Часть 1

Лондон. Поздняя ночь. Квартира на Бейкер-стрит. Дождь медленно стекает по стеклу. В комнате тепло: старый камин отбрасывает мягкие, колеблющиеся тени на стены. Запах чая и дыма. За столом сидят двое. — Ты, наверное, знаешь, — говорит Уильям, тихо, будто размышляя вслух, — что существует такая вещь, как квантовое бессмертие? Шерлок бросает взгляд через чашку. — Знаю, — коротко. — Эверетт. Многомировая интерпретация. Мозговой мусор для философов. Уильям усмехается — едва заметно. — А если это не мусор? — Он встает, подходит к окну. — Представь. Ты находишься в ситуации, где вероятность выживания ничтожна. Русская рулетка, прыжок с крыши, взрыв… Всё говорит, что ты должен умереть. Но ты — нет. Жив. Очнулся. Дышишь. Почему? Шерлок молчит. Он помнит. И падение. И чёрную тишину. И то, как проснулся в больнице, чувствуя, что это… невероятно. — Согласно теории, — продолжает Уильям, — каждый раз, когда существует хотя бы микроскопическая вероятность твоего выживания, Вселенная делится. В одной ты умираешь. В другой — живёшь. Ты не можешь воспринять свою смерть. Значит, твоё сознание всегда остаётся в той ветке, где ты жив. Шерлок медленно ставит чашку. — Так ты хочешь сказать, что каждый раз, когда я был на грани… я просто “перешёл” в ту версию мира, где выжил? — Не ты перешёл, — мягко поправляет Уильям. — А твоё сознание. Ты не “прыгал” между мирами. Просто те, где ты умер, тебе недоступны. Потому что в них — нет тебя. Пауза. — Что тогда с другими? — спрашивает Шерлок. — С теми, кто умирает. Они просто исчезают? — В твоей ветке — да. Но в их собственной может быть иное. Быть может, каждый из нас — бессмертен, но лишь для себя. Шерлок поднимает взгляд. — Звучит… как одиночный лабиринт. Каждый замурован в свою версию мира, где он бессмертен. Где всё рушится, но он — остаётся. — И продолжает жить. Бесконечно. Ветвь за ветвью. Снова и снова. Камин потрескивает. Дождь стучит сильнее. — Ты боишься умереть, Уильям? Тот не отвечает сразу. — Нет, — говорит он наконец. — Я боюсь остаться в мире, где все умерли, а я — нет. Шерлок тихо кивает. Понимает. Бессмертие — не награда, а вердикт. — И всё же, — произносит он после долгой паузы, — если мы действительно живём только в тех ветках, где выжили… тогда, возможно, у каждого есть шанс на искупление. Просто… бесконечно малый. — Или бесконечно страшный. — Уильям садится обратно. — Ведь если ты не можешь умереть, ты будешь жить с последствиями всего, что сделал. — Но тогда… — Шерлок улыбается краем губ. — Вопрос в том, как ты используешь свои оставшиеся ветки. Тишина. За окном гремит гром. Уильям смотрит в пламя. — Я не знаю, сколько у меня осталось. Но если хоть одна из них — для чего-то стоит… я хочу, чтобы она не была напрасной. Шерлок поднимает чашку. — За твои ветки, Мориарти. — И за твои, Холмс. Они чокаются.