завтра делать. Прости, что потревожила тебя вчера ночью, думаю, я не должна была этого делать, — выхожу за дверь и двигаюсь вперед, держась одной рукой за стенку, чтобы не свалится с ног. — Нина! Господи, глупая девчонка! Ты можешь хоть на секунду успокоиться? — мои ноги подкашиваются и я чуть ли не падаю на задницу, на крепкие руки Стайлза, подхватившие меня под мышки, спасают ситуацию и я не валюсь с ног, — Так, стой на месте, никуда не уходи! — парень прижал меня к стене и сам умчал куда-то в сторону медицинского корпуса. Громко вздохнув, я подождала парня семь минут, и уже решила идти к себе в комнату самой, но тут из-за ушла выбежал Стайлз, везя перед собой инвалидную коляску. — Иди к черту! — крикнула я на весь коридор, отчего несколько человек открыли двери, что посмотреть, что тут происходит, — Я не инвалидка, Стилински, — пробурчала я, когда парень уже подъехал с коляской ко мне, — Я не буду в этом сидеть. — Будешь, — сказал брюнет и взял меня за плечи. Из-за его крепкой хватки я даже сопротивляется не смогла и уже через несколько секунд сидела в инвалидной коляске, — Я же сказал: будешь, — восхищаясь своей гениальностью, он не заметил, как я уже укатила от него на пару метров вперед, — Эй, куда ты! — Подальше от тебя, псих, — проворчала я, отмечая про себя, что коляска очень даже удобный вид транспорта. Правда, тяжело будет тем, у кого слабые руки, но и не из таких, поэтому передвигаться быстро было достаточно легко, — Где ты вообще не взял? И кто ее тебе дал? — замечая потерянный взгляд парня, я прошептала, — Ты же не украл ее из медицинского корпуса? — Нет, — сразу ответил парень, но я, конечно, ему не поверила, ведь это Стайлза. Под моим пристальным взглядом он, наконец, сломался, — Ладно, спер. Но я оставил записку, что она очень нужна для больной девушки. — Я тебя сейчас перееду, Стайлз. Не советую шутить со мной, — Стилински засмеялся, думая, что это все шутки, но я резко развернулась и наехала ему на ногу в кроссовке, отчего он подпрыгнул на здоровой ноге, хватаясь за больную. — Я для тебя всё делаю, а ты мне ноги переезжаешь? Вот так и старайся для девушек. Комната номер 1685 — начали шептать голоса, когда я прислонила руку к стене из-за странного ощущения. Еще во время возмущений от Стайлза я почувствовала что-то странное, но не обратила на это внимания. А сейчас, когда боль в голове усилилась, я все же решила послушать голоса, которые не сказали мне ничего хорошего. Молча развернувшись, я покатилась по коридору, а опомнившийся Стайлз не успевал бежать за мной. Решив, что коляска только замедляется меня, я аккуратно встала, придерживаясь рукой за стену и чуть-ли не побежала. Стилински кричал что-то мне в след, но я не слушала его, просто держа путь к комнате номер 1685. Она находится этажом ниже. Открыв дверь, ведущую на лестницу, я быстро спустилась и снова впечаталась телом в дверь, открывая ее. Не успеешь — смеются надо мной голоса, и из-за этого я прибавляю шаг, наконец, оказываясь возле этой комнаты. Стайлза, подбежавший за мной , ничего не понимает, пока не замечает толпу людей, собравшихся возле двери. Люди в белых халатах, грузят тело в белый мешок, который окрашивается в красный из-за крови, которая льется из свежего трупа. Не успела — подводят итог голоса, а я валюсь на колени, обессиленная. Стайлз падает возле, тряся меня за плечи и что-то спрашивая, но я не слышу из-за заложенных ушей. — Нина! — он машет рукой у меня перед лицом, а уши внезапно выходят из состояния вакуума и я все слышу, — Ну наконец-то, — брюнет радуется моему выходу из транса и помогает мне встать, — Нам срочно надо поговорить. Я мотаю головой из стороны в сторону, понимая, что рискую. А вдруг он поймет, что я Банши? Нельзя, чтобы он понял. Разворачиваюсь, вырываясь из хватки парня и иду в сторону лестницы, чтобы добраться до своей комнаты. Стайлз не отстает, шагая за моей спиной. — Нина, да объясни ты мне, что с тобой происходит? — чуть ли не кричит парень мне в след, но я не слушаю его, продолжая двигаться по лестнице на этаж выше. На глазах наворачиваются слезы от осознания того, что я не смогла спасти парня. Я не увидела, что именно с ним произошло, но я видела кровь и этого мне хватает, чтобы разочароваться в себе и своих возможностях. Голоса предупредили меня, что я не успею, но я не слушала, пытаясь добежать и спасти этого парня, — Почему ты убегаешь? Как ты вообще сюда прибежала? — Стайлз хватает меня за запястье, разворачиваясь к себе лицом, а я упираюсь лицом в его грудь, рыдая все сильнее. Он гладил меня по волосам, а я рыдала и рыдала, освобождаясь от всего, что накопилось, обнимая его и стараясь изо всех сил запомнить этот миг: его объятия, его ровный, сильный пульс, тепло его тела. Недостаток воздуха заставляет громко вздохнуть, но это ничуть не останавливает истерику, благодаря которой слёзы накатывают новой волной, неприятно скатываясь куда-то вниз по шее. Я боюсь открыть веки, лишь начинаю больно тереть кожу лица, тем самым стараясь избавиться от всего этого. Я не должна показывать слёзы, особенно Стилински! Огонь в груди не утихал, щёки пылали от горячей жидкости, которой, кажется, не было конца. Попыталась сглотнуть скопившуюся во рту жидкость и слегка отодвинулась от Стайлза, по-прежнему не открывая век, из-под которых без остановки текли солёные капли. — Прости, — прошептала я, резко вытирая соленые дорожки, которые уже подсохли, неприятно стягивая кожу, — Прости, я не должна была этого делать, — дрожащими руками попыталась вытереть промокшие участки на рубашке парня, будто они могли высохнуть от этих движений за несколько секунд. Парень аккуратно накрыл мои дрожащие руки и отвел от своей груди, а я судорожно вдохнула большую порцию воздуха, — Пойдем ко мне, я ее застираю. — У вас все хорошо? — я обернулась на мужской голос. Заметив преподавателя Американской Истории я еще раз вытерла щеки и сложила руки на груди, — Нина, верно? — он обратился ко мне, на что я кивнула, — Он к Вам пристает? — Нет, что вы, — истерически усмехнулась я, хлюпая носом, — Все в порядке, спасибо, он наоборот успокоил мою истерику, — улыбнулась, беря Стайлза за руку, чтобы показать учителю, что все и вправду в порядке. Брюнет помешкался, но все же догонял, что ему стоит сделать и положил руку мне на плечо в подбадривающем жесте, — Еще раз спасибо. — Я слышал у Вас травма, думаю стоит больше отдыхать, а не по корпусу бегать, — подмигнул мужчина и развернулся, — Будьте аккуратней, — в конце бросил он и ушел, оставляя нас одних в коридоре. Как только он скрылся за углом я отпустила руку Стилински, чтобы тоже уйти в комнату. — Еще раз прости за всё, что я делала за эти сутки, — последний раз посмотрела на Стайлза, — Я не должна была этого делать, — в очередной раз повторила я и пошла вперед. Сейчас Стилински не пошел за мной, а остался стоять в середине коридора. Только зайдя за угол я смогла вдохнуть полную грудь воздуха, прижавшись к стене. Сделав глубокий вдох я дошла до своей комнаты и постучала в дверь, надеясь, что Анна не гуляет, а откроет мне. Постучала еще раз. И еще раз. И еще. В течении десяти минут мне так никто и не открыл, а это значит, что Анна куда-то ушла, либо спит. Прислонившись спиной к стене, я медленно сползла на задницу, оказываясь на холодном полу. Цистита мне еще не хватало, хмыкнула про себя я и почувствовала горячие дорожки на щеках. Я думала, что выплакала все возможное слезы, но видимо нет. Горячая жидкость обжигает кожу. Хватит! Неприятный взрыд вырывается из груди, и это становится финишной чертой моего спокойствию. Абсолютно всё, что на протяжении многих лет я хранила внутри себя, нашло ту самую щель, которая прямо в эту же минуту разрасталась до невероятных размеров. Недостаток воздуха заставляет громко вздохнуть, но это ничуть не останавливает непрерывную истерику. Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать от боли физической и моральной, в следующую секунду накрыла уши ладонями. Отрываю ладони от ушей, чувствуя, как неприятными волнами боль стучит по вискам. Нужно что-то придумать. Срочно. Снова сглатываю. Мгновение. Пытаюсь разлепить глаза, чувствуя, как тяжело поднимаются намокшие ресницы. Глаза опухли, отчего видно совсем плохо. Сжимаю губы в плотную полоску, чтобы сдержать звуки рыданий, которые то и дело вырываются изи рта. Понимаю, что не могу сдерживать себя, поэтому просто открываю рот и кричу. Кричу, что есть мочи и силы. Просто кричу. Лампа, висящая на потолке, взрывается, отчего искры разлетаются и летят на меня, но я не обращаю на это внимания, продолжая кричать. Трескается окно в конце коридора, но я тоже не обращаю на это внимания. И когда затыкаю рот, осознаю, что произошло. Понимаю, что сейчас сюда прибежит куча народа, а значит мне нужно сматываться. Встаю с задницы и начинаю бежать, не чувствуя боли. Уже нет ничего. Ни моральной боли, ни физической. Бегу вперед не оглядываясь. *** Нина ушла и даже не обернулась, а Стайлз так и остался стоять в коридоре, смотря девушке в след. Вернувшись в свою комнату, брюнет переоделся в футболку и спортивные штаны. Он лег на кровать, задумываясь о деле Дерека. Мог ли Хейл убить тех людей? Определено нет. Стилински вспомнил, что Нина так и не показала ему то, что нашла по Дерековой проблеме, но сейчас это не имеет смысла. Она ушла. Парень встрепенулся, слыша ужасно громкий крик, доносящийся непонятно откуда. Резко встал с кровати, пытаясь понять откуда этот звук. Банши, всплыло в голове Стайлза, отчего он сразу вылетел в коридор, надеясь увидеть там хоть что-то, но кроме звука взрывающейся лампы и крика, который оглушает — ничего. Двинулся прямо по коридору, ища источник звука, но безрезультатно. Звук резко прекратился, а сразу после него он услышал громкий плач, доносящейся с другого конца коридора. Женский плач. Побежал на звук и замер, когда понял, что рыдания доносились из этой стороны, но тут никого не оказалось. Достав телефон из кармана, он тут же позвонил своему верному другу — Скотту Макколлу, которому он просто обязан донести то, что, вероятно, с ним учиться Банши. Он позвонил один раз. Второй. Третий. Но каждый раз натыкался лишь на голосовую почту, а это значит, что что-то произошло. Стайлз знает, что его друг всегда отвечает на звонки. Даже если спит, есть, спасает Бейкон Хиллз от очередного злодея. Он. Всегда. Отвечает. Решив набрать подругу Лидию, он не ошибся. Девушка сразу ответила на звонок, будто ждала его. — Лидия! Что у вас там происходит? — сразу начал Стайлза, даже не удосужившись поздороваться, — Почему Скотт не отвечает? У меня тут очень важная информация. Он рядом? — Да, но он сейчас не может подойти, — напряженный голос раздался на другом конце трубки и Стайлз сам занервничал, — У тебя все хорошо или что-то случилось? У нас все супер, представь, в Бейконе даже ничего и не происходит, ну это и к лучшему, верно? — Да, знаешь, все хорошо, — сам того не поняв, соврал парень, видимо по тону подруги Лидии он понял, что все у них не в порядке и он явно мешает, — Если что звони, — улыбнулся он, будто она могла это увидеть, и сбросил трубку, даже не дав Мартин договорить. Что-то у них происходит, и это напрягает Стайлза. Пройдясь еще раз по коридору, парень заметил лишь треснутое окно и лопнувшие лампы, свисающие с потолка. Теперь он уверен на что процентов, что это не человек. *** — Анна? Ты когда в комнату придешь? Представь, я ключи то забыла, — посмеялась в трубку, стоя в туалете, который находился в учебном корпусе. Сейчас у нескольких групп вторая смена и поэтому уборная открыта, что дает мне возможность хотя-бы смыть все высохшие дорожки слезы, которая неприятно стягиваю кожу щек, — Минут через сорок? — удивилась я, — О'кей, я подожду тебя где-нибудь, — сбросила вызов, сразу откладывая телефон в карман спортивок. Еще раз набрала в раскрытые ладони немного воды и выплеснула все на лице, не заботясь об одежде, которая может намокнуть. Ледяная вода помогла мне придти в себя, но в отражение я не смогу смотреть еще долго. В нем я вижу лишь сломанную девчонку с опухшими от слез губами и красными глазами. И это отражение пугает меня. Я много лет пряталась под маской непроницаемости, но одна смерть так подкосила меня. Да так, что я аж в рубашку Стилински выплакалась. И не сдержала Чертов крик, которым могла убить кого-угодно. А если Стайлз что-то заподозрил? Он ведь стопроцентно знает про Банши, ведь тогда бы он не спасал Лидию из психиатрической больницы, верно? Да и он точно слышал мой крик, а значит и мог догадаться. Радует лишь то, что я успела вовремя уйти оттуда незамеченной. Сглатываю воду, скопившуюся во рту и делаю глубокий вдох и выдох, наблюдая, как моё лицо становится непроницаем. После долгой и сильной истерики, у человека могут отключится все эмоции. Буквально все. Расправила плечи, и последний раз глянув в зеркало, вышла из уборной в шумный коридор. Идти к комнате бессмысленно, потому что Анны нет, а значит у меня есть время побродить по живому комплексу, например узнать, что именно случилось с парнем, тело которого недавно увезли. Спокойной походкой я вышла из учебного комплекса и пошла в сторону общежития, вот машина скорой помощи только отъезжает от здания, что дает мне возможность поинтересоваться у стопившийся людей, которые еще не ушли, в чем же дело. — Здравствуйте, я из местной газеты, — подошла к женщине, которая сидит на лавочке подальше от всех и рыдает в платок. Она окинула меня странным взглядом, смотря на мой прикид и опухшее лицо, — Я стажер, а лицо у меня опухло из-за аллергии. Я правда из газеты, не переживайте, — голос хрипит, но я могу сослать это на ту же самую аллергию. После моих слов женщина вроде расслабилась, расправив плечи, — Могу я взять у вас интервью для статьи? — женщина неуверенно закивала, когда я достала телефон, чтобы записывать все информацию. Сразу включила диктофон, чтобы точно не пропустить ни одну деталь, — Как Вас зовут? Кем он вам приходится? — слышу, как охриплом голосом она отвечает «Кэтрин Харпер. Сыном», — Хорошо, какова ваша версия произошедшего? Мог ли Ваш сын...наложить на себя руки? — Причард был очень хорошим мальчиком, — задыхаясь от слез, начала женщина, на что я чуть погладила ее по спине в утешающем жесте, и вроде как вышло, она стала говорить спокойнее, — Я не верю, что это было самоубийство. Он бы никогда...Он был жизнерадостным, знаете, как он отмечал, когда поступил в ФБР, — женщина искренне посмеялась, вспоминая все радостные моменты с сыном, — это надо было видеть. Полиция, конечно, лучше разбирается, но я считаю, что... — она запнулась и на секунду задумалась, будто хочет мне что-то рассказать, но через секунду наклонилась ближе ко мне и прошептала, — Ты веришь в сверхъестественное? — Знаете, думаю, да, все возможно в нашем мире, — от вопроса подавилась слюной, которую хотела проглотить, но не вышло. Откашлявшись, продолжила, — А вы, верите? — У него на шее было два следа от укуса, — прошептала женщина, смотря на меня безумными глазами, — Может самоубийство было подставным? — она дернула головой, будто безумная, но я даже не сдвинулась с места, потому что понимаю ее состояние, — Господи, что я несу. Это было простое самоубийство. Простите, такое, наверно, не пустят в газету. — Спасибо за небольшое интервью, — резко вскочила со скамейки, отчего женщина, сидевшая рядом, поежилась, — Было очень интересно Вас слушать. Ждите выпуск где-то в пятницу, — постаралась уйти, как можно быстрее, не веря, что вампиры существуют. Родители никогда о них не рассказывали, а я в свою очередь всегда думала, что вампирские истории это все байки, чтобы запугать детей, которые не хотят ложится спать. Труп мне не увидеться, а значит придется искать информацию и выяснять, правда ли вампиры существуют. Может даже придется порыться в родительских книгах, а это занятие я ненавижу. В голове прокручиваю разговор с Миссис Харпер, которая уверенна, что тут замешана нечисть. Ну просто супер! Фантастика! Этого мне не хватало. Стайлз, поступивший в то же училище, что и я. Дерек, которого обвиняют в массовом убийстве. Теперь еще и какой-то там Причард и его смерть от укуса вампира. Мечтала о такой учебе! Эти вампиры..они вообще существуют? Надо порыться в интернете. Уйдя в свои мысли я даже и не заметила, как столкнулась с кем-то, кто видимо тоже не замечал меня до столкновения. — Извините, — сжала кулаки от злости, вжимая ногти в ладони, чтобы не вмазать тому, кто чуть не сбил меня с ног. Даже не поднимая головы, прошла дальше. Больно. Разнимаю руки, смотря на кровавые полумесяцы, оставшиеся на руке. Потираю их, пытаясь унять боль, и раздраженно перестаю тереть, понимая, что боль не уходит. Хотя я уже не уверенна, что боль физическая. Вдруг она...душевная? Мотаю головой, посылая эти мысли куда подальше и иду прямо, вздергивая острый подбородок вверх. Резко выпрямлюсь, отчего боль в ребрах усиливается, громко шиплю, но зато понимаю, что боль все-таки физическая. — Извините, а мы не встречались раньше? — слышу голос, от которого застываю на месте не в силах пошевелиться. Не может быть. Этого не может быть. Что ОН тут делает? Он не может тут работать или учится. Моя нижняя губа начинает дрожать от страха. Не могу ничего ответить, ведь знаю: он поймет по голосу. По страху в моем голосе. Опомнившись, мотаю головой из стороны в сторону, не поворачивая голову, и ухожу прочь. Куда глаза глядят, но только подальше от НЕГО. *** Могу выдохнуть только тогда, когда оказываюсь в комнате, прижимаясь спиной к двери. Громко дышу, прикрыв глаза, и не замечая, как Анна зло смотрит на меня, стоя впереди и опираясь копчиком на подоконник. — Я очень и очень зла, — начала на повышенных тонах говорить соседка, отчего я резко дернулась, пугаясь крика, — Как? Во сколько и зачем? Зачем ты ушла ночью? Как ты оказалась у Стайлза? — будто не слыша ее крик, я подошла к шкафу, чтобы взять чистую одежду. — Хватит, — Анна замолчала, когда я с грохотом захлопнула дверцу шкафа, смотря прямо перед собой, — Хватит, Анна. Ушла и ушла. Надо было, вот и ушла. У нас есть общее дело, которое мы пытаемся решить, поэтому я и пошла к Стилински, чтобы рассказать некоторую информацию, — теперь кричу я, — Я не ребенок, не нужно меня опекать, будто мне пять лет. — Ты могла меня разбудить и я бы довела тебя до его комнаты! Или могла ему позвонить и он бы пришел к нам, — Анна потерла переносицу, а после обхватила себя руками, смотря на меня. — Было поздно, зачем мне тебя будить, если я сама в состоянии дойти до двери и выйти за нее. Я просто подождала его в коридоре. Хватит меня опекать, будто я пятилетний ребенок, который то и дело теряется в магазине. Я несу ответственность за свои действия, — взорвалась я, крича на Анну, — Это все лишь трещина в ребрах! Хочешь расскажу интересную истории? Видишь этот шрам, — я задрала кофту, открывая вид на ужасный и криво шрам на животе, — Я получила его, когда брат задел меня ножом. Но я даже не подала виду, что мне больно. Молча пошла и зашила себе рану. И ты до сих пор думаешь, что я не в состоянии сама позаботиться о себе?! Стайлз обо мне и так со шути заботился. Он украл коляску инвалидную, чтобы меня в нее усадить. — Это ужасно, — она указала пальцем на шрам, — Нина, я переживаю, пойми же ты это, — я не стала слушать приятельницу и просто пошла в ванную комнату, не смотря на блондинку. Захлопнула дверь, тут же защелкивая замок, чтобы соседка не вломилась, — Винчестер! Открой дверь, я еще не договорила! — я стянула с себя всю одежду, которая, наверно, уже пропахла потом, и залезла в душевую кабину. Открутила вентили на максимум и в меня стали врезаться струи ледяной воды. Расслабилась, подставляя лицо под ледяной душ. *** Сон. — Рыжая, ты должна направить свой крик, — в сотый раз повторяю я Лидии, которая чуть ли не рыдает от безысходности. Я пытаюсь научить ее контролировать свой крик и направлять его в нужное русло, — Найди свой способ. — А какой способ у тебя? — хнычет девушка, опуская руки. Она уже в сотый раз спрашивает это, но я не даю говорю , ведь сама не знаю ответа. У меня нет способа направлять свой крик. Каждый раз это происходит по разному. Когда то я вскидываю руки, будто толкая звук вперед. Когда до прикладываю ладони ко рту, чтобы вся мощь крика шла в определенную зону. А когда то просто кричу, убивая всех на своем пути. Третий вариант крайний. — Мартин, хватит ныть, подними ты свои прекрасные руки и направь крик, — восклицаю я, зная, что санитары не услышал ни мой крик, ни Крик-Банши. Лидия вдыхает побольше воздуха в легкие и поднимает две руки, толкая воздух. Ее направленый крик не разбивает стекло за которым мы стоим, но она трескается в мелкую паутину, — Уф, — шепчу я, а стекло в момент рассыпается на миллионы маленьких осколков, почти песок. На этот звук прибегают все санитары, — Упс, — с надменный ухмылкой смотрю, как они заламывают мне руки, ведя в подвал. — Ты же сама не умеешь его направлять, верно? — закатывая глаза, спрашивает девушка, пока работники психиатрической больницы грубо ведут нас по коридору. Я киваю с довольной улыбкой, на что Лидия что-то недовольно бормочет себе под нос. Остальное время мы проводим в молчании, пока нас не кидают в клетку, — Опять сюда, серьезно? Черт. — Да ладно тебе, тут не так плохо, — говорю я, пока поднимаюсь с бетонного пола на ноги, и параллельно вспоминая другие клетки, которые в сто раз хуже этой. Я подняла руки, потягиваясь, отчего моя кофта забралась и Рыжей открылся вид на мой уродливый шрам. Хотя можно ли назвать его уродливым? Наверно, да. Но этот шрам — воспоминание. А воспоминания это самое сокровенное и самые прекрасное, что есть у любого человека. Даже если оно плохое. Спустя много-много лет ты будешь вспоминать об этом и смеяться, как ты могла рыдать над этой ситуацией. Каждый день, глядя на этот шрам, я вспоминая брата, маму и папу. Маму и папу, которые сейчас, вероятно, переродились и не помнят прошлой жизни. Брата, который работает в больнице в ночную смену. Я вспоминаю, как дралась с Марком на кинжалах и он нанес мне этот удар. Из-за него остался шрам, но я не жалею, вспоминая эти события. Вспоминаю, как брат извиняться, пока мама зашивала мне глубокий порез. Как он потом еще долго обслуживал меня и катал на спине. И как он рыдал, когда я лежала и не могла пошевелится от боли. Он зря проливал слезы над этой ситуацией, ведь я даже не злилась на него. Говорила ему, что он мужчина и не должен плакать из-за такой мелочи, как неглубокий порез (хотя он бы глубокий, но я не хотела расстраивать брата еще больше). — Откуда у тебя этот шрам? — поинтересовалась подруга, указывая ладонью на мой оголенный живот. Она даже скривилась, когда я подняла кофту еще выше, открывая полный вид на белую полоску, — Господи, да кто же тебя так покромсал. — Брат, — спокойно ответила я, пожимая плечами. Начала ходить кругами, пока меня не затошнило, единственное развлечение тут, хотя рисунки на пыли тоже не плохи. Резко опустилась, зажмуривая глаза, и расслабляя тело. Всю минуты наслаждения в камере стояла мертвея тишина. Чувствую взгляд Лидии на своем затыке, — Знаешь, чувство после алкоголя или сигарет? — открываю глаза, медленно вставая и подходя блин к подруге за решеткой. Она неуверенно кивает, отчего я хмыкаю, — Эффект тот же, но недолгий. Прикольное чувство, особенно, если в обморок упасть. Потом голова приятно гудит. Боже, что я несу, прости. Такс, Нина, хватит нести чушь. Может хватит разговаривать с самой собой? — Сколько ты весишь? — серьезно спросила рыжеволосая, не обращая внимания на весь мой диалог с самой собой. Я странно глянула на девушку, ведь даже и подумать не могла, что кто-то когда-то задаст мне этот вопрос. Пожала плечами, честно отвечая, что не знаю и могу лишь предполагать, — Я серьезно, Нина, ну примерно сколько? — Ну сорок может? — предположила я, подняв бровь и даже слегка подпрыгнув, чтобы оценить насколько тяжело или легко мне прыгать. Чем тяжелее прыгать, тем больше я вешу, верно? Но прыгать мне легко, поэтому могу предположить, что немного. Тут ужасная еда, от которой меня воротить, именно поэтому я почти не ем здешнюю еду и жду когда брат навещает меня, принося нормальную еду. Нет, в психиатрической больнице не все так плохо. Например, по четвергам вкуснейшая запеканка, от которой невозможно оторваться. Не знаю, что они туда добавляют, может наркотик, который дает расслабление всему телу, но после этой запеканки я сплю, как младенец, — А что такое то? — Я заметила, что когда ты ходишь, то никто этого даже не замечает, — Лидия подошла к решетке, разделяющей всю комнату на две части, и я сделала тоже самое, — Твои шаги...Они бесшумные и мне даже иногда не верится в это. Поэтому я и поинтересовалась сколько ты весишь, чтобы понять как ты это делаешь. Но ты же понимаешь, что твой вес ниже нормы? — Ну во-первых, тут ужасная еда, поэтому я тут не ем особо, чисто для того, чтобы существовать и все. Мне больше и не надо. А во-вторых, мой отец учил меня этому. Ну, ходить бесшумно, по канату лазить без страховки. Да даже на кинжалах драться, — указала рукой на участок кофты, по котором кроется шрам, а глаза Мартин с каждой секундой увеличиваются от информации. — Чему он вас учил? — приоткрыла рот, наблюдая, как я нервно дергаю плечами и неловко улыбаюсь реакции Лидии, — Кем вообще была ваша семья..? — Мои родители Друиды, знаешь таких? — оживилась я, ведь про родителей я люблю рассказывать, хотя ни с кем кроме брата их не обсуждаю, — Это те кто помогаю таким как мы, — указала рукой на себя, а потом на нее, решив умолчать об оборотнях и всякой другой нечисти, вроде Вендиго, чтобы отгородить рыжеволосую от всего этого, — Закрой глаза, — нехотя, но девушка выполнила мою просьбу и прикрыла глаза ладошкой. — Сейчас попробуешь угадать где я, слушай шаги и моё дыхание, — сделала два шага вправо и один назад, потом два вперед и четыре назад, чтобы запутать Лидию, у которой настолько серьезное лицо, что я чуть не засмеялась в голос. — Ты же на месте стоишь? — саркастично спросила она, убирая ладошку, но тут же замолчала, замечая меня в совсем другом углу комнаты, — Ого...Вау. Надо будет взять у тебя пару уроков, когда выберемся отсюда. — А ты уверенна, что я смогу выбраться отсюда? — горько посмеялась, смотря на помрачневшую подругу, которая нахмурилась после моей фразы, — Ты то может и да, потому что ты адекватная, а вот на счет себя я уже не уверена Мне, конечно, хотелось бы выбраться отсюда, но боюсь это невозможно. Кажется, я и вправду схожу с ума тут. Знаешь, Дом Айкена самое противное место где я была. А была я много где, поверь на слово. Что-то я заболталась. Расскажи лучше что-нибудь о себе и своей жизни. — Нина, я уверена, что мы обе рано или поздно выберемся отсюда, — слабо улыбнулась Лидия, поворачивая голову на стену, — Что ты думаешь о сверхъестественных существах? — от вопроса девушки я напрягалась, но не подала ввиду, ведь сначала мне нужно узнать о каких именно. — Ну логично, что я в них верю, ведь я сама отчасти сверхъестественная задница, — рыжая посмеялась, но тут же пояснила. — Ну типо оборотней, вампиры и другие. — Вампиров не существует, — твердо ответила я, — Ну я их не видела, а я не верю в то, что не вижу. Оборотни...оборотни они страшные и странные. — То есть, ты веришь? — оживилась Мартин, чуть ли не подпрыгивая на заднице, — Стоп...если ты не веришь в то, что не видишь, значит...ТЫ ВИДЕЛА ОБОРОТНЯ? — воскликнула подруга, но тут же захлопнула рот рукой, чтобы не злить санитаров, проходящих мимо, ведь они могут вколоть успокоительное, а то и током ударить. — Ну я видела одного. Он выбежал из леса, когда я давала выступление, — помрачнела от воспоминания, но виду не подала, продолжая красочно описывать ситуацию, — Вот представь: я стою на высоте 7 метров, уточняю, что чтоб я на просто веревке, — Лидия даже подвинулась ближе, ведь я понизила голос, чтобы другие пациенты, сидящие в соседних камерах, не услышали, — Вся толпа людей собралась под моими ногами, но тут я вижу, как они все разбегаются в разные стороны, будто в них запустили огромный шар для боулинга. А это оказался лишь оборотень, которого проткнули какой то железякой. Я упала с семи метров, но нашел меня брат, который вызвал скорую, ведь мои ребра и другие кости были сломаны при ударе о землю. — Это. Просто. Ужасно! — членоразделен проговорила девушка, а ее челюсть обвисла. Она смотрим на меня с широко раскрытыми глазами и мотает головой, будто не может поверить, — Это реально ужасно. Как родители могли кинуть тебя и пойти спасать какого-то прохожего? Ну и что, что у него арматура в боку, дочь важнее. — А почему ты интересуешься? — Да просто есть у меня знакомый оборотень и решила спросить у тебя знаешь ли ты про них. Ну всё-таки родители — Друиды, ты — Банши, ты должна быть знакома с этим. — А он в нашей школе учится? Как его зовут? — нездоровым блеском загорелись мои глаза и видимо Мартин это заметила и неуверенно покачала головой в отрицательном жесте, — Очень жаль. *** — Вы уже знаете, что с одним из ваших сокурсников произошла трагедия, — говорит преподаватель, опираясь руками на стол, стоящий возле доски с расшифровкой аббревиатуры «ФБР», — Юноша покончил с собой, застреливший из винтовкой Винчестер, — он ухмыльнулся, смотря на меня, будто я это дала парню в руки винтовку, — Соболезную родным и друзьям погибшего. Спустя долгий и нудных пятьдесят минут учебы, наконец звенит звонок. оповещающий о конце пары. Все это время я даже не слушала учители, пытаясь выстроить логическую цепочку в голове. Мама Причарда говорит, что это вампиры. Парень застрелился винтовкой «Винчестер». Вчера я встретила того, кого не желаю видеть никогда. Размышляю о вампирах и существуют ли они. Мама Причарда утверждает о следе от укуса вампира на шее. Слабо верится, ведь сама я его не видела. — Мисс Винчестер, я рад, что Вы все-таки смогли посетить мою пару. У Вас очень интересная фамилия, редкая, — на выходе из кабинета останавливает меня преподаватель, — Будте осторожней, — советует он и я выхожу из душного небольшого пространства в просторный коридор, который ведет к лестнице на первый этаж. На лестнице идти еще тяжело и больно, поэтому я медленно преодолеваю ее и иду прямо к следующему кабинету, но в толпе замечаю верхушку каштановых волос, лежащих в хаотичным порядке. Глаза Стилински сталкиваются с моими и он ускоряет шаг, двигаясь в мою сторону. Я опускаю голову и заворачиваю за угол, чтобы потеряться в толпе, но увы этот поворот был тупиковым, и Стайлз быстро находит меня, стоящую в углу. — Ну привет, — кисло говорю я и начинаю движение уже в правильное направление, ведь знаю, что брюнет пойдет за мной. Я прям вижу, как его распирает от желания поговорить, — Что-то хотел? — спрашиваю я, поворачивая голову на парня, который хмуро сверлил мой профиль взглядом. — Ну вообще-то да, поговорить как минимум, — оживляется парень, чуть ли не подпрыгивая, — Ну, не то чтобы я хотел что-то кроме разговора. Ну я вообще ничего не хотел. То-есть..в общем, надо поговорить, — в этот момент кто-то задевает меня плечом, но я лишь морщусь от боли, продолжая шаг. Звон в ушах не дает мне услышать извинения, который принесла девушка, врезавшаяся в меня, — Нина? — Стайлз кладет мне руку на плечо и слегка трясет. Все звуки, звоны, удары и шипения моментально прекращаются и я расправляю плечи, поворачивая голову на озадаченного Стилински. — Что? — серьезно говорю я, сводя брови к переносице и тру виски, пытаясь избавиться от небольшой боли, которая завладела моей головой. Брюнет повторяет, что нам нужно поговорить, а я лишь неуверенно киваю, — Давай после пар, сейчас не лучшее время для этого, так как мы уже опаздываем. — Ты щас серьезно? — он возмущенно вскидывает руки, но быстро успокаивается под моим пристальным взглядом, — О'кей, без проблем, поговорим позже, Принцесса, — быстро кидает Стайлз и убегает, срываясь с места пулей. — Как ты меня назвал?! — кричу я на парня, который уже рванул вперед, проскакивая между людьми на своем пути. Ребенок. *** — Ну и о чем же ты хотел поговорить, Стайлз? — складывая руки на груди, говорю я. Присаживаюсь на свою кровать, забиваясь в угол, и указываю парню рукой на другой конец кровати. Он осторожно присаживается на край кровати, а я лишь хмыкаю, смотря на то, как от нервов Стайлз выпрямляет складки на одеяле, — Ну? — на молчание парня отвечаю я. — Я вчера случайно подслушал разговор журналиста и мамы погибшего, — серьезно говорит парень, поднимая карие глаза на меня, а я напрягаюсь, но вида не подаю, — И услышал одну очень интересную вещь. Оказывается кто-то уже взял мини-интервью у Мисс Харпер. Она сказала, что девушка с маленьким ростом, карими глазами, которые были заплаканны и темными волосами уже взяла у нее интервью для местной газеты, — Стайлз замолчал, будто давал мне возможность самой договорить, но я упорно молчала, — Ладно, журналист ответил, что он редактор местно газеты и никаких миниатюрных брюнеток у него в подчинении нет. — И? В общежитии много брюнеток с маленьким ростом. — И заплаканными глазами? — И заплаканными глазами. Не думал, что к ней могла подойти какая-нибудь из его подружек, которые решили разузнать об его смерти побольше. Понимаешь же, что им бы не дали информацию, если бы они представились как друзья Причарда, — раздраженно говорю я, смотря, как Стайлз щурится, будто уже разгадал весь мой обман. Хотя, вероятно, так и есть, но я продолжаю гнуть свою линию, — Я не общалась с Мисс Харпер и даже не знаю, как она выглядит. — Врешь, — говорит Стилински, складывая руки на груди, я хмыкаю, делая вид, будто он не прав, — Нина, ты подходишь по описанию полностью и поперек. Но не говорить Мисс Харпер своего имени было умным ходом, я бы сказал и даже ничего не понял бы. Просто признайся, зачем ты собирала информацию по его делу? — Стайлз, сейчас в приоритете у нас Дерек, давай просто решим вопрос с ним и всё, пожалуйста, — он мотает головой и тем самым не дает мне сменить тему, — Я не хочу доказывать тебе того, чего не было. Я не брала никакого интервью, вот зачем мне это делать? — А что Дерек? — недоумевает он, будто ситуация с массовым убийством растворилась в воздухе, — Что не понятно? Через пару дней я иду уговаривать взять меня на операцию, а ты сидишь тут и ждешь от меня новостей. — За пару дней мои ребра уже срастутся и я тоже пойду туда. — Ничего у тебя не срастется, — уверяет меня Стайлз, эмоционально вскидывая руки вверх, но быстро успокаивается, когда дверь в комнату открывается и захлопывается с громким хлопком. — Этот препод истории достал! — на повышенных тонах с ходу говорит Анна, кидая сумку на пол, девушка замирает возле шкафы, заметив нас, — Оу, Стайлз, Нина? Я не вовремя? — Нет, что ты? Очень даже вовремя, Стайлз уже уходит, — парень переводит взгляд то на меня, то на соседку и начинает мотать головой. — Не хочешь в комнату? Ну так иди прогуляйся, — сейчас я мечтаю поскорее выпроводить Стилински и отдохнуть, расслабившись в холодном душе. — Нина, пошли, — парень встречи с кровати, подавая мне руку, которую я нехотя принимаю, ведь грудная клетка еще чуть болит. И зачем я вообще встала? — Я провожу тебя до коридора, — бормочу я, уже представляя, как посмотрю в спину уходящего парня и обратно зайду в комнату. Но мои мечты прерывает его рука, которая дергает меня, выводя из небольшого транса. — Как это? Ты идешь со мной, — ухмыляется он, смотря на недоумевающую меня, — Ты обещала помочь мне с картинами, уже забыла, принцесса? — Иди к черту, Стилински. У меня болит спина, поэтому я никуда не пойду, — говорю я и смотрю на Анну, чтобы найти в ней хоть какую-то помощь, но она лишь улыбается, смотря на нас и начинает кивать на дверь. — Нина, тебе нужно развеется, — соседка начинает выпроваживать нас из комнаты, подталкивая руками к двери, — Иди хотя бы морально поддержи Стайлза, пока он будет что-то там делать с картинами. Рядом постоишь в общем. Мы оказываемся за дверью, которая моментально захлопывается за нашими спинами. Я разворачиваюсь и начинаю барабанить руками по двери, но видимо Анна уже в ванну и ей совсем не до нас. Резко останавливаю руку в сантиметре от двери, когда начинаю чувствовать неприятное покалывание и жжение на кончиках пальцев. Разворачиваюсь, пытаясь понять, что за источник неприятных ощущений, разливающихся по всему моему телу с каждой секундой. Голова начинает болеть, отчего я прикладываю руку к виску и смотрю по сторонам, но мой взгляд останавливаться на брюнете, который пытается достучаться до меня, называя меня по имени. Голоса в голове заглушают его и я погружаюсь в небольшой транс, в котором вижу мелькающие картинки. Дорога. Белые фары. Дорога. Гудки машин. Скрежет шин. Красно-синие огни возле перевернутой машины. Запах крови. Кровь повсюду. — Не езди сегодня на машине, — сказала я, смотря, как меняется лицо парня с раздраженного на озадаченное. Я быстро развернулась, чтобы самой переварить только что случившееся. Последняя картинка, которую я увидела — окровавленное тело не дышащего Стилински, а рядом, на траве, лежу я, ели поднимая грудную клетку. Я пытаюсь ползти в сторону кареты скорой помощи, но моя грудь с трудом поднимается последний раз и я делаю большой выдох, прежде, чем закрыть глаза навсегда. — Вообще-то я хотел предложить тебе прикатиться до ближайшей кафешки, — почесал затылок Стайлз, перекатываясь с носка на пятку. Все тревога моментально ушла, а в груди разлилось приятное тепло, но я все ровно стою на своем, понимая, что предчувствие меня еще никогда не обманывало, — Ты перерезала мне тормоза? — Как ты узнал? — театрально вздохнула я, прислонив руку ко рту, но тут же опустила ее, видя, что Стайлз не воспринимает меня всерьез. Сделав два шага к нему, я подхватила край его футболки, находящийся ближе к шее, и притянула парня ближе к лицу, — Я сказала не ездить на машине ни-ку-да, — по слогам прошипела последнее слово и отпустила ошарашенного Стилински, не могущего и слова вымолвить, — Предчувствие меня не подводит, Стилински, — загадочно добавила я, уже понимая, что Стайлз теперь точно никуда не поедет, а значит и я с ним не поеду. А значит и не разобьюсь на машине вместе с ним.