Эпилог

***       — Она снова плюёт кашей в потолок! — Найлс, в фартуке с надписью «Самый сексуальный дворецкий в мире», ловил ложку, выпавшую из рук годовалой Эммы.       — Это твои гены, — СиСи, с растрёпанными волосами и следами детского крема на щеке, протянула ему салфетку. — Она ненавидит брокколи, как ты ненавидел мои духи.       — Зато обожает рвать твои документы, — Найлс поднял дочь, целуя её в макушку. — Умница. Уничтожай всё, что пахнет скукой.       Эмма засмеялась, шлёпнув ладошкой по его очкам. СиСи прижалась к ним обоим, вдыхая запах детской присыпки и его одеколона.       — Ты прекрасная мать, — он прошептал ей на ухо, пока дочь пыталась съесть его галстук. — Даже когда кричишь, что продашь её цирку.       — Это был сон!— она фыркнула, но прижалась губами к его шее. ***       Курьер принёс конверт, оклеенный стразами. Внутри — фото Фрэн и Макса в дурацких свадебных шляпах. На обороте:       «Дорогие Сисёныш и Гламурный Гоблин!       Если не придёте — спою «I Will Always Love You» пьяной под вашими окнами. 21 июня. Никаких оправданий. Фрэн»       — Она украла мою идею с живыми павлинами, — СиСи показала Найлсу фото: Фрэн в платье с трёхметровым шлейфом, Макс в костюме, расшитом светящимися сердечками.       — Павлины?— Найлс поднял бровь, пока Эмма рисовала на его руке «тату» фломастером. — Я предлагал выпустить голубей из-под её юбки.       — Ты хотел, чтобы они унесли её в небо?       — Мечтал. ***       Зал был украшен так, будто взорвался магазин дешёвого гламура. Фрэн, в облаке тюля, тащила СиСи в фотостудию:       — Ты моя свидетельница! И не смей рожать сегодня!       — Она родилась год назад, Фрэн, — СиСи поправила платье, скрывающее лёгкую округлость живота. Вторая. Секрет, который знали только они с Найлсом.       Макс, нервно теребя галстук, спросил у Найлса:       — Как вы… не убили друг друга?       — Она стреляет взглядом, я — словами, — Найлс поправил очки, за которыми Эмма спрятала пакетик с сахаром. — А потом занимаемся сексом на развалинах.       Церемония началась с того, что Фрэн уронила кольцо в фонтан. Найлс достал его, проклиная всё на свете, а СиСи, смеясь, сняла туфли и танцевала с Эммой на руках. ***       — Я научилась у вас,— Фрэн подняла бокал, указывая на СиСи и Найлса, — что любовь — это когда ты ненавидишь человека, но не можешь спать, пока он не обнимет тебя.*       — А ещё это когда он стирает детскую рвоту с пиджака, — СиСи показала на пятно на Найлсе.       — Или когда она разрешает называть её «дорогая» только в постели, — он потянул её за талию.       Эмма, как будто чувствуя момент, бросила пакетик с печеньем в фонтан. Все зааплодировали. ***       — Ты сияешь, — Найлс прижал СиСи к стене отеля, его руки на её животе. — Даже если это мальчик, он унаследует твоё безумие.       — А если девочка — твоё умение доводить меня, — она расстегнула его рубашку.       — Мы назовём её в честь Фрэн?— он засмеялся, целуя её шею.       — Только через мой труп.       Когда они вернулись в номер, Эмма спала, сжимая украденный у Макса галстук. На столе лежала открытка от БиБи: "Поздравляю. Вы победили". СиСи разорвала её, не дочитав. ***       Утром Фрэн ворвалась к ним с криком: «Где мой букет?! Вы же должны его поймать!»       — Мы уже всё поймали, — Найлс показал на Эмму и живот СиСи.       — ДВОЙНЯ?! — завопила Фрэн.       — Шутка, — СиСи бросила в неё подушкой. — Но если ты продолжишь орать — будет.       Они смеялись, а Эмма, сидя на плечах Найлса, роняла крошки печенья на голову Максу. Даже БиБи, наблюдая из лимузина, не смогла сдержать улыбки.