Больница

Мы вернулись в столовую, но Эмили уже уехала. Алиша, всё ещё выглядя усталой и отстранённой, тихо попросила Адэль проводить её в квартиру. Адэль, не задавая лишних вопросов, кивнула и ушла вместе с ней. Я остался сидеть за столом, неожиданно осознав, что кроме меня здесь остался только Джек. Он лениво потянулся, явно довольный тем, что хотя бы обед прошёл без его привычных жалоб. Я покосился на него. — Тебе не кажется всё это странным? Джек слегка приподнял брови, затем ухмыльнулся. — Ты про что именно? Я покачал головой. — Про Алишу, про браслет, про Эмили и эту таблетку. Джек усмехнулся, затем сложил руки за головой. — Ну, тебе не кажется, что ты немного слишком погружён в наблюдение за каждым движением? Я нахмурился. — Ты сам видел, Алиша ведёт себя не так, как обычно. Джек кивнул, затем вздохнул. — Да, это я заметил. Она слишком тихая. Я посмотрел перед собой. — И Эмили… Джек прищурился. — Да, она тоже странно себя ведёт. Мы оба молчали некоторое время. Я перевёл дыхание. — Что-то происходит, и мы пока не знаем, что именно. Джек фыркнул. — Ну, как обычно. Я усмехнулся. — Да, но это уже не просто случайность. Он кивнул. — Значит, будем наблюдать? Я посмотрел на него. — Пока да. Но внутри я уже знал, что скоро всё изменится. --- Обед следующего дня проходил в привычной обстановке. Ученики обсуждали уроки, преподаватели обменивались комментариями, Джек снова пытался жаловаться на отсутствие нарушений в учебном процессе. Но Алиша всё ещё оставалась тихой. Она сидела, почти не реагируя на привычную суету, её движения были размеренными, но не такими уверенными, как раньше. Я заметил это, но не стал ничего говорить. Пока она сама не заговорила. — Гарсия, отвези меня в больницу. Её голос был ровным, но в нём не было привычной резкости, только усталость. Я посмотрел на неё, затем кивнул. — Конечно. Джек приподнял брови, наконец заметив, насколько она изменилась. — Ты уверена, что тебе это нужно? Алиша спокойно ответила. — Да. Я поднялся, готовясь выйти вместе с ней, но внезапно увидел, как мисс Мисаки, проходя мимо, услышала её слова. Она остановилась, затем на удивление тепло улыбнулась. — Ну наконец-то. Я покосился на неё, но она просто кивнула, словно это решение было правильным и ожидаемым. Алиша ничего не сказала, просто пошла к выходу, а я последовал за ней. Мисаки, казалось, была странно довольна, но я решил пока не заострять внимание на этом. Главное сейчас — понять, что происходит с Алишей. Я завёл машину, чувствуя, как напряжение висит в воздухе. Алиша села на пассажирское сиденье, пристегнулась, но её движения оставались всё такими же скованными. Я выехал со стоянки, наблюдая за дорогой, но вскоре бросил взгляд на неё. Она смотрела перед собой, её взгляд был усталым, но пустым. Я перевёл внимание обратно на дорогу, но затем всё же заговорил. — Алиша, тебе не кажется всё это странным? Она не сразу ответила. Сначала просто продолжала смотреть перед собой, будто обдумывала вопрос, но затем всё же повернула голову ко мне. — Ты про что? Я сосредоточился на движении, но продолжил. — Про твоё состояние. Про Эмили. Про браслет. Она нахмурилась, затем тихо выдохнула. — Я просто устала. Я покосился на неё. — Ты не выглядишь просто усталой. Она медленно провела рукой по запястью, по тому самому браслету, но затем снова отвела взгляд в сторону. — Мне просто нужно проверить, что со мной. Я кивнул, но чувствовал, что она не хочет говорить об этом больше. Поэтому я просто продолжил вести машину. Дорога в Майами тянулась ровно, но в машине всё ещё висело напряжение. Алиша не говорила ничего лишнего, просто смотрела перед собой, её руки лежали на коленях, а пальцы время от времени едва заметно касались браслета. Я следил за движением, но мысли уже собирались в чёткую цепочку. Что-то происходило. Что-то, чего мы пока не могли понять. Но это не просто усталость. Я украдкой взглянул на неё. Её дыхание было ровным, но взгляд всё таким же пустым. Я перевёл внимание обратно на дорогу, но внутренне уже знал, что поездка в больницу — лишь часть чего-то большего. Дорога до Майами прошла в молчании. Алиша не говорила почти ничего, лишь изредка отводила взгляд к окну, наблюдая за проносящимися улицами. Я чувствовал, как её состояние становится всё менее стабильным, но она сохраняла ровное дыхание, будто пытаясь не показывать слабость. Когда я остановился у больницы, она медленно отстегнула ремень и попыталась выйти. Но её шаги были неуверенными, и ей потребовалась лёгкая поддержка. Я бесшумно подхватил её руку, помогая ей удержать равновесие, и мы пошли к входу. Внутри всё было как обычно — яркий свет, тихие разговоры персонала, ожидание у регистратуры. Я помог ей заполнить необходимые бумаги, и через несколько минут её забрали на обследование. Я остался ждать. Сидя в зале, наблюдая за потоком людей, я прокручивал в голове последние события. Браслет, Эмили, эта таблетка… Всё складывалось в единую, пока ещё неразгаданную картину. Я перевёл взгляд на часы. Прошло уже больше получаса, но новости о её состоянии пока не поступали. Я выдохнул, ощущая, что это ожидание — не просто формальность. Ещё через десять минут из коридора вышел врач. Он оглядел помещение, затем остановился передо мной и спокойно задал вопрос. — Кто вы для Алиши? Я выдохнул, чувствуя, как внутри растёт тревога. — Коллега. Врач кивнул, затем, не теряя времени, произнёс. — У неё критическое отравление ртутью. Я почувствовал, как тяжесть резко навалилась. — Ртутью? Он кивнул. — Дело было в браслете. Я на секунду опустил взгляд, вспоминая, как Алиша носила его, как касалась его пальцами. Как Эмили передала ей его с тем едва заметным торжеством в глазах. Браслет. Я уже знал, что он был причиной, но услышать это вслух всё равно ударило сильнее. — Ей придётся остаться в больнице. Мы начнём лечение, но её состояние пока нестабильное. Я медленно кивнул. — Если будут новости, позвоните мне. Я достал телефон, вписал свой номер в форму и передал её врачу. Он забрал лист, затем кивнул. — Мы вас уведомим. Я ещё некоторое время стоял на месте, затем наконец направился к выходу. Снаружи было тихо, но внутри меня бушевало чувство тяжести, словно что-то неотвратимое наконец-то вступило в свою фазу. Я сел в машину, завёл двигатель и поехал обратно в Голубой риф. Но теперь уже с камнем на душе. --- Я вернулся в Голубой риф, но ощущение тревоги не уходило. Не теряя времени, направился к классу, где Адэль заменяла Алишу на уроке у первокурсников. Она стояла перед учениками, объясняя очередной теоретический момент, но, когда я подошёл ближе, сразу заметила мой взгляд. Я молча кивнул ей, жестом показывая, что нужно поговорить. Она задержала взгляд на мне на пару секунд, затем коротко произнесла что-то классу и шагнула ко мне. — Что случилось? Я склонился ближе, не желая, чтобы кто-то посторонний услышал. — У неё критическое отравление ртутью. Браслет. Глаза Адэль чуть сузились, но эмоции остались под контролем. — То есть ты был прав. Я кивнул. — Она останется в больнице. Адэль перевела дыхание, затем кивнула. — Нужно проверить, откуда браслет. Я покосился на неё. — Мы знаем, откуда. Она сжала губы, затем спокойно произнесла. — Тогда следующий шаг очевиден. Я покинул класс, оставив её с учениками, и направился искать Джека. Он сидел в учительской, лениво ковыряя еду, но, когда я зашёл, сразу понял, что что-то не так. Я сел напротив, не теряя времени. — Алиша в больнице. Джек замер. — Что? — Отравление ртутью. Браслет. Он выдохнул, затем покосился на меня. — Значит, всё это было неспроста. Я кивнул. — Теперь нужно понять, зачем. Джек сложил руки на груди. — Ну, вариантов не так много. Я перевёл взгляд на окно, затем снова на него. — Ты понимаешь, что это не конец? Джек хмыкнул. — Разумеется. И тишина зависла в воздухе. Тишину прервал резкий звонок телефона. Я уже знал, что это из больницы. Поднял трубку, чувствуя, как сердце сжалось в ожидании. — Мистер Гарсия? — Да. Голос на том конце был ровным, но в нём чувствовалась напряжённость. — Алиша… Она в коме. Я замер. Всё вокруг на мгновение перестало существовать. Кома. Я сжал телефон в руке, стараясь держать голос ровным. — Стабильное состояние? — Пока да. Но мы не можем сказать, когда она выйдет из этого состояния. Я кивнул, хотя они не могли видеть этот жест. — Хорошо. Держите меня в курсе. Голос врача был коротким, но не сухим. — Разумеется. Я медленно опустил телефон, чувствуя, как на меня наваливается тяжесть происходящего. Джек смотрел на меня, его выражение резко сменилось с обычного лёгкого скептицизма на настороженность. — Что? Я перевёл взгляд на него. — Алиша в коме. Он замер, затем выдохнул, резко потерев лицо. — Чёрт. Я не ответил. Тишина повисла в воздухе, но теперь она была другой. Она больше не была просто напряжением, теперь это было осознание. Что-то произошло. И теперь уже нет пути назад. Я перевёл дыхание, затем поднялся. — Нужно разобраться. Джек кивнул, его взгляд был серьёзным. — Да. И мы начали двигаться.