Часть 1

Ощущать лёгкие, едва заметные поглаживания по волосам — словно кончиками пальцев к нему прикасался сам ветер. Тихий, ласковый голос, читающий вслух страницы книги, убаюкивал лучше любого сна. Аарон лежал, не шевелясь, как будто боялся спугнуть этот хрупкий миг. Ему казалось, что если прищуриться и прислушаться внимательнее, то он сможет уловить, как тают в воздухе тревоги и переживания. Он буквально плавился от нежности. Ещё немного — и он бы замурлыкал, как довольный кот. — Аарон, ты спишь? — с тихой улыбкой и лёгкой насмешкой в голосе спросила девушка. Он покачал головой. Нет. Как можно спать, когда рядом происходит такое волшебство? Сейчас бы прижаться к ней крепко-крепко, спрятаться в её тепле и расцеловать ладони, голос, глаза. Окунуться в этот уют с головой, раствориться. Но… характер не позволял. Было в нём что-то застенчивое, почти болезненно сдержанное. — Нет. Я тебя слушаю. Читай дальше, — прошептал он. Это состояние нельзя было описать одним словом. Мысли, которые весь день гудели в голове, спешили, спорили, жаловались, — вдруг утихли, улеглись, стали тихими, почти прозрачными. Где-то в глубине души зажёгся мягкий огонёк, согревая изнутри. Все обиды, накопившиеся тревоги, ожидания, неуверенность — исчезли, будто их и не было. Аарон чувствовал покой, тот самый, который редко посещает в мире вечной спешки. Кажется, это состояние имело своё имя. Одно-единственное слово, объясняющее всё: Эвтюмия. И вдруг — резкий звук. Щелчок. Банка. Ещё одна. — Аарон, хватит пить эти энергетики… — тихо, почти с уколом тревоги в голосе сказала она, наблюдая, как он осушает уже третью. В её тоне не было осуждения, не было ультиматумов. Только искреннее беспокойство. Только просьба. Мягкая. Тёплая. Сказанная из-за беспокойства, а не из-за того что так правильно. Аарон остановился. Внутри что-то дрогнуло. Почему он вообще пьёт их? Из-за вкуса? Из-за чувства — будто бежишь, не чувствуя ног, пока сердце грохочет в груди, как испуганная птица в клетке? Нет. Не приносит это ни радости, ни свободы. Только ещё больше шума внутри. И вот в этот момент он понял: ему нужен другой «наркотик». Тот, что даёт не взрыв и паническое возбуждение, а тишину, свет, покой. Ему нужно было то чувство. Он снова хотел вернуться туда, где ему спокойно и тепло, где шёпот важнее крика, а прикосновение — сильнее тысячи слов. Он снова хотел ощютить то самое состояние под названием Эвтюмия. Ночь. Комната окутана тьмой. За окном стрекочут кузнечики, мирно тикают часы. На груди у него — тихий комочек тепла, доверчиво свернувшийся клубочком. Он обнимает её так, словно держит в руках всё своё счастье. Не думает ни о работе, ни об учёбе, ни о будущих рассветах. Всё неважно. Всё подождёт. Сейчас — это идеальное душевное равновесие, та граница, где покой встречается с радостью, где не хочется ни больше, ни меньше. Просто быть рядом с ней. Просто жить. И снова в голове звучит то самое слово. Тихое. Мудрое. Нежное. Эвтюмия.