***

Больше всего она не любила видеть такие глаза. Полные обречённости и смирения. Люди здесь привыкли полагаться на волю судьбы, жить и умирать, не цепляясь за слабую надежду. Пустынный оазис обеспечивал себя пищей и базовыми медикаментами, но редкие препараты или детали для техники получалось добыть с большим трудом. Ещё сложнее было заставить жителей бороться. — Я постараюсь найти сегодня ещё, — Ашара ободряюще коснулась девушки. — Отдохни пока. Кэллеранка кивнула в ответ, насколько позволили силы. После нападения стаи диких вриккаров она потеряла много крови, и каждая сменная пластина регенератора соединительной ткани помогала ей пережить ещё одну ночь. Ашара покинула лазарет, стараясь не смотреть на других пациентов. Как бы она ни хотела всем им помочь, от неё порой ничего не зависело. — Ей лучше? — мягкий голос Сето переключил на себя внимание. Он караулил её у выхода, и Ашара не собиралась спрашивать, как долго. — Держится, — она вложила руку в протянутую ладонь мужчины. Несмотря на тему обсуждения, белые кончики его лекку дрогнули от удовольствия. — Но нам нужно как минимум пятнадцать пластин, чтобы жизни Малеты ничего не угрожало. — Я помониторю «гостей», — кивнул тогрут. — Сенсоры на западе засекли какое-то движение. — Хорошо. Спасибо, Сето. — Всё для тебя, староста. Она с притворным смущением отвернулась. И откуда в ней столько кокетства? До появления Сето она и думать не собиралась об отношениях, но, глядя на него, не могла бороться с теплотой в сердце. Пусть их общение не заходило дальше таких прикосновений, Ашара не отрицала, что мужчина ей нравится. Для тогрута Сето был привлекателен: массивные монтралы, точёное лицо и лиловые глаза с длинными-длинными ресницами. Но не это было в нём главным. Ашара видела, каким человеком он являлся. Хорошим. Слишком хорошим для неё. — Отправлюсь после бури, — она взглянула на ещё чистое небо. — Да, скоро буря… — Сето повторил её движение. Оба одновременно рассмеялись, зная, что ничего Сето не почувствовал. Заврос не гордилась тем, как добывает редкие вещи. Сето искал для неё убежища рейдеров и контрабандистов, коих на этой безымянной планете было предостаточно. После Ашара совершала одиночный налёт или отправлялась вместе с ним. Большинству нечего было противопоставить ученице и ситха, и джедаев — её навыки были закалены в бесчисленных боях. А Сето, несмотря на добродушный и весёлый нрав, мастерски управлялся с бластерами и техникой. В Оазисе Кайры, маленьком поселении на юге планеты, до прибытия Ашары практически не было людей, кто хоть как-то умел защищаться. Жители существовали на грани выживания, ведь любая банда могла отобрать у них припасы и ценную воду. Сила привела её сюда, когда ученица скиталась без цели. Ей дали кров и еду. Поначалу боялись, учитывая, во что она превратила следующих налётчиков… но со временем приняли как свою. Ашара, наконец, нашла своё место. Поселенцы стали прислушиваться к ней не столько из-за могущества, сколько из-за мудрости и сострадания. Избрали её лидером. Она так и не смогла до конца принять учение ситхов, но не отвергала его. Без силы она не получила бы власть. Без власти — не смогла бы организовать оборону и стимулировать развитие Оазиса. А без череды побед ощущала бы себя скованной цепями обстоятельств и бессилия. Сето появился в Оазисе годом позже неё. Сам лежал в этом лазарете при смерти — единственный из экипажа, кто выжил после атаки пиратов и крушения. Ашара не так много узнала о его прошлом. Он служил в республиканских войсках, потом занялся нелегальными перевозками. Гибель команды не сломила его, но после выздоровления мужчина решил остаться в Оазисе. Со временем Сето занял место помощника старосты, стал её другом. И всё больше пробирался в сердце. Буря… Должно быть, сильная. Предчувствие накрывало разум Ашары тёмным грозовым пятном. От здания лазарета Заврос направилась вниз по улице. Порывы сухого ветра потянули за накидку, обожгли лекку мелким песком. Раскалённое солнце стало блёклым. Тогрута подняла на него глаза и… Пять чёрных точек двигались прямо к ней. Горло сдавила беспомощность — Оазис мог обороняться от мелких банд, но целый организованный налёт точно не выдержит. Когда несколько групп объединились, чтобы отомстить Оазису, Ашара потеряла пятерых и получила серьёзное ранение. Но справилась. Теперь была не уверена. Эти люди полагались на неё. Сето полагался. Она достала комлинк, приказала жителям спрятаться в домах. Сама — решила дождаться прибытия и попытаться уладить дело миром. Вариантов было немного. Сето и несколько человек из ополчения упрямо остались с ней. Вскоре шаттлы с незнакомыми эмблемами заняли всю площадку. Вблизи они оказались ещё больше, чем она предполагала, и могли вместить не меньше тридцати человек каждый. К ней вышел всего один. Тот, кого она боялась больше всего. Увидев знакомые очертания, Ашара не смогла и пошевелиться. Спустя годы она продолжала засыпать в тревоге, прислушиваясь к Силе. Опасалась обнаружить в ней постороннее присутствие, полное гнева и разочарования. Иногда она даже сама хотела закончить эту пытку — отправиться навстречу и принять любую судьбу. Наяву всё было хуже, чем в ночных кошмарах. Один-единственный взгляд отбросил её далеко в прошлое, начисто стёр произошедшее после того дня. Ашара не задумываясь упала на колени. — Мастер. Ладони и лоб коснулись горячей земли. Она физически не смогла по-другому отреагировать на её появление. Словно в подкорке мозга остался паттерн, выжженный болью, страхом и уважением. Поклоны в Ордене ситхов — целая наука. Тебе всегда нужно знать, как и перед кем склониться. За секунды считать разницу в статусе — по поведению, одежде, жестам — и использовать верный вариант. Проявишь недостаточное уважение — наказание. Чрезмерное — наказание. Не сообразно ситуации — наказание. Заврос выбрала «рати». Нижайший. И всё же его не было достаточно. Она ощутила испуг и замешательство Сето. Он всегда видел в ней сильную, несгибаемую защитницу. Которая оберегала своих людей и безжалостно расправлялась с врагами. И ей было стыдно перед ним за то, что сейчас она лежит в песке, не зная другого способа защитить Оазис. — Ого, — насмешливый голос Дарт Нокс резал слух. — Ты что, когда убегала, вдобавок ограбила меня и украла книжку по этикету? Тогрута поднялась и отряхнула с одежды песок. — Я знаю, что виновата перед тобой, и не вижу смысла это отрицать. Она нашла смелость взглянуть на Нокс. Та смотрела в ответ без ненависти или любви, но пронзительно, как не умел никто другой. Почти не изменилась. Черты лица стали выразительнее, старше. Тёмная Сила спрятана за жёлто-зелёными разводами радужек. Волосы теперь обрезает короче — раньше ей нравилось обрамлять маску завитыми локонами. Было красиво. Она всегда была красивой. Ашара ясно вспомнила, как добровольно приняла её наставничество. В лорде Каллиг она видела всё, чего ей не хватало в Ордене джедаев. Свободу, эмоции, Силу. — И я не забыла, что ты сказала мне, — добавила Заврос. — Поэтому… Эти люди не имеют отношения к тому, что я сделала. Если ты искала меня, чтобы выполнить обещание, то давай уладим дело, как полагается. — Поединком? Она кивнула. — И ты не боишься проиграть? — Я знаю, что проиграю. Но ещё знаю, что ты честный человек. Если дашь слово оставить моё поселение в покое, я приму бой. Нокс сократила расстояние. Ладонь невесомо огладила щёку. — Ты так повзрослела, девочка. Всего четыре слова заставили её стойкость дрогнуть. Первоначальный ужас — отступить и дать дорогу надежде. — Я скучала, Сэн. Ты не представляешь, насколько сильно. Но, к её сожалению, наставница осталась полностью равнодушной к признанию. — Шрамы от твоего предательства до сих пор ноют в непогоду. Оборвав контакт, Нокс прошла мимо. Ашара торопливо последовала за ней, жестом велев Сето не вмешиваться. — Нам нужно обсудить дело. — Мой дом вон там, — тогрута указала на сферу за рыночным уголком. Больше повелительница не говорила. Ашара давно не контактировала с внешним миром и о войне знала немного. Преимущественно слухи, что рассказывали случайные путешественники. Задавать вопросов она не решилась, но поймала себя на мысли, что была бы рада их услышать: чтобы Нокс, как и прежде, спросила, чем она занимается. Практикует ли техники тёмной стороны. Что у неё с тем красавчиком-тогрутом. Рада любому свидетельству, что эта женщина осталась той же Сэн, которую она знала когда-то. Тяжесть молчания кричала об обратном. Они обе слишком изменились, чтобы всё было как раньше. За окнами разыгралась настоящая буря. Пластоидные ставни скрипели, содрогаясь под яростными ударами самума. В комнате было темно. От этого силуэт Нокс в кресле выглядел ещё более зловещим. Полосы пыльного света мерцали на её сером костюме, чередуясь с тенью от ставен. Пальцы, красивые и тонкие, отстукивали медленный ритм по металлу подлокотника. — Ты ещё тренируешься? За первый вопрос Ашаре захотелось ухватиться, подробнее рассказать о том, что она пережила за последние несколько лет. Но он прозвучал так сухо, по-деловому, что она смогла ответить лишь парой слов. — Да. У нас много врагов. На её лице так и не появилось ни капли интереса. — У меня будет для тебя поручение. — Но я… Ледяной взгляд остановил её на полуслове. Ашара почувствовала, как по спине пробежали мурашки — знакомое ощущение слабости перед этой женщиной. — Ты хорошо здесь устроилась, ученица, — сказала она. — И эти люди, скорее всего, очень тебе дороги. Намёк, понятный без пояснений. Ашара многому научилась за время своего путешествия, но была абсолютно уверена, что с мастером ей не совладать даже с помощью Сето. Её боялись юным лордом, а сейчас, зрелая, могущественная, Дарт Нокс казалась ещё большей угрозой. — Что… мне сделать? В уголках её губ наметилась одобрительная улыбка. — Мне нужно вернуть один артефакт-ключ, — портативный голокомм осветил комнату белым сиянием. В проекции появилось нечто, напоминающее каменный крест с ситхскими иероглифами. — Корабль, перевозивший его, подвергся нападению в этой системе. Скорее всего, ключ прикарманил кто-то из местных. Я подумала, что тут пригодились бы лишние ручки. И вдруг вспомнила, что рядом живёт моя любимая ученица! Она… Ашара недоумённо моргнула. — Знала?.. — Не делай такой удивлённый тон. Ты слишком много знаешь обо мне и моих делах, чтобы я перестала за тобой присматривать. Но ты не искала встречи. Это спасло тебе жизнь. Пока что. Допустим, в моём обещании образовалась лазейка, и покуда я тебя нахожу, это… не считается. Достанешь артефакт — будешь вознаграждена. Мои люди заберут его, когда ты отправишь сигнал. — Я всё сделаю, — решительно ответила Ашара. — Но ты… Ты ведь больше не вернёшься? — Если справишься — нет. Слова должны были принести облегчение, однако оставили после себя болезненную тоску. Повелительница молча убрала голокомм, поднялась, собираясь уходить. Всё было сказано. Кроме того, что хотела сказать Ашара. — Нокс… — она невольно бросилась за ней. — Мне так жаль. Насчёт лорда Марра. Я слышала… — Мне твоя жалость не нужна. И это было давно. — Это не жалость. Это боль, которую я разделяю вместе с тобой. Она помедлила с ответом. Ашара уловила в незаметном движении плеч глубокий, рваный вдох. — Просто выполни задание. Буря внезапно стихла, словно отпуская её наставницу и — когда-то — подругу. Песчаные вихри улеглись. Напряжение в комнате отступило вместе с ними. Как бы ни было страшно, Ашара пересилила себя. Другого шанса ведь не будет. Одно короткое прикосновение потребовало невероятных усилий. И то, что его не отвергли, было ценнейшим прощальным подарком, какой повелительница только могла сделать. — Я не буду просить прощения, но выслушай. Сколько бы у тебя ни отняли, Сэн, не отдавай главного. Себя. Не будь той, кем хотели бы видеть тебя враги. Ненавидящей, бездушной. Я знаю, что ты другая и никогда не сдашься. Нокс невесело рассмеялась. Пыльное облако потянуло её наружу, и Ашаре на мгновение показалось, что сейчас она растворится в нём, как фантом. — По твоей наивной вере я тоже скучала, ангелочек.