Большой взрыв

Они были везде. В данный момент они были везде на Байчжане. Бегали. Ползали. Висели на деревьях. Остальные называли из лютятами, в честь отца. Сам отец, Лю Цингэ, пытался тренироваться. С утра. С утра их и начали приносить. Сначала прибежал Му Цинфан, сказал, что у него срочная операция, всунул лютёнка Му и ушёл. Слишком медленно для того, кто так спешил сюда. С лютёнком Му всегда были рядом лютята Чжучжи. Иногда Лю Цингэ использовал их в качестве утяжелителей. Ли Цинминь оставил своего ещё с вечера. С вечера прошлого месяца. Зато всегда был перекус. В основном, какие-то листья, но пока все живы. Юэ Цинъюань привёл сразу двоих: лютята Шэнь и Юэ неразлучны. Как и лютёнка Шэнь неразлучна со своим очередным веером. Шэнь Цинцю дарит ей новый каждый месяц и каждый месяц она их теряет. Лютёнок Вэй прибежал сам за ручку с лютёнком Чжу. Лютёнок Вэй побежал дубасить манекены. Лютёнок Чжу скромно устроился под деревом, медитировать. Лютёнок Мо сидел в кустах и прятался. Пока далеко ему до своей мамы, она просто стояла рядом, а его видно лучше. Лютёнка Ци оставили с целым сундуком безделушек и украшений. Как-то раз он запутался в своей же ленте и пока лежал, остальные растащили его вещи. Истерику успокаивали всем Цанцюном. Сначала у лютёнка Ци, а потом у остальных, когда вещи пришлось вернуть. Лютёнка Шан всегда приходила с лютёнком Мобэя. Откуда он взялся никто не знал, но родинка была, значит от Лю Цингэ. Сам Лю Цингэ увидел Мобэя впервые уже на восьмом месяце. Загадочно. Сейчас они играли в кубики в стороне от остальных. Лютёнка Цин крутилась возле лютёнка Ци и пыталась стащить ленточку покрасивее. Лютёнок Ван тихо рисовал. Лю Цингэ осмотрел своих детей и решил присоединиться к медитации. Они достаточно взрослые, чтобы следить друг за другом. Они так делают уже пару лет. Лю Цингэ сел в позу лотоса, приготовился закрыть глаза. Не успел. Громкий взрыв разнёсся по пику, волной воздуха и песка ударило в лицо. Половину лютят снесло, вторая, распушив хвосты, сама разбежалась. Лютёнки Шан и Мобэй исчезли в тенях, опять искать их неизвестно где. Один раз в поместье Лю оказались, хотя там никогда не бывали ни они, ни Шан Цинхуа, ни, тем более, Мобэй. Лишь лютёнка Шэнь осталась на месте, прикрыв губы веером и гордо смотря на Лю Цингэ. — Пойдём собирать, — Лю Цингэ встал и протянул руку. Шэнь вцепилась намертво и потянула. Вся в мать. (Шэнь Цинцю бы гордился. Шэнь Цинцю придёт позже, когда они справятся с беспорядком, как и всегда.)