День отца

Это придумала лютёнка Шэнь. День отца, как она это назвала. Каждый лютёнок должен приготовить подарок и на праздничном ужине вручить Лю Цингэ. Праздничный ужин готовил Ло Бинхэ. Он сделал всё сам, не пуская никого на кухню, наученный горьким опытом. Лютята выросли, стали ответственнее, но он не рискнул. Лю Цингэ понимал, лютёнок Ван до сих пор взрывал вещи. Они устроили сюрприз. Они так думали, Лю Цингэ заметил приготовления на начальных стадиях, но делал вид, что ничего не видит. И что они не украли его дневник, чтобы узнать, о чём он мечтает. (Это был список дел, но Лю Цингэ делал вид, а потому не мог объяснить.) Он даже ушёл на миссию, чтобы не мешать. А когда вернулся, таинственная и взволнованная Шэнь уже ждала. Она завязала ему глаза и повела. Очень долго вела, будь на её место кто другой, Лю Цингэ подозревал бы ловушку. Казалось бы, они входили во взрослую жизнь. Сбегали и тайно изучали тёмный путь под руководством странного типа из соседней мелкой секты. Работали подмастерьями. Начинали свой первых захват земель в ледяных пустошах. Покупали земли в ледяных пустошах. Уходили в путешествие с Тяньланом. Устраивали подпольные аукционы проклятых вещей. И многое другое, что делает любой нормальный человек, вступая во взрослую жизнь. Но они по-прежнему остались охапкой мелкой пакости, не умеющей вовремя остановиться. Лю Цингэ очень их любил. Шэнь привела его в пещеру. Огромную и идеально круглую, будто вырубленную искусственно. Посередине стоял накрытый стол, с кружевной скатертью, украшенный цветами и ледяной скульптурой феникса. С множеством вкусно пахнущих блюд. Ещё тянуло горелым. Не от стола, Лю Цингэ принюхался и посмотрел направо. Лютёнок Ван смущённо спрятал за спину тлеющий талисман. Они сегодня все были такие наряженные, что лютёнок Ци терялся на фоне братьев и сестер. А это говорило о многом, одеждам лютёнка Ци мог позавидовать император. Причём не нынешний, а Мо Шуандань, который славился вкусом и богатством. — Это для тебя, — Шэнь обвела веером пещеру. — Не пещера, еда. Пещера наша. Пещеру, как оказалось, они нашли давно, немного переделали и скрывали от всех, занимаясь там тайными делишками. Сегодня они решили её показать. Очень хороший подарок, показывающий всю степень их доверия. — Подарок не это, — возразил лютёнок Юэ на слова Лю Цингэ. — Мы все приготовили по одному. Только не решили, кто первый подарит. — Папа выберет, — с лёгкой хитринкой сказала Шэнь. Они уставились, ждали решения Лю Цингэ. Лютята Чжучжи не моргали. И двигали головами за каждым его движением. Остальные просто смотрели с надеждой, что он выберет именно его. Или её. Или их, Шан пока не определились. — Ло Бинхэ, — выпалил Лю Цингэ. Нет на свете монстра, который его испугал бы. Но не обида в глазах детей, если у него появится любимчик. Теперь и Ло Бинхэ перестал моргать, замерев у стола, где он заканчивал последние штрихи. — Я выберу? — уточнил он осторожно. Но в глазах было столько надежды. — Ты первый из детей, кто подарит, — ответил Лю Цингэ. Да и пора уже его в семью принимать. Шэнь даже не думает бросать, того и гляди поженятся. — Но он не твой сын, — удивилась Шэнь. — Он же не твой сын? Нет, он не может быть твоим сыном, я же знаю… Пап? — Я не знаю своих родителей, — Ло Бинхэ задумался. Слишком серьёзно задумался. — Я просто беру тебя в семью, как мужа Юань, — поспешил прервать Лю Цингэ. Они напридумывают сейчас. Звёзды в глазах Ло Бинхэ показали, что угадал с подарком. Ах да, это ему же должны дарить. — Это просто ужин, — Ло Бинхэ махнул рукой на стол. А скульптуру Мобэй помогал. — Тогда Мобэй следующий, — решил Лю Цингэ. С остальными разберётся в процессе. Лютёнок Мобэй торжественно и под мелодию на цине от Шэнь положил у ног кинжал. Корявенький, явно самодельный и в крови. — Ты должен взять, — подсказали Шан. — Это ритуал. Лю Цингэ взял и получил ещё и тушу убитого кинжалом зверя. Лютёнок Ци поморщился от капающей крови. Лю Цингэ обмакнул палец в кровь и ткнул в нарисованную родинку. Это было просто по наитию, но Мобэй расцвёл и даже слегка улыбнулся. Шан рядом лыбились во все клыки. (Потом уже Мобэй-цзюнь завистливо рассказал, что это ритуал признания. Ему в своё время некому было подносить такой дар.) Шан подарили Шкатулку, убивающую богов. Чтобы все отныне дрались с Лю Цингэ честно и не могли победить. Он не понял, причём тут шкатулка, но был рад. Лютёнок Ван растолкал всех и развернул огромный талисман, нарисованный кровью. Для приманивания самых жутких духов. Научился у своего демонического учителя и очень гордился. Лютёнок Ци подарил гуань. Золотой. Так вот почему он в последнее время так мало покупал для себя — копил. Лютёнок Му вывел из угла детёныша мухоловки, который неуклюже подбежал к Лю Цингэ. — Дедушка Тяньлан подсказал, — смущённо сказал он. (Как-то неожиданно Тяньлан стал общим дедушкой.) — Он вырастет и будет сильным противником. А родного брата мне запретили. Хотя и те цветы я тоже нашёл? — он с надеждой посмотрел на Лю Цингэ. Нет, хватит лютят. Лютята Чжучжи подарили свой яд. И противоядие. И картину, сделанную из чешуи. И пошлую книгу от дедушки. И карту южных земель демонического царства. И на этом другие лютята начали на них шипеть, потому что слишком много. А потом лютёнка Цин вывалила целый цянькунь артефактов, не смогла выбрать один. Она протянула один, прямоугольный камень размером с кулак, и показала на начерченные знаки и цифры: — Если дотронуться в определенной последовательности, то я получу сигнал и прибегу на помощь! — она достала второй такой же камень. — Я пыталась сделать так, чтобы ещё и услышать, но пока не получается. Лютёнок Ли подарил ящик вина из валерьянки и Лю Цингэ с трудом пытался убедить себя, что слишком взрослый, чтобы сидеть в ящике. Не убедил. У лютёнка Чжу был нематериальный подарок, он придумал, как с помощью медитации попасть в мир снов и сразиться с легендарным Мэнмо. Он хотел научить Лю Цингэ и потом пойти вместе. Лютёнок Мо подарил шляпу. Очень необычную, с широкими полями, красную и очень заметную. Чтобы не потерять Лю Цингэ. В шляпе было гнездо с очень маленькой голодной птицей. Личная голодная птица для Лю Цингэ, чтобы не потерять. Лютёнок Вэй сделал наручи. Из металла который невозможно пробить или сломать. Лютёнок Юэ их случайно сломал. Лютёнок Вэй со вздохом достал второй набор. Лютёнка Шэнь несколько раз передавала свою очередь, хоть так, но она решила быть первой. С конца. Она провела рукой по струнам (что было неправильно, Лю Цингэ видел, как играл Шэнь Цинцю) и встала, отряхнув от песка юбку. Отложина цинь и достала меч. — Просто знай, что я организовала этот праздник, если тебе не понравится подарок. Я вызываю тебя на бой, папа! О, битва. Лучший подарок. Стоило, конечно, выйти из пещеры, понял Лю Цингэ, когда уже все лютята накинулись на него, снеся скульптуру феникса и проделав дыру в стене.