«Истина, что обжигает»

—Ты знала все. Не так ли, Маринетт? — Сказал Адриан с горечью на глазах. Девушка которую он так любит соврала ему. Утаила информацию об его отце и о том что на самом деле случилось! Адриану хотелось перевернуть весь мир, уничтожить, заставить ее почувствовать тоже, что чувствовал он, когда узнал о смерти отца, о том что именно он терроризировал Париж. Он злодей, а не герой! Как у нее повернулся язык, чтобы сказать такое!? Почему она так поступила. —Черт.. —взвыл Адриан. Сердце сжималось от боли. Казалось, что вот-вот и оно вырвется с груди, полностью облитым кровью. —Адриан. —она замялась. Слова застыли в горле, не могли выбраться наружу. Все что она хотела— это чтобы ее любимый человек не страдал, она хотела его защитить, уберечь, укрыть от этой горькой правды. — Я не хотела! Клянусь! Я не хотела, чтобы все было так! Я просто.. просто.. —Просто что!!?—Я не могла сказать тебе потому что боялась, что тебе будет больно. Я не хотела говорить, потому что все равно ничего изменить нельзя. Габриэль правда старался в последние время быть хорошим отцом для тебя. В последний момент он передумал загадывать желания. Он осознал и понял, что натворил. Единственное, что он хотел перед смертью —это то, чтобы ты помнил его хорошим отцом. Сохранил твои теплые воспоминания о нем.—Маринетт слегка отвела взгляд. Она понимала, что то что она сделала —ужасно. Девушка весь спорила с Габриэлем о свободе и выборе общества. Что людям нужно помогать раскрыться и осуществить свои мечты. А в итоге что? Она поступила точно также как и он, решив за людей, что им нужно знать, а что нет. «Весь мир будет знать только то, что ему скажет Леди баг и эти слова будут правдой». *** Прекрасный запах раздавался на кухне, масло на сковородке щипало, а Габриэль наливал очередную порцию теста на черную поверхность.—Я могу испечь тебе такой блин, Маринетт, какой ты пожелаешь. Я видел дизайны твоей шляпы. Они прекрасны. С моей небольшой помощью ты станешь знаменитым дизайнером. Однако это будущие будет без Адриана. Девушка расплавилась в улыбке, когда Габриэль все это говорил. Он прав. Если они немного поможет, то она действительно сможет пробиться в индустрию моды и стать такой великой, как и его кумир. Ей хотелось закрыть глаза и побыть в своих фантазиях от столь сладких слов. Но когда он сказал "будущие без Адриана" все мечты девушки раскололись , словно она тонкий лед весеннюю пору. —Но.. Нет! Мы с Адрианом любим друг друга!! —Объясню тебе пожалуй на более простом языке. Адриан —это принц которому суждено быть с принцессой. Ты –дочка пекаря. Более низкий слой общества. Вы из разных миров, которые не могут не при каких обстоятельствах пересечься. Но я могу помочь тебе подняться на голову выше. Прийми блинчик и выбери любую начинку, которую ты хочешь. Ты будешь одним из самых лучших и влиятельных дизайнеров одежды в мире. Ты будешь задавать тренды. Люди будут слепо за тобой идти, как это происходит со мной. Только скажи мне и все твои желания будут исполнены, исключая Адриана. Ты можешь отказаться от моего предложения и останешься не с чем. —Нет! Дизайны должны помогать людям раскрываться и осуществлять их идеи в жизнь. Габриэль лишь усмехнулся. —Воплощать их желания в жизнь? Не смеши детя. Мода— это маркетинговая стратегия. Вечная борьба за место под солнцем. Тот кто лучше создаст себе авторитет и добьётся безукоризненного повиновения общества —тот и будет великим. А это..—Габриэль взял ее блокнот в руку и указал на него. —это все волишь твои детские рисуночки для твоих друзей. Тем не менее ты очень талантлива. Правда невероятно глупа. Просто прими мой блинчик. Он пододвинул к ней блин и пару сиропов на выбор. —Я не хочу будущего без Адриана. — твердо сказала Маринетт. В мыслях витало куча эмоций. Конечно она хотела бы принять этот блин, если бы не ультиматум —отказаться от любви всей ее жизни. Девушка не представляла свою жизнь без Адриана. То что Габриэль решился на такой поступок наталкивает на мысль, о том, что они думают , что она меркантильная и встречается с Адрианом ради денег и славы. Но нет. Ни за что. Она не такая. Только начинай она думать о том, чтобы принять условия мужчины и к горлу подступил тошнотворный комок. Как они вообще мог допустить себе мысль, что она когда нибудь на это согласится? —Нет. Она отклонила его предложение. *** Адриан немного смягчился. В глубине души он понимал, что она хотела как лучше. Однако она соврала ему и всему миру. Она скрывала от него правду о его семье. Конечно его доверие к ней заметно пошатнулась, словно распавшиеся карточный домик. —Хорошим отцом? —он грустно улыбнулся. —ты и сама прекрасно знаешь каким он был человеком. И ты.. —он выделил это слово с какой-то непонятной остроненностью и осуждением.—ты позволила мне по этому человеку скорбить. —В последние время он проявлял к тебе заботу! —Маринетт, он запрещал нам быть вместе. Всячески вставая у нас на пути. Он отправил меня в Лондон. А затем запер в какой-то камере. Разве хороший отец так поступает? Еще и выяснилось, что он Бражник. Человек по вине которого могло погибнуть очень много людей, человек, который несколько раз превращал Париж в руины. И он хороший отец!? Я не помню не одного момента, чтобы Том как-то просто повышал на тебя голос. Вот он—хороший , я бы даже сказал идеальный отец! А то что было у меня сложно назвать семейными отношениями. Я месяцами ждал, когда он найдёт время, чтобы банально позавтракать вместе!!!— Адриану хотелось плакать, укрыться в руках какого-нибудь от воспоминаний об этом. —Думал, что он был занят работой, погруженный в свое творчество. А он .. Он терроризировал Парижан! —немного замявшись. — Если бы не талисман Леди баг— он нанес бы непоправимый. —Я.. Прости. Я была не права. —произнесла Маринетт. Конечно она не хотела его ранить. Он это прекрасно понимал. Она буквально соврала всему , черт возьми миру, чтобы не ранить его. Адриан сделал шаг в ее сторону и молча обнял. —Ты простишь меня? —сказала Маринетт и надеждой. — Мне нужно время. Я понимаю почему ты так поступила. На твоем месте я бы поступил также. Но я все еще не могу принять тот факт, что я сын Бражника и то что ты лгала мне. Прости, но сейчас я хочу побыть один. —Я понимаю. Парень ушёл. Девушка чувствовала себя паршиво. Как она могла так поступить. Она его предала. Это ужасно. Маринетт осталась стоять на той же улице, не сдвинувшись с места, словно ее ноги приросли к асфальту. Пасмурное небо сменилось розовым закатом и небольшим дождем. Маринетт уже давно была дома и наблюдала из своего окна за этим спокойным, атмосферным пейзажом. Она достала свой блокнот и принялась делать новую запись. —"Дорогой, дневник. Я не знаю как описать ту бурю эмоций, что находится сейчас во мне. Я чувствую себя по настоящему ужасно. Я предатель. Как я могла так поступить с Адрианом. Он заслужил знать правду. Просто я хотела, чтобы он помнил о своем отце хоть что-то хорошее. Хоть он и он прав, что Габриэль не был никогда хорошим отцом, но по крайней мере, в последний месяц своей жизни он им хотя бы притворялся... В любом случае, то что я сделала оправдать нельзя. Я пошла не только против Адриана, Кота.. Но и против своих же принципов! Я искренне раскаиваюсь. И надеюсь Адриан когда-нибудь сможет меня простить.." Девушка закрыла блокнот и убрала его в специальную шкатулку, которую она сделала, чтобы никто кроме нее не имел доступ к блокноту. Ведь там хранятся все ее секреты и главный — ее личность. Маринетт вздохнула и облокотилась на спинку стула, закрыв руками глаза, и чуть повысила тон голоса. —Знала бы ты, Тикки.. —Что-то случилось, Маринетт??—розовая квами подлетела к девушке. —Я устала.. Я устала от Леди баг и от статуса хранителя !! Я не могу быть счастлива с Адрианом из-за супергеройства, я не могу не врать родителям, что я не высыпаюсь ежедневно , что у меня очень сильное эмоциональное давление и желание просто закрыться ото всех и не выходить из комнаты. Я не хочу ничего. Адриан закрылся в ванной и обессиленно упал на пол. Он был морально убит. Его любимая девушка соврала ему о его семье. С этим фактом сложно смириться. Хоть и он и понимал почему она так поступила. В этой ситуации не было правых и виноватых. Хотя нет, виноватый все же есть—это его отец. У него ведь было все: бизнес, сын и Натали. Чего ему еще надо было для счастья? Плагг, услышав легкое бормотание своего хозяина подлетел к нему и аккуратно присел рядышком на плечо. —Ты о чем? —Плагг, мой отец действительно хотел воскресить мою маму? —Да, это правда. —Так и думал. —сказал Адриан и чуть усмехнулся. Конечно, мама. Еще когда он был маленьким его мама была смертельно больна. Воспоминания об Эмили накатывали , как удушающая волна, оставляя после себя лишь соленую горечь слез. —Помню, как ее лучистые глаза. –сказал Адриан, чуть всхлипывая—когда-то полные смеха и тепла, постепенно тускнели, словно увядшие цветки, некогда ярко цветущие на полянке. В минуты, когда ее боль отступала, она рассказывала мне истории из своего детства, как она сбежала с какого-то важного банкета, а ее родители, когда поймали ее, сильно ругали. —вспоминал Адриан с теплотой, вытерев слезы рукавом своей кофты. —Помню, как она рассказывала мне историю своей первой любви, моем отце, рассказывала о ее мечтах , которые так и не сбылись из-за этой чертовой болезни. Уже тогда отец практически не обращал на меня внимания, а после смерти мамы и вовсе закрылся в своем кабинете от всего мира, не сумев смириться, что его любимая покинула этот мир. Плагг молча его слушал, сидев у него на плече. *** Габриэль и Эмили вернулись после очередного обследования у врача. Которое не дало никаких результатов. У Эмили 1/4 часть легкого попросту отсутствовала , как будто та растворилась в прах. Медики поставили ей диагноз: Патологии сердечно-сосудистой системы. Однако узи сердца показало, что оно относительно в норме. Мир вокруг Габриэля рассыпался на осколки , словно зеркало, разбитое вдребезги. В этих осколках отражались воспоминания : их первая встреча под дождем, свадебных вальс, чудесное рождение сына. Все это теперь казалось призрачным напоминаем о былом счастье . Он отвез ее в лучшую больницу Парижа, заплатив огромные деньги в надежде, что врачи найдут причину ее болезни и назначат необходимые лекарства, но они ошиблись и поставили неверный диагноз. Да они хоть понимают, что наделали!? Ей и так плохо, а она еще таблетками нагружает свою печень. —Это я был виноват. —Габриэль сел на кресло.—Сначала нужно было чётко убедиться, что у тебя именно это проблема, а потом уже лечить. Эмили приложив руки к груди, закашляла, облокачиваясь второй рукой об спинку стула. Она пыталась откашляться, но безуспешно, ей казалось будто она сейчас дышала не свежим воздухом, а дымом от огня, который безжалостно разрушал ее лёгкие. —Эмили. —закричал Габриэль и спохватившись рванул к супруге.—Милая моя, родная, что с тобой!? А.. Подожди.. Секунду.. Я сейчас! Он схватил Эмили на руки и бережно усадил на диван, а сам помчался на кухню и налил из стеклянного графина стакан воды. Он бежал обратно в гостиную, пытаясь не расплескать воду. —Натали! Звони в скорую!—твёрдым, но в тоже время до жути дрожащим голосом сказал Габриэль. Ассистентка ринулась в кабинет, судорожно набирая номер скорой неотложной помощи. —Алло, здравствуйте. Да, это снова я, Натали Санкет. У Эмили очередной приступ, сильнее чем в прошлый раз. —Хорошо-хорошо, успокойтесь, главное сохраняйти спокойствие, мы отправили на вас адрес скорую, мы постараемся прибыть, как можно скорее. Вы помните, что делать? Откройте все окна, обеспечьте ей приток свежего воздуха, снимите с нее практически всю одежду. Желательно оставьте её в майке —ничто не должно мешать процессу дыхания. Если она потеряла сознание или потеряет до приезда помощи, то нужно повернуть ее набок, чтобы избежать западения языка и аспирации рвотных масс. —Да, конечно. Спасибо. Эмили сидела и все так же задыхалась. Ее кожа побледнела, словно это был чистый, белый лист. Круги под глазами стали чернее. Было ощущение, что она не спала неделю. Не меньше. Но самое странное это пятна.. На ее грудной клетке появились иссиня-чёрные пятна. —Эмили, вот! —сказал Габриэль и протянул девушке стакан воды и таблетку. Она не смогла взять в свою ладошку ее самостоятельно из-за судорог и слабости, поэтому Габриэль помог ей принять медикамент и приставил стакан воды к ее рту, аккуратно положив руку на ее затылок и слегка наклонил его назад. Габриэль с помощью специального пульта открыл все окна. Свежий, прохладный воздух ударил Эмили в грудь и она облегчённо выдохнула. —Как ты?—обеспокоенно спросил Габриэль, сев рядом, чуть приобняв ее. —я испугался, Эмили, скажи что-нибудь, пожалуйста! —Мне.. Мне уже лучше, Габриэль. Конечно ей стало не сильно легче, однако она уже не задыхалась. Но ее грудная клетка все еще болела и она волей-неволей сжимала свою футболку. —Что такое? Дай посмотреть. Габриэль стянул с нее футболку и увидел что-то странное. —Это еще что? Скорая помощь прибыла на место и Натали открыла им ворота, а затем двери особняка , приглашая внутрь. —Они в гостиной. —Туда.—качнул головой фельдшер. Они вошли в гостиную и поставив рядом с Эмили медицинский чемоданчик. —Вам лучше? Что-то случилось, месье? Габриэля словно током шибануло оттого, что он увидел на теле Эмили. —Что это за пятна? —едва слышным голосом сказала она. Фельдшер осмотрев грудную клетку чуть надавил и девушка жалобно заскулив, сложилась пополам. —Болит вот тут? —Д-да.. Ай.. —Так. —фельдшер достал записную книжку и принялся делать записи.—похоже на меланому. —Что? —переспросил Габриэль. —Меланома – коварная злокачественная опухоль, рождающаяся из глубин меланоцитов, тех самых пигментных клеток, что ткут из меланина полотно нашей индивидуальности. Сказать, что Габриэль был шокирован —значит не сказать ничего. Эти черные пятна были знаком, что запустился какой-то необратимый и тяжелый процесс для его любимой. —Это сложно лечить? —спросил он. Фельдер тяжко вздохнул. —Дело в том, что мелоному не всегда можно вылечить. В некоторых случаях это даже не возможно. Если радикальное удаление злокачественного новообразования невозможно, приоритетной задачей терапии становится сдерживание метастазирования и распространения опухоли в другие органы и ткани. Проще говоря, необходимо предостановить дальнейшее распространение опухоли по организму. В разговор включилась медсестра. —Мы ее госпитализируем? —На данном этапе в этом нет необходимости, Дана. Я выпишу препараты, которые помогут ей замедлить распространение и также даю вам направление к онкодерматологу и хирургу. —Спасибо. —поблагодарил Габриэль врача и взяв бумажку с лекарствами попрощался с медиками и этим же вечером они с Эмили выехали к специалисту. *** Адриан устало вздохнул. Его отец действительно хотел, чтобы их семья была счастлива, но Адриан и так смирился со смертью своей матери. Он научился жить дальше. У него была Натали, которая почти смогла закрыть эту страшную рану. —Я ведь просто хотел, чтобы он был моим отцом.. Чтобы он уделял мне хоть чуточку больше внимания. Интересовался как у меня дела в школе, разрешил мне встречаться с Маринетт, чтобы он принял ее также тепло, как и ее родители приняли меня. Да даже просто, чтобы он не отстранялся от меня!!—крикнул Адриан. Из-за подобных приступов агрессии Плагг всегда вздрагивал. —Успокойся, парнишка, а то ты станешь лёгкой мешенью для нового Бражника.—попытался успокоить своего подобечного квами. —Скажи, Плагг, и что мне делать? —По поводу? —С Маринетт и фактом, что мой отец был Бражником. Стоит ли мне ее простить?