Часть 1

Лунный свет пробивался сквозь листву, отбрасывая на землю зловещие узоры. Деревья смыкались вокруг живой стеной — одна и та же высота, форма листьев и толщина стволов. Их будто вырастили для того, чтобы заманивать потерявшиеся души в самую глубь этого зеленого лабиринта, навсегда скрыв путь к спасению. На протяжении всего пути гнетущие завывания преследовали тебя по пятам. Смерть уже близко. Ноги подкосились, и ты остановилась на пару секунд, чтобы перевести дыхание. Сколько уже прошло? Десять минут или может полчаса?   Прислонившись к холодному стволу дерева, ты попыталась сосредоточиться на окружении. Слева до уха донесся хруст ветки, и сердце пропустил удар. Возможно это проделки мелких зверей, но ты не хотела проверять. У тебя не было права на ошибку.  Без оглядки ты снова рванула вперед, забыв о сильном жжении в груди. Единственный выход только один — бежать, что есть силы.  Ветви цеплялись за твои изнывающие от усталости ноги и царапали их. Кусты, корни, камни, ямы - весь лес был настроен против тебя и препятствовал свободе. В какой-то момент неожиданная тишина настигла тебя. Обманутая внезапной безмятежностью природы, ты остановилась и прислушалась.  “Вроде оторвалась”. Бесконечный гул и правда прекратился. Лес стих в ожидании развязки твоей судьбы. Призрачная надежда заключила тебя в свои объятия, и по телу разлилось тепло при мысли, что сегодня ты можешь оказаться дома. Теплый плед, знакомый плед и объятия близких. Прежняя жизнь была уже рядом, оставалось только несколько шагов. “Я же спасусь, да?” Но тишина вдребезги разбилась о звук ботинок за спиной. Тебя настигли медленные шаги, которые ты ни с чем не могла спутать. Он достал тебя. Все это оказалось забавной игрой. Зверушка бегает по лабиринту столько, сколько ей позволит хозяин. Когда ему наскучит, он протянет руки и вцепится в тушу. — Куда ты убежала, дорогая? Маска притворной собранности предательски спадала с тебя, как бы ты не старалась удержать ее. Уголки губ задрожали. Даже в непроглядной  тьме он ощущал твой страх, как хищник чувствует слабость добычи. — Не бойся. Я тебя не трону. Шрам на спине от вживленного в тела чипа для слежки заныл, предупреждая, что бояться все же стоит. Он наводил ужас своей непредсказуемостью. Обычно маньяки хотят либо насладиться мучениями и криками жертвы, либо убивают сразу без всяких предисловий. Но его действия не поддавались привычным логическим объяснениям. Он не держал тебя в подвале, а выделил отдельную комнату. Обставил ее старинной, но не лишенной стиля мебелью, будто бы хотел имитировать атмосферу уюта и комфорта. Всегда приносил вкусную еду в украшенной изящными узорами посуде, и чай, согревающий, но не обжигающий - как ты любила. Все эти маленькие детали создавали иллюзию того, что ты в безопасности. И временами тебе хотелось верить в эту иллюзию. Ты ни разу не наблюдала за ним признаков сексуального желания. Скорее он намеренно избегал физических контактов. Однако иногда он приближался к тебе и проводил костяшками пальцев по раскрасневшейся от слез щеке, смотря на тебя смягченным взглядом, а затем подбирал поднос с грязной посудой и уходил как ни в чем не бывало. Эти всплески извращенной заботы вводили в заблуждение. В голове ураганом проносился ворох вопросов. О чем он думает? Чем он занимается целыми днями? Следит ли он за тобой через камеру, которую мог спрятать где-то в комнате? Смотрит ли он, как ты ешь, переодеваешься в ночнушку, спишь? Что он вообще собирается с тобой делать? Неужели тебе до конца своих дней придётся сидеть взаперти, смотря на одни и те же стены? Обманчивая доброта затуманила твой разум так сильно, что в голову прокралась мысль: что если он не такой плохой человек? "Он же не всегда был таким. Наверное когда-то он жил обычной жизнью молодого парня, ходил на работу", — думала ты. "Может у него даже была возлюбленная..." Череда ярких картинок мелькала перед глазами. Ты представляла, как он укладывает другую девушку спать. Как ложится с ней рядом, обнимает и поглаживает макушку. Как он крепко прижимается к ней и вдыхает приятный аромат шампуня, а затем засыпает под звуки светлячков за окном и тихое сопение любимой. Каждый раз сердце изнывало от мысли, что когда-то он уделял столько же или даже больше внимания другой девушке. Но, очнувшись от наваждения, нездоровый интерес сменялся отвращением к этому человеку. "Нет. Его никто не может любить. И он не может. Он бесчувственный псих". В один день тебе приснился жуткий сон. Ты стояла в полицейском участке, видя лица родителей — изможденные, серые от бессонных ночей. Ты попыталась докричаться до них, но голос растворялся в воздухе. Твои пальцы проходили сквозь плечо матери, будто ты была лишь призраком, которого никто не мог разглядеть. А потом полицейский ровным тоном произнес: «Дело приостанавливаем. Зацепок нет». Под ногами что-то хрустнуло, и ты провалилась в новую бездну.  Теперь ты видела их спустя годы. Жизнь шла своим чередом. За обеденным столом твое место оставалось пустым. Твои фотографии в рамках постепенно сменились другими снимками. Твое имя перестали произносить вслух. Они смирились, жили дальше. А ты в это самое время за километры от родного дома лежала в отведенной тебе комнате, а взгляд снова упирался в одну и ту же трещину на потолке. И так день за днем.  Когда кошмар наконец отпустил тебя, ты вскочила с кровати в холодном поту. Ты схватила стакан с прикроватной тумбы и поднесла к губам. Руки тряслись так сильно, что капли воды упали на одежду. Тот злополучный сон подтолкнул тебя к решению действовать. Ты сбежишь сегодня или умрешь. Ты считала, что ночь станет твоей союзницей, поэтому выбралась из дома в одной лишь майке и шортах, когда землю окутало звездным покрывалом. Дождавшись подходящего момента, ты поддела засов на окне кухонным ножом. Металл скрежетал, каждый звук казался оглушительным. Наконец, щеколда поддалась, и ты бросилась через сад к усыпанному розами забору. Шипы впивались в кожу, но тобой двигало желание жить. Ты рванула со всех ног подальше от особняка. Сердце отбивало бешеным ритмом,, желудок скрутило. Да, он знает, что ты ушла от него. Он уже идет по следу.  "Я освобожусь", — успокаивала себя ты мысленно, пока неслась по склону. Но вселенная не слышала твоей мольбы. Скорее насмехалась над тобой и приводила тебя к нему снова и снова.  — Устала? — голос, низкий и без единой нотки напряжения, вводил тебя в гипноз.  Аромат хвои и влажной земли исчез, вместо них — только его навязчивый, но уже привычный запах. Его звериная сущность настойчиво втискивалась в твоё пространство и мысли, пожирая остатки прошлой жизни.  — Я же предупреждал, — он наклонился еще ближе, губы почти коснулись твоей кожи, — далеко не убежишь. Ты вздрагивала каждый раз, когда его грудь вздымалась и касалась твоей спины. Руки мужчины сомкнулись вокруг твоих запястий и сжали их. С тобой он никогда не позволял себе лишнего, хоть у него и была власть. Он мог овладеть тобой в любой момент, но не делал этого. Натягивая поводок, он не позволял тебе уйти. Это все, что ему было нужно.  — Вернемся домой. Я приготовлю тебе что-нибудь вкусное. Все, что ты пожелаешь. Он шептал с особой нежностью, почти шипя, словно змей искуситель. — Ты примешь горячую ванну, чтобы расслабиться, — Провел ладонью по руке снизу вверх и остановился на оголенном плече. — Если хочешь, я сделаю тебе массаж. — Прошу, отпусти меня. Одинокая слезинка непроизвольно скользнула вниз и упала на его руку. Он замер на мгновение, затем аккуратно, не спеша развернул тебя к себе лицом. Ты зажмурилась, не в силах выдержать его взгляда. Что-то влажное коснулось твоего подбородка, отчего ты вздрогнула. Он провел языком прямо по дорожке, по которой скатилась слеза. Дыхание мужчины обжигало настолько, будто ты стояла на краю вулкана. — Хватит мучить меня, — ты всхлипнула. — Просто убей. — Шшш, — Он прижал палец к твои дрожащим губам. — Ты плачешь, потому что хочешь домой. Тебе станет легче сразу же, как только мы вернемся. Все снова будет как прежде — только ты, я и наш уютный дом на краю леса. Голос мужчины будто колыбельная убаюкивала тебя и снимала все тревоги. Манящими речами и сладкими обещаниями он заглушал кричащий разум. Он- твоя погибель, твой пленитель. Он накрепко заколотит золотую клетку и будет наблюдать, как ты бьешься о прутья в попытке выбраться, разбивая тело о металл. А потом, когда твои силы иссякнут, он зайдет внутрь и залижет твои раны, крепко прижимая твое истощенное тело. И, погружаясь в пучину морока, ты услышишь едва различимый теплый голос: "Только со мной ты в безопасности, любовь моя".